Наверх
Главная » Ф

Фроянов И. Я. — История России от древнейших времен до начала XX

15 января 2013 (89) Нет комментариев Опубликовал:

Фроянов И. Я.

История России от древнейших времен до начала XX

ОТ РЕДАКТОРА

Настоящая книга, предназначенная для абитуриентов, не является учебником по истории России. Она служит учебным пособием, облегчающим подготовку к вступительному экзамену в высшую школу по соответствующему предмету. Авторы создавали ее, руководствуясь но столько систематическим, сколько тематическим принципом. И в этом есть определенное достоинство пособия, поскольку темы и проблемы, освещаемые в нем, подобраны не случайно, а с учетом многолетнего опыта проведения конкурсных экзаменов по отечественной истории на гуманитарные факультеты Петербургского университета. Во время приема экзаменов обнаружился целый ряд вопросов, часто вызывающих серьезные затруднения среди экзаменующихся. На этих вопросах авторы и сосредоточили свое внимание. Однако отсюда не следует, будто ими подготовлены разрозненные очерки, искусственно собранные в одном переплете. Напротив, их рассказы со стороны смысловой и хронологической составляют связное повествование, позволяющее получить цельное представление о русской истории с древнейших времен и до революции 1917 г. В чем же основное отличие предлагаемого пособия от обычного школьного или даже вузовского учебника по истории СССР?

Прежде всего отметим, что оно написано лишь на русском материале. История других народов, населяющих нашу страну и Российскую федерацию, здесь не дана, за исключением первобытности, относящейся к палеолиту и неолиту, веку меди и бронзы, эпохе железа, а также фрагментов из средневековой истории Литвы и Украины. Исследовательский элемент – еще одна отличительная черта, характеризующая пособие. Он выразился не только в том, что по крупнейшим проблемам истории России приведены имеющиеся в современной исторической науке различные взгляды ученых‑историков с указанием степени их правомерности, но и в авторском подходе к рассмотрению спорных сюжетов из русской истории. В качестве примера можно привести истолкование восточнославянской (VI‑Х вв.) и древнерусской (XI‑начала XIII в.) общественной жизни, расходящееся с принятым в новейшей историографии. Вместо классовой социальной структуры у восточных славян и в Древней Руси, изображаемой в нынешней научной и учебной литературе, читатель увидит соответственно родоплеменной строй и переходное (от доклассового к классовому) общество, т.е. вместо схемы, обусловленной теоретическими постулатами, живую историческую действительность. В ином ключе предстанет перед ним и дальнейшая история Отечества. И тут нет ничего из области досужего мудрствования. Панорама прошлого, рисуемая в пособии, опирается на фундаментальные научные разработки, осуществленные на историческом факультете Петербургского университета и получившие признание как у нас в стране, так и за рубежом.

Следующая особенность, о которой необходимо упомянуть, – обозначение исторических традиций и нравственных ценностей русского народа, игравших важную роль в его жизни на протяжении многих столетий и не утративших своего значения доселе. Речь идет о традициях демократизма, общинности и коллективизма, заложенных еще в древнерусский период нашей истории и сохранившихся в глубинах народного сознания и бытия, несмотря на ордынское лихолетье, крепостное право, гнет самодержавной власти и сталинского деспотизма, традициях, которым суждено великое будущее в обновленной. и возрожденной России. Что касается нравственных ценностей русского народа, то здесь чрезвычайно важным. является вывод об их несовместимости с ценностями капиталистического общества. В нравственные ориентиры русского народа, воспитанного в духе Православия, плохо вписывались такие привычные в буржуазных обществах целевые установки, как погоня за прибылью, индивидуальное обогащение. «Рыцари капитала» не являлись в общественном сознании образцом для подражания. Во всех слоях русского общества, даже в европеизированных, отношение к «толстосумам» было малодружелюбным, насмешливым, несколько «свысока». Культ богатых людей, процветавший в западных странах, был чужд России. Поэтому ценности буржуазного общества, попадая на русскую почву, «вызывали скорее разрушительный эффект, приводили к дезориентации массового сознания».

Помимо концептуальных моментов и общих наблюдений, в пособии большое место занимает изложение конкретных фактов, лежащих в основе исторического знания. Поэтому в соединении со школьным учебником оно является достаточной основой для подготовки и успешной сдачи экзамена по истории при поступлении в высшее учебное заведение.

Игорь Яковлевич Фроянов

I. ПЕРВОБЫТНООБЩИННЫЙ СТРОЙ. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ В ДРЕВНОСТИ

Каменный век: от палеолита к неолиту

История славян уходит своими корнями в глубокую древность, в тот самый длительный период развития человеческого общества, который называется первобытнообщинным строем. Одной из наиболее распространенных периодизаций этой формации является археологическая, т.е. деление ее на каменный век, меднокаменный (энеолит), бронзовый и ранний железный века. В основу этой периодизации положен принцип преобладания того или иного материала в производстве орудий труда. Каменный век, самый длительный в истории людей, делят еще на палеолит – древний каменный век, мезолит – средний каменный век и неолит – новый каменный век. В свою очередь палеолит подразделяют на ранний (нижний) и поздний (верхний).

В эпоху раннего палеолита идет процесс антропогенеза – возникновения и развития «человека разумного». Согласно научному подходу, человек выделился из животного царства благодаря труду, систематическому изготовлению орудий труда. В процессе трудовой деятельности совершенствовалась человеческая рука, появилась и стала развиваться речь. Наука за последние десятилетия все более удревняет явление очеловечивания наших звероподобных предков, что в свою очередь заставляет искать ответы на новые вопросы. Недостающие звенья антропогенеза заполняются новыми находками, но появляются и новые лакуны.

Первыми предками человека, которые вступили на долгий путь развития, были обезьяны – австралопитеки. Что же касается древнейших людей (архантропов), то, судя по находкам в Африке в последние десятилетия, их появление относится ко времени, отстоящему от нас на 2 – 2,5 млн лет. В конце раннего палеолита, около 100 тыс. лет тому назад, появился неандертальский человек, названный так по первой находке в Германии. Неандертальцы – палеоантропы, они стоят гораздо ближе к современному человеку, чем предшествующие им архантропы. Неандертальцы распространились весьма широко. Стоянки их на территории нашей страны обнаружены на Кавказе, в Крыму, в Средней Азии, Казахстане, в низовьях Днепра и Дона, возле Волгограда. Большую роль в развитии человека начинает играть оледенение, менявшее состав животных и облик флоры. Неандертальцы научились добывать огонь, что было огромным завоеванием формирующегося человечества. У них, по всей видимости, появились уже первые зачатки идеологических представлений. В пещере Тешик‑Таш в Узбекистане покойника окружали рога горного козла. Встречаются захоронения, в которых тела умерших ориентированы по линии восток‑запад.

В позднем палеолите (40‑35 тыс. лет тому назад) формируется человек современного типа (кроманьонский человек). Эти люди уже значительно усовершенствовали технику изготовления каменных орудий: они становятся гораздо более разнообразными, иногда миниатюрными. Появляется метательное копье, что значительно повысило эффективность охоты. Зарождается искусство. Магическим целям служила наскальная живопись. На стены пещер смесью природной охры с животным клеем наносились изображения носорогов, мамонтов, лошадей и т.д. (например, Каповая пещера в Башкирии).

В эпоху палеолита постепенно изменяются и формы человеческих сообществ. От первобытного человеческого стада – к родовому строю, который и возникает в позднем палеолите. Основной ячейкой человеческого общества становится родовая община, для которой характерна общая собственность на основные средства производства.

Переход к среднекаменному веку – мезолиту на нашей территории начался в XII‑X тысячелетиях до н.э., а закончился в VII‑V тысячелетиях до н.э. В это время человечество сделало много открытий. Важнейшим изобретением были лук и стрелы, что привело к возможности не загонной, а индивидуальной охоты, причем и на мелких животных. Были сделаны первые шаги в направлении скотоводства. Была приручена собака. Некоторые ученые предполагают, что в конце мезолита были приручены свиньи, козы и овцы.

Скотоводство как вид хозяйственной деятельности сформировалось только в неолите, когда зародилось и земледелие. Переход к производящему хозяйству имеет такое необыкновенное значение для человечества и по масштабам каменного века произошел так быстро, что позволяет ученым говорить даже о неолитической «революции». Расширяется и усовершенствуется ассортимент каменных орудий труда, но появляются и принципиально новые материалы. Так, в неолите было освоено изготовление керамики, еще лепной, без гончарного круга. Освоено было и ткачество. Изобретена лодка и было положено начало судоходству. В неолите родоплеменной строй достигает более высокой стадии развития – создаются крупные объединения родов – племена, появляется межплеменной обмен и межплеменные связи.

Век меди и бронзы

Настоящим переворотом в жизни человечества было освоение металлов. Первым металлом, который люди научились добывать, была медь. Появление медных орудий активизировало обмен между племенами, так как месторождения меди распределены весьма неравномерно по земле. Неолитическая община была уже гораздо менее замкнутой, чем община эпохи палеолита. Это время называется энеолитическим веком. Со временем на базе меди люди научились создавать новые сплавы – появилась бронза. Во времена меди и бронзы в лесостепной зоне на территории нынешних Украины и Молдавии в III тысячелетии до н.э. господствовала так называемая трипольская культура, возникшая еще в конце IV тысячелетия до н.э. В степной зоне России наиболее древней была ямная, а в эпоху бронзы добавились катакомбная и срубная культуры, которые существенно различаются по типу погребального обряда и ряду элементов материальпой культуры. На Северном Кавказе во II тысячелетии до н.э. господствовала майкопская культура. Именно в это время происходит крупное общественное разделение труда – пастушеские племена начинают отделяться от земледельческих. Все эти народы известны нам по так называемым «археологическим культурам». Это понятие ученые употребляют уже для племен неолита и им обозначают совокупность памятников, которые относятся к одной территории и эпохе, имеют общие особенности – в формах общественной жизни, в орудиях труда, жилищах, погребальном обряде, орнаменте и т.д. Обычно археологическая культура в той или иной степени соответствует этнической общности – группе родственных племен.

Век железа

Но для следующей эпохи нам известны и названия тех народов, которые обитали на территории нашей страны. В I тысячелетии до н.э. появляются первые железные орудия. Наиболее развитые культуры раннего железа известны в причерноморских степях – они оставлены киммерийцами, таврами – автохтонным населением Крыма, скифами, сарматами. Наши знания об этих народах довольно обширны не только потому, что уже раскопаны многочисленные археологические памятники, связанные с ними, но и потому, что они входили в соприкосновение с народами, обладавшими письменностью. Таковыми были древние греки. Уже во второй половине VII в. до н.э. на территории Северного Причерноморья появились греческие поселения. Это были колонии, которые основывались выходцами из той или иной метрополии, т.е. полиса материковой Греции. Есть разные объяснения причин эмиграции греков, но важно подчеркнуть, что на новых местах поселенцы воспроизводили те же формы социально‑политического быта, которые были им привычны. Это были классические древнегреческие полисы с демократическим устройством (политическими правами пользовались только свободные). Правили выбранные на народном собрании архонты, вокруг города находилась земледельческая округа – хора. Вблизи Днепро‑Бугского лимана возникает Ольвия, которую основали выходцы из города Милета. На месте нынешнего Севастополя находился Херсонес Таврический, на месте Керчи – Пантикапей. Значительное количество греческих колоний было и на черноморском побережье Кавказа.

Грекам приходилось входить в определенные отношения с местными племенами. Киммерийцев со временем вытеснили скифы (родственные им племена – саки и массагеты – жили вплоть до Центральной Азии). Знаменитый греческий историк – «отец истории» – Геродот выделял у скифов, в целом принадлежавших к иранцам, ряд племенных группировок, которые различались и характером своих занятий. Скифы в тот период имели довольно развитые социальные отношения, их племенной союз сумел даже отразить попытку персидского царя Дария завоевать Причерноморье. У них была развита торговля, в их курганах, иные нз которых напоминают размерами небольшие египетские пирамиды, найдены выдающиеся произведения античного прикладного искусства.

Однако с III в. до н. э. на них начинают наступать родственные ираноязычные племена савроматов (сарматов), имевшие преимущество в вооружении – они были вооружены длинными железными мечами, позволявшими рубить прямо с коня, в отличие от скифов, которым для того чтобы пустить в ход свои короткие «акинаки», приходилось спешиваться. Во II‑I вв. до н.э. сарматы завоевали значительную часть территории Северного Причерноморья. В руках скифов остается степной Крым, где возникает новое царство – Неаполь Скифский, во главе со значительно эллинизированной скифской верхушкой. Цари скифского царства пытались подчинить себе греческие города‑государства. Единственным реальным противником скифов могло стать Боспорское государство, возникшее на основе греческой колонии Пантикапей еще в V в. до н.э. Первоначально это был союз самостоятельных городов‑государств (Танаис в устье Дона, Фанагория на Таманском полуострове и др.). Но постепенно здесь устанавливается твердая центральная власть. Архонт Сиартох (304‑284 гг. до н. э.) стал уже именовать себя царем. Но когда Херсонес. заключил с Боспором союз против наступавших скифов, выяснилось, что сил у этого государства для борьбы не хватает. Тогда херсонесцы обратились к Понтийскому царству – эллинистическому государству, ставшему к этому времени крупнейшим в Малой Азии. Понтийский царь Митридат VI Евпатор присоединил к своей державе Боспор и Херсонес, нанеся поражение скифам и таврам. Фактически все Северное Причерноморье вошло в состав Понтийского царства. Однако сам Митридат погиб в борьбе с Римом, а с его смертью рухнула и власть Понтийского царства над Северным Причерноморьем. Теперь сюда простер свою длань императорский Рим. Уже в III в. н.э. Боспору удалось освободиться от власти Рима, но в конце IV в. он пал под ударами кочевников‑гуннов,

Итак, в эпоху раннего железа можно говорить об этносах. Впрочем, определенные этническо‑культурные области начинают складываться уже в эпоху верхнего палеолита. Однако материала для того, чтобы судить о языковой и этнической принадлежности племен каменного, медного и бронзового веков, нет. Вообще, этногенез – процесс зарождения и развития того или иного этноса – одна из самых сложных проблем в науке. Корни происхождения того или иного народа теряются в глубокой древности. Многочисленные миграции, смешения, ассимиляции еще в большей степени затрудняют работу исследователя. В основу этнической классификадии народов положены лингвистические рязличия между ними, т.е. язык. В раннем железном веке на территории нашей страны обитали народы разных языковых семей: индоевропейской, урало‑самодийской, алтайской, кавказской. В семьях выделяют более мелкие подразделения – группы. Так, в урало‑самодийской – самодийскую и финно‑угорскую, в алтайской – тюркскую и ряд других; в индоевропейской: иранскую, романскую, германскую, балтийскую и славянскую.

«Откуда мы пришли..?»

Но как же выделились славяне из огромного индоевропейского массива? Вопрос этот архисложный. Для его решения необходим синтез разлячных наук. Так, языкознание установило, что славянский язык в семье индоевропейских принадлежит к числу молодых. Данные сравнительного исторического языкознания свидетельствуют, что в тот период, когда праславянский язык выделился из индоевропейского и стал развиваться самостоятельно, наиболее существенные связи он ииел с балтским. Что касается влияния иранского языкового мира, то он затронул только часть славян. Славяне жили в Центральной Европе и находились в контакте, прежде всего, с протогерманцами и протоиталиками. Ко всем этим наблюдениям лингвисты добавляют и анализ лексики, обозначающей географические объекты, животных, растения. В целом языкознание локализует первоначальную территорию обитания славян где‑то в бассейне реки Вислы.

К сожалению, очень мало может дать такая наука, как антропология, так как единый антропологический тип, характерный для всего ареала обитания славян, не сформировался. Зато археология может оказать неоценимую помощь. Для нее наиболее важно установить генетическую преемственность при смене одной археологической культуры другой. Вот почему ведущая роль в этногенетических построениях отводится ретроспективному методу. От культур достоверно славянских надлежит продвигаться в глубь столетий к тем древностям, которые с ними связаны, а от них еще глубже и т.д. Одно из наиболее спорных звеньев в той цепочке, выстраиваемой археологами, – черняховская культура, которую некоторые исследователи относят к славянским. Существует точка зрения и о полиэтничном характере этой культуры. Черняховская культура была разрушена в ходе Великого переселения народов, которое приходится на IV‑V вв. н.э. Откуда‑то с северо‑запада в Приднепровье пришли готы (некоторые исследователи считают черняховскую культуру готской). Волна за волной из просторов Центральной Азии выплескивались орды кочевников, которые по мере своего продвижения, вовлекали в движение народы, населявшие Восточную Европу, и вся эта лавина двигалась, снося все на своем пути. На смену гуннам пришли авары, на смену аварам – хазары и болгары. В это время особенное значение для восстановления этногенеза славян приобретают письменные источники. Обширные сведения содержатся в произведениях византийских писателей, которые сообщают довольно подробные сведения о славянском освоении Балканского полуострова. Еще более важны сведения готского епископа Иордана. Он подразделяет славян на три крупнейшие группировки – венедов, антов и склавенов. В последние годы археологи установили, что этим сведениям Иордана можно доверять. Ими выделено три основных ареала распространения славянских археологических культур; в основу этого выделения положена, прежде всего, керамика. Первая – так называемая культура пражско‑корчакского типа, один из коренных регионов распространения которой – Средняя и Южная Польша, а на территории нашей страны – Припятское Полесье. По всей видимости, это территория склавен. Другая культура – пражско‑пеньковского типа, коренной регион которой междуречье Днестра и Днепра. Судя по данным письменных источников (и не только Иордана), здесь обитали анты. Наконец, на западе существовал ряд культур, среди которых наиболее известны фридбергская и некоторые другие. По данным источников, на территории польского Поморья и низовьев Вислы издавна жили венеды. Такова схема, которой придерживается часть современных исследователей. Следует подчеркнуть, что речь идет не о трех ветвях славян – восточных, южных и западных, все названные районы расселения славянства – праславянские группировки. Как считают исследователи, современные ветви славянства возникают в результате распада этих славянских группировок в VI‑VII вв. Части этих рассыпавшихся праславянских группировок расселялись по территории Восточной Европы в VII‑VIII вв. (И. И. Ляпушкин).

Этногеография Повести временных лет

Во всяком случае с IX в. мы уже имеем этногеографию восточного славянства, которую приводит древнерусский летописец. Повесть временных лет сообщает нам о полянах, живших в Среднем Поднепровье в районе Киева, их соседях – древлянах, которые поселились в болотистом и лесистом Припятском Полесье. На северной оконечности восточнославянского мира жили словене ильменские, расселившиеся по берегам озера Ильмень; между Припятью и Западной Двиной жили дреговичи; соседями их были кривичи, огромный массив которых со временем распался на три ответвления: кривичей смоленских, полоцких и псковских, соседями полян со стороны степи были северяне, в бассейне реки Сож жили радимичи, а в бассейне Оки – вятичи. На самой южной оконечности восточнославянской территории, почти на побережье Черного моря поселились уличи и тиверцы. Долгое время историки не доверяли этой летописной географической схеме, но археология в начале XX столетия подтвердила ее. Помогли здесь… женские украшения. Оказалось, что один из наиболее распространенных типов женских украшений у восточных славян – височные кольца, различается по всей территории Русской равнины. Выяснилось, что определенные разновидности этих украшений совпадают с расселением того или иного восточнославянского «племени». Позднее эти наблюдения были подтверждены изучением и других элементов материальной культуры восточных славян.

Расселяясь по столь обширному пространству, восточные славяне сталкивались, входили в те или иные отношения с народами, которые населяли Восточную Европу до них или пришли сюда в это же время. Известно, что балты жили вплоть до Москвы, о чем свидетельствует изучение топонимики (географических названий), которые оказываются весьма устойчивыми и могут жить на протяжении столетий. Районы северо‑востока были населены финно‑уграми, а на юге издавна обитали ираноязычные племена – потомки уже известных нам сарматов. Военные столкновения сменялись периодами установления мирных отношений, шли ассимиляционные процессы: славяне как бы втягивали в себя эти народы, но менялись и сами, приобретая новые навыки, новые элементы материальной культуры. Синтез, взаимодействие культур – важнейшее явление времени расселения славян по Русской равнине, прекрасно иллюстрируемое данными археологических раскопок.

Сложнее было с теми этносами, которые смогли создать уже достаточно крепкие союзы племен или даже предгосударственные образования. Одно из таких образований в середине VII в. было создано болгарами. В результате внутренних неурядиц и Внешнего давления часть болгар во главе с ханом Аспарухом откочевала на Дунай, где подчинила местные южнославянские племена. Другая часть болгар, во главе с ханом Батбаем двинулась на северо‑восток и осела в среднем течении Волги и на нижней Каме, создав государство Булгарию. Это государство долгое время представляло реальную угрозу для восточных славян.

Такими же тюркскими племенами были и хазары, которые во второй половине VII в. стали теснить болгар. Со временем они также оседают на землю, создают свое раннегосударственное образование, которое охватило огромные территории Северного Кавказа, Нижнего Поволжья, Северного Причерноморья и частично Крыма. Центр Хазарского каганата, как стало называться это образование (хазарский правитель именовался каганом), находился в низовьях Волги. Этнических хазар‑тюрок было не так много, основное же население составляли представители так называемой салтово‑маяцкой культуры, которая состояла из представителей разноэтничного населения Восточной Европы, в том числе и славян. В основном население каганата было языческим, но хазарская верхушка приняла иудаизм. Часть восточнославянских племен, соседствовавших с границами (весьма расплывчатыми) каганата, должна была, по свидетельству летописи, выплачивать дань хазарам.

Грозная для восточных славян опасность нависла и с северо‑запада. Скудная земля Скандинавского полуострова выталкивала в Европу большие отряды «искателей славы и добычи, пенителей морей» – норманнов, которых называли на Руси варягами. Во главе отрядов стоялн викинги («берговые вожди»), происходившие большей частью из знатных семей. Закаленные в боях и морских путешествиях, вооруженные эффективным оружием – секирой с остроконечным штыком, норманны были страшной опасностью для многих стран Европы. Пик варяжских набегов на Русь приходится на IX в.

Общественнополитический строй

В борьбе с варягами крепла военная организация славянского населения, которая своими корнями уходит в глубь веков. Как и у многих других народов это сотенная система, когда каждое племя выставляло сотню воинов во главе с «сотским», а союз племен должен был, по всей видимости, выставлять тысячу, откуда и происходит должность «тысяцкого». Одним из военных руководителей был и князь. Слово «князь» – общеславянское, заимствованное, по мнению лингвистов, из древненемецкого языка. Слово это первоначально означало главу рода, старейшину. Сведения о племенных вождях‑князьях сообщают нам иностранцы. Со временем, с ростом населения, племя, подразделявшееся на несколько родов, распадалось на ряд родственных племен, которые образовывали племенной союз. Такими племенными союзами скорее всего и были летописные «племена» полян, древлян, дреговичей и т.д. Во главе этих союзов стояли вожди, возвышающиеся над вождями отдельных племен, входивших в союз (И. Я. Фроянов). Исторические свидетельства о подобных князьях содержит летописная легенда о Кие и его потомках, державших «княженье в полях». Такие княжения были и у других восточнославянских союзов племен. Арабский историк Масуди сообщает о древнем славянском князе Маджаке, а уже известный нам готский историк Иордан – о князе Боже. Таким образом, помимо вождей племен, были еще вожди союзов племен. У этих князей были различные функции. Племенной князь мог избираться на время, в период военных действий. Его власть не велика по сравнению с властью вождя племенного союза. Власть последнего постоянна, функции разнообразнее. Такому князю приходилось заниматься внутренним строительством союза, собирать, организовывать и возглавлять, войско, ведать в целом внешней политикой. Эти князья отправляли и некоторые религиозные и судебные функции. В этом им помогал совет старейшин, или, как его часто называют древнерусские памятники – старцы градские (летописи употребляют термины «старейшины» и «старцы градские» как равнозначные). В летописных сообщениях старцы градские выступают в качестве полномочных руководителей общества, с которыми князья вынуждены были считаться. Даже во второй половине Х в., переломное время княжения Владимира, они еще участвовали в управлении и влияли на ход событий. Старцы‑советники принимали участие в княжеской думе, княжеских пирах, которые выполняли важную социальную функцию – общения населения с князем. Старцие градские – племенная знать, которая занималась гражданскими делами.

В военных делах князю помогала дружина. Она также зарождается еще в недрах первобытнообщинного строя, никак не нарушая доклассовой социальной структуры. Дружина срасталась с князем и также как и князь исполняла определенные общественно полезные функции. Князь среди дружинников был не господином, а первым среди равных.

Еще одним важнейшим элементом социально‑политической структуры было вече. Племенные веча – народные собрания – возникают в глубокой древности. О них писал еще Прокопий Кессарийский, повествуя об антах и склавенах. Изучение древнейших свидетельств о вече свидетельствует о том, что в нем участвовало все население, включая знать. Народное собрание действовало непрерывно на протяжении IX‑XI столетий, но со временем, по мере распада родоплеменных связей, оно активизировалось.

Эту триаду – князь, совет старейшин и народное собрание – можно обнаружить во многих обществах, которые переживали архаическую стадию развития. На какой же социально‑экономической базе основывалось общество восточных славян в этот ранний период?

Экономика

Экономика восточных славян была комплексной: скотоводство и промыслы с доминированием земледелия. Земледелие носило экстенсивный характер и зависело от географических условий. На севере в лесной зоне господствовало подсечное земледелие (от деревьев и кустарников очищались участки земли и сжигались). Но урожай был какое‑то время очень высок. При такой системе землепользований приходилось использовать специальные орудия труда, Основным пашенным орудием была соха, особенностью которой является то, что она лишь проводит бороздки по поверхности земли, не углубляясь в землю, обходя многочисленные камни и корни. В былинах говорится о том, что соха лишь «по камешкам почиркивает». На юге эволюция пашенных орудий шла от примитивного рала к плугу, который глубоко взрезал пласт земли и переворачивал его, а эволюция землепользования – от переложно‑залежной системы к трехполью. Основными культурами были пшеница, просо, гречиха, ячмень.

Славяне разводили крупный рогатый скот, лошадей. Не случайно в древнерусском языке слово «скот» означает также и деньги.

Огромные, дремучие леса, изобиловавшие природными богатствами, способствовали развитию всякого рода промыслов. Летописи пестрят сообщениями о княжеских охотах и ловах. Но еще важнее то, что охотой занималось рядовое население, о чем свидетельствуют археологические находки. Охотились на самых разнообразных животных, некоторые из которых не дожили до XX столетня (например, «буй тур» – дикая лошадь и др.).

Реки Восточной Европы изобиловали рыбой, которую славяне добывали различными способами: ставили ловушки, били острогой и т.д. Рыба составляла важную часть рациона восточных славян.

Характеристика промыслов была бы неполной, если не назвать бортничество – добычу меда диких пчел. Борть – место обитания роя пчел – не случайно появляется на страницах Русской Правды: мед и горячительные напитки из него – излюбленное питье славян.

Что касается ремесла, то его развитие также зависело от природных условий, точнее от тех источников сырья, которыми могли располагать наши предки. Большое распространение получило железоделательное ремесло, а следовательно и обработка металла. Сырьем здесь служила болотная руда, которая откладывается на корнях болотных и озерных растений. Плывя на плотах, добытчики специальными черпаками доставали руду со дна водоемов. Для выработки железа из руды применялся сыродутный процесс. В специальных горнах руда восстанавливалась – доводилась до тестообразного состояния, а потом эти так называемые «крицы» обрабатывались кузнецами.

Хорошо обстояло дело и с сырьем для гончарного ремесла: по берегам рек залегали разнообразные глины, качество которых было хорошо известно мастерам. Из них изготавливалась как грубая кухонная посуда, так и красивая столовая.

Вполне были обеспечены сырьем и такие ремесла, как кожевенное и ткацкое, в которых восточные славяне достигли большого мастерства. Гораздо хуже было с сырьем для ювелирного ремесла. Ближайшее месторождение серебра находилось на территории Волжской Булгарии. Сырьем служили и монеты, которые поступали в результате обмена с Востоком.

Рассуждая о древнейшем ремесле, надо иметь в виду следующее. Отделившееся от земледелия ремесло, прежде чем стать ферментом, разлагающим доклассовые отношения, проходит стадию общинного ремесла, существующего в недрах общины и удовлетворяющего общинные нужды. Восточнославянское ремесло VIII‑IX вв. носило общинный характер. На поселениях восточных славян, которые есть все основания считать родовыми поселками, археологи находят ремесленные мастерские. Обнаружены также целые поселения ремесленников, занятых, например, металлургией. И ремесленные мастерские на территории поселений, и поселки ремесленников соответствуют стадии общинного ремесла.

В древнейший период зарождается и торговля, развитие которой связано со становлением путей сообщения. Наиболее устойчивые пути сообщения складываются на основе крупнейших речных систем. Одним из важнейших был путь из варяг в греки. Из варяжского (Балтийского) моря по Неве шли в Ладожское озеро, затем по Волхову в Ильменское озеро и далее по Ловати к волоковым путям на Днепр. По Днепру выходили в Черное море и плыли в далекий Царьград. Одно из ответвлений этого пути пролегало к Западной Двине, начинавшееся от волока между Ловатью и Днепром. Путь от Днепра на Западную Двину шел из района Смоленска по реке Каспле. По нему можно было идти на север и на запад – в Прибалтику.

Одним из древнейших был Волжский путь, который вел в Булгарию и далее по Каспийскому морю в арабские страны. Были и сухопутные пути, по которым двигались торговые люди. Источники называют сухопутный путь из Киева на запад через Владимир, Червень на Краков и далее в Чехию. Сухопутной дорогой Киев был связан и с Прикарпатьем, где добывали соль.

С древнейших времен основным предметом восточнославянского экспорта были предметы промыслов: мех, воск, мед и др. В большом количестве вывозились рабы – добыча в бесчисленных войнах. Ввозились предметы роскоши: дорогие материи, украшения, вина и т.д.

Язычество древних славян

Религией восточных славян было язычество. Истоки его лежат за много тысячелетий до начала нашей эры, а отголоски сохраняются до наших дней. Идеи некоторых исследователей прошлого о том, что восточнославянское язычество было бедной, бесцветной религией, должны быть ныне оставлены. В восточнославянском язычестве можно обнаружить все те стадии, которые были свойственны и другим языческим культам, существовавшим у других народов. Древнейший пласт – поклонение предметам и явлениям ближайшего окружения, которые были вплетены в жизнедеятельность человека. До нашего времени дошли источники, свидетельствующие о поклонении древних славян таким предметам и явлениям. Это так называемые фетишизм и анимизм. Отголосками таких, верований было поклонение, например, камням, деревьям, рощам. Культ каменных фетишей очень древний. Объектом поклонения были не только деревья, но и лес. Распространен был и тотемизм – это вера в происхождение человеческого рода от какого‑либо вида животных. Наряду с почитанием дуба днепровские славяне, например, поклонялись священным животным – диким кабанам‑вепрям. Вопрос о тотемическом культе у восточных славян довольно сложен. Возможно, что в ряде случаев мы сталкиваемся о трансформацией тотемизма в культ предков в образе животных. Архаические пласты русских народных сказок свидетельствуют о существовании тотемизма у восточных славян.

Разновидностью культа предков в облике животных является оборотничество. Так, в русских былинах Вольга охотится в образе сокола, обращается в муравья. Русская сказка широко использует мотив превращения прекрасной девушки‑невесты в лебедя, утку, лягушку. Отрыв духа‑"двойника" от объекта, которому он присущ, наряду с тотемизмом порождает веру в души мертвых а также культ предков. Невидимые духи – души предков и родичей, двойники фетишизируемых предметов и явлений, объекты тотемического культа постепенно «населяют» окружающий древнего славянина мир. Уже не сам предмет является объектом почитания. Поклонение относится к живущему в нем духу, демону. Не сам предмет, а именно дух (демон) оказывает положительное или отрицательное влияние на ход событий и на судьбы людей. Язычество восходит на новую ступень – стадию полидемонизма. Духи, первоначально представлявшие однородную массу, обособляются. Прежде всего, по месту обитания, становясь «хозяином места». В водной стихии жили водяные и берегини, лес был царством лешего или лесовика, а на полях в высокой траве живут полевики. В жилище «хозяин» домовой – маленький горбатенький старикашка.

Демонические верования приближали восточных славян к следующему этапу – политеизму, т.е. вере в богов. Среди богов, которые были известны на Руси, выделяется Перун – бог грозы, молнии и грома. Верили также в Волоса или Велеса – бога скота, торговли и богатства. Культ его очень древний. Были еще Дажбог и Хорс – различные ипостаси солнечного божества. Стрибог – бог ветра, вихря и вьюги. Мокошь, судя по всему, земная супруга громовержца – Перуна, которая ведет свое начало от «матери сырой земли». В древнерусское время она – богиня плодородия, воды, впоследствии покровительница женских работ и девичьей судьбы.

Наконец, Симаргл‑единственное зооморфное существо пантеона древнерусских богов (священный крылатый пес, возможно, иранского происхождения). Симаргл является божеством низшего порядка, которое охраняло семена и посевы.

Сдвиги в восточнославянском обществе, о которых речь ниже, привели к языческим реформам. Археологические изыскания в Киеве свидетельствуют о том, что языческое капище с идолом Перуна, первоначально располагавшееся в пределах городских укреплений, переносится на место, доступное всем прибывающим в землю полян. Таким образом, Киев, будучи политической столицей, превращается и в религиозный центр. На роль главного божества всех восточных славян выдвигается Перун. Однако в 980 г. предпринимается новая религиозная реформа – сооружается языческий пантеон из известных нам уже божеств. «Поставление кумиров» – идеологическая акция, с помощью которой киевский князь надеялся удержать власть над покоренными племенами.

Древнерусское язычество было настолько распространено, что Древняя Русь и после принятия христианства в мировоззренческом отношении и в практических действиях являла собой языческое общество с формальным существованием в нем элементов христианской веры и культа. Большинство языческих верований и обычаев продолжали соблюдаться без или с малым привнесением в них христианских норм и в последующее время.

II. КИЕВСКАЯ РУСЬ

От племенного союза к союзу союзов племен

Дальнейшее развитие общественных отношений у восточных славян приводило к формированию новых социальных организмов: союз образовывали племена, которые сами уже входили в племенной союз. Политическая организация таких суперсоюзов («союзов союзов», «сверхсоюзов») заключала в себе ростки государственности уже в гораздо большей степени, чем предшествующие племенные союзы. Один из таких ранних союзов, который включал в себя разноэтничные племена, возник на северо‑западе Восточной Европы.

Летописец повествует о том, что чудь, славяне, кривичи и весь обратились к жителям Скандинавского полуострова – варягам, как их называли на Руси: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». По приглашению прибыли три князя: Рюрик, Синеус и Трувор со своими родами. Рюрик сел в Новгороде, Синеус – на Белоозере, а Трувор – в Изборске. В XVIII в. из этого летописного сообщения выросла целая «норманская проблема», которая на протяжении последующих двух столетий зачастую становилась объектом ожесточенной идеологической борьбы, позволяла одним, прежде всего зарубежным, авторам отрицать полностью способность восточных славян к созданию собственной государственности, а другим – пренебрегать ролью варягов в отечественной истории. Современные научные данные показывают, что игнорировать деятельность варяжских отрядов на Руси так же ошибочно, как и преувеличивать их значение. Оказав значительное влияние на становление княжеской власти, развитие культуры, варяги не принесли на Русь государственности, которая зарождалась в недрах древнерусского общества и прошла долгий путь развития.

Другой суперсоюз сформировался в Среднем Поднепровье. Во главе его были поляне, территориальным же ядром была «Русская земля» – треугольник, ограниченный Киевом, Черниговом и Переяславлем. Причиной образования этого суперсоюза, как, впрочем, и других суперсоюзов, была внешняя опасность, необходимость борьбы с внешними врагами – хазарами, печенегами, варягами. Процесс объединения союзов племен в Поднепровье начался еще до прихода иноземных князей. Однако появление здесь в 882 г. родственника Рюрика князя Олега стало дополнительным стимулом развития этого предгосударственного образования. Олег покоряет древлян, северян и радимичей – соседние союэы племен. Росла и ширилась «лоскутная империя Рюриковичей». Части ее были скроены весьма непрочно, и уже преемнику Олега Игорю пришлось вновь покорять древлян. В 945 г. взяв с древлян дань, с небольшой дружиной он вернулся вновь. Тогда древляне убили его, а древлянский князь Мал отправил к вдове киевского князя Ольге сватов. Последняя жестоко отомстила за гибель своего мужа. Столица древлян город Искоростень был сожжен, многие древляне убиты и обращены в рабство.

Так, в основном силой оружия (хотя не исключен был и мирный путь) рос суперсоюз с центром в «мати градом русским» – Киеве. Но завоевание окрестных племен – дело отнюдь не одних князей с их дружинами, а и рядовых полян, объединенных в ополчение. Это и понятно – отношения Киева с покоренными соседями в основном сводились к сбору даней, которые шли не только князю и его окружению, но и всей полянской общине.

Укрепление суперсоюэа привело к активизации внешней политики и торговли. Русские торговые фактории появляются на территории могущественной Византийской империи. Но торговлей дело не ограничивалось – уже Олег совершил поход на далекий, манящий своими богатствами Царьград и достиг своей цели – взял великий город. Менее удачным был поход Игоря. Ольга же побывала в Византии с «дружественным визитом». Однако ее сын Святослас вел напряженную борьбу с сильным соседом. Военные походы занимали все время этого воинственного князя. Он разгромил Хазарский каганат, нанес поражение народам Северного Кавказа («ясов победи и касогов»), а затем пошел на Дунай, где и вступил в борьбу с Византией. Но Византия – мастер дипломатических интриг – сумела использовать против Руси кочевников – печенегов, которые впервые упоминаются в русской летописи под 915 г. Возвращаясь домой, Святослав пал от рук печенегов.

Киевский князь Святослав, подолгу находясь вдали от дома, назначил вместо себя наместником в Киеве старшего сына Ярополка, в землю древлян посадил второго сына – Олега, а младшего – Владимира взяли себе новгородцы, решившие «вскормить» себе князя. Именно Владимиру суждено было победить в кровавой междоусобице, разгоревшейся после смерти Святослава. Время правления Владимира – во многом переломное в истории Киевской Руси, когда причудливо переплеталось старое и еще только зарождавшееся новое. Для того чтобы понять суть тех сдвигов, которые начинаются в это время в древнерусском обществе, надо обратить внимание на такое интереснейшее явление, как древнерусский город. Города возникают в VIII‑IХ вв. как центры племен и союзов племен, выполнявшие различные социальные функции. Они были средоточиями ремесла и торговли, но все‑таки важнейшими были политическая и оборонительная функции, в них находились главные религиозные святыни и кладбища («капища» и «требища»). В основе социального устройства городов лежала община. Древнейшие города и возникали в результате общинного синойкизма – слияния нескольких общинных поселений. Уже от древнейшего периода до нас дошли сведения о высоком статусе города, о правительственных функциях русских городов – Киева, Чернигова, Новгорода, Полоцка и др. В IX‑Х вв. городская община была еще родовой, так как и само общество переживало высший этап развития родоплеменного строя. Не случайно в летописях «город» древнейшей поры идентичен «роду». В конце X‑начале XI вв. происходит перестройка общества на территориальных началах, родовую общину сменяет территориальная. Процесс этот нашел отражение и в истории городской общины, которая сама становится территориальной, формируется кончанско‑сотенная система. Параллельно шел рост городской округи – растут и крепнут города‑государства.

Крещение Руси

Начало этого процесса приходится на время правления князя Владимира, во многом продолжавшего политику своих предшественников (воевал дважды с вятичами, затем с радимичами). Но подспудно, изнутри, прежние политические отношения разрушались. Явственно это сказалось в акте крещения Руси. Владимир, его окружение и полянская община стремились остановить расползание суперсоюза. С этой целью предпринимается ряд мер идеологического характера: устраивается за городом большое языческое капище, затем создается знаменитый языческий пантеон. Все эти меры должны были символизировать единство суперсоюза, объединявшего союзы племен Восточной Европы – боги в киевский пантеон свозились изо всех земель. Однако остановить ход исторического процесса было невозможно – союз продолжал расползаться. Именно тогда князь Владимир обратил свой взор к христианству – религии, в которой момент централизации, монотеизма является главенствующим. В Киеве христианство вводилось безболезненно с согласия народного собрания – веча, но в других землях оно навязывалось силой. Вот почему вплоть до конца «киевского периода» нашей истории можно говорить о том, что христианство лишь скользило по поверхности общества, не затрагивая основ древнерусской жизни. Даже появление первых русских святых не показатель глубокого проникновения христианства в ткань жизни Руси Х‑XII вв.

Первыми церковью были канонизированы князья Борис и Глеб, павшие в кровавой междоусобной борьбе, которая разгорелась после смерти Владимира. На киевском столе сел его старший сын Святополк. За убийство братьев он получил прозвище «Окаянный». Княжившему в Новгороде Ярославу удалось разгромить его, изгнать за пределы Руси и сесть на «златотканом» киевском столе.

Ярослав и Ярославичи

Во время правления Ярослава суперсоюз еще сохранялся, но"процесс" роста городов‑государств все больше давал о себе знать. Его отразило и знаменитое летописное «Завещание» Ярослава 1054 г. Он поручил старшему сыну Изяславу Киев, Святославу дал Чернигов, а Всеволоду – Переяславль. Не должно обманывать то, что речь идет о князьях. Историки установили, что появление князя в той или иной земле – свидетельство вызревания местного земства, развития территориальных связей и формирования государств‑земель. К исходу XI в. складывание городских волостей (городов‑государств) на Руси, происходившее на основе местных сил, приняло рельефные формы и проявилось в борьбе между волостями. Первоначально усилия возникавших городов‑государств были направлены на борьбу с Киевом. Ярославичи, которые прежде выступали своего рода триумвиратом, разодрались между собой. В 70‑е годы вспыхнула борьба, в которой участвовали уже и внуки Ярослава. Ситуация осложнялась постоянным вмешательством внешней силы – новой волны кочевников – половцев. В 1068 г. Ярославичи потерпели от нкх поражение на реке Альте. Ситуация становилась угрожающей. В 1097 г. в г.Любече состоялся княжеский съезд – «снем». Князья на нем решили: «Кождо да держить отчину свою». Решение «снема» касалось лишь «Русской земли» и зависимых от нее территорий; к тому же делились не земли, а лишь власть над ними. Но разделение власти без существования самих земель как политических единиц невозможно. Отсюда вывод: договоренность князей в Любече зафиксировала то, что стало фактором исторической действительности – распад суперсоюза на города‑государства.

Изяслав был убит в битве, князем в Киеве стал Всеволод, а после его смерти вокняжился непопулярный Святополк. Когда он умер, киевляне призвали на княжение Владимира Мономаха. Однако ни Мономах (1113‑1125), ни его сын Мстислав Владимирович (1125‑1132) не могли воспрепятствовать дальнейшему росту городов‑государств.

Города‑государства Древней Руси

Что же из себя представляли эти социальные организмы? Ядро города‑государства XI‑XII вв. составлял старейший город – прежнее средоточие союза племен или крупного племени. Старейшим городам подчинялись пригороды, зависимое положение которых отражено в самом названии «пригород». Вполне вероятно, что зависимость пригородов от старших городов была следствием колонизации, освоения периферийных земель из старшего города, который выступал как своего рода метрополия.

Основным органом самоуправления старейшей городской общины было вече – народное собрание всех свободных жителей города. Решению веча главной городской общины должны были подчиняться жители пригородов. «Новгородцы бо изначала и Смоляне и Кияне и Полочане и вся власти яко на думу на веча сходятся. На что же стареишие сдумають, на том же пригороди стануть». На вече в главном городе сходился и сельский люд из окрестных мест. Прибывали сюда и делегаты из пригородов. Полномочия веча были очень широкими, собравшееся на вече «людье» решало самые разнообразные вопросы. Вообще, и на вече и вне его древнерусские люди, т.е. демократическая масса городского и сельского населения, составляли действенную политическую силу. Народ в Древней Руси принимал активное участие как в приглашении князей на княжение, так и в смещении их со «стола». Следует, однако, иметь в виду, что князь и община в этот период отнюдь не были антагонистами. Князь был необходимым элементом социальнополитической структуры древнерусских городов‑госу дарств. Вот почему летописцы так тщателыно и с такой тревогой фиксировали все периоды безкняжья. Князья, стремясь установить более тесный контакт с городской общиной, широко практиковали устройство пиров и дарений, что способствовало росту их популярности. Древнерусский князь, являясь одним из важнейших звеньев волостной администрации, жил в главном городе земли. В своих ратных делах он опирался на дружину, верхний слой которой составляли бояре. Бояре, служилые люди при князе, занимали одновременно важные посты в администрации городской общины, получали в кормление волости. Однако костяк военной мощи каждой городской волости составляла не дружина, а «вои» – волостное ополчение, в которое входили свободные граждане главного города, пригородов и сельской местности. Свободное население было поголовно вооружено и в совокупности составляло «тысячу», в свою очередь состоявшую из сотен – более мелких территориально‑административных образований и вместе с тем военных единиц. Главный город не мыслился без «области», «волости» т.е. без пригородов и сел. Город и волость находились в единстве друг с другом, составляя одно территориальное целое. Отсюда понятны названия «Киевская волость», «Черниговская волость», «Смоленская волость» и т.п. Эти волости – города‑государства имели свои государственные границы: «сумежья», «межи», «рубежи», часто упоминаемые летописью. Город был тесно связан с волостью в экономическом, военно‑политическом, культурном и религиозном огношеннях. Христианская церковь, заменив языческих жрецов, нашла себе место в этом социальном организме. Она контролировалась городскими и сельскими общинами не только в низших, но и в высших своих звеньях: даже высшие церковные иерархи избирались на вече. Волости как отдельные государственные образования в силу присущей им суверенности «правили» посольства друг к другу. Кроме того, главные города‑государства направляли послов и в зарубежные страны.

Следует иметь в виду: взаимоотношения городов и пригородов в рамках системы города‑государства не оставались неизменными. Между старшими городами и пригородами нередко возникали конфликты. Более того, заметно стремление пригородов к обособлению. Часто это приводило к разложению прежних волостей‑государств на новые более мелкие. К такому обособлению, преследующему цель формирования самостоятельных городов‑государств, толкала сама социально‑политическая организация древнерусского общества с присущей ей непосредственной демократией, выражавшейся в непосредственном участии народа в деятельности народных вечевых собраний – верховного органа власти города‑государства.

Социально‑экономические отношения XI‑XII вв.

Социально‑политическая организация дневнерусских городов‑государств базировалась на соответствующих социально‑экономических отношениях. Советские историки и археологи окончательно подтвердили те выводы, которые некоторые исследователи сделали уже в начале века – о земледельческом характере хозяйства Древней Руси. Вернее сказать, древнерусская экономика основывалась на комплексном развитии земледелия, скотоводства и разнообразных промыслов, основными из которых были охота, рыболовство и бортничество – добыча меда диких пчел. Этот тезис сейчас никем не оспаривается. Гораздо более спорным является вопрос о характере землевладения в древнерусский период. Еще в 30‑е годы был выдвинут тезис о господстве крупного феодального землевладения, начиная чуть ли не с IX в. Согласно воззрениям школы Б.Д.Грекова, феодализм, постоянно развиваясь в Киевской Руси в XI‑XII вв., приводит к феодальной раздробленности. Однако уже в 50‑х годах ученым стало ясно, что, опираясь на исторические источники, доказать раннее развитие крупного феодального землевладения на Руси невозможно. Л.В.Черепнин наиболее полно постарался обосновать гипотезу о верховной феодальной собственности в Древней Руси. По его мнению, уже первые известные нам русские князья были верховными, собственниками всей русской территории на феодальном праве, а дани, которые они собирали с подвластного населения, были не контрибуцией, платой за мир, а феодальной рентой. Никакими теоретическими и конкретно‑историческими данными доказать такой путь развития Руси невозможно. Уже в первой половине 70‑х годов была выдвинута никем еще не опровергнутая гипотеза о преобладании в Киевской Руси общинной собственности на землю (И.Я.Фроянов). Это, конечно, не значит, что крупного землевладения в Древней Руси не было совсем. Вотчина существовала, и в ней работали различные категории зависимого населения (это челядь и холопы, общей чертой которых было их рабское положение). Другие категории населения находились на стадии переходной: они двигались или от свободы к рабству или от рабской зависимости к освобождению. Таковыми были закупы, изгои, рядовичи. Вызывавшие много споров в историографии смерды делились на «внутренних» и «внешних». Первые – это посаженные на землю пленные, сходные с рабами фиска (т.е. государства) Западной Европы эпохи средневековья. «Внешние» смерды – покоренные племена, платившие дань. Таким образом население, которое работало в вотчине, было еще не феодально‑зависимым. Но главное – эти вотчины были островками в море свободного общинного землевладения. Русь IX‑XII вв., по мнению И.Я.Фроянова, переживала период перехода отродоплеменных отношений к раннеклассовым, период, который можно определить как «дофеодальный», сходный с тем, который выделил на материалах Западной Европы советский медиевист А.И.Неусыхин. Древнерусская знать благоденствовала за счет всякого рода внеземельных доходов – даней, полюдья, кормлений. В социальных отношениях было много архаических черт, пережиточных явлений: сохранялась кровная месть, наряду со многими пережиточными чертами в семейно‑брачных отношениях господствовала большая семья.

Все это нашло отражение в древнейшем своде законов Руси – Русской Правде. Под этим названием известны три памятника: «Краткая Правда» – древнейшая, «Пространная», которая относится ко второй половине XII в., и «Сокращенная», основанная как на Пространной, так и на некоторых не дошедших до нас законодательных актах более раннего времени. В свою очередь Краткая Правда делится на Правду Ярослава (около 1016 г.), Правду Ярославичей (вторая половина XI в.) и дополнительные статьи. Пространная Правда, как считают некоторые исследователи, была составлена в начале XIII в. на основе Краткой с добавлением ряда статей. Такова принятая на настоящий день периодизация древнейшего русского законодательства. В нем явственно предстает перед нами община – «мир».

«Червоная» (Галицко‑Волынская) Русь

Суперсоюз распался на города‑государства во главе с городами Новгородом, Полоцком, Смоленском, Киевом, Черниговом, Переяславлем. На юго‑западе находились Галицкая и Волынская земли. Города‑государства формировались здесь в рамках племенных территорий бужан – волынян, хорватов, тиверцев и уличей. То была обширная область, простиравшаяся от Побужья до бассейна реки Сан. На смену племенным центрам в конце Х‑начале XI вв. здесь выдвигается Владимир – будущий стольный город Волынской земли. К середине XI в. значение этого города возросло. По мере того как складывалась Владимирская волость и происходило сплочение местных социальных сил, обострялась борьба Владимира эа независимость от Киева. В конце XI‑начале XII вв. Владимир вместе с пригородами составлял крупную по размерам волость Юго‑Западной Руси. Однако своя княжеская династия здесь появилась лишь в 30‑х годах XII в., у истоков которой стоит внук Владимира Мономаха – Изяслав Мстиславич. К середине XII в. прекращается зависимость Владимирской волости от Киева.

Позже обособилась Галицкая земля. Сам город появляется на страницах летописи только под 1141 г., но выход Галича на историческую арену – итоги предшествующего развития города. Галицкая земля стала независимой от Киева при Владимире Володаревиче (1141‑1152). Особого могущества земля достигла во время княжения Ярослава Владимировича Осмомысла (1152‑1187). Это могущество непосредственно зависело от силы городской общины. В ней постоянно шла борьба, но это было не противостояние бояр и остальной общины, а партий внутри общины, которые зачастую возглавляли лидеры – бояре. Горожане вмешивались даже в личную жизнь князя. Они сожгли любовницу князя «Настаску», а ее сына отправили в заточение. Но и с законным сыном – Владимиром община не ужилась, и ему пришлось бежать. В ходе борьбы внутри городской общины из соседней Владимирской земли был приглашен Роман Мстлславич. Княжение Романа в Галиче нельзя воспринимать как слияние двух волостей – появление владимирского князя было в известном смысле успехом владимирцев в соперничестве с галичанами.

В первой половине XII в. и Галицкая и Волынская земли распадались на самостоятельные города‑государства и все‑таки Галицкая – позднее других земель вступившая на этот путь, еще долго сохраняла свою силу. Князь Даниил Романович, опираясь на «Червоную Русь» (так зачастую называли Галнцкую землю), стал одним из самых сильных на Руси властителей. В 1245 г. в битве у г.Ярослава галицкие войска под его началом разбили объединенные силы Польши и Венгрии. Но будучи грозным противником для своих врагов, в своей земле Даниил должен был прислушагься к мнению городской общины. В литературе можно встретить утверждения об особой роли бояр в Галицкой Руси, но с этим нельзя согласиться. Исторические судьбы бояр на Руси XI‑XII вв. были в принципе едины, несмотря на региональные вариации. В Юго‑Западной Руси заметное влияние на статус бояр оказывал внешний фактор: активное участие Польши и Венгрии во внутренней политической жизни Владимирской и Галицкой волостей. Если в Киеве, Новгороде или, скажем, Ростове бояре в своей деятельности опирались на местные социальные силы, то на Юго‑Западе они нередко находили поддержку у поляков и венгров, что порождало известную их независимость от собственных общин. Но полнота власти была сосредоточена не в руках бояр или князей, а у городских общин в целом.

Ростово‑Суздальская Русь

На другой оконечности восточнославянской ойкумены – земли обетованной – формировался еще один могущественный город‑государство. СевероВосточная Русь – сложный в этническом плане регион, заселенный восточными славянами относительно поздно. Как считают археологи, славянизация местных финнов здесь продолжалась в XI‑XIII вв., а кое‑где затянулась до XIV столетия. Долгое время эти земли находились в даннической зависимости от Киева. Главным городом был Ростов, и когда Владимир Мономах посадил здесь своего маленького сына Юрия, он хотел, видимо, сохранить зависимость земли от столицы на Днепре. Но история отвела Юрию другую роль – со смертью Мономаха зависимость Ростовской земли от Киева прекращается. Более того, Ростовская земля становится для Юрия Владимировича оплотом борьбы за киевский стол. Юрию, наконец, удалось там усесться, но правление его в Киеве было недолгим – вскоре он заболел (по всей видимости, был отравлен) и умер.

На страницах летописи все чаще начинает фигурировать город Владимир. Если прежде Ростову приходилось соперничать с Суздалем, то теперь на передний план выдвигается город, заложенный еще Владимиром Мономахом. Здесь возникает княжение, что свидетельствует о достаточно высокой степени организации владимирской общины. Так Владимир из пригорода, подчиненного «старшим» городам, превратился в крупный самостоятельный центр, вокруг которого формировалась своя волость. Но до открытой борьбы дело пока не дошло. После смерти Юрия Долгорукого (его так прозвали, вероятно, потому, что он стремился далеко распространить свое влияние), ростовцы и суздальцы избрали на княжение его сына – Андрея. Если Юрий был направлен из Киева, то теперь жители Северо‑Восточной Руси сами избирают себе князя. Этот факт свидетельствовал о росте силы и влияния городских общин. Да и сам Андрей Юрьевич Боголюбский ведет себя уже иначе. Он уже не стремится в Киев, а сосредоточивается на местных интересах, распространяя дани и укрепляя границы Северо‑Восточного города‑государства. И если в 1169 г. ростово‑суздальское войско взяло Киев, то совсем не для того, чтобы посадить здесь Андрея. Разграбление златоглавого огромного города тогда знаменовало собой падение его значения на Руси, полную ликвидацию его воздействия на могущественный Северо‑Восток. Сам же Андрей перенес свою резиденцию во Владимир, рядом с которым в Боголюбове построил замок, где и любил коротать дни. Со временем стало накапливаться недовольство некоторыми неудачами в его политике, и против князя созрел заговор, который и привел к его гибели.

После смерти Андрея вопрос о княжении стал яблоком раздора между Ростовом и Суздалем, с одной стороны, и Владимиром – с другой. Завязалась борьба, в ходе которой городские общины даже приглашали на княжение различных князей. Владимирцы посадили на столе в своем городе Всеволода, который затем за многочисленность своего семейства получил прозвище Большое гнездо, а их противники – другого князя. Ростовцы в борьбе потерпели поражение и вынуждены были повиноваться владимирской общине и ее князю. Как и в Галицкой земле, на далеком Северо‑Востоке процесс волостного дробления несколько задержался, и земля сохраняла свою силу долгое время. Однако в начале XIII в. во всех важнейших центрах – Ростове, Владимире, Переяславле утвердились свои князья. Это значило, что стремление городских волостей к самостоятельности достигло здесь уже значительных размеров, поскольку князья приглашались городскими общинами. Социальное развитие здесь шло в общерусском русле. Нельзя согласиться с теми исследователями, которые полагают, что в Северо‑Восточной Руси уже в XIII столетии наметились объединительные тенденции, что проявлением этих тенденций была политика владимирских князей Андрея Боголюбского и Всеволода Большое Гнездо. Для подобных выводов нет достаточных оснований. Они представляют собой своеобразную ретроспекцию порядков уже московского периода нашей истории. В первой четверти XIII в. Ростово‑Суздальская земля распалась на несколько городов‑государств, волостей.

Становление городов‑государств в Северо‑Восточной Руси происходило в ожесточенной борьбе не только с Киевом, значение которого со временем падает, но и с усиливавшимися соседями, особенно, Новгородом.

Русь Новгородская

Один из древнейших и крупнейших городов Руси Новгород, возникший на волховских берегах, на протяжении XI в. стал центром объединения большой территории, сформировал вокруг себя волость и выдвинулся в ряд самых могущественных городов‑государств Древней Руси. К концу XI в. упрочилась самодеятельность веча, князь из наместника киевских правителей постепенно превращался в представителя республиканской волостной администраций, а отсюда вытекало наметившееся расхождение посадничества и наместничества. Особенно важными для формирования новгородского города‑государства были события 1132‑1136 гг. – изгнание князя Всеволода. Нет никаких оснований считать эти события революцией, которая привела к падению княжества и возникновению боярской республики (как считал Б.Д.Греков). Движение новгородцев и жителей пригородов в 30‑е годы XII столетия ликвидировало последние остатки власти Киева над Новгородом. Но статус князя как одного из представителей высшей власти приобретал еще большую устойчивость. Другими словами, до 1136 г. князь противостоял республиканским органам власти лишь в той мере, в которой сохранял зависимость от Киева, и настолько, насколько являлся ставленником киевского князя. Во всем остальном он бил составным звеном республиканского административного аппарата. Утратив полностью качества киевского наместника, новгородский князь стал всецело республиканским органом власти. В результате векового развития в Новгородской земле складывалась система (вече, князь, посадник, тысяцкий), характерная для древнерусских городов‑государств. В борьбе с Киевом создавался и другой важнейший сациальио‑полититеский институт города‑государства – народное ополчение.

К 30‑м годам XII столетия складывается Новгородская волость, т.е. главный город с зависимыми от него пригородами. Старейшими новгородскими пригородами были Псков и Ладога.

Развитие Новгородского города‑государства во второй половине XII‑начале XIII вв. характеризуется дальнейшей демократизацией всей социально‑политической системы. Изгнание и призвание князей становится теперь обычным модусом отношения к княжеской власти. Известно, что в Новгороде XII‑XIII вв. князья менялись 68 раз, зачастую чаще, чем времена года. Особенностью Новгорода по сравнению, скажем, с Черниговским или Смоленским городами‑государствами было лишь то, что здесь не было своей любимой княжеской ветви Рюриковичей. Говоря о смене князей, нужно иметь в виду, что князь был необходимым элементом социально‑политической структуры. Суверенность городской общины распространялась и на власть посадника. Посадники менялись не менее часто, чем князья. Со временем право общины на избрание и изгнание распространяется и на церковную власть. Горожане начинают распоряжаться должностью игуменов крупнейших монастырей, например, Хутынского, а также архиепископством. Причем социально‑политическая активность общины облекалась в вечевые формы. О том, что новгородское общество шло по пути дальнейшего упрочения демократии, свидетельствовала и начавшаяся межкончанская борьба.

Рост значения и влияния новгородской волости во второй половине XII‑начале XIII в. происходил на ярком внешнеполитическом фоне. В 70‑е годы Новгородская волость вместе с другими городами‑государствами начинает распоряжаться судьбами киевского княжения, постоянно шла борьба с Полоцком, Черниговом. Но главным противником становится Владимиро‑Суздальский город‑государство. Пик борьбы с ним – знаменитая Липицкая битва 1216 г. Победив воинство Северо‑Восточной Руси, новгородцы даже посадили на княжение во Владимире своего ставленника. Это ли не свидетельство могущества Новгородской волости?! Но здесь, как и в других городах‑государствах, шли процессы, которые подтачивали волость изнутри. Пригороды Новгорода начинают стягивать определенную территорию, образуются волости, которые стремятся к самостоятельности. Внешне это выразилось в появлении местных княжений. Псков, Новый Торг становятся центрами новых быстро формирующихся городов‑государств.

Отметим, что получившая в последнее десятилетий точка зрения о разделении властей и населения в Новгороде (в сотнях, якобы жило свободное, подвластное князю население, а в концах – бояре и зависимые от них люди, а органом их власти был посадник) – не подтверждается историческими источниками. Князь, посадник, тысяцкий и сотские были органами всей городской общины, а не двух административно‑территориальных систем Новгорода.

Так развивалась в домонгольский период Новгородская волость. Сильный северный город‑государство, не пострадавший от татаро‑монгольского нашествия, опираясь на волостное ополчение, смог остановить вскоре натиск шведских и немецких рыцарей.

Культура Киевской Руси

Культура Киевской Руси, не скованная феодальными путами, достигла высокого уровня развития. Нет никаких оснований видеть в ней «две культуры» – культуру господствующего класса и класса эксплуатируемых, по той простой причине, что классы в древнерусский период нашей истории еще не сложились. Культура вырастала прямо из недр народных масс. В основе ее было устное народное творчество. Если о славянской мифологии мы имеем мало сведений, то о более позднем пласте народной культуры – былинах мы знаем неплохо. Ряд современных историков и филологов считают, что в былинах нашли отражение конкретные исторические факты и фигуры. Гораздо более правильной представляется точка зрения на былины как на явление фольклора, отражающее самые общие процессы социальной и политической жизни, а на былинных героев как на совмещающих в себе разные хронологические пласты. Но нет никаких оснований относить былины к некоему эпическому периоду ранее эпохи Киевской Руси. Как установлено в последнее время (И.Я.Фроянов, Ю.И.Юдин), былины достаточно адекватно отражают демократический строй Киевской Руси. Наиболее известным является героический былинный цикл, в котором воспеваются народные герои, защитники Руси – Илья Муромец, Добрыня Никнтич, Алеша Попович и др.

Былины, весьма самобытное и неординарное явление культуры, дают свидетельства о культурном уровне народных масс, их образованности и грамотности. Широкое распространение грамотности и письменности в самых разных социальных группах древнерусского населения подтверждается и другими источниками (граффити, берестяные грамоты и др.). Все это позволяет пересмотреть те взгляды, которые получили широкое распространение в советский период – о том, что письменность появляется лишь в условиях классового общества, а грамотность, была уделом знати. Письменность у восточных славян появляется под воздействием внутренних факторов – процесса формирования городов‑государств, волостей, во многом идентичных древневосточным номам и древнегреческим городам‑государствам. На ранней стадии развития этих доклассовых государственных образований интеграционные тенденции были настолько сильны, что активно стимулировали рост письменности как одного из орудий межобщинных отношений. Решающее значение народных нужд в развитии древнерусской письменности подтверждается историей древнерусского литературного языка. Присущие древнерусскому обществу общинность и демократизм были мощными инструментами влияния народной стихии на литературный язык. Древнерусский литературный язык весь пронизан разговорной речью: он звучит в юридических текстах, летописях, древнейшей из которых была «Повесть временных лет», в «Молении» Данила Заточника и многих других письменных памятниках. Звучит он и в жемчужине древнерусской письменности – «Слове о полку Игореве», посвященном походу в 1187 г. новгород‑северского князя Игоря на половцев. Нельзя, впрочем, не отметить, что некоторые историки считают этот памятник подделкой XVII в. (А.А.Зимин).

В Киевской Руси высокого уровня достигла и «поэзия в камне» – архитектура. К сожалению, мы мало знаем о дохристианском зодчестве восточных славян – ведь оно было деревянным. Тут могут помочь лишь археологические раскопки и те описания, которые сохранились о храмах славян центральной Европы. Не так много сохранилось и каменных храмов. Уже в 989 г. князь Владимир заложил в Киеве так называемую Десятинную церковь, посвященную Успению Богородицы и названную так потому, что на ее содержание выделялась церковная десятина. В Киеве же был возведен Софийский собор – замечательный памятник зодчества и изобразительного искусства. Храмы, посвященные святой Софии, были построены в Новгороде и Полоцке. Русские мастера, заимствовав многое из Византии, творчески развили византийские традиции. Каждая строительная артель пользовалась своими излюбленными приемами, и постепенно в каждой земле возникала своя собственная культовая архитектура. Основным строительным материалом был тонкий кирпич – плинфа, а секреты состава раствора передавались из поколения в поколение. Отличительными чертами новгородского архитектурного стиля были монументальная строгость и простота форм. В начале XII в. здесь работала артель мастера Петра, воздвигнувшая соборы в Антониевском и в Юрьевском монастырях. Ему также приписывается создание церкви Николы на Ярославовом дворище. Замечательным памятником была церковь Спаса на Нередице, разрушенная в годы войны.

Иной характер имела архитектура Ростово‑Суздальской земли, где основным строительным материалом была не плинфа, а белый камень‑известняк. Главные черты архитектуры этой земли сложились во время правления Андрея Боголюбского. Тогда во Владимире был воздвигнут Успенский собор, ведущие в город Золотые ворота, княжеский замок в Боголюбове, а неподалеку – шедевр – церковь Покрова на Нерли. Для владимиро‑суздяльской архитектуры характерно использование выступающих пилястров, барельефных изображений людей, животных и растений. Как отмечают искусствоведы, эти храмы и строгие и нарядные одновременно. В конце XII‑начале XIII в. зодчество становится еще пышнее, декоративнее. Ярким памятником этого времени является Дмитриевский собор во Владимире, который был построен при Всеволоде Большое Гнездо. Собор украшен тонкой и затейливой резьбой.

В настоящее время, благодаря достижениям археологии, мы многое можем сказать не только о культовой архитектуре и теремах, но и об оборонною зодчестве, а также о жилищах рядового населения. В прошлое ушло утверждение о том, что в Древней Руси имелась существенная разница между образом жизни феодальных верхов и основной массы населения. Основным типом славянского жилища была усадьба, основой которой был бревенчатый сруб, зачастую двухэтажный.

В Древней Руси получила распространение и живопись – прежде всего, фресковая роспись по сырой штукатурке. Замечательный памятник фресковой живописи – Софийский собор в Киеве. Многие из фресок посвящены бытовым сюжетам: изображение семьи Ярослава Мудрого, борьба ряженых, охота на медведя и т.д. Во внутренних помещениях собора сохранились и великолепные мозаики – изображения, составленные из мельчайших кусочков смальты. Одно из наиболее известных – изображение Дмитрия Солунского. Получила распространение в Древней Руси и икона – изображение святых, почитаемых церковью, на специально обработанных досках. Древнейший сохранившийся памятник иконописи – икона «Владимирской богоматери». Она была перенесена Андреем Боголюбским из Киева во Владимир, откуда и идет ее название. Искусствоведы отмечают в этой иконе лирику, мягкость, глубину выраженных в ней чувств. Это народное поэтическое начало получает во Владимиро‑суздальском искусстве свое дальнейшее развитие. Оно видно уже в древнейшем из дошедших памятников станковой живописи этой земли – в оглавном «Деисусе», выполненном, вероятно, в конце XII столетия («Деисус» означает «моление»). На иконе Христос представлен между двумя ангелами, слегка склонившими к нему головы. К этой же земле относится и великолепная икона «Оранта».

Русские «златокузнецы», используя сложнейшую технику: скань, зернь, перегородчатую эмаль, изготовляли разнообразные украшения – серьги, кольца, ожерелья, подвески‑колты и т.д.

Давая оценку древнерусской культуре в целом, нужно иметь в виду, что она насквозь была пронизана языческими традициями. Не говоря о том, что целые районы были населены язычниками, само древнерусское христианство можно определить как охристианенное язычество.

III. БОРЬБА РУСИ ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ В XIII в.

XIII в. стал временем тяжких испытаний для русского народа и его нарождающейся государственности. Географически расположенная на стыке Европы и Азии, Русь оказалась одновременно меж двух огней. С севера продолжались попытки захвата русских городов и земель потомками варягов – шведами. Положение еще более усугубилось с появлением на западных границах немецких рыцарей, развернувших активную военно‑колонизационную деятельность в Прибалтике. А с восточных степей тем временем накатывалась новая волна кочевников – монголо‑татар, врагов более страшных, сильных и жестоких, нежели их предшественники – печенеги и половцы.

Наступление немецких рыцарей на Восток

XI‑XIII вв. для Западной Европы являлись периодом крестовых походов. Основным их направлением был Ближний Восток (Палестина), где основывались военно‑рыцарские ордена (Тамплиеров, Госпитальеров и др.). Одним из последних в 1198 г. образовался орден германских рыцарей – Тевтонский. Однако, не достигнув могущества, в 1226 г. он перенес свою деятельность в Европу и повел наступление на пруссов.

С конца XII в. начинается продвижение немцев в прибалтийские земли, на которых издавна жили балтские – литовские (аукштайты, жемайты), латышские (латгалы, ливы, курши, земгалы) – и финно‑угорские (эсты и чудь) племена. Русь стремилась подчинить их и брала с них дань, для чего еще при Ярославе Мудром строится опорный пункт – Юрьев (Тарту).

Подчинив поморских славян, немцы вторглись на территорию ливов (отсюда – Ливония). В 1201 г. они основали Ригу. В 1202 г. для захвата Прибалтики и христианизации ее населения был образован Орден Меченосцев. Это происходило в соперничестве с датчанами, основавшими в 1219 г. Ревель (Таллинн). К 1224 г. вся Эстония была покорена крестоносцами. Немецкие феодалы уничтожали местное население, а их земли заселялись колонистами‑немцами. Для борьбы с немцами объединяются народы Прибалтики и Руси. Над рыцарями не раз одерживали победу новгородцы. Так было в 1234 г., когда князь Ярослав Всеволодович разгромил их в битве на реке Эмайыге. Через два года его успех повторили литовцы и земгалы. Дальнейшее продвижение немцев потребовало объединения сил, и в 1237 г. Орден Меченосцев или Ливонский стал отделением более крупного Тевтонского Ордена. Это слияние еще более усилило опасность для Руси, как раз в это время подвергающейся монголо‑татарскому нашествию.

Русь и шведы в XII‑XIII вв.

Однако первыми тяжелым положением Руси воспользовались шведы. Надо сказать, что соперничество скандинавов и Руси за земли Приневья и Приладожья, начавшееся с варягов, не прекращалось ни в XI, ни в XII в. Так, в 1164 г. большой флот шведов появился у стен Ладоги. Неудачно проведя приступ, они вынуждены были отступить, потом были разбиты на р.Вороньей подошедшими на помощь новгородцами (Ладога была пригородом Новгорода). В 1228 г. «воевать в Ладожское озеро в лодках» пришла емь – финно‑угорские племена, бывшие в то время союзниками шведов. Наконец, в июле 1240 г. Шведский флот (во главе с родственником короля ярлом Биргером) – по Неве дошел до впадения в нее Ижоры, намереваясь в дальнейшем идти через Ладогу на Новгород. Предупрежденный старейшиной дружественного ижорского племени Пелгусием, новгородский князь Александр (ему было 19 лет), выступил со своей дружиной. 15 июля 1240 г. произошла битва на Неве. Внезапность и стремительность решили ее исход в пользу новгородцев. Победа была полной. Позднее князь Александр получил почетное прозвание Невский.

Ледовое побоище

Одновременно на Русь напали рыцари‑крестоносцы. Они захватили в 1240 г. Изборск и Псков и оказались в 40 верстах от Новгорода. По решению веча в город был возвращен ранее изгнанный князь Александр. Возглавив войско, он освободил захваченные города и двинулся навстречу Ордену. 5 апреля 1242 г. на уже подтаявшем льду Чудского озера состоялась битва, получившая название Ледового побоища. Успех ее предрешило воинское мастерство Александра Невского, сумевшего учесть ряд обстоятельств военного и географического характера.

Победы в этих битвах остановили экспансию Ордена на Восток, русские земли были спасены от онемечивания, католицизма, порабощения, тем более в условиях начавшегося ига.

В 1243 г. ливонские рыцари заключили мирный договор с Новгородом. Однако к концу XIII в. значительная часть Прибалтики была ими захвачена.

Монголы, их общественный стрей и военная организация

В XII в. монгольские племена занимали территорию, входящую в нынешнюю Монголию и Бурятию. Это было обширное пространство Центральной Азии: бассейны рек Орхона, Керулена, Толы, Селенги, Онгина, Онона, у озер Хубсутул на западе и Буир‑Нур и Кулун‑Нур на востоке (около р.Халкин‑Гол). Монгольские племена носили различные названия: собственно монголы, мерниты, кедриты, ойраты, найманы, татары. Последние были наиболее многочисленны и воинственны. Поэтому соседние народы название татар распространили на другие монгольские племена.

С конца XII в. у монгольских племен происходил процесс распада родоплемениого строя. Особенностью этого строя было то, что он развивался на базе кочевого скотоводческого хозяйста. Для этого способа производства характерна собственность не на землю, а на стада и пастбища. Отсюда и стремление кочевых племен к расширению района обитания, что, как правило, происходило посредством грабительских походов.

Из среды общинников‑скотоводов (карачу) стала выделяться знать – нойоны и багатуры, которая возглавляла отряды дружинников‑нукеров. Права знати охранял закон – «Яса».

В начале XIII в. произошло объединение монгольских племен. Этому в основном способствовала дипломатическая и, особенно, военная деятельность Темучжиня – предводителя монголов. В кровавой междоусобной борьбе им удалось в конце концов покорить даже татар. Большинство их было перебито (Темучжин приказал казнить всех, кто ростом был выше оси тележного колеса), оставшиеся объединились с монголами. В 1206 г. на съезде племен (курултае), проходившем в верховьях реки Онон, Темучжин был провозглашен правителем всех монгольских племен. Он получил имя Чингиз‑хана (точное значение не установлено, обычно переводится как Великий хан).

Чингиз‑хан укрепил издавна существовавшую военную организацию монголов, которая совпадала с территориальной. Вся территория была поделена на три части: центр, левое и правое крыло. Каждая из них делилась на «тьмы» (10 тыс,) «тысячи», «сотни», «десятки» во главе с темниками, тысячниками, сотниками, десятниками. Такое устройство способствовало быстрому и четкому развертыванию военных сил. В войске была введена строжайшая дисциплина. Основной ударной силой являлась конница. Создав сильную и агрессивную организацию Чингиз‑хан приступил к завоеваниям.

Походы конголо‑татар

Первые удары были нанесены соседним народам: тангутам, чжурженям (предки современных маньчжур), а также уйгурам, туркменам и др. Используя их военные силы, а также их боевые навыки, монголы в 1219‑1224 гг. предприняли поход в Среднюю Азию, Иран, Афганистан, на Кавказ и в половецкие степи. В Средней Азии были захвачены и разрушены Самарканд, Бухара, Ходжент, Мерв и другие богатые города. Жители уничтожались, а наиболее искусных ремесленников уводили в плен. Эту территорию стали заселять кочевниками, ирригационное земледелие было уничтожено, началось наступление песков на земледельческие оазисы. Исчезла с лица земли веками создававшаяся земледельческая цивилизация.

Далее, после захвата Северного Ирана монголо‑татары двинулись в Закавказье. Однако вследствие сильного сопротивления армян и грузин и непривычных естественных условий они были вынуждены покинуть эту территорию. В свои степи монголы возвращались другим путем. Найдя узкую равнинную полоску между Каспийским морем и горами у Дербента, «псы» Чингиз‑хана Джебе и Субедей ворвались в половецкие степи. Разгромив часть половцев, они стали продвигаться к русским землям. Тогда один из половецких ханов – Котян обратился за помощью к русским князьям: «Побороните нас. Аще не поможете нам, мы ныне иссечени будем, а вы наутрие иссечени будете». Перед лицом опасного врага просьба древнерусскими князьями была принята. Однако не все русские земли выставили свои войска (отсутствовала дружина из Ростово‑Суздальской земли), а между пятнадцатью направившимися к Дону князьями не было единства. Заманив русское войско в степи, монголо‑татары (численность их доходила до 30 тыс.) 31 мая 1223 г. в битве на р.Калке нанесли ему жестокое и сокрушительное поражение. Из Приазовья вернулась лишь десятая часть войска. Несмотря на успех, монголо‑татары, продвинувшись до Днепра, неожиданно повернули назад в степи. Так закончился первый поход монголо‑татар на Русь.

Походы на Русь Батыя

После смерти Чингиз‑хана (1227 г.) наследником стал его сын Угэдей. Завоевательные походы были продолжены. В начале 30‑х годов XIII в. монголы вновь обрушились на Закавказье. А в 1236 г. начинается поход на русские земли. Его возглавил внук Чингиз‑хана, сын его старшего сына Джучи‑Бату (Батый), который получил во владение (улус) западные земли, в том числе и те, которые предстояло покорить.

Овладев Волжской Булгарией, к осени 1237 г. монголы перешли Волгу и сосредоточились на р.Воронеж. Надо сказать, что новый поход на Русь не был неожиданностью для князей и всего населения. Как свидетельствуют летописи, в русских городах следили за продвижением монголо‑татар, знали об их приближении и завоевательных планах, готовились к обороне. Однако за монголо‑татарами оставалось подавляющее превосходство в военных силах. При самых скромных подсчетах их армия насчитывала от 37,5 тыс. до 75 тыс. человек и использовала первоклассную для того времени осадную технику. При отсутствии политического и военного единства на Руси противостоять многочисленным, хорошо обученным и жестоким войскам монголо‑татар было крайне сложно. И тем не менее, русские земли, особенно в начальный период, попытались организовать коллективный отпор. Но объединения сил нескольких княжеств было недостаточно для противостояния сильному противнику.

Первой русской волостью на пути монголо‑татар стала Рязанская. На требования Батыя о добровольном подчинении и выплате дани, рязанский князь Юрий Ингваревич и союзные с ним пронский и муромский князья ответили отказом. В свою очередь, не получив помощи от других земель, рязанцам пришлось действовать в одиночку. Но, даже находясь в осаде, они нашли мужество ответить татарским послам: «Если нас всех не будет, то все ваше будет». Рязань пала после пятидневной обороны 21 декабря 1237 г. Город был разграблен и сожжен, а жители, среди которых была княжеская семья, перебиты. На прежнем месте Рязань больше не возродилась.

В январе 1238 г. монголо‑татары двинулись во Владимиро‑Суздальскую землю. В бою под Коломной они нанесли поражение владимирцам и остаткам рязанцев, после чего подошли к Москве. Москва, бывшая в то время небольшим пригородом Владимира, оказала отчаянное сопротивление. Обороной руководил воевода Филипп Нянка. Город был взят только через пять дней. 3 февраля 1238 г. Батый подошел к Владимиру и осадил его, одновременно отправив отряд к Суздалю. 7 февраля после ряда безуспешных попыток овладеть городом через Золотые ворота, захватчики ворвались в него через проломы в стене. Летописец рисует жуткие картины грабежа и насилия. Укрывшиеся в Успенском соборе епископ Митрофан с княгинями и детьми, входившими в семью князя Юрия Всеволодовича, и другие люди были подожжены и скончались в мучениях от удушья и огня. Между тем сам владимирский князь Юрий, отъехав на север, попытался силами владимирского войска и собранных им полков Ростовской, Ярославской, Углицкой и Юрьевской земель остановить смертоносное шествие монголо‑татар. 4 марта 1238 г. состоялась битва на затерянной в густых лесах северо‑западнее Углича речке Сити. Точное место сражения до сих пор не установлено, но зато достоверно известно, что вся русская рать была перебита. Погиб и Юрий Всеволодович. Северо‑Восточная Русь была разорена и опустошена.

В то же время другой отряд монголо‑татар двинулся в Северо‑Западную Русь. Здесь они встретили упорное сопротивление жителей Торжка – пригорода Новгорода. Но 5 марта – после двухнедельного стояния под его стенами – монголо‑татары с помощью стенобитных устройств взяли и его. Враги иссекли всех «от мужьска пола и до женьска, иереискыи чин всь и черноризьскыа, а все изъобнажено и поругано, горкою смертью предаша душа своя господеви».

Путь на Новгород, таким образом, был открыт. Однако случилось непредвиденное: не дойдя до Новгорода ста верст, Батый возле местечка Игнач‑крест, резко повернул на юг. Причины этого решения можно назвать лишь предположительно: предстоящая весенняя распутица, вследствие которой чрезвычайно усложнялось дальнейшее продвижение, усталость и потеря боевого духа самих монголов, сражавшихся в непривычных для них условиях, а также доходившие до них слухи о решимости новгородцев сражаться до последнего.

Отход был стремительным и носил характер «облавы». Монголы разделились на отряды и, идя с севера на юг, охватывали своей «сетью» населенные пункты, попадавшиеся на пути. Особенно необходимо отметить стойкость жителей (во главе с юным кяязем Василием) небольшого городка Козельска, оборонявшегося беэ чьей‑либо помощи семь недель. Они совершали вылазки, нападали на врага, уничтожали осадные машины. Когда дело дошло до штурма, то «козляне ж ножи резахуся с ними». «Злым городом» прозвали его татары и «не пощаде от отрочат до сосущих млеко».

Удалось отбиться Смоленску, но были разорены такие крупные центры как Переяславль‑Южный, Чернигов и др. После этого монголо‑татары вновь ушли в степи. Но уже в 1239 г. последовало новое вторжение. После захвата Мурома, монголы двинулись на южную Русь и подошли к Киеву. Оборону города организовал воевода Дмитрий (князь Михаил Всеволодович бежал). Горожане самоотверженно защищались около трех месяцев, по силы были неравны. В декабре 1240 г. Киев был взят. В следующем году монголо‑татары разгромили Галицко‑Волынскую Русь, а затем вторглись в Европу. Однако, потерпев ряд неудач в Чехии и Венгрии, Батый повернул свои войска на Восток. Проезжавший чуть позже через южные русские земли итальянский монах Плано Карпини оставил леденящие душу строки: татары «пошли против Руссии и произвели великое избиение в земле Руссий, разрушили города и крепости и убили людей, осадили Киев, который был столицей Руссии, и после долгой осады они взяли его и убили жителей города; отсюда, когда мы ехали через их землю, мы находили бесчисленные головы и кости мертвых людей, лежавшие в поле; ибо этот город был большой и очень многолюдный, а теперь он сведен почти ни на что: едва существует там двести домов, а людей тех держат они в самом тяжелом рабстве».

Исходя из вышеизложенного, трудно всерьез принимать выводы Л.Н.Гумилева о том, «что немногочисленные воины‑монголы Батыя только прошли через Русь и вернулись в степь». Представляется, что гораздо точнее о трагедии, постигшей русский народ, сказал А.С.Пушкин, одновременно определив то значение, которое имели стойкость н мужество русских людей: «…растерзанная и обескровленная Русь остановила монголо‑татарское нашествие на краю Европы». Дорого обошлась Руси ее самоотверженность. По подсчетам археологов, из 74 русских городов 49 были разорены татарами. 14 из них перестали существовать навсегда, а 15 превратились в сельские поселения. Погибли тысячи горожан, селян, знатных людей и простых общинников. Многие, особенно ремесленники, были уведены в плен. Кривая татарская сабля и сопутствующий ей огонь опустошпил Русь, но не поставили ее на колени. Нашествие Батыя не повлекло за собой уничтожения древнерусской народности и цивилизации.

Начало ига

Походы Батыя на русские земли в 1257‑1241 гг. не повлекли за собой немедленного установления чужеземного господства. Но летом 1242 г. вернувшиеся с берегов «последнего» – Адриатического моря монголы в низовьях Волги образовали в составе Монгольской империи новое государство – Золотую Орду (улус Джучи). Оно охватило огромную территорию, включая земли волжских болгар, половцев, Крым, Западную Сибирь, Приуралье, Хорезм. Столицей стал Сарай, или Сарай‑Бату, основанный неподалеку от нынешней Астрахани. В древнерусскне земли были направлены послы, потребовавшие от князей явки к Батыю с изъявлением покорности. Так в 1242 г. началось монголо‑татарское иго, длившееся до 1480 г.

Первым в Орду в 1243 г. поехал оставшийся старшим среди владимиро‑суздальских князей Ярослав Всеволодович. В течение следующего десятилетия русские князья совершили не менее 19 поездок к монголо‑татарам, в том числе четыре раза в столицу Монголии – Каракорум. В Орде князья, обычно привозившие богатые дары и дани, получали подтверждение своих прав на свои княжества и на «великое княжение Владимирское» – «ярлык». Монголы, пользуясь этим и извлекая для себя выгоды, зачастую разжигали между русскими князьями соперничество, приводившее к распрям и кровопролитию. В конце 50‑х годов XIII в. на Руси вводится система повсеместного и регулярного взимания дани («ордынский выход») – подворное обложение (для чего была проведена перепись – «число»), а также воинская повинность. Одновременно создается институт ханских наместников – баскаков, осуществлявший экономический и политико‑военный контроль в русских землях (просуществовал до начала XIV в.). «Великий баскак» имел резиденцию во Владимире, который становится в это время крупнейшим политическим центром. Наряду с этим не прекращались и новые вторжения монголо‑татар. Первый после Батыя поход состоялся в 1252 г. Это была «Неврюева рать», разгромившая Суздальскую землю. В 1292 г. на Русь обрушилась «Дюденева рать», которая «градов взяша 14, и всю землю пусту сътвориша». Многие города разрушались вновь и вновь: Переяславль‑Залесский – 4 раза, Муром, Суздаль, Рязань – 3 раза, Владимир – 2 раза, в то время как в первые 50 лет ига на Руси не было построено ни одного города. В целом в последние 25 лет XIII в. Орда предприняла до 15 крупных походов. Иногда их последствия были не менее трагическими, чем Батыево нашествие.

Влияние нашествия и ига на развитие Руси

Вопрос о воздействии татаро‑монгольского нашествия и последовавшего за ним ига на развитие русского общества – один из самых сложных в истории Руси. Безусловно, что они повлияли на демографическое, хозяйственное, социальное, политическое и культурное развитие древнерусских земель. Происходит сокращение численности населения, а оставшиеся в живых после татарских набегов во избежание нового разорения вынуждены были бежать в более безопасные районы: на запад и северо‑запад Волго‑Окского Междуречья. Появляясь там, они пополняли армию безземельного люда, а для уплаты дани обращались к знати. Таким образом, постепенно создавался резерв феодально‑зависимого крестьянства. В то же время изменяется и положение знати – особенно князей. Существуя прежде за счет даней, кормлений, полюдья, теперь эти источники доходов они теряют – все направляется в Орду. Отсюда происходит их переориентация на землю. И, действительно, в конце XIII‑XIV вв. наблюдастся существенный рост крупного частного землевладения.

Возрастает значение князя и в политической сфере. Если в период Киевской Руси князья находились в зависимости от веча, которое могло указать им и «путь чист» (т.е. изгнать), то теперь они приезжали в города с ханским ярлыком, а при необходимости с татарским отрядом. Таким образом, власть князей по отношению к населению усиливается.

Однако и в этих условиях не была сломлена демократическая политическая система, не прерываются древнерусские политические традиции. Одна из них – деятельность вечевых институтов. Грозные раскаты вечевого колокола собирают теперь горожан для организации отпора ордынцам и их сообщникам. Сильные волнения произошли в 1257‑1259 гг. в Новгороде в связи с переписью населения: новгородцы отказывались «даваться в число». Их негодование вызвало также и то, что бояре «творяху… собе легко, а меньшим зло». Выступление было пресечено Александром Невским, проводившим политику компромисса и полагавшим, что время открытого столкновения с Ордой еще не настало. В 1262 г. расправились с баскаками и купцами‑откупщиками горожане Ростова, Суздаля, Ярославля, Устюга Великого, Владимира. Выступления происходили и позднее – в 70‑90‑е годы XIII в. Такой широкий размах народного движения вынудил Орду смягчить систему сбора дани: часть сбора была передана русским князьям, а влияние баскачества было ограничено.

Однако, и в XIV, и в XV вв. Русь продолжала существовать под тяжелым бременем монголо‑татарского ига.

IV. ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКИЕ ЗЕМЛИ И ВЕЛИКОЕ КНЯЖЕСТВО ЛИТОВСКОЕ В XIII‑XVI ВВ.

Возникновение и развитие Великого кляжсства Литовского (ВКЛ)

«Дранг нах Остен» («Натиск на Восток») – страшная опасность, которая угрожала в XIII в. Руси, дамокловым мечом нависла и над населением прибалтийских земель. Под ударами «орденских братьев» пали русские крепости в Прибалтике, рыцари захватили территории племенных союзов ливов, куршей, эстов и др. – предков современных латышей и эстонцев. Ожесточенное сопротивление рыцарям оказывали литовцы.

Литовцы достаточно поздно появляются на авансцене европейской истории, их политичсская и экономичсская жизнь, о которой нам сообщают источники начиная со второй половины XII в., дышит глубокой архаикой. Распадаясь на множество разрозненных племен, литовцы уже тогда состояли из двух этнографических групп – аукштайте (верхняя Литва) жемайте (нижняя или «Жмудь» русских источников). Они занимались земледелием, скотоводством и всякого рода промыслами: охотой, рыболовством, добычей меда диких пчел. Литовцы были хорошими воинами, а под влиянием немецкой агрессии весь быт их перестраивается на военный лад. Прекрасно зная свои леса и болота, литовцы хитростью заманивали рыцарей в чащобу, наносили неожиданные удары по немецким замкам. О многих славных победах литовцев повествуют немецкие хронисты, которых трудно заподозрить в симпатиях к противнику. Однако справиться с таким сильным врагом, как рыцари, литовцы не могли: не хватало ни людских, ни материальных ресурсов. В этих условиях начинается экспансия литовцев на юг и юго‑восток, начинается литовское «завоевание». Распространялся, собственно, не литовский этнос, а власть литовских князей, причем процесс проникновения в русскую среду этой власти был постепенным, капиллярным. Литовские князья утверждаются на столах в некоторых русских городах. Явление это напоминает появление на Руси несколькими столетиями раньше Рюриковичей. Натиск на Русь становится интенсивнее после тою, как литовскому князю Миндовгу удается уничтожить своих противников и добиться некоторой централизации. Происходит это в 40‑50‑х годах XIII в. Централизация была относительной, «союз союзов» литовских племен был рыхлым, и «самодержетво» Миндовга (по определению русского летописца) – не более чем цветастый риторический оборот. Однако именно в это время начинает складываться ядро Литовско‑Русского государства, или как оно чаще называется в исторической литературе: «Великое княжество Литовское в узком смысле этого слова». Территориальный рост продолжался и при преемниках Миндовга, особенно при князе Гедимине (1316‑1341 гг.). В состав центра будущего государства входят земли верхней Литвы – аукштайте и «приросшие» к ним земли Черной Руси, – т.е. Понеманья, а также некоторые части Полоцкой и Турово‑Пинской земель. Тут необходимо обратить внимание на одно очень интересное явление. Уровень политического развития литовских «завоевателей» был ниже, чем восточнославянского населения. В то же время литовские князья нуждались в тех материальных и людских ресурсах, которыми обладали русские земли. Такого рода обстоятельства обусловили русификацию верхушки литовцев. Литовские князья принимают крещение в православие, усваивают русский язык, культуру. Одно время даже столица формирующегося государства находилась на русской территории – в Новгородке Литовском. Позже она была перенесена в Вильно, но характер отношений между этносами в формирующемся государстве остался тем же. Дело, начатое первыми великими литовскими князьями, было продолжено князьями Ольгердом и Кейстутом. Они договорились между собой, разделив функции: Кейстут занимался обороной Литвы от рыцарей, а Ольгерд осуществлял захваты русских земель. В состав Великого княжества Литовского вошли такие древнерусские земли, как Полоцкая, Смоленская (уже при Витовте в начале XV в.), Киевская, Чернигово‑Северская, Волынская, самая южная – Подолье. Долго шла борьба за Галичину, которая в конце концов оказалась в руках Польши. Древнерусские земли входили в состав Великого княжества на правах автономии. Дело в том, что великие князья литовские придерживались принципа «мы старины не рухаем, а новин не вводим», довольствовались сбором дани с присоединенных земель и привлечением к участию в общеземском ополчении местных вооруженных сил. Такого рода отношения закреплялись в специальных договорах – уставных: грамотах, весьма напоминавших договоры Новгорода с князьями. Формировалось федеративное государство, пусть со своеобразной, средневековой, но федерацией. Процесс складывания данного государства нет оснований идеализировать – при его создании лилась кровь, захватывались земли, но оно создавалось не одним только насилием. Дело в том, что некоторые русские земли были сами заинтересованы в поддержке литовских князей, не без основания видя в них защиту от татар. Внешняя опасность, необходимость вести борьбу на несколько фронтов, была одной из основных причин возникновения Великого княжества Литовского. С другой стороны, такой характер генезиса государства приводил к тому, что русские земли в составе Литовско‑Русского государства долгое время сохраняли свои особенности, внутреннюю структуру и политическое устройство. В этом смысле именно Великое княжество Литовское наследовало многие черты экономического и политического быта русских земель еще киевского периода нашей исторпн.

Унии Литвы с Польшей

Ситуация в этом регионе начинает меняться в конце XIV в. В соседней Польше пресеклась правящая династия. После двенадцатилетнего правления венгерского короля Людовика на престоле оказалась его дочь Ядвига. Польские паны, короновав ее, одновременно поставили вопрос о ее браке с Ягайло Ольгердовичем – великим князем литовским. В 1385 г. брак был заключен. Одновременно была заключена и польско‑литовская уния (союз), которая должна была знаменовать объединение двух государств. Однако она так и осталась на бумаге. В Великом княжестве Литовском вокняжился Витовт Кейстутьевич, который сумел добиться самостоятельности Великого княжества в борьбе с Ягайло, с которым у него были и личные счеты – Ягайло был повинен в смерти отца Витовта.

Между тем объединение русских земель и Литвы, как пусть и номинальный, но союз с соседним славянским государством – Польшей, дало в области внешней политики блестящие результаты. Еще в 1362 г. в битве у Синих Вод (Подолье) русско‑литовские войска разбили войска трех татарских царевичей, а в 1410 г. грянула знаменитая Грюнвальдская битва. С той и с другой стороны в битве участвовало около 60 тыс. человек – цифра для эпохи средневековья огромная. Польскими войсками командовал Ягайло, а литовско‑русские возглавил Витовт, участвовали отряды из Чехии и татары. Все это воинство нанесло сокрушительное поражение Ордену. Был убит даже магистр – глава Ордена – фон Юнгинген. Хотя развить этот успех соединенные силы не смогли – осада крепости Мальборг (главного форпоста крестоносцев в Прибалтике) окончилась ничем, но Ордену был нанесен страшный удар, от которого он так и не сумел оправиться.

Совместная победа на поле между селениями Грюнвальд и Танненберг привела к заключению в местечке Городло (Восточная Польша) следующей унии – Городельской. Она, впрочем, также оказалась в реальности лишь личной, номинальной – оба государства сохранили свою самостоятельность. Значение Городельской унии 1413 г. состоит в том, что именно с нее начинается весьма неоднозначный процесс – процесс полонизации и католицизации Великого княжества Литовского. По условиям унии католики получили определенные привилегии при доступе к «урядам» – государственным должностям. Польская знать браталась с литовской, передавая ей свои гербы, начинала формироваться чуждая народным массам по своей вере и даже этнической принадлежности элита. Другими словами, именно Городельская уния создала предпосылки для наступления Польши на русские земли Великого княжества Литовского.

В условиях начавшейся полонизации, ухудшения положения русских в Великом княжестве Литовском вспыхнула война, которая в литературе получила название «восстание Свидригайло», в ходе движения, возглавленного князем Свидригайло Ольгердовичем, возникла ситуация, когда Великое княжество Литовское распалось на две части: "Литва посадила на великое княжение Сигизмунда Кейстутьевича, а русские земли держались стороны Свндригайло и именно его посадили на «великое княжение Русское». В политическом развитии Великого княжества Литовского период этот был переломным. Пока Сигизмунд подтверждал унию с Польшей, русские земли жили своей жизнью, пытались построить отдельное политическое здание. Однако «восстание Свидригайло» потерпело поражение, а после гибели князя Сигизмунда на престоле в Вильно утверждается Казимир Ягеллончик, правление которого знаменовало новую эпоху и которое по значению можно сравнить с правлением Ивана III в Великом княжестве Московском. Казимир восстанавливает пошатнувшиеся уже было основы униатской политики, в своем лице династически вновь объединяет два государства. Впрочем, основы политики унии остаются достаточно неустойчивыми и во второй половине XV‑начале XVI вв. Униатский процесс продолжился и при преемниках Казимира – великих князьях Александре и Сигизмунде, но завершился лишь в правление Сигизмунда‑Августа, когда в 1569 г. в условиях постоянной борьбы Великого княжества Литовского с Российским государством была заключена Люблинская уния (в городе Люблине в Польше), имевшая важнейшее значение в истории Восточной и Центральной Европы. На европейских картах появилось новое государство – Речь Посполитая. Правда, Великое княжество и в составе Речи Посполитой сохраняло определенную самостоятельность, но территория ее теперь ограничивалась собственно Литвой и землями Белоруссии, а все южные земли (Украина) отошли непосредственно в состав Короны, т.е. Польши.

От общины к крупному землевладению

Такова внешняя канва событий. Но как развивалась «внутренняя» история этого огромного региона Восточной Европы? В состав Великого княжества Литовского вошли древнерусские города‑государства, которые в ряде районов еще долгое время сохраняли свою социально‑политическую структуру и экономическую основу в виде землевладения общин. Со временем усиление княжеской власти привело к росту так называемой служебной системы – организации, имевшей место и у других народов Центральной и Восточной Европы. Все большая часть населения начинает нести «службу» в пользу княжеской власти, города‑государства сменили «княжества» – своеобразные военно‑служилые государства, в которых большинство населения было обязано служебными отношениями князю, но было свободным и не находилось в той или иной зависимости. По типу такого рода государства строится и само Великое княжество Литовское в целом. В этом государстве XIV‑первой половины XV в. еще очень сильна была община, литовско‑русское право основывалось на Русской Правде. Лишь постепенно начинают зарождаться сословия, процесс формирования которых занимает XV‑первую половину XVI в. Этот процесс был ускорен появлением крупного иммунизированного землевладения, получившего развитие во второй половине XV столетия. Крупное землевладение привело к тому, что высшее сословие в государстве составили землевладельцы – бояре, которые на польский манер получили название «панов», «шляхты». К ним со временем присоединились и княжеские роды уцелевших в борьбе с великокняжеской властью остатков Рюриковичей и Гедиминовичей. Название «бояре» со временем перешло на верхушку крестьянства – довольно многочисленную категорию, несшую военную службу. Военную службу несло и «тяглое» и «данное» крестьянство, но основу их служебных отношений составляла дань и выполнение всякого рода работ. По мере развития иммунизированного землевладения именно эти отряды крестьян в наибольшей степени пополняли отряд «непохожего» крестьянства – первый симптом крепостнических отношений. Особое сословие со временем сложилось в городах: мещане, которые несли в государстве ряд повинйостей. Консолидации этого сословия весьма содействовало распространение такой разновидности иммунитета, как магдебургское право, которое постепенно и весьма болезненно прививалось в русских землях.

Иммунизированное землевладение в конечном итоге привело и к изменению государственного строя Великого княжества Литовского. Уходили в прошлое вечевые собрания и прежняя княжеская власть утрачивала свои функции, а все большую роль в политической жизни земель начинали играть бояре – шляхта. Рада – совет вокруг великого князя литовского (почти полный аналог древнерусской думы) начинает разрастаться и превращается в «великий вальный сойм» – подобие польских шляхетских сеймов. Формирование этого государственного учреждения относится в концу XV – первой половине XVI столетия. Землевладельцы с мест отправлялись в центр, где на собраниях шляхты и решали основные проблемы политической жизни государства. Появление «великого вального сойма» знаменовало формирование новой государственности – сословно‑аристократической. Так шло развитие государственности западнорусских земель: от древнерусских городов‑государств к княжествам и военно‑служилой государственности – и, затем, к сословно‑аристократическому государству.

Процесс эволюции государственных организмов сопровождался и изменением налоговой системы Великого княжества Литовского. На протяжении XIV‑XV вв. здесь существовали архаические древнерусские налоги и повинности (полюдье, дары и т.д.), которые лишь постепенно меняли свой облик. Существенные изменения в налоги и повинности вносило иммунизированное землевладение, так как при передаче землевлалельцу прежних повинностей многие из них просто исчезли.

В русских землях Великого княжества Литовского лишь постепенно изменялся и характер социальной борьбы. Борьба, характерная для древнерусского периода – борьба между свободными, которые в ходе нее распадались на партии, возглавляемые боярскими группировками. Эти архаические формы социального противостояния сменялись противоборством между различными сословиями, формировавшимися в государстве, а также борьбой общин с государственным аппаратом.

Все эти тенденции социально‑экономической и политической жизни получили дальнейшее развитие во второй половине XVI‑первой половине XVII в.

Формирование восточно‑славянских народностей

На протяжении XV‑первой половины XVII вв. формируются украинская, белорусская и русская народности. Определенные различия в языке, материальной культуре появляются еще в период расселения восточных славян по Русской равнине. Хотя в XI‑XII вв. сохранялась идея восточнославянского единства, разобщенность политической жизни в рамках городов‑государств также способствовала накоплению различий между восточнославянскими общностями. Сильный импульс этому процессу был дан перипетиями бурного XIII столетия. Как мы уже знаем, земли будущих Украины и Белоруссии оказались в составе Великого княжества Литовского. Здесь на основе древнерусского литературного языка сформировался белорусско‑украинский язык, который стал государственным языком в Литовско‑Русском государстве. Со временем, особенно после Люблинской унии, в результате проникновения в него оборотов живой народной речи формируются украинский и белорусский языки. Определенную роль в этом процессе играл и церковнославянский литературный язык.

Название «Украина» появляется уже в конце XII в. для обозначения древнерусских земель, неносредственно граничивших со степью. Термин употреблялся в значении край, «краина», окраина, земля. В значении «земля», «страна» Украина, Вкраина употребляются в устном народном творчестве, в думах и песнях, относящихся к XVI‑XVII вв.

В XIV в. в источниках появляется название Великая Русь, а с конца XV в. – Россия. Тогда же появилось название Белая Русь, которое относилось к землям, на которых формировалась белорусская народность. Одновременно в официальных документах и в литературных произведениях употреблялось название Малая Русь. В народных массах это название не привилось.

Помимо языка и названия постепенно складывается определенная общность экономической жизни, а также общность психического склада, культуры и быта. Естественно, что географический фактор играл здесь далеко не последнюю роль: на Украину большее влияние оказывала степная тюркская культура, а на Белоруссию более близкая польская.

V. МОСКОВСКОЕ ГОСУДАРСТВО XIV‑XVII ВВ.

1. СТАНОВЛЕНИЕ РУССКОГО ГОСУДАРСТВА В XIV – НАЧАЛЕ XVI в.

Формирование Русского государства было объективным и закономерным процессом дальнейшего развития государственных форм на территории Восточно‑Европейской равнины. На основе предгосударственных структур восточных славян – суперсоюзов в XI‑XII вв. – складывается новая форма территориальных образований – города‑государства. Города‑государства представляли собой следующий этап в становлении русской государственности. Дальнейшее их развитие обусловило монголо‑татарское нашествие, приведшее, в частности, к изменениям в органах власти: усилению в ней монархических единовластных начал в лице князей. Этот фактор был одним из составляющих сложного, противоречивого и многогранного процесса зарождения и развития новой государственной формы – единого Русского государства. Другими причинами явились экономические, социально‑экономические и социальные изменения, а также внешнеполитический фактор: необходимость постоянной обороны от врагов. Последнее объясняет и то, что промежуточной формой от городов‑государств к единому государству стало военно‑служилое государство. Вначале в рамках уделов, а затем в масштабе всех объединенных русских земель.

Территория и население в XIV‑XVI вв.

В результате монголо‑татарского нашествия и последующих вторжений, а также возникновения на западных границах Руси в XIII‑XIV вв. Великого княжества Литовского часть русских земель оказалась в его составе или под властью Польши, Венгрии, Молдавии. На этой территории возникает украинская и белорусская народности. И тем не менее, земли великорусской народности охватили огромную территорию от побережья морей Ледовитого океана на севере до среднего и нижнего течения Оки на юге, от района Пскова на западе до Нижнего Новгорода на востоке.

В XIII‑XVI вв. русское население продолжает осваивать северо‑восточную территорию. Продвижение происходит двумя потоками: из Новгородской земли и из Ростово‑Суздальской (Московской). Другие направления – восточное, в Поволжье и на юг от Оки. Проникновения сюда особенно усиливаются во второй половине XVI в.

В первой половине XVI в. территория Московского государства увеличивается с присоединением русских земель Литвы: Чернигово‑Северских и Смоленских.

Таким образом, к середине XVI в. складывается основная территория Русского государства.

Социально‑экономическое развитие в XIV‑XV вв.

Конец XIII‑XIV вв. – время роста крупное землевладения. Вспомним, что первые вотчины (княжеские, церковные, боярские) появляются еще в Киевской Руси. В последующее время этот процесс продолжается. Однако вопрос о путях возникновения частной земельной собственности вызывает в науке споры. Одни видят возможность ее появления «снизу», когда наиболее состоятельный общинник превращает свой надел в собственность (аллод), начинает эксплуатировать менее состоятельных крестьян, становясь постепенно мелким вотчинником. Другой путь – «сверху», когда боярские вотчины образовывались путем пожалования великим князем земли. Наконец, была возможна и покупка земли у общины на средства, полученные от неземледельческих доходов (например, торговли). Последняя была характерна для Новгородских земель.

Однако как бы то ни было, «складывающиеся боярские вотчины были первопачально невелики», – констатировал современный историк В.Б.Кобрин. И далее он поясняет: «Вероятнее всего, они служили для княжеских вассалов и слуг своеобразными небольшими „подсобными хозяйствами“: в условиях господства натурального хозяйства для феодала было в равной степени не нужно производство сельскохозяйственных продуктов на рынок и необходимо личное село, избавлявшее от закупок зерна и мяса, масла и молока. Повседневный, да отчасти, и праздничный стол феодал XIII‑XIV вв. должен был поневоле сам себя обеспечивать; лишь заморские деликатесы и виноградные вина представляли здесь покупную провизию. Первоначально более крупная вотчина просто была не нужна». Количественно боярские вотчины также были в это время немногочисленны.

Более быстро крупным землевладельцем становится церковь. Возможность ее развития, в частности, была связана с веротерпимостью монголо‑татар, поэтому церковные земли освобождались от даней. С середины XIV в. в монастырях происходит переход с «келиотского» устава к «общежитийному». В первом случае монастырь состоял из ряда обособленных келий, а жившие в них монахи имели свое хозяйство, и, таким образом, монастырь в целом не являлся собственником. Во второй половине XIV в. Сергий Радонежский проводит реформу. Согласно «общежитийному» уставу монахи должны были отказаться от личной собственности, а монастырь становится общиной с коллективной собственностью, получает возможность широко приобретать имущество, в том числе земли. Монастырям начинают жаловать земли князья. Именно этим путем создается первоначальное богатство большинства монастырских вотчин. Со временем, обретя экономическое могущество, церковь станет соперником великих князей (а потом и царей) в борьбе за государственную власть.

Но, несмотря на свой рост, крупное частное землевладение в XIV‑XV вв. не являлось господствующим. В Северо‑Восточной Руси (не говоря о Севере) преобладало свободное общинное крестьянское землевладение. Община в XIV‑XV вв. называлась волостью, или «черной волостью». Отсюда название – черносошные крестьяне (сам термин «крестьяне», обозначавший сельских земледельцев, появляется в конце XIV в.). Вопрос о социальной природе собственности в черной волости – сложный и спорный. Ряд исследователей полагают, что черные земли находились в полной собственности крестьянских общин (их аллодиальные владения). Другая точка зрения исходит из существования на Руси в XV в. государственного феодализма. Следовательно, крестьяне считаютя феодально‑зависимыми от государства в целом, а налоги рассматриваются как форма феодальной ренты. Наконец, третьи говорят о черных крестьянах как собственниках своих земель наряду с государством. Спор этот далек от завершения, но ясно одно: положение черносошных крестьян было легче, чем частновладельческих.

Впрочем, частновладельческие крестьяне не были однородной массой. Они делились на следующие основные категории: половники и серебреники. Половники представляли собой обезземельных крестьян, получавших на обзаведение своим хозяйством определенную денежную ссуду, которую были обязаны погашать половинной долей урожая. Они являлись резервом для вовлечения в зависимость свободного крестьянства. Серебреники – это крестьяне, которым господин давал в долг деньги («серебро») с условием последующей уплаты с процентами («серебро ростовое») или же работы за проценты («серебро издельное»).

Уровень эксплуатации в XIV‑XV вв. был слабым. Основной формой эксплуатации был натуральный оброк: крестьяне за пользование землей обязаны были платить необходимыми продуктами сельскохозяйственного производства. С конца XV‑начала XVI в. натуральный оброк постепенно заменяется денежным, причем А.А.Зимин отмечает, что «денежная рента конца XV в. генетически восходит к дани».

В виде отдельных повинностей существовала отработочная рента: крестьяне обязаны были, например, ловить рыбу, варить пиво, молотить рожь, прясть лен, косить траву. Если они принадлежали монастырю, то еще и работать на пашне, заниматься ремонтом построек и т.д. Что касается наиболее тяжелой повинности крестьян – барщины – то она появляется в конце. XV‑начале XVI в.

Политическое развитие в XIV в.

К началу XIV в. на Руси складывается новая политическая система. Столицей становится город Владимир. Великий князь "Владимира стоял во главе княжеской иерархии и имел ряд преимуществ. Поэтому князья вели яростную борьбу за ярлык на Владимирский престол. Из многочисленных земель, на которые распалась Владимиро‑Суздальская земля, самыми значительными стали Тверская, Московская и Суздальско‑Нижегородская. Каждая из них могла возглавить объединительный процесс. Наименьшие шансы имела последняя, вследствие своего соседства с Ордой. Равные были у двух других.

Исследователи уже давно пытаются раскрыть «тайну» возвышения Москвы. По этому поводу предлагались различные версии. Систематизация их представляется следующей (по Л.Н.Гумилеву). «Географическая» версия предполагает с одной стороны выгодность географического положения (центр Русской земли, торговые пути по рекам), с другой – бедность природы и скудость почв, толкавшие к расширению территории, но и позволявшие выработать «железные характеры» московитов. Согласно социальной версии усиление Москвы произошло вследствие относительного спокойствия в сплоченной и сильной княжеской семье, в которой не было усобиц. Поэтому ей и предпочитали служить духовенство и боярство. Третья – политическая – версия исходит из мудрости и дальновидности московских князей, т.е, из их личных качеств. Наконец, последнее объяснение принадлежит современному историку А.А.Зимину, который, подвергая критике многие доказательства этих версий, предложил свой «ключ к пониманию» этого процесса. Он – «в особенностях колонизационного процесса и в создании военно‑служилого войска (двора)».

Усиление Московского княжества

Московское княжество становится самостоятельным при младшем сыне Александра Невского Данииле Александровиче (1376‑1303).

Оно было одним из самых небольших, но московскому князю удалось его значительно расширить. В 1301 г. он отвоевал у Рязани Коломну, на следующий год присоединил Переяславское княжество. Таким образом к Москве отходила большая и густонаселенная территория, что увеличило мощь княжества. А с вхождением в Московское княжество при сыне Даниила Юрии (1303‑1325) Можайска вся территория Москвы‑реки оказалась в его руках. За три года Московское княжество увеличилось почти вдвое. Юрий Данилович вступил в борьбу за великое княжение. Основным соперником было соседнее Тверское княжество, князья которого в этот период владели ярлыком на Владимирское княжение. Последующие два десятилетия вражды наполнены кровавыми и драматическими событиями: наговорами московских и тверских князей друг на друга в Орде (ханом в этот период был Узбек), военными столкновениями, казнями и убийствами.

После смерти Юрия Даниловича, убитого в Орде тверским князем Дмитрием Михайловичем Грозные Очи, московский стол перешел к Ивану Даниловичу Калите (1325‑1340). Он стал усиливать княжество при помощи Орды.

Подавив с помощью татар антиордынское восстание в Твери в 1327 г., он получил ярлык на великое княжение, а с окончательной отменой системы баскачества и переходом к откупу дани, становится главным ее сборщиком и доставщиком в Орду. Ему удалось также скупить ряд сел в других княжествах, установить свою власть над Угличем, Галичем и Белоозером. Его стали поддерживать боярство и церковь: митрополиты, сделали Москву своим постоянным местопребыванием. В годы его княжения татары не подходили к московским владениям.

Преследуя цели обогащения и укрепления личной власти, Иван Калита сделал Московское кияжество самым сильным и богатым на Руси. Никто не решался оспаривать у него великое княжение. Усиление Москвы привело к тому, что можно было вступить в открытую борьбу с Ордой.

По завещанию, утвержденному в Орде, он передал княжение сыну Симеону Ивановичу Гордому (1340‑1353). Симеон и его брат Иван Иванович Красный (1353‑1359) сумели продолжить его политику удержать приобретенное.

Временно пошатнулось положение Москвы в связи с тем, что после смерти Ивана Красного великим князем стал его малолетний сын. Лишь через три года благодаря усилиям митрополита Алексея и московских бояр, 12‑летний Дмитрий получил ярлык.Тем не менее ярлык приходилось еще не раз отвоевывать у нижегородских и особенно у тверских князей. Тверь поддерживали Литва и Орда, что обострило и растянуло противостояния на восемь лет (1367‑1375). Грозными были три похода на Русь – «литовщины» – литовского князя Ольгерда, однако, не принесшие ни Литве, ни Твори успеха.

В 1375 г. началась московско‑тверская война, в которой на стороне Москвы оказались Ярославское, Ростовское, Суздальское и даже Кашинское (Тверской удел) княжества, а также Новгород и др. Тверской князь – Михаил Александрович не смог долго оборонять Тверь и капитулировал. По заключенному договору владимирский стол признавался «вотчиной» (наследственным владением) московских князей, а Михаил Тверской назывался теперь «братом младшим» Дмитрия и просто «братом» удельного князя Московской земли Владимира Андреевича Серпуховского, следовательно, статус тверского князя приравнивался к статусу удельного.

Таким образом, необходимо отметить, что теперь судьба владимирского престола решалась уже не в Орде, а на Руси. Этому способствовало и ослабление Орды вследствие раздиравших ее усобиц и частых смен ханов. За чуть более 20 лет «замятни великой» на престоле сменилось 20 ханов. Однако в середине 70‑х годов пришедший к власти темник (военачальник) Мамай сумел восстановить ордынскую мощь. Сплачивающаяся вокруг Москвы Русь и преодолевающая усобицы Золотая Орда стояли друг перед другом. Столкновение было неизбежным.

Куликовская битва

Ей предшествовали два крупных нападения монголо‑татар на Русь. В 1377 г. русские отряды потерпели поражение на р.Пьяне. Последствием явилось взятие Нижнего Новгорода, его разграбление и сожжение. На следующий год возглавляемые лично Дмитрием русские сумели отразить новое нашествие большого войска мурзы Бегига. Состоявшаяся битва на р.Боже в Рязанской земле показала подготовленность русского войска к сражениям с Золотой Ордой.

В 1380 г., когда Мамай двинулся на Русь, под стягами Дмитрия собрались воины из большей части Руси. Войско включало не только дружины, но и народное ополчение: «от начала бо такова сила русская не бывала». Дмитрий проявил себя талантливым и мужественным полководцем, приняв решение переправиться через Дон, и там принял бой. События, предшествовавшие Куликовской битве, ход сражения, его итог хорошо известны.

Вместе с тем необходимо указать, что существуют не до конца решенные вопросы относительно численности войска, подробностей и конкретностей битвы, даже ее места.

Значение Куликовской битвы трудно переоценить. Это была первая победа над главными силами Орды. Успех в сражении показал единственный путь к свержению монголо‑татарского ига, который лежал в дальнейшем объединении русских земель, центром которого становится Москва. Однако иго еще не было сброшено. Более того, после похода хана Тохтамыша в 1382 г. была взята Москва и вновь наложена дань.

Перед смертью Дмитрий Донской (1359‑1389) составил завещание, согласно которому передавал старшему сыну Василию владимирский великокняжеский престол как свою вотчину, не упоминая о ханскем ярлыке. Тем самым происходит слияние территории Владимирского и Московского княжеств. Москва становилась главным городом Руси, спор Москвы и Твери был решен окончательно в пользу Москвы. Ее границы достигали на севере Новгорода, на востоке – Нижнего Новгорода, на юге – доходили до «дикого поля».

Русь на рубеже XIV‑XV вв.

Дмитрию наследовал его сын – Василий Дмитриевич (1389‑1425). При нем была продолжена политика прежних московских князей, основными направлениями которой было присоединение новых земель и оборона внешних границ.

Василию удалось присоединить Нижегородское княжество (1392), купив на него ярлык в Орде, а также Муромское и Тарусское.

На рубеже XIV‑XV вв. Русь вновь испытала нашествие ордынских правителей. В 70‑х годах XIV в. усилился один из небольших среднеазиатских властителей Тимур (Тамерлан). Вскоре им были завоеваны Средняя Азия, Закавказье, кавказские народы. На рубеже 80‑90‑х годов он, разгромив Тохтамыша, подчиняет Золотую Орду. Тимур был жестоким и кровавым завоевателем: картина русского художника XIX в. В.Верещагина «Апофеоз войны» хорошо передает результат его завоеваний.

В ходе войны с Золотой Ордой Тимур появляется в пределах Руси: в 1395 г. он дошел до г.Ельца и разграбил его. Василий Дмитриевич с войском вышел к нему навстречу, но битва не состоялась: Тимур повернул назад. Причины этого не приводятся, но, видимо, в его завоевательные планы не входила война с Русью, тем более во время еще не закончившейся схватки с Ордой.

В 1408 г. неожиданный для Василия поход на Русь совершил новый ордынский правитель – эмир Едигей, Его войска сожгли Нижний Новгород, Ростов, Дмитров, Серпухов, разорили села. Достигнув Москвы, Едигей «вся поплени и пусто сотвори», но сам город взять ему не удалось. Получив денежный выкуп, он ушел. Но ордынское иго, несколько ослабленное на рубеже XIV‑XV вв., было восстановлено.

Борьба Севера и Центра во второй четверти XV в.

Обычно события на Руси второй четверти XV в. называют «феодальной войной», имея в виду усобицу и военную деятельность прежде всего князей. Однако при этом не принимается во внимание, что в военных действиях основную силу составляли широкие народные массы различных регионов страны. На них опирались князья, и без этой основы невозможно представить их успехи и неудачи. Война второй четверти XV в. должна рассматриваться в рамках противоборства старых древнерусских традиций народовластия и новых веяний, укрепляющих княжескую власть. За первыми стоял сохранявший свободу черносошный Север, за вторыми – московский Центр.

По мнению А.А.Зимина, эта война распадается на два этапа: первый – 1425‑1446 гг., второй – 1447– 1451 гг.

Поводом для нее послужил династический конфликт между князьями московского дома. После смерти Василия Дмитриевича претендентов на великокняжеский престол вследствие неясности в наследовании оказалось двое: его десятилетний сын Василий и младший брат; князь Звенигородский и Галицкий Юрий Дмитриевич. Юрий отстаивал родовой принцип наследования («от брата к брату»), а Василий – семейный («от отца к сыну»). Уже в первых столкновениях участвовали собранные Юрием на северных территориях войска. После первой неудачи, в 1433 г. галицкие войска овладели Москвой, а Юрий стал великим князем. Но не получив поддержки от московского населения и бояр, он вынужден был покинуть Москву. На следующий год он вновь завоевывает московское княжение, но через 2,5 месяца умирает.

На арену теперь выступают его сыновья: Василий Косой, Дмитрий Шемяка и Дмитрий Красный. Первый из ких, находясь в Москве, объявил себя наследником, по его не признали два других брата, сказав; «Аще не всхоте бог, да княжит отец наш, а тебя и сами не хотим». Юрьевичи предпочли видеть на престоле слабейшего, как им казалось, – Василия Васильевича, но ошиблись. Война продолжалась, вовлекая все более широкие массы населения. Именно теперь она превращается в борьбу за старые вольности.

Театр военных действий кроме близких к Москве районов охватывает Верхнюю Волгу и Поволжье с окраинными центрами: Вяткой, Вологдой, Устюгом, Костромой. Князь авантюрного склада, Василий Косой переоценил свои силы и ухитрился растерять своих надежных союзников. Василию Васильевичу, наоборот, удалось объединить князей «гнезда Калиты». В решающей битве в мае 1436 г. под Ростовом отряды Василия Косого были разбиты, а сам он был схвачен и ослеплен.

С начала 40‑х годов противником московского князя стал Дмитрий Шемяка. В 1445 г. после набега на Русь казанского хана Улу‑Мухаммеда Василий Васильевич попадает к нему в плен. Власть в Москве захватывает Шемяка. Однако Василий, пообещав выкуп татарам, возвращается в Москву с ярлыком на великое княжение. С ним приходят татары для получения «откупа». Народ осуждает за это великого князя, чем и воспользовался Шемяка, вновь в феврале 1446 г. утверждаясь в Москве. Василий был ослеплен, поклялся в том, что не будет претендовать па великий стол, и сослан в Вологду удельным князем. Однако после этого общественное мнение («мнози люди отступают от него») отвернулось от Шемяки. Через год Василий Темный, с которого была «снята клятва», выехал в Москву. В 145О г. войска Василия Темного под Галичем нанесли решающее поражение Дмитрию Шемяке, который бежал в Новгород, где и умер в 1453 г.

С поражением галицких князей уменьшились возможности альтернативного развития русской государственности, начинается более интенсивное складывание центральной власти, хотя традиции прежних веков не умрут и в XVI в. будут реализованы при проведении реформ местной и центральной власти.

Завершение территориального объединения русских земель

Заключительными этапами «собирания» русских земель вокруг Москвы стали присоединения Ярославского, Ростовского, Тверского княжеств и Новгородской земли, а также западнорусских земель, входивших в состав Великого княжества Литовского.

Падение независимости Ярославского княжества пришлось на 60‑е годы XV в., а Ростов был прнсоединен в 1474 г.

Наиболее сложной задачей было присоединение Новгорода, где традиции независимости оставались очень сильными, несмотря на то, что в 1456 г. по Яжелбицкому соглашению в Новгороде усиливалась судебная власть великого князя, а новгородцы лишались права самостоятельности в международных делах. События осложнялись тем, что в городе сложились две политические группировки, первая из которых ориентировалась на Литву, а вторая на Москву. В 1471 г. пролитовская «партия», возглавлявшаяся Марфой Борецкой, «посадницей» (вдова посадника), и ее сыновьями, заключила договор с великим князем Литовским и Польским королем Казимиром IV, который, присылая своего наместника, тем не менее обещал сохранить новгородские вольности и оборонять Новгород от Москвы.

В ответ на это Иван III двинулся в поход, в который выступили также подчиненные ему князья. На р.Шелони в июле 1471 г. новгородцы, бившийся неохотно (полк архиепископа вообще не принял участия в сражении), потерпели поражение. Но Новгород пока оставался невависимым, хотя обязался не вступать больше в отношения с Литвой.

В последующие годы в Новгороде ожила пролитовская «партия», но укреплял свои позиции и Иван III. А в конце 1477 г. он предпринимает новый поход. Город был окружен плотным кольцом московских войск. Великий князь предъявил вечевым властям жесткий ультиматум, означавший ликвидацию политической самостоятельности Новгорода: «вечю колоколу во отчине нашей в Новогороде не быти, а господарство свое нам держати».

В январе 1478 г. Новгород капитулировал, вече отменялось, вечевой колокол увезли в Москву, а вместо посадников и тысяцких стали править московские наместники. Земли наиболее враждебных Ивану III бояр (в том числе Марфы Борецкой) были конфискованы. А в 1484‑1499 гг. началось массовое выселение остальных новгородских бояр. Их земли отдали московским служилым людям.

К Москве отходили и северные новгородские земли. Таким образом. Тверское княжество оказалось окруженным почти со всех сторон. Тверской князь Михаил Борисович вынужден был заключить союз с Казимиром IV. Этого только и ждал Иван III. В сентябре 1485 г., когда московские войска подошли к Твери, Михаил бежал в Литву. Тверским князем стал сын Ивана III Иван Иванович. Фактически присоединение Твери означало в основном окончание процесса территориального объединения русских земель. Полностью это было осуществлено при Василии III Ивановиче (1505‑1533), при котором к Москве отошли Псков (1510) и Рязань (1521). «Чего не успел довершить Иван III, то доканчивал Василий», – писал русский историк С.Ф.Платонов.

Несколько ранее, в результате двух русско‑литовских войн (1487‑1494 и 1500‑1503) к Руси отошли Чернигово‑Северская земля и восточная часть Смоленской земли, а в 1514 г. и сам Смоленск.

Падение ордынского ига

В XV в. происходит распад некогда могущественной Золотой Орды. В 30‑е годы от нее отделяются Крым, Астрахань, а в Среднее Поволжье переходят кочевники бывшего хана Золотой Орды Улуг‑Мухаммеда, которые образуют Казанское ханство. Преемницей Золотой Орды стала Большая Орда, ханам которой вынуждены были подчиняться и платить дань русские князья.

Эта «традиция» была нарушена Иваном III в 1476 г. Воспользовавшись неблагоприятными условиями для московского князя (конфликт с братьями из‑за уделов, напряженность на западных границах), хан Большой Орды Ахмат, собрав почти 100‑тысячное войско и заключив договор с литовским князем Казимиром, выступил в поход.

Иван III, находясь в сложной ситуации, не решался на крупные военные действия, хотя его войска стояли в ожидании на Оке. В начале октября обе рати оказались друг против друга на берегах притока Оки‑Угры. Дважды пытался Ахмат форсировать небольшую, но бурную речку – но оба раза был отброшен. Не дали результата и переговоры. Не пришел на помощь и Казимир IV, на владения которого совершил набег союзник Ивана III и враг Ахмата крымский хан Менгли‑Гирей. Выпавший в начале ноября 1480 г. снег как бы похоронил последние надежды ордынцев. 11 ноября Ахмат увел свои войска в степи, где вскоре погиб. Так закончилось «стояние на Угре», приведшее к неизмеримо большим результатам, чем сражения: иго пало.

Видимо, не являясь крупным военным стратегом, Иван III обладал талантом дипломата. Именно это привело к той ситуации на политической карте Европы, которую лаконично сформулировал не чуждый занятиям русской историей Карл Маркс: «Изумленная Европа, в начале царствования Ивана III едва замечавшая существование Московии, стиснутой между Литвой и татарами, – была ошеломлена внезапным появлением огромного государства на ее восточных границах». В 1462 г. Иван III наследовал княжество, размеры которого не превышали 430 тыс. кв. км, при вступлении на престол внука – Ивана IV в 1533 Г. территория Руси увеличилась в шесть раз, достигнув 2800 тыс. кв. км.

Изменения в социально‑экономической структуре в конце XV‑начале XVI в.

Становление Русского государства приводит к изменениям в социально‑экономической структуре общества. С присоединением новых территорий происходит их освоение: колонизируются земли Приуралья, Приморья. Вместе с тем продолжалась внутренняя колонизация, связанная с разработкой под пашню лесных угодьев.

По‑прежнему крупное землевладение существует в двух формах: вотчинной н поместной. Но и здесь наблюдаются изменения. Прежде всего они касались владений князей. Их подданство «государю всея Руси» влекло за собой сохранение прав на их прежние земли, но одновременно приводило к сближению их владений с обычными вотчинами бояр.

Перемены наблюдаются, вместе с тем, и в структуре самих боярских вотчин. Одни старые вотчинники смогли расширить свои владения в присоединенных землях, у других же, наоборот, вследствие семейных разделов владения мельчали.

Увеличивается фонд церковных земель: монастырских, митрополичьих, епископских. Это происходит за счет добровольных вкладов вотчинников («за упокой души»), покупок, а также вынужденно – из‑за долговых обязательств.

Для обслуживания нужд государева двора появляется и такой вид землевладения, как дворцовое.

С присоединением во второй половине XV в. новгородских и тверских земель у великого князя оказался громадный земельный фонд. Он воспользовался этим для наделения землей переселенных землевладельцев, «не помещенных» в центральных и восточных районах, заселивших новгородские земли. Этих переселенцев стали называть помещиками, а их владения поместъями. Этим же решался вопрос поддержания обмельчавших вотчинников. В отличие от вотчины поместья запрещалось продавать и дарить (и, следовательно, устранялась угроза превращения этих земель в церковные), а впоследствии и наследовать (со второй половины XVI в.). Вместе с тем помещики оказывались в зависимости от государства. Их обязанностью стала военная служба. Необходимо отметить и то, что развитие поместной системы привело к резкому сокращению черных земель в центральных районах страны, но не на Севере, который оставался, по‑прежнему, черносошным.

Переходы крестьян

Возникновение крестьянскдх переходов относится к концу XIII‑началу XIV в. Первоначально крестьяне переходили либо из одной общины (черной волости) в другую, либо из общины в вотчину, нуждавшуюся в рабочей силе, спорадически. В XIV в. крестьянские переходы в Московской и Новгородской землях становятся уже обычным явлением, а в XV в. – четкой системой, положенной в основу взаимоотношений крестьян с землевладельцами в рамках обычного права. Переход, как правило, был приурочен к одному дню. В центральных районах это был Юрьев день осенний (26 ноября). Крестьянин имел право уходить и приходить за неделю до и неделю после него. Это время было удобным с точки зрения земледельческого календаря: закончены осенние посевные работы, но не начата еще подготовка к новому сезону.

В 1447 г. эта норма вошла в общегосударственный Судебник. Обычно считается, что данное ограничение является шагом на пути к закрепощению крестьян. Однако вряд ли это было так, ибо оно более упорядочивало отношение между землевладельцами и крестьянами, а также выгодно было государству, заинтересованному в налоговой системе.

С проблемами подвижности крестьян связано определение такой их категории, как старожильцы. Некоторые исследователи даже считали, что они являлись как раз той категорией, из которой формировались феодально‑зависимые крестьяне. Однако под старожильцами есть все основания понимать просто долго живших на данном месте поселенцев. Но долго живущих – только относительно людей пришлых («новики»). Категории старожильцев и пришлых нельзя рассматривать статично: ведь в одном месте кто‑то и для кого‑то мог быть старожильцем, а в другом – выступать уже в качестве пришлого. Такая двойственность также свидетельствует о массовых крестьянских переходах в XIV‑XV вв., в том числе старожильцев. Их положение (к худшему) меняется лишь к исходу XVI в.

Рабство

Наряду с зависимыми крестьянами к частновладельческим хозяйствам принадлежали рабы‑холопы. Холопы, получавшие от господина небольшой надел земли в собственность, назывались страдниками (страда – сельскохозяйственные работы). Основной их обязанностью была обработка господской пашни. Их положение в определенной степени приближалось к частновладельческим крестьянам. Другой новой формой холопства было кабальное. Кабальными холопами назывались люди, не имеющие средств к существованию и вынужденные в силу этого идти в служилую кабалу, т.е. брать у холоповладельца ссуду с обязательством служить за это. Имперский посол С.Герберштейн писал в начале XVI в., что в Московии «все домашние работы делаются руками рабов».

Кабально‑зависимые холопы могли освободиться лишь после смерти хозяина. Рабство по‑прежнему занимало большое место в хозяйствах знати. Хотя вопрос «изживалось ли холопство в XVI‑XVII вв.» остается дискуссионным.

Ремесло и торговля

В XIV‑XV вв. продолжалось развитие ремесла. Главными центрами ремесленного производства выступали города, но многие ремесленники жили в селах и вотчинах. Можно говорить и об определенной специализации: во многих городах существовали слободы, населенные ремесленниками одной специальности (например, Гончарная, Кузнечная, Бронная в Москве). В конце XV в. в Москве создается Пушечный двор.

Несмотря на расширение во второй половине XV‑начале XVI в. хозяйственных связей между различными регионами, нельзя их преувеличивать. Широкая внутренняя торговля еще только налаживалась.

В большей степени развивалась внешняя торговля. Водным и сухопутным путями велась торговля с Востоком, куда поступали льняные и шерстяные ткани, меха, оружие, ремесленные изделия. В обмен привозились шелковые и хлопчатобумажные ткани, драгоценные камни, пряности. Несмотря на частые войны, Русь имела постоянные торговые связи с западными странами. Туда ввозили в основном сырье (воск, меха, пенька, лес), а вывозили благородные металлы, селитру, суконные ткани, вино, оружие.

Существенное значение для западной торговли имела постройка Иваном III в 1492 г. «на немецком рубеже» против Нарвы крепости Ивангород. Это создало благоприятные условия для торговли со Швецией и для борьбы на Балтике с могущественным объединением немецких торговых городов – Ганзейским союзом.

В целом, несмотря на внушительные размеры, внешняя торговля Руси испытывала большие трудности вследствие многих препятствий, в том числе и из‑за географического фактора. Для дальнейшего экономического развития необходим был выход к Балтийскому морю и контроль за Волжским путем.

Русский город XV‑начала XVI в.

С середины XIV в. в городской жизни намечается подъем. На рубеже XV‑XVI вв. происходит резкое увеличение количества городов. Если по подсчетам А.М.Сахарова в XIV‑XV вв. в Северо‑Восточной Руси их было 73, то в начале XVI в. с присоединением ряда территорий количество их достигает 140 (по А.А.Зимину), а в середине XVI в. – уже 160.

Города этого периода, в отличие от древнерусского, являлись уже не только административными центрами, но и средоточием торговой и ремесленной жизни. Крупнейшим городом была Москва, территория которой к началу XVI в. расширилась и достигала современного Бульварного кольца. Заселялось Замоскворечье. Население Москвы к концу первой четверти XVI в. достигало 41,5 тыс. и делилось на две группы: на «нетяглых» и «тяглых» людей. Нетяглыми людьми назывались горожане, освобожденные от государственных податей и повинностей. Это были землевладельцы с дворней, наместники с администрацией, гарнизоны, белое и черное духовенство. Большую часть городского населения составляли лично свободные горожане, «тянувшие» государево «черное тягло»: торгово‑ремесленное посадское население. Наряду с ними существовала категория горожан, несущих «белое тягло». Эти «беломестцы» являлись частновладельческими людьми и пользовались всевозможными податными льготами. Государству это было невыгодно и уже Иван III начал решительную борьбу с иммунитетными привилегиями «белослободчиков», которую продолжили Василий III и Иван IV.

По имущественному положению городские «тяглые» люди делились на «лучших», «средних» и «молодших» людей. К числу «лучших» принадлежала городская верхушка, состоявшая в основном из купечества. В их руках была сосредоточена основная власть на посаде. Организация ремесленников в городах имела черты корпоративного (цехового) устройства. Высшая купеческая корпорация была представлена «гостями» – русскими купцами, которые вели крупную оптовую торговлю. «Сукопники» закупали сукна и другие товары на западе, «гости‑сурожане» торговали с Югом. Во главе купеческих корпораций стояли старосты. Однако купеческая деятельность не давала в это время никаких социальных привилегий, поэтому купцы стремились стать землевладельцами. На Севере были города, состоявшие практически только из ремесленников и торговцев (например, Устюжна).

Города средневековой Руси носили аграрный характер, были тесно связаны с сельской округой прежде всего экономически. В какой‑то степени она по‑прежнему являлась их продолжением. Вместе с тем миграция сельского населения в города приводит к появлению термина «городские крестьяне», обозначавшего жителей поселений, формально еще не признанных «государевыми посадами». Традиции удельного периода сохранились в управлении. Так, еще со времен сыновей Ивана Калиты в Москве действовала так называемая третная система управления. Неполностью она была ликвидирована при Иване III, когда устанавливалось параллельное управление третного наместника и большого московского.

Великокняжеская власть и начало формирования бюрократического аппарата во второй половине XV‑начале XVI в.

Центральную власть в стране осуществляли великий князь, Боярская дума, дворцовые учреждения и дьяческий аппарат. В компетенцию великого князя входило издание распоряжений законодательного характера, право назначения на высшие государственные должности, ведение великокняжеского суда – высшей судебной инстанции. Великим князем возглавлялись наиболее значительные военные походы,

И все же великого князя всея Руси конца XV‑начала XVI в. нет оснований представлять, как это зачастую делается в современной исторической литературе, государем – абсолютистом или, более того, образчиком восточного деспота. Даже Василий III выглядел в главах современников «всея Руси земля государем государь». Великие князья не столько возвышались над удельными и прочими князьями, сколько были первыми среди равных. Кроме того, пишет А.А.Зимин, «власть великого киязя ограничивалась прочными традициями, коренившимися в патриархальности представлений о характере власти, которые имели к тому же религиозную санкцию. Новое пробивалось с трудом и прикрывалось стремлением жить, как отцы и деды».

Традиции настолько довлели над ними, что не имея возможности прекращения выделения своим детям уделов, они одновременно вели борьбу с самовластием удельных братьев. Не говорит о силе великого князя и развернувшаяся в последние полтора десятилетия княжения Ивана III династическая борьба между группировками его внука Дмитрия (сына умершего в 1490 г. Ивана Ивановича) и сына от второй жены Софии Палеолог Василия.

К концу княжения Ивана III в пределах самого Московского княжества оставался лишь один удел. Но великий князь в завещании «одаривает» уделами не только Василия, но и четырех младших братьев. Правда, ставший великим князем Василий получает значительно большую часть территории, чем его братья – удельные князья вместе взятые (66 городов, а братья всего 30). Только он наследует выморочные (без наследников) уделы и только его детям может принадлежать великое княжение, от которого заранее отказались братья. К концу княжения Василия III уделов осталось всего лишь два: Дмитревский, где княжил Юрий Иванович, и Старицкий, принадлежавший Андрею Иванрвичу. И все жа опасность выступлений удельных князей сохранялась.

Что же касается личности самого Ивана III, то «на первый план выступают такие черты, как осмотрительность, проницательность и дальновидность в сочетании с широким кругозором, стратегической масштабностью мышления и исключительной твердостью и последовательностью в достижении поставленных целей. Он не поражал воображения современников ни личной воинской доблестью, как его прославленный прадед, ни кровавыми театральными эффектами, как печально знаменитый внук. Он не отличался ни традиционным благочестием хрестоматийного князя русского средневековья, ни нарочитым новаторством Петра Великого. Сила ясного ума и твердость характера – вот его главное оружие в борьбе с многочисленными врагами. Его можно назвать неутомимым тружеником, шаг за шагом идущим по избранному пути, преодолевая преграды» (Ю.Г.Алексеев).

Во всех государственных делах великий князь координировал свои предложения с мнением Боярской думы – совещательным органом, ставшим теперь постоянным. В конце XV в. дума состояла из двух чинов: бояр и окольничих. Численный состав был небольшим: 10‑12 бояр, 5‑6 окольничих. Боярство было представлено людьми из старых московских боярских фамилий. В среде этих бояр в XV в. сложились местнические отношения, которые регламентировались не родовитостью (это определить было невозможно), а службами предков. С присоединением земель в состав бояр стали входить князья прежде независимых княжеств («княжата»), что означало снижение их социального статуса. Окольничьи стояли несколько ниже бояр, но также принадлежали к ближайшему окружению великого князя, будучи советниками и судьями. При Василии III в думу входят уже «великие» или «введеные» дьяки (позже они стали называться «думными дьяками»), а также представители московского дворянства – «думные дворяне».

Во второй половине XV в. начинает складываться исполнительная власть, органы которой позднее станут называться приказами. Приказы зародились в недрах княжеской системы управления из временных поручений, как правило, даваемых боярам. С конца XV в. эти единоличные поручения начинают превращаться в постоянные присутственные места («избы»). При Иване III заметно усиление ведомства дворецкого и ведомства казначейства. Дворецкий ведал личными, дворцовыми землями великого князя, а также рассматривал земельные тяжбы и осуществлял суд. С присоединением новых территорий, на них появились местные дворцы, а из Москвы управление ими стал осуществлять приказ Большого дворца. Другое ведомство – казначея – ведало не только великокняжеской казной, но и играло также роль главной дворцовой канцелярии и архива и даже руководило внешней политикой. Именно из казны в середине XVI в. выделяется ряд новых приказов.

Еще одним источником зарождавшейся приказной системы была Боярская дума. Для решения тех или иных вопросов при ней создавались особые комиссии, важнейшие из которых трансформируются в дальнейшем в приказы. Так были образованы, к примеру, Разрядный и Разбойный приказы.

В конце XV‑начале XVI вв. в государственном управлении значительную роль начинают играть неродовитые, но грамотные чиновники – дьяки. Они стали реальными исполнителями предначертаний великокняжеской власти, образовав первоначально аппарат Боярской думы. Казны и дворца, а затем и приказов. Специализируясь на выполнении определенных поручений (финансовых, дипломатических, военных), дьяки подготовили создание органов управления с новым функциональным, а не территориальным распределением дел. Однако значение первых ростков приказной системы нельзя преувеличивать, тем более, что первоначально число «предбюрократии» составляло всего 50 человек, а при Иване III не более 200 человек.

Организация войска

В XIV‑XV вв. основную массу великокняжеских войск составляли отряды великих князей, состоявшие из холопов и других слуг, а также отряды «служебных князей» и бояр, обязанных являться на «государеву ратную службу» со своими послужильцами. В крупных походах участвовало крестьянское и городское ополчение – «посоха». Оно также использовалось при строительстве оборонительных сооружений. При комплектовании полков широко применялся территориальный принцип: в поход шли отряды «тверичей», «новгородцев», «дмитровцев» и т.д.

Основной военной опорой при Иване III становится уже войско служилых людей (дворян), являвшихся регулярно на военную службу «конно и оружно». Число ратных людей, а также характер вооружения определялись размерами поместья.

Большое значение имело введение в ней огнестрельного оружия. Сравнительно широко артиллерия (в основном переносная) стала применяться во второй половине XV в. (древнейшая из сохранившихся пушек была отлита в 1485 г.). Однако создание современной для того времени артиллерии было делом длительным.

Первые сведения о массовом применении ружей – «пищалей» – относятся к началу XVI в. Обычно упоминаются «казенные пищальники» – ратные люди, находившиеся на государственной службе, и «пищальники з городов», т.е. ополченцы.

На протяжении XV в. пятиполковая система войска (большой полк, передний полк, полки правой и левой руки, сторожевой полк) стала обычной. К концу XV в. численность армии резко увеличилась и достигла 200 тыс. человек.

Общерусский Судебник 1497 г.

Судебный кодекс Ивана III является первым общерусским законодательством, обобщившим многие предыдущие правовые нормы и вместе с тем отразившим новое в общественной жизни Руси XIV‑XV вв.

Основной вопрос Судебника – организация судебно‑административной системы как в центре, так и на местах. Вводились три типа суда: суд великого князя, суд наместников и волостной. Судопроизводство, вместе с тем, предусматривало в ряде случаев, участие «добрых христиан»: представителей крестьян и горожан. Проводится также последовательная регламентация пошлин за все виды судебной деятельности.

Другой сферой приложения Судебника 1497 г. была сфера социальных отношений: поземельная собственность и зависимое население. В нем впервые в русском законодательстве упоминается о такой форме крупного землевладения, как поместное которое вместе с черными землями ставится в привилегированное положение по сравнению с боярскими и монастырскими вотчинами. Так, иск о вотчинной земле можно было предъявлять до трех лет, иск о государственной (помещичьей и черной) – в течение шести. Допускался земельный иск и черных крестьян к помещику, что зафиксировало охрану черных земель от захвата частными землевладельцами.

Статья 57 «О христианском отказе» вводила одновременный для всего государства срок, в течение которого частновладельческим крестьянам разрешалось покидать своего господина. Срок этот – за неделю до и после Юрьева дня 26 ноября – был связан с окончанием сельскохозяйственных работ. В случае ухода крестьянин платил хозяину «пожилое» – плату эа пользование крестьянским двором. Распространенное в исторической литературе мнение, что введение Юрьева дня являлось «важным шагом на пути крестьянского закрепощения», неверно. Речь шла о закреплении в общегосударственном масштабе давно существовавших традиций взаимоотношения крестьян и землевладельцев. Основная масса русского крестьянства, таким образом, имела и право и возможность перемены владельца. Социально‑экономические и социально‑политические отношения были еще далеки от жесткого крепостничества.

Ряд статей Судебника посящаются институту холопства, в частности, речь идет об ограничении источников пополнения холопов. Однако до изживания рабских отношений было еще далеко.

Административное деление и местное управление в XIV‑XVI вв.

Объединение русских земель не означало их полного слияния ни в политическом, ни в экономическом отношении, хотя параллельно с формированием центральных органов власти в Москве происходили изменения и в органах власти на местах. С присоединением к Москве удельных княжеств‑земель, одни удельные князья, сохраняя суверенитет, вынуждены были повиноваться, другие перешли на положение великокняжеских слуг и становились наместниками и воеводами. Такие князья назывались служебными князьями.

Во владениях удельных князей сохранялась система управления, сложившаяся в XIV‑XV вв. Средоточием управлеиня был княжеский дворец, состоявший из хозяйственно‑административных ведомств. Крупнейшими из них были ведомства дворского, казначея, конюшего и оружейного. Общее название этих управителей – «введенные бояре». Из них же состояла и «княжеская дума», не являвшаяся постоянным органом и созывавшаяся князьями по мере нздобностн. В ведении удельных князей был суд по «земельным» и «разбойным» делам, а их даньщики собирали в удельную казну пошлины и поборы. Таким образом, удельным князьям предоставлялась довольно большая свобода действий во внутренних делах, чего не скажешь о внешнеполитической сфере, в которой устанавливалось полное их подчинение московскому князю. Что касается территории, управляемой служебными князьями, то они становилась административно‑территориальной единицей в системе уже общерусского управления – уездом. Так как границы их восходили к рубежам бывших независимых княжеств, их размеры были разнообразны. В XV в. уезды подразделялись уже на станы и волости. Власть в уезде принадлежала наместнику, а в станах и волостях – волостелям. Наместники и волостели присылались из Москвы. Они получали управление территориями «в кормление» (отсюда их обобщенное название – кормленщики). Кормления состояли из судебных пошлин и части налогов. Кормления являлись вознаграждением – но не за исполнение настоящих административных и судебных обязанностей, а за прежнюю военную службу. Поэтому кормленщики относились к своим обязанностям небрежно и передоверяли их своим тиунам – управителям. Не было строгой системы ни в самих назначениях кормленщиков, ни в размерах пошлин и налогов. В целом система кормлений являлась неэффективной.

Московские великие князья, посылая наместников, иногда давали им особые уставные грамоты, в которых фиксировались пределы прав кормленщиков, их обязанности по отношению к населению. Так, еще в 1397 г. Василий Дмитриевич дал такую грамоту всему населению Двинской земли – от «бояр двинских» до «всех своих черных людей». Она гарантировала право обращения к великокняжескому суду любого человека в случае злоупотребления чиновников.

Еще более широко регламентировала взаимоотношения между органами центральной власти (наместники) и местным населением Белозерская уставная грамота 1488 г. В ней не только повторялась, но расширялась норма, обеспечивавшая право белозерцев жаловаться великому князю на наместников и их помощников. По ней также устанавливалось «смесное» (совместное) судебное разбирательство: наместничий суд был правомочен только при присутствии общинных представителей. Специальная статья лишала возможности наместников вторгаться во внутреннюю жизнь общины.

Двинская и Белозерская уставные грамоты, таким образом, отражают стремление центральной власти ограничить самовластие наместников – с одной стороны, а с другой – признание центром большой значимости в местном управлении общинных организаций. Ю.Г.Алексеев отмечает: «Хотя уставная грамота непосредственно обращена к населению только одного уезда, перед нами документ принципиального значения. Грамоту можно рассматривать как типовую… Видимо, предполагалось подобные грамоты дать и другим уездам Русского государства». Некоторые нормы и положения грамот вошли в первый общерусский свод законов Московской Руси – Судебник 1497 г.

На рубеже XV‑XVI вв. в городах создается институт городовых приказчиков. Несмотря на то что они были представителями администрации великого князя, назначались они обычно из числа местного дворянства (детей боярских). Городовые приказчики ведали непосредственно городскими крепостями, т.е. являлись как бы военными комендантами. Однако постепенно они начинают заниматься и другими вопросами, связанными с военно‑административным управлением: строительством дорог, мостов, обеспечением военных перевозок и хранением оружия. Одной из главнейших их обязанностей стало проведение уездной мобилизации крестьянского и городского ополчений. В их руках сосредоточивались и финансовые дела.

Церковь и государство в XV‑XVI вв.

С конца XIV в. начинается острое политическое противостояние церкви и светского государства. Усилившись экономически, став крупнейшим землевладельцем, церковь стала претендовать на принятие самостоятельных независимых решений. Светская власть в лице великих князей вынуждена была искать зачастую компромиссные пути. В середине XV в. решалась и другая задача – независимости русской церкви от константинопольского патриарха, которому она подчинялась со времен христианизации Руси. Вместе с тем возникла угроза проникновения в русские земли католичества.

В 1439 г. на Вселенском соборе во Флоренции была заключена уния (союз) между православной и католической церквами под главенством папы римского. В работе Флорентийского собора участвовал митрополит Руси, ставленник константинопольского патриарха – Исидор. Однако по возвращении в 1441 г. на Русь за поддержку унии он был арестован Василием II, но бежал в Рим. Лишь через семь лет собор русских епископов избрал нового митрополита – не присланного из Константинополя, а рязанского епископа Иону, ставленника Василия Васильевича. В 1453 г. после падения под ударами турок‑османов Константинополя, право выбора русского митрополита окончательно перешло к епископату на Руси. Началась автокефалия русской церкви. Активно вмешивались в церковные дела и великие князья. Однако представлять церковь того времени послушной и беспрекословной нет оснований. Наоборот, противостояние церковной и княжеской власти в конце XV‑XVI вв. подчеркнуло относительную слабость Московского государства. И это несмотря на то, что церковь в этот период не была монолитной ни идейно, ни организационно.

Вторая половина XIV‑XVI вв. – время острых религиозных споров. По свидетельствам современников «ныне и в домех, и на путях, и на торжищах иноци и мирьстии и вси сомняться, вси о вере пытают».

Еще в XIV в. на Руси появляются еретические движения. Ереси – это религиозные учения, противоречащие ортодоксальным догматам церкви. Так, возникшая в 70‑х годах в Новгороде ересь стригольников критиковала Библию и сочинения «отцов церкви», отвергала церковные обряды, осуждала возвеличивание духовенства. Идеи стригольников (происхождение этого названия неясно) содержали также социальный протест: они выступали против закабаления свободных людей. Несмотря на преследования, сторонники стригольничества (низшее духовенство и ремесленники) встречались и в середине XV в.

Новая ересь (вторая половина XV в.) получила название ереси «жидовствующих», так как ее приверженцы обвинялись в переходе в иудаизм. Видимо, действительно, эти еретики использовали какие‑то сочинения иудейских авторов, в целом оставаясь в пределах христианского вероучения. Еретики‑священники отрицали церковную иерархию, не принимали догмат о троичности божества, считали ненужными иконы и обряды.

Против еретичества повела решительную борьбу церковь. Высшие церковные иерархи: новгородский архиепископ Геннадий и игумен крупнейшего монастыря Иосиф Волоцкий – призывали применить силу против них. В 1490 г. ересь была осуждена церковным собором в Москве. Тем не менее она проникла даже в великокняжеский дворец, и одно время еретикам покровительствовал Иван III. Но в 1502 г. он окончательно порвал с ними. Тогда новый церковный собор в 1504 г. осудил еретиков на смерть. Однако в последующее время под влиянием ереси «жидовствующих» находились так называемые русские вольнодумцы: Матвей Башкин и один из его соратников Феодосии Косой.

Внутреннее церковное движение связано и с такими направлениями, как «осифлянство» и «нестяжательство». В центре спора между ними стоял вопрос о церковных богатствах. Теория «нестяжательства» зародилась в конце XV в. среди монашества заволжских монастырей. Их идеологом стал Нил Сорский. Он настаивал на необходимости строгого использования церковных правил и обрядов, в целях нравственного самоусовершенствования проповедовал ведение аскетического образа жизни и отказ от мирских удовольствий. В этой связи Нил пришел к выводу о вреде монастырского крупного землевладения и считал возможной его ликвидацию. На церковном соборе 1503 г. нестяжатели выдвинули программу, «чтобы у монастырей сел не было, а жили бы черньцы по пустыням, а кормили бы ся рукодельем».

Другие же церковные деятели настаивали на необходимости для церкви иметь большие материальные средства, чтобы можно было успешно выполнять функции проводника христианской веры. Они также требовали невмешательства светской власти в церковные дела, добиваясь сильной, богатой и независимой церкви, занимающей высокое положение в политической жизни государства. Во главе этого направления стоял настоятель подмосковного Волоцкого монастыря Иосиф (отсюда – «осифляне»).

Между нестяжателями и осифлянами развернулась борьба, продолжавшаяся до середины XVI в. Преследуя свои интересы, великокняжеская власть первоначально поддерживала нестяжателей. В 1503 г. на церковном соборе по инициативе Ивана III был поставлен вопрос об отказе церкви от землевладений. Однако церкви удалось отстоять свое имущество, а нестяжатели потерпели поражение. Но несмотря на это, в первые годы своего правления Василий III все еще поддерживал их. Однако вскоре выяснилось, что при относительно слабой великокняжеской власти, ориентация на сильную церковь более предпочтительна. Шаг навстречу сделал и глава осифлян. Борьба против «нестяжателей» приобретает более решительный характер. Пострадали крупнейшие деятели нестяжателей: большой боярин Берсень‑Беклемишев (в 1525 г.), видный богослов Максим Грек (в 1525 и 1531 гг.), бывший князь, постриженный Иваном III в монахи, Вассиан Патрикеев.

К середине XVI в. вновь возникает возможность повести наступление государства на церковные владения.

Культура русских земель в XIV‑XV вв.

Монголо‑татарское нашествие и иго нанесли неизмеримый урон культурному наследию Древней Руси. При сожжении и разграблении городов – главных культурных центров – были уничтожены многочисленные памятники письменности, выдающиеся произведения архитектуры и живописи.

За первые 50 лет ордынского ига на Руси не было построено ни одного города. Резко сократились масштабы каменного строительства. Домонгольского уровня они достигли только 100 лет спустя после Батыева нашествия. Даже в Новгороде, который не подвергался разгрому, до конца XIII в. строились только крепости и деревянные церкви. Первым каменным храмом стала воздвигнутая в 1292 г. церковь Николы на Липне.

Фольклор и литература

С борьбой с монголо‑татарами связано дальнейшее развитие устного народного творчества. В былинном эпосе почти не появилось новых сюжетов, но он подвергся переосмыслению. Печенеги и половцы древнерусских былин стали теперь отождествляться с татарами, стали изображаться глупыми, трусливыми, хвастливыми насильниками, а русские богатыри – умными, смелыми, «вежистыми» защитниками Руси.

К XIV в. относится появление нового фольклорного жанра – исторической песни. Пример этого – «Песня о Щелкане Дудентьевиче». В ней речь идет о конкретных событиях 1327 г. в Твери – антиордынском восстании горожан.

В литературе также выделяются произведения, повествующие о нашествии монголо‑татар и о сопротивлении им. Этому посвящены исторические повести «О битве на Калке» и «Повесть о разорении Рязани Батыем», в которой содержится рассказ о подвиге рязанского богатыря Евпатия Коловрата. О победах Александра Невского повествуется в его «Житии».

К литературным памятникам Куликовского цикла относятся поэма «Задонщина», созданная рязанцем Софонием вскоре после битвы, и «Сказание о Мамаевом побоище», возникшее в первой половине XV в. и наполненное легендарными подробностями.

Продолжалось развитие «житийного» жанра. В XIV‑XV вв. Пахомием Логофетом и Епифанием Премудрым составляются «Жития» подвижников русской церкви: митрополита Петра, при котором митрополия была перенесена в Москву, Сергия Радонежского, вдохновившего русские войска на Куликовскую битву, а также основателя Троице‑Сергиева монастыря, Стефана Пермского, крестителя одной из окраинных русских земель.

В XV в. тверским купцом Афанасием Никитиным было написано «Хождение за три моря». Тем самым возрождался древний жанр «хождений» – описаний путешествий в другие земли. «Хождение» в отличие от прочих литературных произведений написано простым безыскусным языком. Оно содержит любопытные наблюдения о жизни и быте далекой Индии. Вместе с тем оно пронизано думами о Родине: «А Русскую землю бог да сохранит!.. На этом свете нет страны, подобной ей».

Сохранялись и умножались летописные традиции. В XIV в. в Москве создается общерусский летописный свод, а составленный в 1442 г. Хронограф явился описанием всемирной истории.

Искусство

Архитектура XIV – XV вв. представлена, как и прежде, в основном культовыми зданиями. Возобновившееся ранее, чем в других землях, каменное строительство Новгорода и Пскова продолжило северные древнерусские стилевые традиции. В это время здесь возводится множество небольших по размерам украшенных резьбой храмов, принадлежавших уличанским и кончанским общинам. Наиболее интересны церкви Спаса на Ильине улице и Федора Стратилата на Федоровом ручье – в Новгороде, церковь Василия на Горке – в Пскове.

Первыми каменными постройками в Московской земле были храмы в Звенигороде и Загорске, а также собор Андроникова монастыря в Москве. Они продолжили традиции владимиро‑суздальского белокаменного зодчества.

В XIV‑XV вв. отстраивается Московский Кремль. Первые белокаменные стены в рекордно короткий срок (за 2 года) возводятся еще при Дмитрии Донском (1367). Столетие спустя в Москве началось грандиозное строительство, завершившееся в конце XV‑начале XVI в созданием ансамбля Московского Кремля, сохранившегося во многом доныне.

Его стены сооружались из красного кирпича на белокаменном фундаменте. Их длина достигала 2,25 км, толщина – 3,5‑6,5 м, высота 5‑19 м. Тогда же возводятся 18 башен (из 20), имевших четырехскатные крыши.

Кремль находился на мысу при впадении реки Неглинной в Москву‑реку, а со стороны Красной площади был сооружен ров, соединивший обе реки. Московский Кремль оказался защищенным со всех сторон. Построенный в соответствии с военной техникой того времени, он стал одной из крупнейших крепостей. Есть основания считать, что проект новых кремлевских стен был составлен итальянским архитектором и инженером Аристотелем Фьорованти, приехавшим на Русь. Под его руководством в 1476‑1479 гг. строится главный собор Кремля – Успенский. Храм начали строить псковские мастера, однако подведенное под крышу здание рухнуло. Фьорованти взял за образец Успенский собор во Владимире и ему удалось органично соединить традиции и принципы русского национального стиля и достижения европейской архитектуры. Собор был кафедральным храмом митрополита всея Руси, здесь венчали на царство, собирались Земские соборы.

В 1484‑1489 гг. псковские мастера возвели Благовещенский собор – домовую церковь московских государей. И также на Соборной площади итальянцем Алевизо Новым сооружается усыпальница великих князей – Архангельский собор (1Б05‑1509). Несколько ранее (1487‑1491) возводится Грановитая палата (от обработки стен «гранями», внутри представлявшая собой квадратный зал, площадью 500 м2 и высотой 9 м, своды которого опираются в центре на массивный четырехгранный столб. Грановитая палата предназначалась для торжественных приемов.

Живопись Руси XIV‑XV вв. представлена творениями великих русских художников Феофана Грека и Андрея Рублева. Феофан приехал из Византии, работал в Новгороде и Москве. Для его стиля фресковых росписей и икон характерны экспрессивность и эмоциональность. Примером его творчества являются фрески в новгородской церкви Спаса на Ильине улице.

Иной характер носит живопись Андрея Рублева, жившего на рубеже XIV‑XV вв. Гармоничное, мягкое сочетание нежных тонов его творений создает впечатление умиротворенности, спокойствия, благополучия. Основные черты и принципы живописной манеры Андрея Рублева воплощает знаменитая «Троица». Кисти его принадлежит также дошедшие до нас фрески Успенского собора во Владимире, иконы Звенигородского собора и Троицкого собора в Загорске. Известен он также и как мастер в области книжной миниатюры.

Традиции Рублева были продолжены в живописи позднейшего времени. В Ферапонтовом монастыре под Вологдой сохранились фресковые росписи Дионисия – своеобразные по композиции, с неповторимо нежным колоритом. Он написал также икону с клеймами сцен о жизни московского митрополита Алексея – современника Дмитрия Донского.

2. РОССИЯ В XVI в.

Правление Елены Глинской н бояр

В декабре 1533 г. неожиданно скончался Василий III, в правлении которого А.А.Зимин усматривает многие черты будущих преобразований XVI в. При малолетнем наследнике престола, трехлетнем Иване, по завещанию создавался опекунский совет. Через некоторое время фактической правительницей становится вторая жена Василия III – Елена Васильевна Глинскал, представительница княжеского рода западнорусских земель. Однако на этом пути она встретила сопротивление. Первым попытался захватить власть Юрий Иванович Дмитровскнй – брат Василия III, но был арестован. Была пресечена и попытка дяди Елены – Михаила Глинского. Среди группы доверенных бояр главную роль начинает играть ее фаворит – боярин Иван Овчина‑Телепнев‑Оболенский.

В 1537 г. вспыхивает уже открытый мятеж другого дяди – великого князя Андрея Ивановича Старицкого, предъявившего свои претензии на престол. Не поддержанный даже у себя в княжестве и «отъехавший» в Новгород, Андрей Старицкий в сражении потерпел поражение от московского войска, возглавлявшегося Овчиной‑Телепневым‑Оболенским. После этого его заманили в Москву, где арестовали и «уморили» в тюрьме «шляпой железной». Так закончилась еще одна «замятня» удельных князей. Старицкий удел был ликвидирован.

В правление Елены Глинской был проведен ряд реформ, в целом продолжавших политику прежних великих князей. К этому времени относится начало важнейшей реформы местного управления – губной реформы. Если деятельность городовых приказчиков, появившихся на рубеже XV‑XVI вв., затрагивала в основном военно‑административную сферу, то губные старосты становились судебными исполнителями (им передавались изымавшиеся от наместников дела о разбоях и воровстве). Губные старосты также были выборными лицами из местных дворян. В помощь им избирались старосты, сотские и «лучшие люди» из крестьян и посадских людей. Это было еще одним ударом по институту центральной власти: назначавшимся кормленщикам – наместникам и волостелям, и в то же время усилением «снизу» формирующегося сословно‑представительного государства. Через два десятилетия наместничье управление будет ликвидировано полностью.

Валяное значение имела также денежная реформа. Основная монета до этого времени – деньга – существовала в двух вариантах: московская и новгородская. В 1535 г. «отставиша торговати старыми деньгами» и «начаша торговати деньгами новыми, копейками» (на них был изображен всадник с копьем). Таким образом, произошло установление единой монетной системы, а также унификация чеканки монеты.

Кроме того, правительство Елены Глинской проводит мероприятия по укреплению армии, строительству новых и реорганизации старых крепостей.

Ее правление проходит почти в непрерывных мятежах различных княжеско‑боярских группировок. Жертвой этой борьбы (в которой Елена Глинская тоже принимала участие) в конечном итоге стали она сама и Овчина‑Телепнев. В 1538 г., видимо, отравленная, она умирает, а Овчина погибает в тюрьме.

После этого власть переходит к боярским группировкам Шуйских и Бельских. Начинается период боярского правления (1538‑1547), в течение которого во главе государства находятся то одни, то другие. Впрочем обе группировки пытались проводить внутреннюю политику своих предшественников: в частности, по‑прежнему шла губная реформа. Но бесконечная борьба за власть сводила на нет все их усилия и в итоге привела к устранению их самих. Шуйских и Бельских в 1544‑1547 гг. сменяют Глинские, но реальная власть постепенно сосредоточивается у представителей старомосковского боярства – Захарьиных. Растет и недовольство боярским правлением в среде московских горожан.

Венчание на царство Ивана IV и восстание против Глинских

В начале 1547 г. происходят два значительных события. 16 января впервые в русской истории состоялось венчание на царство бывшего до этого великим князем Ивана IV. 3 февраля последовала женитьба достигшего совершеннолетия царя на Анастасии Захарьиной. Ряд крупных пожаров в Москве весной – летом 1547 г. прерывают столь торжественно начавшееся царствование Ивана IV.

Наибольшее опустошение произвел пожар 21 июня 1547 г., продолжавшийся 10 часов. Выгорела основная территория Москвы, сгорело 25 тыс. домов, погибло около 3 тыс. человек. В бедствиях обвинили стоящих у власти Глинских. По городу разошелся слух, что бабка царя Анна Глинская, оборотясь птицей, летала по городу, «вымала сердца человеческие да клала в воду, та тою водою, ездячи по Москве, да кропила», от чего и был пожар. Другой слух, подогревший страсти, – о походе на Русь крымского хана. Царь с двором вынужден был уехать в подмосковное село Воробьево, Глинские – Михаил и Анна – бежать в подмосковные монастыри. Открытое восстание началось 26 июня. После вечевого сбора горожане двинулись в Кремль и потребовали выдачи Глинских, Были разгромлены их дворы, убит один из Глинских – Юрий.

27‑28 июня Москва по сути находилась в руках посадских людей, которые, возможно, «пытались даже создать какое‑то свое управление городом» (Н.Е.Носов). 29 июня вооруженные горожане двинулись в Воробьево и потребовали выдачи Глинских. «Вниде страх в душу мою и трепет в кости мои и смирился дух мой», – вспоминал позже царь. Большого труда ему стоило убедить народ разойтись. Ряд выступлений в это же время произошел в некоторых других городах – причиной был неурожай, повышение налогов и злоупотребления администрации.

Однако выступления 1547 г. не нарушили объективного хода событий последних десятилетий. Они лишь подчеркнули необходимость дальнейших преобразований. После ряда новых начинаний рубежа XV‑XVI вв. и продолжения их в 30‑40‑х годах XVI в. страна была подготовлена к проведению более масштабных реформ.

Избранная Рада

Планы переустройства России вынашивала небольшая группа людей. окружавших в то время Ивана IV. Одним из них был митрополит Макарий, образованнейший человек того времени, активно участвовавший в государственной деятельности 40‑50‑х годов. Другим приближенным стал священник придворного Благовещенского собора Сильвестр. В окружении Ивана IV находился и незнатный по происхождению дворянин Алексей Федорович Адашев. К началу 1549 г. влияние на царя Сильвестра и Адашева значительно усилилось, и последний становится, по сути, руководителем правительства, названного впоследствии Андреем Курбским «Избранной Радой». С именем Алексея Адашева связаны все последующие реформы, а также успехи внешней политики России в середине XVI в. Кроме них, в разработке и проведении реформ также участвовали «думцы» Захарьины, Д.И.Курлятев, И.В.Шереметев, А.И.Курбский.

Реформы центральных и местных органов власти

К февралю 1549 г. относится начало деятельности на Руси Земских соборов – сословно‑представительных органов. «Земские соборы, – писал Л.В.Черепнин, – это орган, пришедший на смену вечу», воспринявший древнерусские «традиции участия общественных групп в решении правительственных вопросов», но заменивший «элементы демократизма началами сословного представительства».

Первым собором обычно считается совещание, созванное царем 27 февраля. Вначале он выступил перед боярами, окольничими, дворецкими и казначеями в присутствии церковного «освященного собора», и в тот же день он говорил перед воеводами, княжатами и дворянами. Видимо, этот же Земский собор, ка который также «велел князь великий собрати от городов добрых людей по человеку», принял решение о создании нового правового кодекса – Судебника. В основу был положен предыдущий Судебник 1497 г., но расширенный, лучше систематизированный.

В Судебнике 1550 г. из 100 статей большая часть посвящена вопросам управления и суда. В целом пока что сохранялись старые органы управления (центральные и местные), но в их деятельность вносились существенные изменения. Таким образом, продолжалось их эволюционное превращение в рамках формирующегося сословно‑представительного государства. Так, наместники теперь лишались права окончательного суда по высшим уголовным делам, оно передавалось в центр. Судебник, вместе с тем, расширил деятельность городовых приказчиков и губных старост: к ним полностью отошли важнейшие отрасли местного управления. А их помощник ки – старосты и «лучшие люди» – по постановлению Судебника обязательно должны были участвовать в наместничьем суде, что означало контроль со стороны выборных от населения за деятельностью наместников. Значение служилых людей – дворян – поднималось и тем, что устанавливалась неподсудность их суду наместников.

Следующим шагом явилась прямая ликвидация в 1551‑1552 гг. наместничьего управления в отдельных областях. А в 1555‑1556 гг. приговором царя «о кормлениях» наместничье управление отменялось в общегосударственном масштабе. Его место занимало местное управление, проделавшее долгий и нелегкий путь.

Местное управление не представляло собой единообразия, а принимало различные формы в зависимости от социального состава той или иной местности.

В центральных уездах, где было развито частное землевладение, вводилось губное управление, а дворяне выбирали из своей среды губных старост. Вместе с тоже выборными городовыми приказчиками они возглавили уездную администрацию. Это означало завершение губной реформы.

Выборные власти стали появляться и в тех уездах, где не было частного землевладения. Здесь из зажиточных слоев черносошного населения выбирались земские старосты. Впрочем, черносошные общины и прежде имели свои выборные мирские власти в лице старост, сотских, пятидесятских, десятских и т.д. Эти волостные администраторы генетически восходили к представителям старинной сотенной общинной организации Киевской Руси. Они традиционно осуществляли надзор за общинными землями, распределяли и собирали налоги, разрешали мелкие судебные дела, решали другие вопросы, затрагивающие интересы общины в целом. И раньше мирские власти состояли из представителей наиболее зажиточного крестьянства: «лучших» и «средних» людей. Кстати сказать, черные волости, даже становясь частновладельческими землями, сохраняли структуру мирского управления.

Земская реформа наряду с черносошными землями затронула и города, где тоже (но из зажиточного посадского населения) выбирались земские старосты. Губные и земские старосты в отличие от кормленщиков – пришлых людей – действовали в интересах и на пользу своих уездов, городов и общин. Справедливости ради необходимо отметить, что полностью местные реформы были осуществлены лишь на Севере.

Считается, что губная и земская реформы являются шагом на пути централизации. При этом, однако, не учитывается тот факт, что власти на местах становились выборными, а, следовательно, на местах развивалось самоуправление. Институты самоуправления XVI в. представляются продолжением демократических вечевых традиций Древней Руси в новых условиях формирования единого государства. Традиции эти оказались действенными и потом – в Смутное время.

Ко времени Избранной Рады относится усиление значения приказов как функциональных органов управления. Именно в середине XVI в. возникают важнейшие приказы. К ним относится Челобитенный, в котором принимались жалобы на имя царя и проводилось расследование по ним. Во главе этого, по сути высшего органа контроля, стоял А.Адашев. Посольский приказ возглавлял дьяк Иван Висковатый. Поместный приказ ведал делами поместного землевладения, а Разбойный разыскивал и судил «лихих людей». Первый приказ военного ведомства – Разрядный – обеспечивал сбор дворянского ополчения и назначал воевод, а другой – Стрелецкий – ведал созданным в 1550 г. войском стрельцов. Разрядным приказом некоторое время руководил дьяк И.Г.Выродков, при котором он стал как бы генеральным штабом русского войска. Финансовые дела находились в компетенции Большого прихода и Четвертей (Четей). С присоединением Казанского и Астраханского ханств создается приказ Казанского дворца. Окончательное завершение формирования приказной системы приходится на XVII в.

Реформы в социально‑экономической сфере

Уже в Судебнике 1550 г. затрагиваются существенные вопросы землевладения. В частности, принимаются постановления, затрудняющие дальнейшее существование вотчинных земель.

Особое место занимают статьи о частновладельческом населении. В целом право перехода крестьян в Юрьев день по ст. 88 сохранялось, но несколько увеличилась при этом плата за «пожилое». Ст. 78 определяла положение другой значительной группы населения – кабальных холопов. Запрещалось, к примеру, превращать в холопов служилых людей, ставших должниками.

Однако главные изменения в социально‑экономической сфере были направлены на обеспечение землей служилых людей – дворян. В 1551 г. на Стоглавом соборе Иван IV заявил о необходимости перераспределения («переверстания») земель между землевладельцами: «у кого лишек, ино недостаточного пожаловати». Под «недостаточными» подразумевались служилые люди. Для проведения упорядочения земель предпринимается их всеобщая перепись. В процессе ее осуществления прежнее подворное налоговое обложение заменялось поземельным. На основных территориях вводилась новая единица обложения – «большая соха». Ее размеры колебались в зависимости от социального положения землевладельца: на соху черносошного крестьянина приходилось меньше земли, но больше налогов. Ущемлялись также интересы церкви, зато в привилегированном положении оказывались помещики.

Размеры земельных владений обусловливали и прежние службы дворян. «Уложение о службе» (1555) устанавливало правовые основы поместного землевладения. Каждый служилый человек имел право требовать поместье не меньше 100 четвертей земли (150 десятин, или примерно 170 га), так как именно с такой земельной площади должен был выходить на службу «человек на коне и в доспехе полном». Таким образом, с первых 100 четвертей выходил сам землевладелец, а со следующих – его вооруженные холопы. Согласно «Уложению»; вотчины в отношении службы уравнивались с поместьями, а вотчинники должны были нести службу на тех же основаниях, что и помещики.

Изменения в положении служилых людей тесно связаны также с отменой наместничьего управления (кормлений). Вместо «кормленичего дохода», шедшего в основном в руки наместников и волостелей, вводился общегосударственный налог «кормленый откуп». Этот налог поступал в государственную казну, откуда раздавался служилым людям в качестве жалования – «помоги». Денежную «помогу» давали тем, кто вывел больше людей, чем полагалось, или имел владение меньше нормы. Зато тот, кто вывел меньше людей, платил денежный штраф, а неявка могла повлечь конфискацию владений и телесное наказание.

Военные преобразования

Основу вооруженных сил составляло теперь конное ополчение землевладельцев. Помещик или вотчинник должен был выходить на службу «конно, людно и оружно». Кроме них, существовали служилые люди «по прибору» (набору): городская стража, артиллеристы, стрельцы. Сохранялось и ополчение крестьян и горожан – посоха, несшая вспомогательную службу.

В 1550 г. была предпринята попытка организации под Москвой трехтысячного корпуса «выборных стрельцов из пищали», обязанных быть всегда наготове для исполнения ответственных поручений. В него вошли представители знатнейших родов и верхи Государева Двора. Стрельцы представляли собой уже регулярное – войско, вооруженное новейшим оружием и содержащееся казной. Организационное строение стрелецкого войска было позднее распространено на все войска.

Управление дворянским войском чрезвычайно усложнялось обычаем местничества. Перед каждым походом (а иногда и в походе) происходили затяжные споры. «С кем кого ни пошлют на которое дело, ино всякой разместничается», – отмечал в 1550 г. Иван IV. Поэтому местничество в армии воспрещалось и предписывалось несение воинской службы «без мест». Принцип занимать высшие посты в армии родовитыми княжатами и боярами тем самым нарушался.

Стоглавый собор 1551 г.

Процесс усиления государственной власти неизбежно вновь выдвигал вопрос о положении церкви в государстве. Царская власть, источники доходов которой были немногочисленными, а расходы велики, с завистью смотрела на богатства церквей и монастырей.

На совещании молодого царя с митрополитом Макарием в сентябре 1550 г. была достигнута договоренность: монастырям запрещалось основывать новые слободы в городе, а в старых слободах ставить новые дворы. Посадские люди, бежавшие от тягла в монастырские слободы, кроме того, «выводились» назад. Это было продиктовано потребностями государственной казны.

Однако такие компромиссные меры не удовлетворили государственную власть. В январе‑феврале 1551 г, был собран церковный собор, на котором были зачитаны царские вопросы, составленные Сильвестром и проникнутые нестяжательским духом. Ответы на них составили сто глав приговора собора, получившего название Стоглавого, или Стоглава. Царя и его окружение волновало, "достойно ли монастырям приобретать земли, получать различные льготные грамоты. По решению собора прекратилось царское вспомоществование монастырям, имеющим села и другие владения. Стоглав запретил из монастырской казны давать деньги в «рост» и хлеб в «насп», т.е. – под проценты, чем лишил монастыри постоянного дохода.

Ряд участников Стоглавого собора (иосифляне) встретили программу, изложенную в царских вопросах, ожесточенным сопротивлением.

Программу царских реформ, намеченных Избранной Радой, в наиболее существенных пунктах Стоглавый собор отклонил. Гнев Ивана IV обрушился на наиболее видных представителей иосифлян. 11 мая 1551 г. (т.е. через несколько дней после завершения собора) была запрещена покупка монастырями вотчинных земель «без доклада» царю. У монастырей отбирались все земли бояр, переданные ими туда в малолетство Ивана (с 1533 г.). Тем самым был установлен контроль царской власти над движением церковных земельных фондов, хотя сами по себе владения остались в руках у церкви. Церковь сохраняла свои владения и после 1551 г.

Вместе с тем, были проведены преобразования во внутренней жизни церкви. Утверждался созданный ранее пантеон общерусских святых, унифицировался ряд церковных обрядов. Были приняты также меры по искоренению безнравственности духовного сословия.

Судьба реформ 50‑х годов XVI в.

Принято считать, что реформы Избранной рады проводились в целях укрепления социального положения дворянского сословия в противовес тормозящему этот процесс консервативному боярству. В.Б.Кобрину удалось доказать, что в усилении государства были заинтересованы практически все слои общества. Поэтому реформы проводились не в угоду какому‑либо одному сословию и не против какого‑либо сословия. Реформы означали формирование Русского сословно‑представительного государства. При этом подразумевалось и осуществлялось на практике разумное равновесие в распределении власти между рядом сословий (Земские соборы), правительством (Избранная Рада) и царем. Для утверждения этой системы необходимо было время. В силу ряда обстоятельств равновесие властных структур стало неустойчивым уже в первой половине 50‑х годов. Реформаторская деятельность была сведена на нет в 60‑е годы внешними (Ливонская война) и внутренними (опричнина) причинами. Многое здесь значила и личность царя Ивана – человека государственного ума, но с гипертрофированно развитым властолюбием, и, возможно, на этой почве с некоторыми психическими отклонениями. Впоследствии, как бы оправдывая свои действия, Иван IV писал, что Адашев и Сильвестр «сами государилися, как хотели, а с меня есте государство сняли: словом яз был государь, а делом ничего не владел». Однако современные историки, отводят ему в государственных делах несколько иное место. «Участие Ивана IV в правительственной деятельности в 60‑х годах не противоречит тому, что многие реформы (возможно, даже их большинство) были задуманы деятелями Избранной Рады. Главной заслугой Ивана IV в эти годы было то, что он призвал к правлению таких политиков, как Адашев и Сильвестр, и, видимо, действительно подчинялся их влиянию», – пишет В.Б.Кобрин.

Разрыв с приближенными наступил не сразу. Их колебания во время болезни Ивана в 1553 г., напряженные отношения с родственниками царицы Захарьиными и, возможно, с ней самой приводят к психологической несовместимости. Стремление проводить самостоятельную политику – внешнюю и внутреннюю – к несовместимости политической. К осени 1559 г. прекращается реформаторская деятельность. В 1560 г. происходит развязка. Сильвестр был направлен в ссылку: вначале в Кирилло‑Белозерский монастырь, затем в Соловецкий. А.Адашев был послан в действующую в Ливонии армию, но вскоре вместе с братом Данилом арестован. Лишь смерть (1561) спасла бывшего главу Избранной Рады от дальнейших преследований.

Опричнина

Знаменитый русский историк В.О.Ключевский как‑то заметил об опричнине: «Учреждение это всегда казалось странным как тем, кто страдал от него, так и тем, кто его исследовал». Действительно, всего семь лет существовала опричнина, но как много ученых «копий» сломано над выяснением ее причин и целей.

В целом, все разноликие мнения историков можно свести к двум взаимоисключающим утверждениям: 1) опричнина была обусловлена личными качествами царя Ивана и не имела никакого политического смысла (В.О.Ключевский, С.Б.Веселовский, И.Я.Фроянов); 2) опричнина являлась хорошо продуманным политическим шагом Ивана Грозного и была направлена против тех социальных сил, которые противостояли его «самовластию». Последняя точка зрения, в свою очередь, также «раздваивается». Одни исследователи полагают, что целью опричнины было сокрушение боярско‑княжеского экономического и политического могущества (С.М.Соловьев, С.Ф.Платонов, Р.Г.Скрынников). Другие (А.А.Зимин и В.Б.Кобрин) считают, что опричнина «целилась» в остатки удельно‑княжеской старины (Старицкий князь Владимир), а также направлялась против сепаратистских устремлений Новгорода и сопротивления церкви как мощной, противостоящей государству организации. Ни одно из этих положений не бесспорно, поэтому спор об опричнине продолжается.

Видимо, причины появления опричнины надо искать не в борьбе с определенными социальными группами, а в реакции пытающейся усилиться самодержавной власти на альтернативу государственного развития, представленную сословно‑представительными учреждениями.

Однако, необходимо знать не только мнение исследователей, но и ход самого опричного «действа».

3 декабря 1564 г. царь неожиданно для многих выехал из Москвы вместе с семьей в сопровождении заранее подобранных бояр и дворян. Взял он также с собой казну и «святости». После посещения Троице‑Сергиева монастыря он направился в свою летнюю резиденцию – Александровскую слободу (ныне г. Александров в 100 км к северо‑востоку от Москвы). Отсюда в начале января 1565 г. Иван IV шлет в Москву две грамоты. В первой – адресованной боярам, духовенству и служилым людям – он обвинял их же в изменах и потворстве изменам, а во второй царь объявлял московским посадским людям, что у него «гневу на них и опалы никоторые нет». Послания царя, прочитанные на Красной площади, вызвали в городе огромное волнение. Московское «людье» потребовало, чтобы царя уговорили вернуться на престол, угрожая, что в противном случае они «государственных лиходеев и изменников» сами «потребят».

Через несколько дней в Александровской слободе Иван Васильевич принял делегацию духовенства и боярства и согласился вернуться на престол с условием, «что ему своих изменников, которые измены ему, государю, делали и в чем ему, государю, были непослушны, на тех опала своя класти, а иных казнити и животы их и статки иматп, а учинити емут на своем государстве себе опричнину, двор ему учинить себе и весь обиход особный».

Опричнина не была каким‑либо новым делом, ибо так назывался издавна удел, который князь выдавал своей вдове, «опричь» (кроме) другой земли. Однако в данном случае опричнина означала личный удел царя. Остальная часть государства стала именоваться земщиной, управление которой осуществлялось Боярской думой. Политическим и административным центром опричнины стал «особый двор» со своей Боярской думой и приказами, частично переведенными из земщины. В опричнине была особая казна. Первоначально в опричнину была взята тысяча (к концу опричнины – уже 6 тыс.) в основном служилых людей, но были и представители некоторых старых княжеских и боярских родов. Для опричников вводилась особая форма: к шеям своих лошадей они привязывали собачьи головы, а у колчана со стрелами – метлу. Это означало, что опричник должен грызть «государевых изменников» и выметать измену.

Обычно считается, что в опричнину были взяты территории, где господствовало княжеско‑боярское землевладение. Выселение оттуда крупных землевладельцев на земли земщины, таким образом, подрывало их экономическую базу и ослабляло их позиции в политической борьбе. Однако в последнее время выясняется, что ставшие опричными земли были заселены в основном либо служилыми людьми (дворянами), либо другими верными слугами государя (западные земли), либо были черносошными (Поморье). Опричная часть была выделена и в Москве. Причем, часть землевладельцев этих земель просто перешла в опричнину. Безусловно, были проведены и выселения. Но их масштабы не стоит преувеличивать, к тому же пострадавшие вскоре были возвращены на места. Опричнина отнюдь не изменила структуру крупной собственности на землю, пишет В.Б.Кобрин, боярское и княжеское землевладение пережило опричнину. Хотя нельзя не сказать и о том, что жертвами болезненных подозрений царя стали многие бояре. Ему постоянно мерещились заговоры против него – и головы зачастую невинных людей летели десятками.

Выступление Ивана Грозного и опричников против старых удельных институтов достигло своего апогея в 1569‑1570 гг. Церковные иерархи не поддерживали опричную политику. Митрополит Афанасий удалился в монастырь, а сменивший его Филипп Колычев выступил с обличениями опричнины. Он был низложен, заточен в монастырь, а по пути в Новгород опричного войска задушен. Однако факт низложения митрополитов и других церковников еще не свидетельствует об ослаблении позиции церкви в целом.

Еще с начала 50‑х годов царь Иван повел линию па физическое уничтожение последнего удельного князя на Руси – Владимира Андреевича Старицкого, который, как показали события 1553 г., связанные с болезнью Ивана, мог реально претендовать на царствование. После ряда опал и унижений Владимир Андреевич в октябре 1569 г. был отравлен.

В декабре 1569 г. войско опричников, лично возглавлявшееся Иваном Грозным, выступило в поход на Новгород, который якобы хотел ему изменить. Царь шел как по неприятельской стране. Опричники громили города (Тверь, Торжок), села и деревни, убивали и грабили население. В самом Новгороде разгром длился 6 недель. Подозреваемых тысячами пытали и топили в Волхове. Город был разграблен. Имущество церквей, монастырей и купцов было конфисковано. Избиение продолжалось и в Новгородских пятинах. Затем Грозный двинулся к Пскову, и лишь суеверность грозного царя позволила этому старинному городу избежать погрома.

Новгородский поход опричников позволяет сделать вывод, что Иван IV страшился отнюдь не только представителей аристократии (как препятствия на пути к неограниченной власти), но и в равной мере (а может быть в большей) городского и сельского населения, также представленного на Земских соборах – учреждении сословно‑представительном.

После возвращения из Новгорода начинаются казни самих опричников, тех, которые стояли у ее истоков: на смену им приходят наиболее отличившиеся в погромах и казнях, среди них Малюта Скуратов и Василий Грязной. Опричный террор продолжался. На 1570 г. приходятся последние массовые казни в Москве.

В 1572 г. опричнина была отменена: «государь опричнину оставил». Впрочем, некоторые исследователи полагают, что изменена была лишь вывеска, а опричнина под именем «государева двора» продолжала существовать и далее. Другие историки считают, что Иван IV попытался вернуться к опричным порядкам в 1575 г., когда вновь получил во владение «удел», а остальной территорией поставил управлять крещеного татарского хана Симеона Бекбулатовича, который назывался «великим князем всея Руси», в отличие от просто «князя московского». Не пробыв и года на престоле, хан был сведен с великого княжения. Все вернулось на свои места.

Опричнина в целом не смогла усилить на более или менее продолжительное время самодержавное правление (после смерти Ивана IV мы видим деятельность не столько царя Федора Иоановича, сколько его окружения, из которого более других отличался Борис Федорович Годунов, который, достигнув трона, вынужден был утверждаться Земским собором), ни ликвидировать центральные сословно‑представительные органы и местное самоуправление. Опричнина не должна рассматриваться как ступень к новой «прогрессивной» самодержавной форме правления, как часто определяют ее значение. В большей степени она являлась возвращением к временам удельного правления (если иметь в виду деление страны на опричнину и земщину и т.д.). Опричнина была реформой, но реформой с противоположным знаком. Об этом свидетельствуют и ее последствия.

Внешняя политика

Основными направлениями внешней политики России в середине второй половины XVI в. были следующие: на востоке и юго‑востоке борьба с казанскими и астраханскими ханствами и продвижение в Сибирь, на юге – защита от набегов крымцев, на западе – попытка выхода к Балтийскому морю.

Восточная политика

Первоочередной задачей в середине XVI в. стала борьба с Казанским ханством, непосредственно граничившим с русскими землями и державшим в своих руках волжский торговый путь. Первоначально казанский вопрос пытались решить дипломатическим путем, посадив на престол московского ставленника. Однако это закончилось неудачей, как, впрочем, и первые походы (1547– 1548; 1549‑1550).

В 1551 г. началась подготовка к новому походу. Весной в 30 км на запад от Казани у впадения в Волгу р.Свияги строится в кратчайший срок деревянная крепость – Свияжск, возведением которой из заранее заготовленных блоков руководил дьяк Разрядного приказа. И.Г.Выродков. В августе большое русское войско (150 тыс.) осадило Казань. Осада длилась почти полтора месяца. И вновь отличился Выродков, подведший к стенам подвижные осадные башни «гуляй‑города», а также осуществивший ряд подкопов под стены. В результате взрывов бочек пороха, заложенных в подкопы, был разрушен большой участок стены, и 2 октября Казань была взята штурмом.

Падение Казанского ханства предопределило судьбу другого – Астраханского, имевшего важное стратегическое и торговое значение. В августе 1556 г. Астрахань была присоединена. В это же время признала вассальную зависимость от России и Ногайская орда (она кочевала между средним течением Волги и Яиком). В 1557 г. было закончено присоединение Башкирии.

Таким образом, земли Поволжья и торговый путь по Волге оказались в составе России.

Успешные военные действия на восточном и юго‑восточном направлениях существенно ограничили возможность нападения татар Крымского ханства, фактический руководитель внешней политики того времени А.Адашев настаивал на активных действиях против Крыма, однако встретил сопротивление со стороны Ивана IV, настойчиво стремившегося решить балтийский вопрос. Поэтому в целях обороны от крымцев в 50‑е годы началось строительство Засечной черты – оборонительной линии из лесных засек, крепостей и естественных преград, проходившей южнее Оки, недалеко от Тулы и Рязани. Устройство Засечной черты оправдало себя уже в 1572 г., когда крымский хан Девлет‑Гирей со 120‑тысячным войском был наголову разбит в 50 км от Москвы.

Присоединение Поволжья создало также предпосылки для дальнейшего освоения земель на востоке. Теперь путь лежал в Сибирь, привлекавшую громадными запасами пушнины. В 50‑х годах XVI в. сибирский хан Едигер признал себя вассалом России, но пришедший затем к власти хан Кучум разорвал эти отношения. Большую роль в продвижении в Сибирь сыграли купцы и промышленники Строгановы, получившие обширные владения по рекам Каме и Чусовой. Для охраны своих владений они построили ряд городов‑крепостей, создали населенные «охочими людьми» – казаками – военные гарнизоны. Около 1581‑1582 гг. (относительно этой даты существуют разногласия) Строгановы снарядили за Урал военную экспедицию казаков и ратных людей из городов. Во главе этого отряда (около 600 человек) стал атаман Ермак Тимофеевич. Перейдя Уральские горы, он дошел до Иртыша, а под самой столицей Кучума – Кашлык – состоялось решающее сражение. Разноплеменное ханское войско не выдержало казачьего натиска и разбежалось. Ермак вошел в Кашлык и стал собирать ясак (дань) с сибирских жителей. Однако победа казаков оказалась непрочной, к тому же через несколько лет Ермак погиб. Поход его не привел к непосредственному присоединению Сибири, но начало этому было положено. Уже со второй половины 80‑х годов в западной части Сибири строятся города и крепости: Тюмень, Тобольский острог, Сургут, Томск. Административным центром Сибири становится Тобольск, куда назначался воевода. Он ведал сбором ясака, наблюдал за торговлей и промыслами, в его распоряжении находились стрельцы, казаки, другие служилые люди. В Сибирь двинулись и колонизационные потоки русского крестьянства, принесшие с собой и традиции русского земского самоуправления.

Ливонская война

Ливонская война стала «делом всей жизни» Ивана IV (И.И.Смирнов), а К.Маркс замечал, что ее целью «было дать России выход к Балтийскому морю и открыть пути сообщения с Европой».

Ливония, созданная в XIII в. немецкими рыцарями‑меченосцами, представляла собой в XIV в. слабое государство, по сути разделенное между Орденом, епископами и городами. Орден возглавлял его лишь формально. Вместе с тем Орден, опираясь на поддержку других государств, препятствовал установлению контактов России с западноевропейскими странами.

Непосредственным же поводом к началу Ливонской войны послужил вопрос о «юрьевской дани» (Юрьев, впоследствии названный Дерпт (Тарту), основал еще Ярослав Мудрый). Согласно договору 1503 г. за него и прилегающую территорию должна была уплачиваться ежегодная дань, что, однако, не делалось. К тому же Орден заключил в 1557 г. военный союз с литовско‑польским королем. В январе 1558 г. Иван IV двинул свои войска в Ливонию. Начало воины принесло ему победы: были взяты Нарва и Юрьев. Летом и осенью 1558 г. и в начале 1559 г. русские войска прошли всю Ливонию (до Ревеля и Риги) и продвинулись в Курляндии до границ Восточной Пруссии и Литвы.

Угроза полного разгрома заставила ливонцев просить перемирия. В марте 1559 г. оно было заключено сроком на полгода. Начавшиеся в 1560 г. военные действия принесли Ордену новые поражения: были взяты крупные крепости Мариенбург и Феллин, в плен попал сам магистр Ордена Фюрстенберг. Результатом компании 1560 г. стал фактический разгром Ливонского ордена как государств. Однако земли его перешли под власть Польши, Дании и Швеции, а последний его магистр – Кетлер – получил лишь Курляндию, да и то находившуюся в зависимости от Польши.

Таким образом, вместо слабой Ливонии у России оказалось теперь три сильных противника. Правда, пока Швеция и Дания воевали друг с другом, Иван IV вел успешные действия против Сигизмунда II Августа. В феврале 1563 г. он взял Полоцк. Но уже в начале следующего года русские войска потерпели ряд поражений (битвы на р.Уле и под Оршей). Тогда Иван IV попытался восстановить Ливонский орден, но под протекторатом России, а с Польшей повел переговоры. Условия мира царь обнародовал на Земском соборе 1566 г. Они оказались неприемлемыми, и собор высказался за продолжение войны: «Государю нашему тех городов Ливонских, которые взял король во обереганье, отступиться непригоже, а пригоже государю за те городы стояти». В решении собора также подчеркивалось, что отказ от Ливонии повредит торговым интересам.

В 1568‑1569 гг. война принимает затяжной характер. А в 1569 г. на сейме в Люблине состоялось объединение Литвы и Польши в единое государство – Речь Посполитую, с которой в 1570 г. удалось заключить перемирие на три года. В мае того же года Иван IV наконец‑то создает в Ливонии государство под покровительством России во главе с братом датского короля Магнусом.

Тем временем, в 1575 г. в Речи Посполитой закончился период «бескоролевья» (1572‑1575 гг.). Королем был избран (а претендовал на польский престол и Иван Грозный) Стефан Баторий. Его избрание означало возобновление войны с Польшей. Однако еще в 1577 г. русские войска занимали почти всю Ливонию, кроме Риги и Ревеля, который осаждали в 1576‑1577 гг. Но этот год был последним годом успехов России в Ливонской войне. В 1579 г. возобновила военные действия Швеция, а Баторий возвратил Полоцк и взял Великие Луки. В августе 1581 г. началась осада Баторием Пскова. Псковичи поклялись «за Псков град битися с Литвою до смерти безо всякие хитрости». Клятву они сдержали, отбив 31 приступ. После пяти месяцев безуспешных попыток поляки вынуждены были снять осаду Пскова. Но шведами в это же время была захвачена Нарва.

В январе 1582 г. в Яме‑Запольском (недалеко от Пскова) было заключено 10‑летнее перемирие с Речью Посполитой. Россия отказывалась от Ливонии и белорусских земель, но ей возвращались некоторые пограничные русские земли.

В мае 1583 г. заключается 3‑летнее Плюсское перемирие со Швецией, по которому уступались Копорье, Ям, Ивангород и прилегающая к ним территория южного побережья Финского залива. Русское государство вновь оказалось отрезанным от моря.

Культура в XVI в.

На духовную культуру XVI в., как и прежде, определяющее значение оказывала церковь, ее учения и догмы, основанные на религиозном мировидении. Однако духовная культура, особенно народных масс, не была свободной от языческо‑христианских или даже языческих представлений. Это проявлялось в традиционных обрядах и празднествах.

Фольклор

Фольклор XVI в. отличается от предыдущего как по типу, так и по содержанию. Наряду с бытованием жанров прежних эпох (былин, сказок, пословиц, обрядовых песен и т.д.), в XVI в. расцветает жанр исторической песни. Большое распространение имели и исторические предания. Песни и предания обычно посвящались выдающимся событиям того времени – взятию Казани, походу в Сибирь, войнам на Западе, либо выдающимся личностям – Ивану Грозному, Ермаку Тимофеевичу.

В исторической песне о походе на Казань воспевается умение русских воинов‑пушкарей, устроивших «хитрый» подкоп под городские стены. Как умный правитель и полководец изображается в ней сам Иван Грозный. Для его фольклорного образа характерна идеализация. Так, в одной из песен народ горько оплакивает его как народного заступника: «Ты восстань, восстань, ты, наш православный царь… Царь Иван Васильевич, ты наш батюшка!». Однако в фольклоре отразились и другие черты его: жестокость, властность, безжалостность. В этой связи характерны новгородские и псковские песни и предания. В одной из песен царевич Иван напоминает отцу: «А которой улицей ты ехал, батюшка, всех сек, и колол, и на кол садил».

В песнях о завоевании Сибири, бытовавших в основном среди казачества, главным героем является Ермак Тимофеевич – удалой и смелый атаман вольных людей, народный вожак. В его образе соединились черты героических богатырей русского эпоса с чертами народных предводителей, боровшихся против социальной несправедливости.

Интересны песни о героической обороне Пскова во время Ливонской войны. Потерпев поражение, польский король Стефан Баторий зарекается от своего имени и от имени своих детей, внуков и правнуков когда‑либо нападать на Русь.

Распространенной во времена Ивана Грозного была песня о Кострюке. В ней рассказывается о победе незнатного русского человека («мужика‑деревенщины») над князем‑иностранцем Кострюком, хваставшимся своей силой, но ставшим посмешищем для всего народа.

Публицистика XVI в.

Объединительные процессы и усиление позиций Русского государства в Европе поставили перед обществом злободневные вопросы о происхождении княжеской власти на Руси и о месте и роли Руси среди других государств прежде и теперь. Наиболее яркое выражение они нашли в публицистических произведениях.

В первой четверти XVI в. возникло «Сказание о князьях владимирских», которое в отличие от «Повести временных лет» выводило происхождение русской княжеской династии от римского императора Августа. В одну из подчиненных ему областей на берега Вислы он якобы послал своего брата Пруса, который и основал род легендарного Рюрика. Один из наследников Августа, Пруса и Рюрика – древнерусский князь Владимир Мономах получил от византийского императора символы царской власти: шапку‑венец, драгоценные бармы‑оплечья и другие дары. С той поры этим венцом и венчались все последующие русские князья. Таким образом, обе легенды – и о происхождении княжеской власти от римского императора, и о получении царских регалий из Константинополя – имели своей целью укрепить авторитет власти на Руси, обосновывали стремление возвратить древнерусские земли, находящиеся под властью Польши и Литвы.

В посланиях игумена псковского Елеазарова монастыря Филофея (около 1510 г.) выдвигалась идея «Москва – третий Рим». В его изложении история выступает как процесс смены трех мировых царств. Первые два Рима – собственно Рим и Константинополь – погибли за измену их православию. Теперь их место заняла Москва. Если же и Москва впадет в грехи, ей не последует четвертый Рим просто потому, что нигде в мире нет больше православного государства. Следовательно, мысль Филофея должна приниматься не как претензия Русского государства на мировое господство или мессианство, но в смысле большой ответственности Руси за дальнейшее существование мира. Не достижение мировой власти, а объединение всех русских земель под главенством Москвы является основной идеей посланий Филофея.

Другими темами публицистических посланий, отражающими общественное развитие, стали вопросы о власти царя и вообще об устройстве Русского государства.

В конце 40 – начале 50‑х годов XVI в. пишет свои челобитные Ивану IV Иван Семенович Пересветов (возможно, вымышленная личность). Для изложения своих взглядов Пересветов пользуется своеобразным литературным приемом. Он рисует несуществовавшего идеального монарха – Махмет‑Салтана турецкого, который, сосредоточив в своих руках всю власть, сумел тем не менее установить в своем государстве справедливые отношения и твердый правопорядок. В своей политике Махмет‑Салтан опирался на «воинников». За усердную службу он хорошо оплачивал своих воинов из казны, в которую стекались все доходы его царства.

Турецкому султану Пересветов противопоставляет византийского «царя» Константина, который «вельможам своим волю дал». Они же отстранили его от власти и злоупотреблениями довели страну до гибели.

Поэтому образцом для Пересветова выступал сильный правитель, но не самовластец, ибо кроме прав у него были и обязанности перед «воинниками», которыми он и был «силен и славен». Пересветов, следовательно, обращал внимание на дворянство как государственную опору, а боярство обвинял в трусости и недостатке служебного рвения. Стремясь к усилению военной мощи, Пересветов выступал против института холопства, так как рабы, понятно, воины плохие. «Которая земля порабощена, – писал он, – в той земле все зло сотворяется». Такова в общих чертах программа государственного устройства одного нз публицистов того времени.

Яростный спор по этим же проблемам мы наблюдаем в знаменитой переписке (1564‑1577) Ивана Грозного с князем Андреем Курбским – одним из его сторонников в 50‑е годы. Бежав с началом опричнины за рубеж, Курбский прислал царю послание, обвиняя его в тирании и жестокости. Грозный ответил. Вся переписка составляет два послания царя и три князя, которым был написан также памфлет «История о великом князе Московском». Обоих авторов отличает широкая образованность: они знали античность, историю Рима, Византии и Руси, Библию и богословскую литературу. Оба обладали незаурядным литературным талантом.

Общим у авторов было то, что они выступали за крепкое государство и сильную царскую власть. Политическим идеалом Курбского при этом являлась деятельность Избранной Рады. К управлению государством, по его мысли, необходимо привлекать «мудрых советников» и даже «всенародных человек». Следовательно, Курбский выступал за монархию, но ограниченную. Царь Иван же истинной монархией считал только монархию с неограниченной властью. Это он и доказывал – в данном случае с пером в руках. Аргументами служат прежде всего факты из прежней истории, согласно которым «самодержавство» существует в Русской земле «божиим соизволением» «издревле» – с князя Владимира Святославовича. Однако в малолетство Ивана IV «бояре и вельможи» «от бога державу данную мне от прародителей наших под свою власть отторгли». Это, по мнению царя, грозило гибелью государству. Теперь настало время вернуть самодержавную власть, при которой не царь действует для блага подданных, а обязанностью их является верная служба государю. Все жители страны – от холопа до князя – это государевы холопы. «А жаловати есмя своих холопей вольны, а и казнити вольны же», – лаконично формулировал царь Иван свой принцип неограниченного правления.

Борьба с церковью нашла свое выражение в таком публицистическом сочинении, как «Беседа Валаамских старцев» (сер. XVI в.). Автор – сторонник сильной церковной власти – выступает против попыток духовенства вмешиваться в государственное управление и против монастырей, захватывающих черные крестьянские земли. Главное его требование – полное уничтожение монастырского землевладения.

Историко‑литературные сочинения

Большая часть грандиозных рукописных историко‑литературных трудов связана с деятельностью митрополита Макария. Им и его сотрудниками к 1554 г. были созданы «Великие Четьи Минеи» – 12‑томное собрание всех книг, «чтомых» на Руси: житий и поучений, византийских законов и памятников церковного права, повестей и сказаний. Произведения были распределены по тем дням, в которые их рекомендовалось читать.

Другим крупным сочинением стала «Книга степенная царского родословия». В отличие от летописей, где изложение ведется по годам, Степенная книга располагает повествование по «степеням». Каждой степени (а их всего 17) соответствует правление князя (от Владимира до Ивана IV) и митрополита. Этим подчеркивалась идея единства царской и церковной власти.

В середине XVI в. летописцами был подготовлен новый летописный свод, получивший название Никоновской летописи (так как один из списков принадлежал в XVII в. патриарху Никону). Никоновская летопись вобрала в себя весь предшествующий летописный материал от начала Руси до конца 50‑х годов XVI в. Замечательной чертой этого свода является наличие в нем некоторых данных, относящихся в основном к древнему периоду русской истории, которые не встречаются в других летописях. Авторы Никоновской летописи сделали также попытку не простого изложения материала, а объяснения тех или иных событий.

В 70‑х годах XVI в. было закончено составление иллюстрированной всемирной истории – Лицевого летописного свода. Он представлял собой 12 фолиантов, иэ которых до нас дошли 10. В сохранившихся томах имеется свыше 16 тыс. миниатюр. В лицевом своде всемирная история излагается как смена великих царств – Древнееврейского, Вавилонского, Персидского, Александра Македонского, Римского, Византийского. Закономерным итогом этого процесса представляется образование Русского государства.

Летописи XVI в. представлены также и локальными сочинениями. Например, «Летописец начала царства» описывает первые годы правления Ивана Грозного. В 60‑х годах составляется «История о Казанском царстве», которая доказывала историческую сппаведливость завоевания Казанского ханства. К концу XVI в. относится и одна из редакций «Сказания о начале Москвы».

К литературе бытового жанра относится такое оригинальное произведение, как «Домострой», автором которого, вероятно, был протопоп Сильвестр. «Домострой» означает «домоводство», поэтому в нем можно найти самые различные советы и наставления: как воспитывать детей и обращаться с женой, хранить запасы и просушивать белье, когда покупать товары на рынке и как принимать гостей. Наставления, вместе с тем, освящаются авторитетом бога и священного писания.

Грамотность и просвещение

Уровень грамотности среди населения был различным. Элементарная грамотность была распространена у посадских людей и крестьян. У последних уровень грамотности достигал 15%. Более высока была грамотность в среде духовенства, купечества, знати.

Обучение грамоте производилось в частных школах, которые обычно содержали люди духовного звания. За прохождение курса платили «кашей да гривной денег». В ряде школ, кроме обучения непосредственно грамоте и чтению, изучали грамматику и арифметику. В связи с этим появляются первые учебники по грамматике («Беседа об учении грамоте») и арифметике («Цифирная счетная мудрость»).

О развитии просвещения в XVI в. свидетельствует также факт создания при крупных монастырях библиотек. Большая библиотека (не найденная до сих пор) была в царском дворце. Рукописные книги принадлежали частным лицам различных категорий, в том числе простым горожанам и крестьянам.

Начало книгопечатания

Важнейшим достижением в области культуры стало начало книгопечатания. Первая типография в России начала работать около 1553 г., но имена первых мастеров нам неизвестны. В 1563 г. в Москве по царскому повелению и на государственные средства сооружается типография. Создателями и руководителями Печатного двора (размещался невдалеке от Кремля на Никольской улице) были дьяк одной из кремлевских церквей Иван Федоров и белорусский мастер Петр Мстиславец. В марте 1564 г. вышла первая книга «Апостол», хорошо исполненная в техническом отношении. Она отличалась четким красивым шрифтом, многочисленными заставками, была также выполнена гравюра «апостол Лука» и т.д. В 1565 г. вышли два издания другой книги – «Часовник». Иван Федоров был не только мастером‑типографом, но и редактором: исправлял переводы книг «Священного писания», приближал их язык к языку своего времени. Однако вскоре он и Мстиславец вынуждены были покинуть Москву. Причины этого до конца остаются невыясненными. Обосновавшись на Украине (во Львове и Остроге), они в последующие годы снова выпускают ряд крупных изданий: вновь «Апостол», а также «Библию». Во Львове была напечатана и первая книга светского содержания: букварь с грамматикой (1574).

Не прекратилось издательское дело и в России: во второй половине XVI в. работали типографии в Москве и в Александровской слободе. Всего было издано 20 книг, некоторые тиражами до тысячи экземпляров.

Впрочем, печатная книга даже в XVII в. не вытеснила рукописную, потому что печаталась в основном богослужебная литература, летописи, сказания и даже Жития святых по‑прежнему переписывались от руки.

Строительство и архитектура

В течение всего XVI в. ведется широкое строительство каменных городских кремлей.

Особенно внушительные сооружения возводятся в Москве. В 30‑е годы прилежащая с востока к Кремлю часть посада обносится кирпичной стеной и получает название Китай‑города (возможно, от слова «кита», что означает связку жердей для строительства крепостных стен). В 80‑х – начале 90‑х годов Приказом каменных дел была построена третья линия (после Кремля и Китай‑города) стен Москвы – Белый город, являвшийся мощной крепостью длиной 9,5 км с 27 башнями (располагался на месте нынешнего Бульварного кольца). Строителем Белого города был выдающийся «каменных дел мастер» Федор Конь, с именем которого связано и строительство мощных стен Смоленска. Наконец, на исходе XVI в. создается последняя внешняя линия укреплений Москвы – «Стародом», представлявшая собой 15‑километровую деревянную крепость на земляном валу (отсюда другое название – Земляной город). Она проходила по линии современного Садового кольца. Кольца укреплений Москвы пересекались улицами‑дорогями, начинающимися от Кремля. Такая планировка носит название радиально‑кольцевой и является традиционной для средневековых русских городов.

Дороги вне городских стен, откуда было возможно вражеское нападение, прикрывались обычно монастырями‑крепостями. В Москве ими были Новодевичий Донской, Данилов, Симонов, Новоспасский, Андроников.

Каменные крепости‑сторожи возводятся также в Поволжье (Нижний Новгород, Казань, Астрахань), южнее Москвы (Тула, Коломна, Зарайск, Серпухов) и западнее Москвы (Можайск, Смоленск), на Северо‑Западе (Новгород, Псков, Изборск, Печоры) и даже на Соловецких островах.

Усиление Русского государства отмечается расцветом архитектурного творчества. Со второй трети XVI в. в каменное зодчество из народной деревянной архитектуры проникает шатровый стиль. В отличие от крестово‑купольных храмов, восходящих к византийской традиции, шатровые не имеют внутренних столбов, а вся тяжесть здания опирается на (фундамент. Церковь теряет кубическую форму и приобретает облик «столпа» с пирамидальной вершиной. Шедевром и одновременно наиболее ранним образцом шатрового стиля является церковь Вознесения в селе Коломенском (ныне в черте Москвы). Построенная в 1532 г. на высоком берегу Москвы‑реки, она представляет собой 62‑метровое сооружение – столп с восьмиугольным шатровым верхом, окруженное террасой – гульбищем. Уже современники говорили, что она «вельми чудна высотою и красотою и светлостью, такова не бывала прежде сего на Руси».

Выдающимся памятником шатрового стиля является собор Покрова на Рву, более известный по одному из позднее пристроенных приделов как храм Василия Блаженного. Собор строился в 1554‑1561 гг. зодчими Постником Яковлевым и Бармой в ознаменование взятия Казани. Вокруг огромного центрального шатра – восемь глав храмов, опоясанных соединяющей их галереей. В архитектурно‑декоративном убранстве храма замечается связь с русским народным зодчеством и с народными орнаментальными мотивами.

Однако шатровое зодчество не могло широко распространиться, ибо противоречило церковным канонам, избравшим в качестве образца пятиглавый Успенский собор в Москве. Подобные храмы сооружаются во многих монастырях и как главные соборы – в крупнейших русских городах. Наиболее известны Успенский собор в Троице‑Сергиевом монастыре. Смоленский собор Новодевичьего монастыря и т.д. Наконец, необходимо упомянуть и о строительстве небольших каменных или деревянных посадских церквей.

Живопись

Решения Стоглавого собора оказали влияние не только на архитектуру, но и на живопись. Живописцы обязаны были строго придерживаться греческих образцов и иконописи Андрея Рублева. Поэтому они уделяют большее внимание техническим приемам. Вместе с тем в их произведениях звучат политические мотивы. Так, на стенах Золотой палаты Кремлевского дворца в символических изображениях разворачивается художественная композиция на тему о сущности и значении царской власти. Икона «Церковь воинствующая» символизирует апофеоз христианского (русского) воинства, возвращающегося после разрушения «города неверных» (Казани).

К концу XVI в. появляются «строгановские» иконы‑миниатюры, созданные в имениях богатых купцов Строгановых.

3. РОССИЯ В XVII в.

Вопросы общественной жизни, затянутые тугими узлами в XVI в., перешли в XVII в. Опричнина породила не только Смуту его начала, как это принято считать, но и последующие социальные движения его середины и второй половины. Пожалуй, в русской истории до XVII в. не было такого времени, насыщенного столь острыми и драматическими общественными противоречиями. «Бунташными» были не только периоды непосредственных народных взрывов, но и время между ними с «тишайшими» царями Романовыми – Михаилом Федоровичем (1613‑1645) и Алскссем Михайловичем (1645‑1676). Это было не случайно, ибо в XVII в. в основных чертах определился дальнейший путь России: вместо сословно‑представительной монархии наметилось движение к монархии абсолютной, вместо самоуправления с избираемой местной администрацией вводится практика назначения царских воевод, кроме того окончательно закрепощается основная производительная сила общества – крестьянство, хотя и появляются первые признаки новых производственных отношений – капиталистических,

Накануне Смуты

В конце XVI в. в стране резко обострились социальные противоречия. Тяжелый хозяйственный кризис, порожденный опричниной и войнами, привел к новому витку закрепостительных мер. В 1581 г. были введены «заповедные годы», т.е. годы, в которые запрещались крестьянские переходы; в 1597 г. принимаются указы об «урочных летах» (в течение 5 лет возможен сыск беглых крестьян) и усилении зависимости холопов. Однако эти меры означали еще только начало крепостничества: крестьяне прикреплялись к земле, а не к землевладельцу. Положение усугубил династический кризис, вызванный смертью последнего представителя династии Рюриковичей Федора Иоанновича (1584‑1598) и воцарением Бориса Годунова (1598‑1605). Впрочем, он еще при Федоре выступал фактическим правителем государства. В это время успешно велась внешняя политика: результатом войны со Швецией (1590‑1593) стало возвращение по Тявзинскому миру (1595) земель, захваченных в Ливонскую войну (были возвращены Ивангород, Ям, Копорье и Корела).

Важным мероприятием было учреждение в 1581 г. патриаршества. Первым патриархом Руси стал Иов. Однако продолжение закрепостительной политики и особенно неурожайные годы в начале XVII в. привели к новому кризису. Рядом принимаемых в срочном порядке мер Борис Годунов «пытался вытащить страну из пропасти» (В.Б.Кобрин). Но в 1603‑1604 гг. на западных рубежах вспыхнуло восстание Хлопка. Оно явилось прологом к последующим событиям.

Смутное время

Термин «Смутное время» был принят историками XVIII‑XIX вв. В советский период историки отвергли его как «дворянско‑буржуазный», предложив взамен «крестьянскую войну и иностранную интервенцию», что, безусловно, не соответствует полностью определению этого периода. Сейчас понятие «Смуты» возвращается, и одновремено предлагается называть события начала XVII в. в России гражданской войной, ибо в них были задействованы практически все социальные группы и слои.

Скрытая интервенция

Кризисной обстановкой начала XVII в. в России воспользовалась Речь Посполитая (объединенные по Люблинской унии 1569 г. Литва и Польша). Бежавший из кремлевского Чудова монастыря в Польшу и объявивший себя царем Дмитрием (на самом деле погибшим в 1591 г. в Угличе) Григорий Отрепьев был поддержан польскими магнатами, с помощью которых он во главе 4‑тысячного войска в 1604 г. предпринимает поход на Москву. На его сторону стали переходить крестьяне и посадские люди порубежных западных земель, а после неожиданной смерти Годунова и бояре. В июне 1605 г. Лжедмитрий I вступил в Москву и был провозглашен царем. Однако проводимая им политика не удовлетворяла ни правящую верхушку, ни народные массы. Чашу терпения переполнила его свадьба с католичкой Мариной Мнишек. 17 мая 1606 г. он был убит. Царем стал Василий Шуйский, правивший прежде всего исходя из интересов бояр и одновременно усиливший закрепостительные меры.

Крестьянское восстание

Продолжением предыдущих выступлений явилось крестьянское восстание под предводительством Ивана Болотникова (1606‑1607). Поход также начался из западных русских земель (Комарицкая волость). Войско было разнородным по социальному составу: казаки, крестьяне, холопы, посадские люди, служилые люди всех рангов. Восстание имело царистскую направленность: сам Болотников выступал как воевода царя Дмитрия Ивановича. Проведя ряд успешных сражений с правительственными поисками, болотниковцы подошли к Москве. После двухмесячной осады из‑за предательства дворян они были вынуждены отступить к Калуге, а затем и Туле, где и капитулировали перед царским войском. Причинами поражения являлись стихийность, плохая вооруженность, пестрота социального состава восставших, нечеткость программы.

Переход к открытой интервенции

Еще когда Василий Шуйский вел осаду Тулы, в Польше появился новый самозванец – Лжедмитрий II, который в отличие от Лжедмитрпя I, выдвинутого внутренними силами, с самого начала был ставленником польского короля Сигизмунда III. В его войско входили польские отряды, казаки, а также остатки болотниковцев. Разбив в нескольких столкновениях войска Шуйского, в июне 1608 г. самозванец подошел к Москве и остановился в местечке Тушино. Образовался Тушинский лагерь. Были сформированы приказы и Боярекая дума, «наречен» патриарх (им стал Филарет, в миру боярин Фолор Никитович Романов). Таким образом тушинцы противостояли царской власти и правительству Василия Шуйского. Их власть распространилась на значительную часть территории страны (север и северо‑запад). Осажденной оказалась мощная крепость – Троице‑Сергиев монастырь.

Воспользовавшись тем, что московское правительство в феврале 1609 г. заключило союз со Швецией, Польша, состоявшая с ней в войне, перешла к открытой интервенции в России. В сентябре началась осада Смоленска Сигизмундом III. Дальнейшей задачей являлось непосредственное завоевание русских земель, а польский король стал претендовать на царский престол. Летом 1610 г. польские отряды двинулись к Москве.

В этих условиях бояре и дворяне в июле 1610 г. произвели переворот: свергли Шуйского, Образовалось переходное правительство из семи бояр – «семибоярщина» (1610‑1612). Бояре, задумав посадить на русский престол польского королевича Владислава, впустили в Кремль польские войска во главе с гетманом Гонсевским, который стал самовластно распоряжаться в стране. А на севере к оккупации перешли шведы. Россия оказалась перед прямой угрозой утраты независимости.

Первое и второе народные ополчения

Теперь только опираясь на народные массы можно было отвоевать и сохранить независимость Русского государства. В стране созревает идея всенародного ополчения. К февралю‑марту 1611 г. сформировалось первое ополчение. Его вождем стал рязанский воевода Прокопий Ляпунов. Вскоре ополченцы осадили Москву, и 19 марта произошел решающий бой, в котором приняли участие восставшие москвичи. Освободить город не удалось. Оставшись у городских стен, ополчение создало высший орган власти – Совет всея земли. 30 июня 1611 г. принимается «Приговор всей земли», предусматривавший будущее устройство России, но ущемлявший права казачества и имевший к тому же крепостнический характер. После убийства казаками Ляпунова, первое ополчение распалось. К этому времени шведы захватили Новгород, а поляки после многомесячной осады овладели Смоленском.

Второе ополчение стало создаваться в одном из крупнейших городов страны – Нижнем Новгороде. Возглавили его нижегородский староста Кузьма Минин и князь Дмитрий Пожарский. С помощью населения многих городов были собраны материальные средства. Весной 1612 г. ополчение двинулось к Ярославлю, где создаются правительство и приказы. В августе ополченцы вошли в Москву. После ликвидации попыток польского отряда Ходкевича проникнуть в Кремль для помощи находившемуся там польскому гарнизону, он сдался. 26 октября 1612 г. Москва была освобождена. «Вопреки всем последствиям опричнины, – замечает современный, историк Н.Н.Покровский, – подтвердилась в общегосударственном масштабе значимость земщины, спасшей отечество от иноземного разбоя».

Окончание Смуты

После победы ополчения встал вопрос об организации власти – предстояло выбрать нового царя. В январе 1613 г. в Москве собрался Земский собор, в котором приняли участие представители всех сословий, в том числе и черносошных крестьян. Собор принял решение об избрании на трон Михаила Романова (1613‑1645), сына Филарета, который после возвращения из плена (1619) был избран патриархом и стал фактическим правителем государства. Перед новой властью стояли труднейшие задачи: ликвидации последствий интервенции. Они были решены в последующие годы. В 1617 г. заключается Столбовский мир со Швецией, по которому к ней вновь отошло побережье Финского залива с городами Ям, Ивангород, Копорье, а после неудачного похода королевича Владислава на Москву в 1618 г. подписывается Деулинское перемирие с Речью Посполитой, лишившее Россию Смоленска и чернигово‑северских земель.

Таким образом, важнейшим итогом этого трудного периода явилось восстановление политической независимости и, в основном, территориального единства России.

Проблема генезиса капиталистических отношений в России

По этому вопросу нс существует единой точки зрения. В центре дискуссий последних десятилетий находится определение начала зарождения капиталистических отношений. Одна группа историков – сторонников ранней датировки – считала возможным отнести генезис капитализма к XVI в. Основным их аргументом являлся рост товарного производства в деревне.

Другие специалисты относят начало капитализма к XVII в., связывая его с определенными изменениями в развитии социально‑экономических отношений: расширением в этот период товарно‑денежных отношений в связи с ростом внутреннего рынка и выходом на внешний; продолжением процесса имущественной и социальной дифференциации в городе и деревне; развитием предпринимательства и мануфактуры. Однако эти новые процессы протекали в рамках докапиталистических (феодальных) отношений, так как наблюдался одновременно рост крупного землевладения, расширение и углубление докапиталистических форм эксплуатации, законодательное оформление крепостного права, а также возобновление традиций древнерусского управления при проявлениях социальной борьбы в городах.

Третья точка зрения соотносит начало процесса генезиса капитализма с концом XVIII‑началом XIX в. Согласно ей в XVIII в. лишь происходит дальнейшее развитие феодальных отношений; поскольку отдельные признаки (развитие товарно‑денежных, рыночных отношений, увеличение числа мануфактур), по их мнению, не могут служить доказательством капиталистических отношений.

Изменения в социальной и экономической жизни

К середине XVII в. разруха и разорение «смутного времени» были в основном преодолены. Вместе с тем, «вся история Московского государства в XVII столетии развивалась в прямой зависимости от того, что произошло в смутную эпоху» (С.Ф.Платонов).

В XVII в. происходит дальнейший рост крупной земельной собственности, преимущественно развивающейся теперь в форме поместного землевладения. Новым явлением в развитии землевладельческого хозяйства стало усиление его связи с рынком. Наряду с этим наблюдается в значительно большем масштабе выделение из крестьянской среды зажиточной верхушки – «капиталистых мужиков». В целом же происходит дальнейшее углубление специализации сельского хозяйства. В это же время идет повсеместное перерастание ремесла (изготовление на заказ) в мелкотоварное производство (изготовление на рынок); в соответствии с природно‑географическими условиями складываются районы. ремесленного производства; увеличивается количество мануфактур. Растет число городов – к концу века оно достигает 300.

Указанные факторы дали широкий простор для развития рыночных связей. Значительно расширился обмен товарами между отдельными районами страны, что свидетельствовало о складывании национального всероссийского рынка. Началось слияние земель в единую экономическую систему, укреплявшую и политическое единство страны. Однако необходимо иметь в виду, что появлявшиеся в более широком, чем ранее, масштабе элементы капиталистических отношений находились под сильным воздействием со стороны крепостнической системы.

Соборное Уложение 1649 г. и политический строй

Процессы, происходящие в обществе, отразили принятое Земским собором Уложение царя Алексея Михайловича – свод государственных законов (кстати, остававшийся действующим до 1832 г). Важнейшей нормой явилось введение бессрочного сыска беглых крестьян – тем самым отменялись «урочные лета». Подтверждался и запрет перехода крестьян в «Юрьев день». Эти меры означали юридическое оформление крепостного права. Ряд статей регламентировал развитие крупного землевладения. В частности, еще в большей степени наметилась тенденция сближения вотчинного и поместного землевладения, а также дальнейшее ограничение церковного.

Первые главы Соборного Уложения содержали статьи о престиже царской власти и преступлениях против нее. Власть монарха усиливалась, что означало движение по пути установления в России абсолютной монархии. Окрепшее самодержавие перестало теперь нуждаться в поддержке со стороны сословно‑представительного органа – Земского собора (последний собор полного состава был проведен в 1654 г.). Однако царь еще был вынужден считаться с Боярской думой, вместе с тем пополнившейся дворянами и представителями приказной бюрократии. Исполнительная власть принадлежала приказам, переживающим в XVII в. свой расцвет. В общей сложности в это время функционировало до 80 приказов. Важнейшими выступали Посольский, Поместный. Тайных дел, Стрелецкий, финансовыми делами ведали приказы Большого прихода, Большой казны, Счетный. Имелась система Дворцовых и Патриарших приказов, а также ведавших некоторыми районами страны. Значительно выросла численность бюрократии – до более 4,5 тыс. человек. Изменения произошли и в организации местного управления: власть в уездах сосредоточилась в руках назначаемых из центра воевод. Однако в Поморье сохранялось земское управление. Предпринимаются попытки реорганизации армии: создаются полки «нового строя», куда набирались «даточные люди» (сто крестьянских дворов давали на пожизненную службу одного солдата), проходившие военное обучение под началом офицеров‑иностранцев.

Довольно верно политический строй России XVII в. определял М.М.Богословский, писавший, что Московское государство середины XVI – середины XVII в. было самодержавно‑земским, а далее оно стало превращаться в самодержавно‑бюрократическое.

Государство и церковь в XVII в. Раскол

В событиях Смутного времени церковь играла видную роль. Еще более ее авторитет повысился в 20‑е годы XVII в., когда вернувшийся из плена Филарет фактически соединил в своих руках прерогативы светской и церковной власти. Своей деятельностью он подготовлял почву для, по сути, превращения России в теократическое государство. Несмотря на то, что Соборное Уложение 1649 г. ограничивало рост церковного землевладения (что не удалось сделать Ивану Грозному) и урезало иммунитетные права монастырей, экономическое могущество церкви оставалось попрежнему велико.

Вместе с тем, церковь не представляла собой единую силу. Истоки расхождений в церковной среде восходят к 40‑м годам XVII в., когда в Москве сложился Кружок ревнителей древнего благочестия. Его возглавлял царский духовник Стефан Вонифатьев, а входили и Никон, и Аввакум, и другие светские и церковные деятели. Их стремления сводились к назревшему «исправлению» церковных служб, поднятию нравственности духовников и противодействию проникновению светских начал в духовную жизнь населения. Их поддержал и царь. Однако несогласие начиналось, когда речь заходила о выборе образцов, по которым надлежало производить исправления. Одни считали, что за основу нужно положить древнерусские рукописные книги (Аввакум), другие – греческие оригиналы (Никон). Несмотря на свою непримиримость, споры вначале не выходили за рамки богословских рассуждений узкого круга лиц. Так продолжалось до тех пор, пока Никон не стал в 1652 г. патриархом. Он сразу же начал проводить церковную реформу. Наиболее существенные изменения коснулись церковных обрядов. Никон заменил обычай креститься двумя пальцами троеперстием, в богослужебные книги вписывали слова, по сути равнозначные, но по форме другие, произошла замена и других ритуалов. Из Москвы были высланы «ровнители» (Аввакум – в Сибирь).

Одновременно Никон, некогда бывший личным другом царя Алексея Михайловича, поставленный патриархом при его содействии, стал претендовать на государственную власть. Он демонстративно подчеркивал превосходство духовной власти над светской: «Яко же месяц емлет себе свет от солнца… токожде и царь поемлет посвящение, помазание и венчание от архиерея». По сути он становится соправителем царя, а во время отсутствия Алексея Михайловича занимал его место. В приговорах Боярской думы появилась такая формулировка: «светлейший патриарх указал и бояре приговорили». Но Никон переоценил свои силы и возможности: приоритет светской власти был уже определяющим в политике страны.

Тем не менее борьба продолжалась восемь лет. И только церковный собор 1666 г. вынес приговор о низложении Никона и ссылке его простым монахом в северный Ферапонтов монастырь. Вместе с тем, церковный собор объявил проклятие всем противникам реформы.

После этого раскол в России разгорелся с гораздо большей силой. Чисто религиозное вначале движение приобретает социальную окраску. Однако силы споривших между собой реформатов и старообрядцев были неравны: на стороне первых находилась церковь и государство, вторые защищались только словами.

Движение старообрядчества было сложным по составу участников. В него входили горожане и крестьяне (приток «низов» – после «разинщины»), стрельцы, представители черного и белого духовенства, наконец бояре (яркий и хрестоматийный пример – боярыня Морозова). Общим их лозунгом был возврат к «старине», хотя каждая из этих групп понимала его по‑своему. Трагическая судьба выпала на долю старообрядцев уже в XVII в. Подвижнической смертью погиб неистовый Аввакум: после многолетнего «сидения» в земляной яме он был в 1682 г. сожжен. А последняя четверть этого столетия озарена кострами массовых «гарей» (самосожжений). Преследования вынудили старообрядцев уйти в глухие места – на север, в Заволжье, где их не коснулась цивилизация ни в XVIII, ни в XIX, ни даже, иной раз в XX в. Вместе с тем, старообрядцы, благодаря своей удаленности, остались хранителями многих древних рукописей. История и историки благодарны им.

Что касается официальной церкви, то она пошла на компромисс со светской властью. Собор 1667 г. подтвердил независимость духовной власти от светской. По решению этого же собора был упразднен Монастырский приказ, а также отменялась практика суда светского учреждения над духовенством.

Социальные движения

Середина – вторая половина XVII в. была наполнена социальными взрывами. Социальные движения этого времени свидетельствовалп о том, что еще оставалась возможность развития сословно‑представительной монархии, опирающейся на земские учреждения. Однако тенденция к абсолютизму оказалась сильнее. Восстания XVII в. по своей организации и структуре достаточно сложны: они включают и элементы вечевых порядков, и элементы городского и казацкого самоуправления.

Первым в этой цепочке явилось восстание в Москве в 1648 г., известное под названием Соляной бунт. Истоки его необходимо искать в финансовой реформе главы правительства боярина Б.И.Морозова, оказывавшего большое влияние на царя и, к тому же, породнившегося с ним путем брака с сестрой его супруги. Пустующую государственную казну он решил пополнить заменой прямых налогов (чрезвычайно разорительных) косвенными. В 1646 г. было решено обложить дополнительной пошлиной соль. Это вызвало резкое сокращение потребления соли и недовольство прежде всего рядового посадского населения. Тогда в 1647 г соляной налог был отменен, но образовавшуюся недоимку стали вновь взыскивать обычным путем – прямыми налогами. В городах это особенно ударило по жителям «черных слобод», которые в отличие от «белослободчиков», освобожденных от платежей, несли в полной мере государево тягло. «Чернослободчики» требовали ликвидации «белых слобод» и уравнения их населения в правах и обязанностях со всем остальным посадом. Недовольство выражало и дворянство.

К лету 1648 г. в столице складывается напряженная обстановка. 1 июня возвращающемуся с богомолья Алексею Михайловичу москвичи хотели подать челобитную, но были разогнаны стрельцами. Тогда на следующий день горожане ворвались в Кремль и вновь попытались вручить царю челобитную. Морозов приказал стрельцам изгнать толпу, но они отказались. Начались погромы дворов бояр и других представителей знати. Восставшие потребовали выдачи особенно ненавистных – Морозова, окольничего Траханиотова, начальника Земского приказа Плещеева. Царю удалось спасти лишь Морозова, срочно выслав его в отдаленный монастырь. В ходе восстания сложился союз посадских людей, дворян и стрельцов. Они потребовали созыва Земского собора для рассмотрения их дел. По Уложению 1649 г., которое утвердил собранный Земский собор, предусматривалось так называемое посадское строение, упорядочившее организацию посада.

Эхо московских событий прокатилось и по другим городам Российского государства; движущими силами выступали на севере посадские люди, а на юге – мелкий служилый люд.

Посадское движение продолжалось в 1650 г. в Новгороде и Пскове. Поводом послужило резкое повышение цен на хлеб, вызванное поставками зерна Швеции в счет компенсации за людей, ушедших с захваченных ею территорий. В обоих городах было заменено административное управление. В Пскове, после отстранения от должности воеводы Собакина в марте 1650 г., власть от приказной избы перешла к органу земского самоуправления – «всегородной избе». В мае – августе к власти пришли представители демократических слоев посада во главе с хлебником Гаврилой Демидовым. Горожане завладели городскими ключами и печатью. В состав псковского правительства входили делегаты разных сословий, и том иисле и дворяне. Окончательные решения принимал сход псковичей, созываемый звоном колокола. «Сходы не были простым воспроизведением древнего веча, – пишет А.А.Преображенский, – но некоторые традиции вечевых собраний, по‑видимому, возродились в новых условиях». С организованностью и решимостью псковичей вынуждено было считаться московское правительство. Царские грамоты посылались «к всегородным земским старостам и стрельцам, и казакам, и посадцким и всяким жилецким людем». В конечном итоге, правительство приняло условия переговоров и сняло военную блокаду города. Прощение было дано всем участникам сопротивления, в том числе и пятерым «заводчикам».

В марте – апреле 1650 г. восстание произошло в Новгороде. Его ход был во многом схож с событиями во Пскове. Здесь также власть оказалась в земской избе. однако не нашлось столь решительных и последовательных руководителей.

Следующее выступление произошло в 1662 г. в Москве. Оно известно как Медный бунт. Восстание было связано с русско‑польской войной, которая вызвала большие финансовые затруднения. В поисках выхода московское правительство взамен серебряной монеты стало чеканить равнозначную медную, которая со временем обесценилась, а налоги собирались по‑прежнему серебром, в то время как жалование выплачивалось медью. Вследствие этого посадское население оказалось неплатежеспособным.

В июле 1662 г. по набатному колоколу посадские люди, стрельцы и солдаты двинулись в резиденцию царя – село Коломенское и потребовали выдачи бояр и купцов, причастных к денежной реформе. Вступив с ними в переговоры, царь Алексей Михайлович одновременно вызвал верные ему стрелецкие полки, которые жестоко расправились с восставшими. Однако чеканка медных денег была прекращена.

Восстание под предводительством Степана Разина

В начале 70‑х годов XVII в. крупное восстание произошло в южных районах России, где земли по Дону были заселены казаками. Особенности их положения (оборона пограничных земель от крымцев и ногайцев) обусловливали их отношения с центром, который обеспечивал их хлебным жалованьем, а также не требовал выдачи беглых крестьян. Нередко казакам для пополнения своего имущественного положения приходилось собирать походы «за зипунами». Однако в 60‑х годах правительство стало противодействовать им, тогда начались волнения.

Во главе восставших стоял домовитый донской казак Степан Разин. Первые его походы «за зипунами» через Каспийское море на Волгу и Яик в 1667 г., а затем в пределы Персии (1668‑1669) ничем не отличались от прочих, целью которых были грабежи казенных и купеческих караванов и иранских владений. Новый поход Разина, начавшийся в 1670 г., превратился в крестьянскую войну, в которой наряду с казаками и русскими крестьянами участвовали народы Поволжья; мордва, татары, чуваши и др. Весной отряды восставших овладели Царицыном, а в начале лета – Астраханью. Затем было принято решение продвигаться на север – вверх по Волге. Восстание охватило значительную территопию Поволжья. Но после неудачной осады в сентябре 1670 г. Симбирска, повстанцы были разбиты правительственными войсками. Разин ушел на Дон, где в феврале 1671 г. был схвачен зажиточными казаками и выдан правительству. После его казни (июнь) восстание пошло на убыль. Причинами поражения были стихийность и слабая организованность движения, отсутствие четких целей борьбы и его царистский характер.

Предпосылки и движущие силы освободительной войны украинского народа 1648‑1654 гг.

Одним из условий Люблинской унии 1569 г. – одного из ключевых событий истории Восточной Европы XVI‑XVII вв. было присоединение украинских земель непосредственно к Польше. На плодородные земли Украины хлынули польские феодалы, как грибы стали расти фольварки – барские имения. Неуклонно развивался процесс закрепощения крестьянства, постепенно приобретавший на территории Украины особенно изощренные и жесткие формы. Землевладельцы получили право судить и карать крестьян, вплоть до лишения жизни, а крестьянина, фактически, лишили даже права жаловаться на своего пана. Видавшие виды иностранные путешественники не переставали изумляться тяжести положения и бесправности украинского «хлопства». Положение крестьянства отягощалось и религиозным гнетом. После унии 1569 г. усилился натиск католической церкви, которая сама получала обширные земельные владения на Украине. В землях Украины и Белоруссии появляются представители ордена иезуитов, способствовавшие распространению католичества. Внедрению католичества способствовала и униатская церковь – созданная на соборе в г.Бресте в октябре 1596 г. Все это создавало весьма своеобразную ситуацию: паны, принадлежали к одной вере, а «хлопы» к другой. Излишне говорить о том, сколь тяжелые последствия это имело для последних. Ясно, что «хлопство» могло стать одной из движущих сил будущей освободительной войны против польских панов.

В весьма тяжелом положении оказались и жители городов – мещане. С середины XVI в. наблюдается определенный подъем городской жизни, развиваются старые города, появляются новые. Бурно развивалось ремесло, приобретавшее цеховые формы. Преградой на пути городской жизни становились польские феодалы. В землях Украины и Белоруссии существовало явление, неизвестное Московскому государству: наряду с государственными городами, которые являлись административными центрами и чаще всего управлялись на основе магдебургского права, было много городов, которые принадлежали магнатам. Но развитию городов препятствовало не только это, но и наличие многочисленных «юридик» – земельных владений светских и духовных феодалов на территории королевских городов. Они не подчинялись городским судам и администрации, вносили разброд и сумятицу в жизнь городов. Горожане начинают борьбу с засилием польских «можновладцев», объединяются вокруг православных соборов, создают «братства» – объединения православного населения. Первоначально эти организации ставили перед собой просветительские задачи, стремились сохранить и поддержать православие.

Было много поводов для недовольства и у православной шляхты, той, которая не ополячилась и не приняла католичество. Поляки оттесняли ее от занятия «урядов» (государственных чинов), подвергали гонениям за православие.

В аналогичном положении оказалось и православное духовенство. Православные священники изгонялись из храмов, им запрещалось вести службу на родном языке. Не случайно именно из рядов духовенства вышло много руководителей борьбы с поляками.

Все слои населения Украины готовы были сплотиться в борьбе за свою свободу. Была и сила, способная возглавить движение в военном отношении. Такой силой стало казачество. С давних времен в необозримых плавнях устьев рек Днепра, Днестра и Буга бродил какой‑то люд, включавший в себя разноэтничные элементы, испытывавший на себе мощное влияние соседней тюркоязычной степи (не случайно и само название «казак» произошло из тюркского языка). По мере развития социальных антагонизмов, усиления иноземного гнета количество таких людей постоянно увеличивалось. В конце XV в. на зиму они группировались вокруг южных городов: Винницы, Черкасс и др., а летом отправлялись на свой «промысел». За знаменитыми днепровскими порогами казаки создают свои укрепления – со временем возникает Запорожская Сечь – казацкая республика, унаследовавшая демократические традиции еще времен Киевской Руси. Главным органом власти здесь был казачий круг – рада, избиравшая старшину во главе с кошевым атаманом. Положение казачьей республики, ее отношения с Польшей были весьма своеобразными. Польское правительство не без оснований видело в Сечи угрозу, но нуждалось в казаках, поскольку они заслоняли от крымских татар, за спиной которых маячила могущественная Османская империя. Вот почему довольно рано польское правительство пыталось переманить к себе на службу часть казачества, включить его в так называемый реестр (то есть список). Занесенные в список казаки получали жалованье и таким образом приобретали как бы официальный статус. Но значительно увеличивать количество реестровых правительство опасалось.

Именно казачество и вело своего рода военную подготовку освободительной войны середины XVII в. Конец XVI – начало XVII столетий ознамензвались многочисленными казацкими восстаниями. Из среды казачества выдвигались талантливые вожди (Криштоф Косинский, Северин Наливайко). Восстания продолжались и в 20‑30‑х годах. Павел Бут, Тетеря – вот имена казацких вождей этого времени. Казачество, правда, в это время выдвигало «экономические» требования: увеличение жалованья, включение в реестр значительно большего количества казаков и т.д. Но важно отметить, что в ходе восстаний налаживались связи запорожского казачества с правительством Русского государства и казаки все больше начинали видеть в нем опору для себя в борьбе.

Связи с русским правительством со временем начинают устанавливать и «братства». Следует различать сознание украинским и белорусским населением единства судеб своих земель с Великороссией и непосредственные политические контакты с русским правительством, которые начинают устанавливаться лишь в первой четверти XVII столетия. «Братства» ведут своего рода идеологическую подготовку освободительной войны. Из среды братских авторов выходит так называемая «полемическая» литература, которая была направлена против католиков‑иезуитов, где просвещенные авторы обращались к истории и культуре восточнославянских народов, доказывали общность их судеб, необходимость совместной борьбы с завоевателями.

Начало освободительной войны

В 1638 г. поляки подавили последнее народное восстание и наступило «золотое десятилетие», как его прозвали шляхтичи. Но это было затишье перед бурей. В 1648 г. началось восстание. Его возглавил Богдан Михайлович Хмельницкий. Биография этого человека, к сожалению, содержит много белых пятен. По одним данным он родился в Чигирине, по другим – в Переяславле, получил неплохое по тем временам образование и закалку в войнах. У Хмельницкого были и личные счеты с поляками: польский шляхтич разграбил фамильный хутор Субботов и засек насмерть малолетнего сына будущего вождя освободительной войны. Отчаявшись бороться за свои права легальными средствами, Хмельницкий бежит в низовья Днепра. Здесь он организовал отряд казаков и, опираясь на него, изгнал поляков из Запорожской Сечи. Богдан сразу зарекомендовал себя опытным дипломатом: в сложившейся ситуации он нашел единственно правильное решение – заключил союз с крымским ханом, который дал ему в помощь орду перекопского мурзы Тугай‑бея. Но Богдан, как оказалось, был не только талантливым дипломатом, но и полководцем. В мае 1648 г. в двух битвах (у урочища Желтые воды и у Корсуни) восставшие наголову разгромили армию коренного гетмана Потоцкого. Летом 1648 г. восстание переросло в освободительную войну.

Очередное поражение повстанческая армия нанесла поляком под Пилявцами и двинулась ко Львову. Взяв большую контрибуцию с этого города, народная армия двинулись к крепости Замостье и осадила ее. Отсюда открывалась дорога на Варшаву. Но из‑за неблагоприятных природных условий и изменения политической ситуации осада была снята. Хмельницкого торжественно встречали в Киеве.

От Зборова до Переяславля

Летом 1649 г. произошла Зборовская битва, складывавшаяся благоприятно для восставших. Однако из‑за измены крымского хана Хмельницкий был вынужден заключить так называемый Зборовскнй трактат, который устанавливал реестр в 40 тыс. человек, содержал и некоторые другие статьи, выгодные восставшим. Однако в целом этот документ можно рассматрипать как сугубо паллиативный, не решивший тех задач, которые стояли перед восставшими.

Летом 1650 г. повстанческля армия в союзе с татарами совершила поход в Молдавию, которая могла стать в дальнейшем плацдармом наступления поляков на Украину. Результатом похода было подписание договора с Молдавией. Хмельницкий также всячески поддерживал народное движение на территории Белоруссии, прекрасно понимая, что оно надежно сковывает военные силы литовских панов.

Уже летом 1648 г. казацкая старшина обращается за помощью к Москве. Однако ни в этом, ни в следующем, ни даже в 1650 г. Россия не могла откликнуться на просьбу казачества. Причины тому были и объективные и субъективные. Сложной была обстановка в самой России и российское правительство боялось новой войны с Польшей; не было веры в силы восставших, убежденности в том, что это не обычное казацкое восстание, каких много было и прежде, а всенародная освободительная война. В феврале 1651 г. состоялся земский собор, участники которого единодушно высказались за необходимость поддержать Украину в ее освободительной борьбе. Однако конкретной помощи тогда оказано не было.

В июне 1651 г. в сражении под Берестечком снова изменил татарский хан, который к тому же еще и увел самого Хмельницкого с поля боя, что привело к поражению восставших. В итоге Белоцерковский договор, заключенный в сентябре 1651 г. ограничил казацкий реестр 20 тыс. человек. Положение Украины укрепила победа в битве под Батогом весной 1652 г., однако изменнический договор между поляками и крымским ханом привел к поражению повстанцев в окрестностях Жванца.

Для России пришла пора решительных действий. В октябре 1653 г. Земский собор в Москве принял решение о воссоединении Украины с Россией. На Украину было отправлено посольство во главе с боярином Бутурлиным. Рада в Переяславле 8 января 1654 г. высказалась за вхождение Украины в состав России.

Результаты войны

Так закончилась освободительная война 1648‑1654 гг. – произошел исторический акт воссоединения двух братских народов. С тех пор эти события неоднократно были объектом всякого рода спекуляций, неумеренного славословия или наоборот сплошного очернительства. Для того чтобы дать объективную оценку этим событиям, надо посмотреть, что же произошло дальше. Прежде всего отметим, что в состав России вошла лишь Левобережная Украина – земли Киевская, Черниговская и Брацлавская. Правобережная Украина, оставалась в составе Речи Посполитой вплоть до разделов Польши в конце XVIII в. В ходе освободительной войны на территории Левобережной Украины возникло достаточно для того времени своеобразное государство – Гетманство, впитавшее в себя лучшие традиции казацкой демократии, восходившей в свою очередь ко временам еще Древней Руси. Половодьем народной войны польское шляхетское землевладение было смыто и развитие крупного землевладения начинается как бы заново, с нуля. Большое распространение получает свободная заимка земли, благоприятная ситуация складывается для жизнедеятельности сельской и городской общины. Администрация гетманства, генетически восходя к казацкой, основным своим звеном имела народное собрание – казацкий круг, который избирал старшину и контролировал ее деятельность. Будучи включенным в состав России, где централизаторские, монархические тенденции все более усиливались, Гетманство оказалось в достаточно сложном положении. Отношения с Россией оформлялись в виде так называемых «статей» (Мартовские 1654 г., Переяславские 1659, Московские 1665 г., Глуховские 1669 г.) и с каждым новым договором политические права Гетманства ущемлялись, самоуправление на Украине ограничивалось. В следующем столетии украинское крестьянство попало под закрепостительный пресс русского царизма и в 1783 г. государыня Екатерина одним росчерком пера закрепостила остававшееся до той поры еще свободным украинское крестьянство. Но уже в начале XVIII в. русские вельможи получили на территории Левобережной Украины огромные латифундии (от них, впрочем, не отставали и быстро растущие местные землевладельцы). Без учета всех этих моментов трудно было бы понять так называемую «Руину», – деятельность гетманской верхушки после смерти в 1657 г. Богдана Хмельницкого. Обычно пропольскую ориентацию Ивана Выговского (следующего после Богдана гетмана, заключившего с поляками Гадячский договор, который фактически отменял постановление Переяславской рады) и польские симпатии Юрия Хмельницкого (ставшего гетманом после Выговского) объясняют существованием магнатско‑шляхетского своеволия, что открывало широкий простор для гетманского произвола и обогащения. Но не учитывать и достаточно жесткой политики России было бы совершенно неправомерно.

Итак, получается следующая картина. Для Левобережной Украины в сложившейся ситуации не было иного выхода, как присоединиться к России. Это имело положительное значение для населения Левобережной Украины: было уничтожено чужеземное порабощение, украинцы объединились с близким по культуре, вере, поистине братским народом. Но оказавшись с этим братским народом в одной государственнйй и политической системе, население Левобережной Украины вынесло на своих плечах все те тяготы, что и русский народ – от ликвидации демократических традиций в конце XVII – начале XVIII в до насильственной «коллективизации» в XX столетии.

Россия в конце XVII в.

После смерти царя Алексея Михайловича на престол был возведен 14‑летний Федор Алексеевич (1676‑1682) – его сын от первой жены – М.М.Милославской, происходившей из старинного боярского рода. Кроме Федора у них был еще сын Иван и шесть дочерей, старшей из которых являлась Софья. От второго брака с Н.К.Нарышкиной, царь имел сына Петра и дочь. В 70‑80‑е годы между придворными группировками Милославских и Нарышкиных происходит беспрерывная борьба за власть. Во главе первых стояла энергичная и властолюбивая царевна Софья, вторых возглавляла мать Петра царица Наталья Кирилловна.

В связи со смертью бездетного Федора встал вопрос о его преемнике. Юридически наследовать должен был Иван, но он был по болезни неспособен к правлению. Тогда выбор пал на Петра. Он не устроил Милославских, и они, воспользовавшись недовольством стрельцов, подняли их против Нарышкиных. Во время восстания 15‑17 мая 1682 г. стрельцы убили ряд их сторонников – Л.К.Нарышкина, А.С.Матвеева и др. – и потребовали провозглашения царями и Ивана, и Петра, а по их молодости управление страной отдавалось в руки царевны Софьи.

Она же первым делом подавила стрелецкий мятеж, казнив руководителя стрелецкого войска Хованского. Фактическим правителем при Софье становится князь В.В.Голицын, способный дипломат, но неудачливый полководец.

Между тем, отношения между Софьей и взрослеющим Петром обострялись. В этих условиях любая искра могла вызвать взрыв вооруженной борьбы. Это и произошло в августе 1689 г., когда по ложному слуху о якобы готовящемся стрелецком перевороте в пользу Софьи перепуганный Петр скрылся за стенами Троице‑Сергиевого монастыря. Поддержанный своими «потешными» полками и даже стрельцами, Петр добился заключения оставшейся без военной силы Софьи в Новодевичий монастырь. Осенью 1689 г. к власти в лице Петра приходят Нарышкины.

Внешняя политика

К середине XVII в. основными задачами внешней политики России становятся: на западе и северо‑западе – возвращение потерянных в Смутное время земель, а на юге – достижение безопасности от набегов крымских ханов (вассалов Османской империи), уводивших в плен тысячи русских и украинцев.

К 30‑м годам складывается благоприятная международная обстановка (обострение польско‑турецких отношении и Тридцатилетняя война в Европе) для борьбы с Речью Посполитой за возвращение Смоленска, тем более что с весны 1632 г. в Польше начинается период бескоролевья. В декабре этого же года Смоленск был осажден русскими войсками, которыми командовал боярин М.Б.Шеин. Осада натянулась на восемь месяцев и закончилась неудачно. Подоспевший новый польский король Владислав IV (неудачливый претендент на русский престол) в свою очередь блокировал армию Шеина. В июне 1634 г. был заключен Поляновский мирный договор. Полякам возвращались все города, захваченные в начале военных действий, за ними оставался и Смоленск. Владислав же окончательно отказался от претензий на московский престол. В целом, результаты Смоленской войны были признаны неудачными, и виновники – Шеин и Измайлов – были казнены.

Новые военные столкновения между Речью Посполитой и Россией начались в 1654 г. Вначале война протекала успешно для России: в первую кампанию был взят Смоленск и еще 33 голода в Восточной Белоруссии (Полоцк, Витебск, Могилев и др. В это же время в пределы Польши вторглись шведы и заняли ее большую территорию. Тогда в октябре 1656 г. Россия заключает перемирие с Речью Посполитой, а еще в мае этого же года начинает войну со Швецией на территории Прибалтики. Овладев рядом крепостей, русские подошли к Риге, но осада была неудачной. Война шла и в землях Приневья, где, в частности, был взят имевший большое стратегическое и торговое значение шведский город Ниеншанц, построенный шведами около устья Невы при впадении в нее речки Охты. Тем временем возобновила военные действия Польша. Поэтому вначале со Швецией заключается перемирие, а затем в 1661 г. – Кардисский мир (в местечке Кардиса около Тарту), по которому все Балтийское побережье оставалось за Швецией.

Война с Польшей, в ходе которой враждующие стороны имели переменный успех, была длительной и закончилась подписанием в 1667 г. Андрусовского перемирия на 13,5 лет, согласно которому России возвращался Смоленск и все земли к востоку от Днепра, а затем заключением в 1686 г. «Вечного мира», закрепившего за Россией на вечные времена Киев.

Окончание войны с Речью Посполитой позволило России активно противостоять агрессивным намерениям Османской империи и ее подданному – крымскому хану. Еще в 1637 г. донские казаки овладели турецкой крепостью Азовом, но, не поддержанные московскими войсками, вынуждены были в 1642 г. его оставить, Б 1677‑1681 гг. велась русско‑османо‑крымская война. В августе 1677 г. и июле 1678 гг. османы предпринимают попытки взять крепость на Правобережной Украине – Чигирин. Во второй раз им это удалось, русские покинули Чигирин. В январе 1681 г. было подписано Бахчисарайское перемирие на 20 лет. Османы признали право России на Киев, земли между Днепром и Бугом объявлялись нейтральными.

Заключив «Вечный мир» с Речью Посполитой (1686), Россия одновременно принимала обязательства в союзе с Польшей, Австрией и Венецией выступить против Крыма и Османской империи (Турции), что, впрочем, было важно и для самой России, так как обеспечивало выход к Черному морю. Следствием этого были два Крымских похода В.Голицына. Во время первого (в 1687 г.) татары подожгли степь, и в условиях недостатка воды, продовольствия и фуража русское войско вынуждено было вернуться. Второй поход позволил 100‑тысячной русской армии достичь Перекопа, но обессиленные зноем и беспрерывными стычками с татарами войска в пределы Крыма вступить не решились. Внешнеполитические задачи, таким образом, оставалось прежними – в будущем предстояла борьба за выход к морям.

Культура

Культурная жизнь XVII в., как, впрочем, и вся общественная жизнь этого времени, находилась как бы на перепутье, когда, по словам современников, «старина и новизна перемешалися». Исследооателп приходят к выводу, что в это время происходит культурный переворот, означающий переход от древнерусской культуры к культуре «нового времени». Определяющим в происходящем культурном перевороте стало обращение к личностному началу, к человеку.

Современный исследователь русской культуры А.М.Панченко на примере развития литературы показывает истоки этого культурного феномена XVII столетия. В Смуту «словесность – была практически свободна от внелитературных запретов, от правительственного и церковного контроля», а русский писатель «пользовался „свободой слова“ и правом идеологического выбора. В оценке персонажей он не зависел от их положения на лестнице социальной, церковной, государственной иерархии, даже если они занимали самые верхние ступени… Это способствовало „открытию характера“ в искусстве в целом – открытии, которое стало необратимым завоеванием».

Просвещение и научные знания

В XVII в. возрастает количество грамотных (умевших читать и писать) людей. Так, среди посадского населения было 40% грамотных, среди купцов – 96%, среди помещиков – 65%.

Значительно расширяется деловая письменность, причем квалифицированное делопроизводство велось не только в центральных приказах, но и в земских учреждениях, и даже в вотчинах.

По‑прежнему большое распространение имели рукописные книги. А с 1621 г. для царя стала изготовляться рукописная газета «Куранты», состоящая в основном из переводных иностранных известий.

Наряду с рукописными изданиями все более в обиход входила печатная продукция, изготовлявшаяся на московском Печатном дворе. Уже в первой половине XVII в. было выпущено около 200 книг различных названий. Частными лицами стали собираться библиотеки. В 1672 г. в Москве открылась первая книжная лавка. Книгопечатание позволило издавать массовыми тиражами пособия по грамматике и арифметике. Букварь («Азбука») Василия Бурцева, опубликованный в 1634 г., впоследствии несколько раз переиздавался. В конце века появился иллюстрированный букварь Кариона Истомина, в 1882 г. – печатная таблица умножения. Для «учебных целей» выпускались также «Псалтыри» и «Часословы».

Грамоте обычно обучали либо в семьях, либо духовные лица, дьячки и подьячие. Однако все более насущной становилась потребность организованного обучения. Уже в 40‑х годах по инициативе одного из видных государственных деятелей Ф.М.Ртищева была организована школа в московском Андреевском монастыре. В 1665 г. школа для обучения подьячих открывается в Заиконоспасском монастыре, в 1680 г. – основывается школа при Печатном дворе.

Первые школы подготовили открытие в 1687 г. Славяно‑греко‑латинской академии (первоначально – училища) во главе с греками братьями Иоанникием и Софронием Лихудами. Академия ставила своей целью обучение «от грамматики, пиитики, риторики, диалектики, философии… до богословия» людей «всякого чина, сана и возраста». Обучение было рассчитано для подготовки высшего духовенства и чиновников государственной службы.

Что касается научного знания, то развивалась преимущественно его практическая сторона и почти не затрагивалась его теоретическая основа. Например, математические знания связывались с практикой описания земель, торговым и военным делом. Так, «Устав ратных, пушечных и других дел, касающихся до воинской науки» (1621) давал практические сведения по геометрии, механике, физике, химии.

Медицинские знания основывались на народных традициях лечения, а также на опыте переводимых иностранных лечебников и «травников». В Аптекарском приказе были сосредоточены специалисты, умевшие изготавливать лекарства; здесь же производилось обучение фармацевтов и врачей. В 1654 г. в приказе обучались 30 стрельцов, отправленных затем в полки «для лечбы» ратных людей.

Накапливаются и развиваются знания об окружающей природе и мире: астрономические и географические. В середине XVII в. в Россию проникают сочинения, знакомившие с гелиоцентрической системой Коперника.

Еще в первой половине века составляются географические карты. Например, в 1627 г. в Разрядном приказе изготавливается «Книга Большому чертежу», в Новгороде создается «Чертеж… городам русским и шведским до Варяжского моря».

Расширению географических представлений способствовали материалы экспедиций по освоению Сибири (Стадухина, Пояркова, Дежнева, Хабарова, Атласова). После 1683 г. возникло «Описание новые земли, сиречь Сибирского царства». Оно и предыдущие описания и чертежи подготовили труд С.У.Ремизова «Чертежная книга Сибири».

Литература и фольклор

Литература первой половины XVII в. в центре своего внимания имела события Смутного времени. В основном это были публицистические произведений. Так, в конце 1610 – начале 1311 гг. в Москве стала распространяться «Новая повесть о преславном Российском царстве и великом государстве Московском». Она была проникнута страстным патриотическим призывом к борьбе с иноземцами, осуждала пособников интервентов. Анонимный автор обращается ко «всяких чинов людям» подняться с оружием на врага. Глубоко скорбит о судьбе, постигшей Отечество, автор другого произведения: «Плача о пленении и о конечном разорении превысокого и пресветлейшего Московского государства в пользу и наказание слушающим» (1612). Неизвестные литераторы того времени обращались и к изображению героев смуты – положительных и отрицательных. Одному из предводителей сопротивления М.В.Скопину‑Шуйскому посвящено «Писание о преставлении и погребении князя Михаила Васильевича, рекомого Скопина», а Лжедмитрию I – «Сказание… о Гришке Отрепьеве и о похождении его».

Первыми попытками объяснить причины и события Смутного времени стали «Временник» дьяка Ивана Тимофеева и «Сказание» келаря Тронце‑Сергиева монастыря Авраамия Палицына, а также так называемое «Иное сказание» и сочинения князя И.А.Хворостинина и князя П.М.Катыревя‑Ростовского. Около 1630 г. создастся «Новый летописец», в котором излагались события от смерти Ивана Грозного до возвращения из пленя патриарха Филарета.

«Новый летописец» был одной кз последних русских летописей, в которых на разнообразные сюжеты обязательно накладывалась временная сетка. Так называемые Сибирские летописи («Есиповская летопись» и другие) представляют собой уже литературно‑повествовательные произведения.

Общественно‑политическая жизнь России XVII в. отразилась и в произведениях, написанных во второй половине века. Защита самодержавия звучит со страниц трактата Юрия Крижанича «Политика» и сочинений Симеона Полоцкого. Выдающимся памятником русской литературы стало «Житие протопопа Аввакума, им самим написанное». «Житие» – остросюжетное произведение, в котором автор на примере полной страданий и драматических коллизий собственной жизни повествует о преданности идеалам древней русской жизни и неприятии «латинской» новизны. Его рассказ написан простым языком, повествование ведется динамично и эмоционально.

Своеобразным литературным памятником является сочинение бежавшего в Швецию в 1664 г. подьячего Посольского приказа Григория Котошихина, в котором деловым языком дается подробное (но не всегда объективное) описание русского государстоеппого аппарата.

Новым литературным жанром явилась бытовая реалистическая повесть. В бытовых повестях происходит отход от средневековых представлений о «предопределенной» свыше человеческой судьбе. В них жизнь героя зависит во многом от его личных качеств, таких, например, как ловкость и деловитость. Таким образом, наблюдается поворот к освещению личной жизни людей, более того, возрастает интерес к внутреннему миру человека. Вместе с тем, в центре повествований уже не исторические литературные персонажи, а вымышленные, отсюда – создание чисто литературных образов.

Бытовая повесть XVII в. обращается к судьбам людей разных социальных сред, прежде всего купечества и дворянства. Наиболее значительными произведениями являются «Повесть о Фроле Скобееве», «Повесть о Савве Грудцыне», «Повесть о Горе‑Злочастии», «Повесть об Улиании Осорьиной».

Другим новым жанром литературы XVII в. стали сатирические повести. Большинство из них – «Сказание о куре и лисице», «Калязинская челобитная», «Повесть о Карпе Сутулове», «Повесть о бражнике» – своим острием нацелены на быт и нравы церковников. Едко высмеиваются лицемерие и стяжательство духовенства, пьянство и распутство монахов. Объектом сатиры становится и неправый суд с его продажными судьями и беспринципными решениями. Из произведений этого жанра выделяются «Повесть о Шемякином суде» и «Повесть о Ерше Ершовиче».

С именем белорусского просветителя Симеона (Самуила) Полоцкого, приглашенного в 1661 г. в Москву для обучения царских детей, связано возникновение силлабического стихосложения. В 1678‑1679 гг. появляются два сборника его стихотворений: «Вертоград многоцветный» и «Рифмологион». В творчестве С.Полоцкого воплотился так называемый «стиль барокко»: стихи его хотя тяжеловесны, но помпезны и нарядны, в них звучат панегирические тона, идеализировавшие самодержавное правление. Продолжили это поэтическое направление в конце века Сильвестр Медведев и Карион Истомин.

Среди популярных переводных повестей необходимо отметить «Повесть о Бове королевиче» и «Повесть о Еруслане Лазаревиче». Обе они испытали сильнейшее влияние русского фольклора, в связи с чем приобрели сказочный характер.

В широких массах по‑прежнему бытовали произведения устного народного творчества. Одним из любимых героев становится Степан Разин, вокруг имени которого складываются легенды, песни, сказания. Интересно, что в переработанных древних былинах народный вождь оказывался в одном кругу былинных героев вместе с Ильей Муромцем, а в некоторых вариантах последний становился есаулом на корабле Разина.

Строительство и архитектура

В зодчестве на протяжении XVII в. произошли большие изменения. Хотя основным строительным материалом осталлось дерево, но по сравнению с предыдущим временем значительно большее развитие получило каменное (кирпичное) строительство. Широко стали применяться новые виды строительных материалов: многоцветные изразцы, фигурный кирпич, белокаменные детали. Многие постройки возводились мастерами Приказа каменных дел (образован в конце XVI в.).

К выдаюшимся произведениям деревянного зодчества относится царский дворец в подмосковном селе Коломенское, построенный в 1667‑1678 гг. Это был целый городок с башенками, чешуйчатыми крышами, гульбищами, крылечками с витыми «колоннами». Различные постройки – хоромы, выполненные в индивидуальной манере, не похожие друг на друга, связывались между собой переходами и насчитывали 270 комнат и 3000 окон. Современники называли его «восьмым чудом света».

В деревянном церковном зодчестве преобладали шатровые здания. Строили также ярусные церкви. В целом деревянное зодчество испытывало обратное влияние каменной архитектуры.

Несмотря на попытку патриарха Никона запретить строительство каменных шатровых храмов, этот тип стал преобладающим в церковной архитектуре. В Москве возводятся церковь Рождества в Путинках, церковь Троицы в Никитниках, в Алексеевском монастыре в Угличе – «дивная» Успенская церковь, имеющая три шатра, в Троице‑Сергиевом монастыре – церковь Зосимы и Савватия, а также храмы в Вязьме, в селе Остров (под Москвой), в Муроме и Устюге. Все они отличались, как правило, богатым архитектурным убранством и орнаментикой, придающим зданиям нарядность.

Вместе с тем, под влиянием Никона в середине – второй половине XVII в. осуществляется строительство ряда монументальных построек, выполненных в традиционном стиле предыдущих периодов и имеющих цель показать силу церкви. Таков величественный Воскресенский собор московского Ново‑Иерусалимского монастыря, для постройки которого были использованы модель храма над «гробом господнем» в Иерусалиме – главной христианской святыни. Еще ранее возводятся здания Валдайского Иверского монастыря. В 70‑80‑х годах строится ансамбль построек ростовского митрополичьего двора – Ростовский кремль. Жилой комплекс здесь сочетался с храмовым. Все постройки окружали массивные стены с башнями.

Заказчиками церквей выступали не только «власть предержащие», но и прихожане – жители посадов и сел. Поэтому говорят даже о посадском направлении в зодчестве. Характерным здесь является культовое строительство в Ярославле, одном из крупных ремесленноторгопых центров. Примеры этого: храмы Ильи Пророка, Иоанна Златоуста, Николы «Мокрого», грандиозная церковь Иоанна Предтечи в Толчкове. Примечательны церковные постройки и в других городах: Костроме, Романове‑Борисоглебске.

В конце XVII в. в храмовой архитектуре возникает новый стиль – нарышкинское (московское) барокко. Самым значительным памятником его является московская церковь Покрова в Филях, отличающаяся изяществом, безукоризненными пропорциями, применением во внешней отделке таких декоративных украшений, как колонны, капители, раковины, а также своим «двуцветием»; использованием только красного и белого цветов.

Наряду с церковными в XVII в. строятся значительные гражданские сооружения. Существенной перестройке подвергается Московский Кремль. Надстраиваются Кремлевские башни, Спасская возводится (в ее теперешнем виде), создавая парадный въезд в Кремль. На всех башнях появляются шатровые навершия вместо прежних четырехскатных крыш. Все это придает Московскому Кремлю новый вид: оборонно‑крепостной его облик уступает место торжественному ансамблю.

Впрочем, изменениям подвергается и внутреннее пространство Кремля. Выдающимся светским сооружением является Теремной дворец (1635‑1636). Он представлял собой трехэтажное на высоких подклетях здание, заканчивающееся высоким «теремком». Здание было богато украшено: золотая кровля, два пояса изразцовых карнизов, каменная резьба. Декоративным убранством отличается золотое крыльцо. На формы отделки непосредственно оказало влияние деревянное зодчество. В ином стиле возводятся там же Патриаршие палаты с Крестовым залом, здание Земского приказа. Примером поисков нового оформления зданий общественного назначения стала построенная Михаилом Чоглоковым Сухарева башня. Над массивным первым ярусом (подклетом) располагались два яруса подклетного строения, увенчанного башней с государственным гербом наверху. Ко второму ярусу шла широкая парадная лестница.

В XVII в. получает дальнейшее развитие торговопромышленное строительство. Так, гостиные дворы сооружаются в Китай‑городе в Москве и в Архангельске. Архангельский гостиный двор, вытянувшийся вдоль Северной Двины на 400 м, окружали высокие каменные стены с боевыми башнями. Внутри его размещалось более двухсот торговых помещений.

Живопись

В живописи в большей степени сохранились установившиеся традиции письма. Церковный собор 1667 г. строго регламентировал темы и образы, того же требовала придерживаться грамота царя Алексея Михайловича. Рьяно осуждал всякие отклонения от канонов в изображении святых идеолог старообрядцев Аввакум.

Деятельностью живописцев руководила Оружейная палата Кремля, ставшая в XVII в. художественным центром страны, куда привлекались лучшие мастера. В течение 30 лет живописное дело возглавлял Симон Ушаков (1626‑1686). Характерной чертой его творчества был пристальный интерес к изображению человеческого лица. Под его рукой аскетические лица приобретали живые черты. Такова икона «Спас нерукотворный». Широко известно другое его произведение – «Насаждение древа государства Всероссийского». На фоне Успенского собора помещены фигуры Ивана Калиты и митрополита Петра, поливающих большое древо, на ветвях которого укреплены медальоны с портретами князей и царей. С левой стороны на картине стоит Алексей Михайлович, с правой – его супруга с детьми. Все изображения портретны. Кисти Ушакова принадлежит также икона «Троица», на которой появляются реалистические детали. Симон Ушаков оказал большое влияние на развитие русской живописи.

Замечательным явлением в русском искусстве XVII в. стала школа ярославских мастеров. Традиционные церковно‑библейские сюжеты на их фресках начинают изображаться в образах привычной русской жизни. Чудеса святых отходят на второй план перед обыденными явлениями. Особенно характерна композиция «Жатва» в церкви Ильи Пророка, а также фресковые изображения в церкви Иоанна Предтечи. Ярославские живописцы являлись также одними из «пионеров» в разработке пейзажа.

Другим примером светского жанра, отразившим интерес к человеческой личности, стало распространение «парсунного» письма – портретных изображений. Если в первой половине века «парсуны» выполнялись еще в сугубо иконописной традиции (изображения Ивана IV, М.Скопина‑Шуйского), то во второй они стали принимать более реалистический характер («парсуны» царей Алексея Михайловича, Федора Алексеевича, стольника Г.П.Годунова).

Театр

Большой популярностью в народе, как и прежде, пользовались представления скоморохов – бродячих артистов. Скоромошьи «игрища» продолжали во многом еще языческие традиции, хотя в них часто звучало социальное обличение. Против них власти боролись. В 1648 г. царская грамота запретила эти «позорища» (зрелища), «хари» (маски) и «бесовские гудебные сосуды» предписывалось ломать и жечь. За ослушание ведено было бить батогами. Однако по‑прежнему находились люди, которые «приказывают медведчикам и скоморохам на улицах, торжищах и распутиях сатанинские игры творить, в бубны реветь, в ладоши бить и плясать».

Новым явлением стало возникновение первого придворного театра в 1672 г. Первоначально труппа театра набиралась из жителей Немецкой слободы, в последующее время появляются русские актеры – из мещан и подьячих. Все роли исполняли мужчины. Разыгрывались в основном пьесы на легендарно‑исторические («Артаксерксово действо») и библейские («Юдифь») сюжеты. Появляются и светские «комедии»: «Комедия о Тамерлане и Баязете», «Комедия о Бахусе с Венусом». Ставились также балетные спектакли. После смерти Алексея Михайловича театр прекратил свое существование.

VI. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ

1. РОССИЯ В XVIII в.

Существует давняя традиция выделения XVIII в. как отдельного, целостного в экономическом, общественном и культурном отношениях. Мы говорим: культура Древней Руси IX‑XVII вв., по мы никогда не включим сюда XVIII в. Это поистине «новый» период нашей истории. И речь идет далеко не только о культуре, но и обо всех сферах жизни государства.

Историки культуры считают, что хронологическими гранями того явления, которое мы называем «XVIII век», нельзя считать точные границы века. В качестве начальной даты они принимают 1690‑е годы, когда новые явления в культуре стали складываться в целую систему, а в качестве конечной – Отечественную войну 1812 г. как первое «общее историческое действие русской нации» (П.И.Краснобаев). При всей условности таких хронологических рамок они совпадают с хронологией тех процессов, которые шли в экономике, политической жизни.

Знакомство с историей этого столетия затрудняется весьма еще слабой изученностью этого периода, а точнее неравномерностъю его изучения. В советской историографии отношение к истории этого века всегда было слишком политизировано, многие темы были, фактически, запретными, возникли многочисленные «белые пятна».

Петр I

XVIII век открывается сложной и противоречивой эпохой петровских реформ. Будущий великий преобразователь родился в день Исаакия Далматского, 30 мая 1672 г. от брака царя Алексея Михайловича с Натальей Кирилловной Нарышкиной. Большое и, скорее всего, негативное воздействие на его формирование оказала борьба, которая развернулась при дворе. В 1676 г. умер Алексей Михайлович, передав престол старшему из сыновей – Федору Алексеевичу. Тот правил недолго – умер в 1682 г. Престол оказался в руках родственников царя от второго брака – Нарышкиных. На нем сидел 10‑летний Петр. Однако родственники Алексея от первого брака – Милославские сумели нанести ответный удар. В мае 1682 г, им удалось инспирировать стрелецкий бунт. Стрельцы – «служилые люди по прибору», были значительное время одной из главных военных сил государства. В конце XVII в. положение их ухудшилось, постоянно находились поводы для недовольства условиями службы. Их выступления – не проявления классовой борьбы (В.И.Буганов). а бунты солдатской массы (Н.И.Павленко).

Петр видел, как бородатые стрельцы громили сторонников Нарышкиных. Видимо, не раз потом в подмосковном Преображенском, куда вынуждена была выехать его мать, Петр вспоминал эти события. А на русском престоле стараниями Милославских к нему присоединился Иван – сын Алексея от первого брака, теперь они царствовали вместе.

Петр проводил время в играх, носивших военный характер. Часто посещал Кокуй – слободу, населенную немцами. Здесь была и «дама сердца» Анна Монс – брак Петра с Евдокией Лопухиной оказался неудачным.

В 1689 г. «двоевластие» кончилось. Благодаря удачно сложившимся обстоятельствам царевна Софья – главное лицо в партии Милославских – была свергнута. Петр стал «самодержцем».

В такой драматической обстановке формировался характер Петра, поражавший современников уже в зрелом возрасте. Современников удивляли его демократизм, стремление разрушать казалось бы незыблемые традиции. Подобно тому, как Екатерину II будут называть «философом на троне», Петр был на троне «революционером». Конечно, «революционность» эта была своеобразной. Оборотной стороной ее был режим абсолютистской власти, который до Петра никогда не достигал такой интенсивности. Одним из ключевых понятий в мировоззрении Петра было понятие «служба», которая понималась как служение государству. Но при этом с государством Петр отождествлял самого себя. Вся жизнь, война, реформы рассматривались царем как постоянная учеба, школа. Место Учителя он отводил себе. В характере Петра, его деяниях много черт западноевропейского Рационализма. Здесь и его практицизм, стремление быть технократом. Но нельзя отрывать Петра и от родной почвы. Во многом эта личность была порождением предшествующего развития России. Идеи патернализма, т.е. убеждение в том, что только он знает достоверно, что нужно народу, уходят своими корнями в XVI‑XVII вв. Не впадая в преувеличения, надо видеть, что Петр был суровым, жестоким человеком. Характеристику Петра можно закончить его портретом, который донес до нас датский посланник: «Царь очень высок ростом, носит собственные короткие коричневые, вьющиеся волосы и довольно большие усы, прост в одеянии и наружных приемах, но весьма проницателен и умен».

Вот такому человеку и суждено было сыграть выдающуюся роль в истории России начала XVIII в., с его именем связана и внутренняя и внешняя политика этого периода.

Внешняя политика

Для начала XVIII в. очень трудно разделить внутреннюю и внешнюю политику, развитие экономики и выход России на широкую арену международных отношений. Многие мероприятия в области экономики инспирировались войной, но и сама война была необходима для дальнейшего экономического развития государства.

Первоначально внешняя политика петровского правительства имела ту же направленность, что и в предшествующий период. Это было движение России к югу, стремление ликвидировать Дикое Поле, которое возникло в очень давние времена в результате наступления кочевого мира. Оно преграждало России дорогу к торговле на Черном и Средиземном морях, препятствовало экономическому развитию страны. Проявлением этой «южной» внешнеполитической линии были походы Василия Голицына на Крым и «Азовские» походы Петра. Второй поход был удачным: 19 июля 1696 г. пала турецкая крепость Азов. Для поисков союзников на Западе Петр организовал «великое посольство» из 250 человек во главе с «сухопутным адмиралом» Лефортом и генералом Головиным. Под именем «урядника» Преображенского полка Петра Михайлова в посольстве ехал и сам государь. Отъезд посольства чуть было не сорвался из‑за стрелецкого мятежа, но в марте 1697 г. «великое посольство» тронулось в путь. Оказалось, что заинтересовать кого‑либо в этот период войной с Турцией невозможно, но зато нашлись союзники для борьбы со Швецией. Резкая переориентация внешнеполитического курса российского правительства после «великого посольства» отнюдь не покажется таковой, если вспомнить, что борьба за выход к Балтийскому морю давно уже была одним из важнейших направлений русской внешней политики. Балтийское «окно в Европу» должно было послужить решению многих насущных экономических и политических задач, стоявших перед Россией.

Война со Швецией, продолжавшаяся 21 год и получившая название «Северной», началась в 1700 г. с печального для России поражения под Нарвой. Командующий шведской армией, талантливый полководец шведский король Карл XII сумел к тому времени вывести из строя одного из союзников России – датчан. Очередь была за другим союзником – Речью Посполитой. Вскоре это и произошло. На престол в Польше был возведен ставленник Швеции.

Основной театр военных действий переносится на юг, на территорию Украины. Именно здесь произошла известная битва при деревне Лесной, недалеко от г. Пропойска (сентябрь 1708 г.). А уже в 1709 г. состоялась знаменитая Полтавская баталия, ставшая переломным моментом в ходе Северной войны. Надежда Карла XII получить поддержку со стороны изменившего России гетмана Левобережной Украины Мазепы не оправдалась. Под Полтавой войско Карла XII было разгромлено, сам король бежал. Ему удалось поднять против России Турцию. Состоялся Прутский поход русской армии. Поход был неудачным, однако русской дипломатии удалось заключить мир с Турцией. Театр военных действий переносится на Балтику. В 1713 г. Петр разгромил шведов в битве у Таммерфорса и овладел почти всей Финляндией. 27 июля 1714 г. русский флот одержал блестящую победу над шведами при мысе Гангут. Были заняты Аландские острова. В 1720 г. при Гренгаме шведский флот был вновь разгромлен. В 1721 г. в городе Ништадте на территории Финляндии был заключен мир. По условиям этого мира, часть Финляндии (Выборг и Кексгольм), Ингрия, Эстляндия и Лифляндия с Ригой были присоединены к России, страна, наконец, получила выход к Балтийскому морю.

Реформы Петра I

Уже нарвское поражение дало мощный толчок проведению реформ, прежде всего военной. «Реформы Петра» – этот своего рода феномен экономической, политической и социальной жизни России XVIII в. – всегда вызывали бурные споры в отечественной исторической науке. Датский ученый Ханс Баггер постарался свести воедино все высказывания по этой проблеме и обнаружил, что одним из самых спорных вопросов был следующий: петровские реформы – эволюция или революция? И та, и другая точки зрения имели своих сторонников, но истина, как это часто бывает, где‑то посередине. Нельзя отрицать тот факт, что предпосылки преобразований времени Петра зрели на протяжении предшествующего столетия. Но нельзя сбрасывать со счетов и такие обстоятельства, как личность самого Петра, влияние затяжной и тяжелой войны (не случайно реформы начинаются с армии и флота). В ходе Северной войны в стране были созданы мощная армия и военно‑морской флот, оснащенные передовым для того времени вооружением, артиллерией.

Но все‑таки важнейшими являлись реформы государственного аппарата, управления. В России государство к тому времени начинает играть необычайно большую роль во всех сферах жизни, а в идеологии складывается буквально культ абсолютистского государства, В то же время прежний государственный аппарат, содержавший в себе много архаических черт, не справлялся со стоявшими перед ним задачами, государственная машина давала сбои…

22 февраля 1711 г. Петр I учредил Правительствующий Сенат, заменивший Боярскую Думу. Сенат, состоявший из 9 членов, был высшим правительственным учреждением в стране, но вся законодательная власть принадлежала царю. Этот орган власти разрастался, и к концу царствования Петр перешел к иным формам контроля над этим органом. Вместо дежурных штаб‑офицеров гвардии он назначил при Сенате высшего чиновника – генерал‑прокурора. С 1714 г. возник еще особый институт фискалов, которые должны были бороться со злоупотреблениями чиновников. Фискалы подчинялись только особому лицу, находившемуся при Сенате – генерал‑обер‑фискалу. Для контроля за самим Сенатом в 1715 г. был назначен специальный генерал‑ревизор. Естественно, что на все эти посты Петр I назначал своих любимцев. Так, генерал‑прокурором стал П.И.Ягужинский, генсрал‑обер‑фискалом Нестеров. Далеко не всегда они оправдывали доверие Петра. Сама формирующаяся бюрократическая система толкала их на путь воровства и взяточничества. Того же Нестерова, который был призван пресекать подобные дела в государстве, самого казнили за взяточничество.

В 1718 г. были ликвидированы старые приказы и взамен их введены коллегии. Было учреждено всего 11 коллегий: 1) Коллегия «чужестранных дел»; 2) Коллегия военных дел; 3) Адмиралтейств‑коллегия (по военно‑морским делам); 4) Камер‑коллегия (ведавшая сбором госуларственных доходов); 5) Штатс‑коллегия (ведавшая государственными расходами); 6)Ревизион‑коллегия; 7) Берг‑коллсгия (ведавшая горной промышленностью): 8) Мануфактур‑коллегия (ведавшая всей остальной промышленностью); 9) Коммерц‑коллегия (ведавшая торговлей). Несколько позднее были учреждены Вотчинная коллегия, которая ведала делами Поместного приказа, и Юстиц‑коллегия. На смену прежнему, весьма хаотичному приказному управлению, пришли новые центральные учреждения отраслевого типа. Во главе каждой коллегии стоял президент, при нем вице‑президент, несколько коллежских советников и асессоров. В каждой коллегии была канцелярия во главе с коллежским асессором и архивариусом. Большое значение имела личная канцелярия Петра, которая называлась «Кабинетом».

Ломке было подвергнуто и все областное управление. В 1708 г. вся страна была разделена на 8 губерний: Московскую, Санкт‑Петербургскую, Киевскую, Смоленскую, Архангельскую, Казанскую, Азовскую и Сибирскую. Позднее были образованы еще три новые губернии: Нижегородская, Астраханская и Рижская, а Смоленская бьтла расформирована. Во главе губернии стоял губернатор с весьма широкими полномочиями. У губернатора был свой штат помощников. В 1713 г. была сделана попытка создать при губернаторе «консилиум» (совет) нз местных дворян. В 1719 г. областная реформа получила дальнейшее свое развитие: основной административной единицей на местах стала провинция. Всего было образовано 50 провинций. Во главе каждой из провинций стоял воевода, оказавшийся в зависимости от губернатора. Каждая провинция в свою очередь разделялась на дистрикты. Во главе каждого дистрикта находился комиссар из состава местного дворянства. Одной из мер укрепления государственнзй власти на местах была система расквартирования войск. Полковой дистрикт имел большое значение как военно‑полицейская административная единица.

В результате реформ государственного аппарата и власти на местах в России было создано государство, которое в исторической литературе было удачно названо «регулярным государством». Это было абсолютистское бюрократическое государство, пронизанное слежкой и шпионажем. Естественно, что в таком государстве демократические традиции, никогда не умиравшие в России, оказались в очень неблагоприятных обстоятельствах. Они продолжали жить в повседневном быте крестьянской общины, казацкой вольнице. Но демократия все больше приносилась в жертву грубому авторитарному правлению, сопровождавшемуся необычайным ростом роли личности в российской истории. Одним из внешних проявлений этого было принятие русским царем титула императора и преобразование России в империю, что нашло отражение в общественном сознании и в культуре.

Такая огромная роль монарха, государства нашла прямое отражение в развитии экономики России и ее социальной структуре. Все было пронизано волей монарха, все несло на себе печать государственного вмешательства, глубокого проникновения государства во все сферы жизни. Основу экономической политики Петра составляла концепция меркантилизма, господствовавшая тогда в Европе. Сутью ее было накопление денег за счет активного баланса торговли, вывоза товаров на чужие рынки, ввозу на свой, что предполагало вмешательство государства в сферу экономики. Составной частью этой политики был протекционизм – поощрение промышленности, производящей товары преимущественно для внешнего рынка. Петр I энергично берется за укрепление промышленности. Уже в годы Северной войны государственное предпринимательство развивается в двух направлениях: активизируется производство в старых промышленных районах и создаются новые районы промышленного производства. Огобенно хорошо это видно на примере металлургии, но Петр создает мануфактуры и в легкой промышленности. Для мануфактуры характерно, в отличии от мелкотоварного производства, разделение труда, по преобладает еще ручной труд. Фабрика – производство, на котором при разделении труда господствует уже машинное производство. Характер русской мануфактуры – один из самых спорных моментов в дискуссии о возникновении в России капиталистических отношений. Дело в том, что для капиталистической мануфактуры характерен наемный труд. Русская же мануфактура основывалась на труде крепостных, зависимых людей. Крестьяне «приписывались» к заводам и вынуждены были часть года или все время работать на них. Правительство усиленно прикрепляло к мануфактурам также «гулящих» людей, «татей». Специальным указом Петр разрешил предпринимателям покупать крепостных. Причем, такие крестьяне числились не лично за владельцем, а за тем предприятием, для которого они были куплены. Они назывались посессионными и могли продаваться только со всем предприятием.

Создание собственной промышленности государство сочетало с организацией собственной торговли, а для захвата торговли применялся такой примитивный, но действенный способ, кяк введение монополий на заготовку и сбыт определенных товаров как внутри ее, так и вне их. Первой была введена монополия на соль, но особое значение приобрела монополия на продажу товаров за границу. «Государственные монополии, налоги и повинности – это были силовые средства, примененные петровским государством для получения максимально крупных сумм денег для решения своих задач» (Е.В.Анисимов). К концу Северной войны государство несколько изменило свою политику в области экономики. Наиболее жесткие монополии были отменены, частное предпринимательство стало поощряться, но зато всемерно усиливалась бюрократическая машина, которая несколько другими методами, но также пристально держала под контролем развитие промышленности и торговли.

Петровская эпоха знаменовалась не только грандиозными сдвигами в экономике, внешней политике, но и в социальной структуре Российского государства. Идет процесс унификации сословий, сословная структура упрощается, становится ясной и четкой. Этому способствовали меры, направленные на консолидацию дворянского сословия и, прежде всего, указ о единонаследии 1714 г. и «Табель о рангах», изданная в 1722 г. Указ о единонаследии разрешал дворянам передавать недвижимую собственность только старшему в роде, что вело к прекращению дробления земельной собственности и содействовало укреплению дворянского сословия. Но главное значение этого указа все‑таки не в этом. В результате его осуществления была ликпидирована разница между поместным и вотчинным землевладением, которые существовали в России на протяжении предшествующих нескольких столетий. На смену им пришла единая земельная собственность, пользование которой однако было регламентировано еще больше, чем при поместной системе.

«Табель о рангах» вводила в обиход 14 рангов: в военной службе – от прапорщика до генерал‑фельдмаршала, во флоте – от «артиллерии констапеля» до генерал‑адмирала, в гражданской – от коллежского регистратора до канцлера. Самым высших чином был 1‑й ранг, или «класс», а самым низшим – 14‑й класс. Все чины первых восьми рангов давали права потомственного дворянства. Вместо «породы» и «знатности» основными условиями прохождения служебной лестницы сделались пригодность к службе и личные способности. Дворяне отнюдь не всегда были довольны этими мероприятиями правительства. Им не нравились ежегодные смотры, отправка за границу для изучения разного рода наук. Но объективно все эти меры служили усилению дворянского сословия, хотя и способствовали своего рода «закрепощению» его.

Были проведены меры и в интересах купечества, городских жителей. В 1720 г. был учрежден Главный магистрат. Изданный в 1721 г. регламент Главного магистрата разделил всех жителей города на «регулярных» и «нерегулярных» граждан. Первые, в свою очередь, делились на две гильдии: в первую входили крупные купцы, промышленники, банкиры: вторая состояла из мелких торговцев и ремесленников. Все же остальное население получило название – «подлые люди».

Огромное значение для унификации и правового оформления низших сословий в государстве имело введенне новой системы обложения. С 1718 г. Петр перешел к новой системе сбора прямых налогов – подушному обложению взамен старого, подворного обложения, которое уже не давало должного эффекта. Была проведена перепись населения, причем, в отношении уклонявшихся от переписи применялись самые крутые меры. В ту пору на бескрайних российских просторах обычной была процессия, состоявшая из переписчика‑офицера, за которым следовал палач с кнутом и удавкой. С введением подушной подати число плательщиков прямых налогов значительно расширилось. Но реформа имела и другую сторону, которая привела к унификации низших сословий. Ряд промежуточных категорий населения (однодворцы, половники), а также всякого рода гулящий люд, холопы были записаны в «тягло» и таким образом уравнены с крепостными крестьянами, юридическое положение которых уже мало отличалось от прежних холопов. Новый прямой налог был в 2‑2,5 раза больше суммы всех прежних прямых налогов.

Все эти меры в области социальной политики привели к тому, что в результате петровского правления все население было объединено, пусть и достаточно искусственно, в 3 сословия: одно из них было привилегироозпиым и служилым – дворянство, а посадское население и крестьянство несли тягло. Над всей этой структурой возвышался государственный аппарат, который все более бюрократизировался во главе со всемогущим монархом.

Культура первой четверти XVIII в.

Среди реформ петровского времени следует выделить реформы в области культуры. Они также вызывали всегда самые противоречивые оценки. Перечислим основные из этих реформ. В 1700 г. Петр по примеру Западной Европы ввел в России новое летоисчисление – от рождества Христова, а не от сотворения мира, как считали раньше по церковно‑византийской традиции. Петр пытался создать первый публичный театр. 2 января 1703 г. в Москве было начато издание первой газеты «Ведомости», которую редактировал сам Петр. Взамен прежнего церковно‑славянского был введен новый шрифт. Но особенно большое внимание Петр уделял школе. Первой школой, организованной Петром, была «Школа математических и навигацких наук» в Москве, ппоследствии переведенная в Петербург, где в 1715 г. она была преобразована в Морскую академию. В Москве и Петербурге были открыты инженерная и артиллерийская школы. Во всех губерниях стали открываться «цифирные школы». По приказу Петра в епархиях были открыты церковные школы. Было значительно улучшено преподавание в Московской Славяно‑греко‑латинской академии. Была открыта и медицинская школа в Москве. При наиболее крупных мануфактурах создавались ремесленные школы. Для улучшения школьного образования создавались учебники.

Большое значение Петр придавал раучным исследованиям. Были организованы значительные географические экспедиции, началась интенсивная картографическая работа. Сам Петр создал первую астрономическую обсерваторию и подготовил проект создания Академии Наук. При Петре в России начинают свободно покупать и продавать книгу. Меняется быт, особенно дворянства. Кодексом поведения молодого поколения стало «Юности честное зерцало, или Показание к житейскому обхождению, собранное от разных авторов», где были изложены нормы культурного поведения в обществе. Вводятся ассамблеи – собрания знати.

Реформы в области культуры неоднозначны. Нельзя не видеть их прогрессивное значение, но искусственное прививание к русской среде иноземной культуры зачастую приводило к уродливым проявлениям. Этот процесс часто называют вестернизацией или европеизацией русской культуры.

Начало Петербурга

Одной нз таких реформ было строительство Петербурга – своего рода феномена русской культуры петровского времени, преломившего в себе многие тенденции и процессы той поры; города, воплотившего в себе саму суть основных идеологических исканий преобразователя России.

Устье Новы, где возник Петербург, с давних времен относилось к Новгородским землям, составляя Спасский погост Водской пятины. Однако по Столбовскому миру все Приневье отошло к Швеции и стало называться Ингерманландией. Тогда же при устье реки Охты был поставлен город‑крепость Ниеншанц, ставший важным стратегическим пунктом. Возвращение этих земель, утверждение на них стало одной из важнейших задач России в первый период Северной войны.

Овладев осенью 1702 г. крепостью Орешек (Нотебург) в истоке Невы и переименовав его в Шлиссельбург, Петр I весной 1703 г. предпринимает наступление на Ниеншанц. 1 мая после восьмидневной осады шведский гарнизон сдался. Однако Петр I не стал укреплять шведскую крепость (она была срыта) и начинает строительство новой. Она была приближена к морю и располагалась на небольшом Заячьем острове. Там 16 мая 1703 г. было положено начало крепости «Санкт‑Питер‑Бурх». Это – день рождения города Петербурга. Крепостные земляные укрепления были возведены менее чем за шесть месяцев (с 1706 г. они начинают заменяться каменными). Летом в крепости закладывается деревянная церковь св. Петра и Павла. Недалеко от крепости на Городском острове для Петра был построен небольшой деревянный домик, сохранившийся до сих пор. Здесь же строились дома соратников Петра I Меншикова, Головина, Брюса, Шафирова, а также административные и торговые здания. Осенью после ухода на зимовку шведской эскадры начинают возводиться временные укрепления на острове Котлин – Кроншлот, а в октябре 1704 г. Петр I на левом берегу Невы «заложил для строения кораблей Адмиралтейскую верфь и указал оную фортецию укрепить». Как показали военные действия в ближайшие годы постройка этих крепостей была своевременна. В 1704‑1708 гг. шведы атаковали русские укрепления и с суши, и с моря, но каждый раз вынуждены были отступить. В 1709 г. вопрос о землях Приневья и о Петербурге был окончательно решен в пользу русских. «Ныне, с помощью Божией, уже совершенно камень в основание Санкт‑Петербурга положен» – писал Петр адмиралу Апраксину сразу после Полтавской баталии. До самого конца Северной войны шведы даже не приближались к Петербургу. В начале второго десятилетия XVIII в. в Петербург из Москвы переезжают Двор, с центральными административными учреждениями, а также дипломатический корпус. Петербург фактически становится новой столицей Российского государства.

Создание и вечное существование Петербурга поэтически отложилось в сознании народа. «Много людей, – рассказывает одна легенда, – в старые годы принимались строить город на невском болоте, но это никому не удавалось, потому что топкое болото поглощало всякий раз постройку. Но вот пришел сюда русский богатырь‑волшебник и решил строить город, построил он один дом – поглотила трясина, построил другой, третий – все также исчезают они в болоте. Рассердился тогда богатырь и придумал хитрое, небывалое дело: взял он и сковал на руках вокруг целый город и поставил его на болото; не смогло оно тогда поглотить богатырский город и держит его до сих пор».

Социальная борьба

Но создание этого феномена, как другие деяния Петра всей своей тяжестью ложились на плечи народных масс. Народ платил все возраставшие налоги, простой люд тысячами погибал на строительстве Петербурга, при рытье каналов, на полях сражений. Все это приводило к росту недовольства среди самых различных кругов русского общества. Недовольство приобретало самые различные формы, будь то бегство крестьян или циркуляция по стране слухов о ложном, подмененном царе. Наиболее интенсивные вспышки недовольства выливались в вооруженную борьбу. В 1705‑1706 гг. произошло восстание в Астрахани, а в 1707‑1708 гг. восстание под предводительством Кондратия Булавина на Дону. При всех различиях, которые были в этих выступлениях, в них было и много общего. Они были вызваны злоупотреблениями, с которыми проводились реформы на окраинах государства, и приобретали характер скорее еще не классовой борьбы, а своеобразного движения окраин против центра, из которого, по представлениям людей того времени, и исходило главное зло. Характер социальной борьбы, вызванной невозможностью найти себе место в складывающейся политической и социальной структуре, носили и стрелецкие мятежи. Все эти выступления были подавлены. Абсолютизм был на подъеме и мог бороться с противниками достаточно эффективно. Разгромлен был и заговор царевича Алексея – сына Петра. Во многом в связи с делом царевича Алексея 1722 г. был опубликован Устав о наследии престола, давший обоснование прав царствующей особы назначать себе преемника по своему усмотрению.

Дворцовые перевороты

Период, который начинается после смерти Петра I в 1725 г. и длится вплоть до 1762 г., т.е. до воцарения Екатерины II, традиционно называется в историографии «эпохой дворцовых переворотов». Высказывались сомнения в целесообразности применения такого понятия (С.М.Троицкий), но вряд ли стоит ломать традицию. Ведь, действительно, в стране за 37 лет сменилось 6 императоров, причем, четверо оказались на престоле в результате переворотов. Смены царствующих особ сопровождались ожесточенной борьбой между различными группировками придворной знати. Разобраться в этом калейдоскопе очень непросто.

Но прежде чем переходить к характеристике самих событий, нужно уметь их оценивать в целом. Еще дореволюционный историк В.А.Мякотин разработал концепцию этого периода. Суть ее сводилась к тому, что 1) широкие народные массы в дворцовых переворотах участия не принимали; 2) в это время происходило неуклонное усиление экономической и политической роли дворянства; 3) причины переворотов и проистекали из укрепившихся позиций дворян. Пережив экстремизм социал‑демократической историографии пред– и послереволюционных лет, эта концепция в несколько видоизмененном виде вошла и в советскую историческую литературу.

Россия во второй четверти XVIII в.

Непосредственным же поводом для дворцовых переворотов послужило то, что Устав о престолонаследии 1722 г. передавал вопрос о преемнике престола на рассмотрение «правительствующего государя». Но Петр так и не оставил себе наследника. С 1725 по 1727 г. правила «походная жена» Петра – Екатерина I, возведенная на престол «новой» знатью – теми «птенцами гнезда Петрова», которые его волей были вознесены к высотам политической карьеры и богатства. Большую роль в ее возведении сыграла новая сила, которая впервые появилась на авансцене русской истории – гвардия, преображенцы и семеновцы – наследники потешных времен Петра. При возведении на престол Екатерины пришлось преодолевать сопротивление старой родовитой знати – Голицыных и Долгоруких. Результатом своеобразного компромисса между группировками знати стал Верховный Тайный Совет, созданный в 1720 г. Сенат и коллегии ставились под надзор этого органа. Бесславное правление Екатерины было, впрочем, недолгим. После ее смерти на русском престоле оказался Петр II – сын казненного Петром царевича Алексея. «Старой» знати удалось одержать верх в борьбе, и признанный глава «новой» знати Александр Данилович Меншиков оказался в ссылке. Князья – Долгорукие и Голицыны хотели укрепить свое положение и женить Петра на княжне Долгорукой, но тут вмешался его величество случай. Петр II простудился на охоте, заболел и умер. И вновь подолгу заседает Верховный Тайный Совет, решает, кому быть на престоле в России. Решили возвести на престол дочь брата Петра I герцогиню курляндскую Анну. Вместе с посольством ей были направлены так называемые «Кондиции», которыми «верховники» хотели ограничить в свою пользу всевластие императорской власти. Но ситуация не благоприятствовала замыслам «верховников». В Москве в ту пору собралось большое количество провинциального дворянства, приглашенного на предполагавшуюся свадьбу Петра. Дворянство, вдохновленное своими идеологами – Ф.Прокоповичем, В.Татищевым, выступило против «затейки» верховников. Когда Анна Иоановна подъезжала к Москве, она поняла ситуацию. Приехав в Москву и отобедав, разорвала «Кондиции». Замечательный русский историк В.О.Ключевский со свойственным ему блеском сумел выразить все эти события в одном афоризме: «Так кончилась десятидневная конституционно‑аристократическая русская монархия XVIII в., сооруженная 4‑недельным временным правлением Верховного Тайного Совета».

Началась печально известная «бироновщина». Господствующее положение при дворе заняли иностранцы. Первое место принадлежало Биропу, который официально был только обер‑камергером императрицы) но фактически сосредоточил в своих руках все рычаги власти, На ход внешней политики оказывал большое влияние немец Остерман, а во главе русской армии стоял Миних. При дворе процветало взяточничество и казнокрадство. Характерной чертой двора Анны Иоановны была безумная роскошь. На содержание двора тратилась огромная по тому времени сумма – 3 млн руб. золотом, в то время как на содержание Академии Наук, учрежденной в 1725 г., и Адмиралтейской академии – 47 тыс. руб., а на борьбу с эпидемиями всего 16 тыс. руб.

Стремясь привлечь на свою сторону дворянство, правительство провело ряд мер, которые имели ярко выраженный продворянский характер. Был отменен указ о единонаследии. 29 июля 1731 г. вышел указ об учреждении кадетского корпуса, чем создавалась возможность для «благородного» дворянииа стать офицером сразу, минуя тяжелую солдатскую службу. И все‑таки многие дворяне были недовольны режимом, который установился в стране. Многих возмущало то, что Анна, упразднив при своем царствовании Верховный Тайный Совет, не восстановила в прежнем значении Сенат, а создала в 1731 г. новый высший государственный орган – Кабинет. Он состоял из трех кабинет‑министров. Возникают подлинные, а может быть и придуманные самим правительством заговоры, с которыми правительство жестоко расправлялось. В 1736 г. с конфискацией всего имущества был заточен в Шлиссельбург князь Д.М.Голицын. В 1739 г. в Новгороде были казнены четверо Долгоруких. В 1740 г. были казнены Артемий Волынский и его сподвижники.

В октябре 1740 г. Анна умерла. На русском престоле оказался грудной ребенок, родившийся от брака племянницы императрицы Анны Леопольдовны Мекленбургской с герцогом Брауншвейгским. За спинами «брауншвейгской фамилии» маячила фигура могущественного регента Бирона. Но Бирон правил всего 22 дня. Он был свергнут Минихом, который произвел самый «дворцовый» из всех дворцовых переворотов. Ночью его адъютант арестовал Бирона и отправил в Петропавловскую крепость. Но и Миних не мог удержать ставшую такой скользкой власть. Путем тонкой интриги его отправил в отставку Остерман. Около года власть была у Остермана, а официально правила Анна Леопольдовна. В это время зрел новый переворот. Возглавила его дочь Петра I – Елизавета. Этот переворот имел ряд особенностей. Как показал Е.В.Анисимов, это был один из самых «демократических» переворотов, так как в его подготовке активное участие принимали низы Гвардии. Правда, это связано не только с позицией Елизаветы, привлекавшей гвардейцев, но и с предшествующей политикой Бирона, который пытался ослабить гвардию, «размывая» ее выходцами из низов. Другая особенность заговора Елизаветы – активное участие в его подготовке французского и шведского посланников. Их участие тоже понятно. Россия все больше становилась одним из важнейших факторов международных отношении в Европе и от того, на чьей стороне окажется новое российское правительство, зависело многое. Надо отдать должное Елизавете: используя помощь иностранных представителей, она вела себя с ними весьма осторожно и не давала серьезных обещаний.

В ноябре 1741 г. переворот состоялся. Елизавета, при поддержке роты гренадеров Преображенского полка, явилась во дворец. «Брауншвейгское семейство» было арестовано и отправлено в ссылку.

Внутренняя политика Елизаветы подразделяется историками на два периода. Первый приходится на 40‑е, а второй – на 50‑е годы. Начало правления Елизаветы, проходившее под лозунгами возврата к политике отца, характеризуется стремлением пересмотреть и отменить все то, что было сделано после смерти Петра. Кабинет министров был уничтожен, а Сенат восстановлен в своем прежнем значении. Были восстановлены коллегии и городовые магистраты. Все иностранцы, окружавшие Анну Леопольдовну, были разосланы. Реформы, предпринятые в основном во второй период царствования Елизаветы, носили продворянский характер. Связаны они с именами П.И. и И.И.Шуваловых. Среди этих реформ надо отметить отмену внутренних таможен, что создавало значительные преимущества для дворянской торговли; создание Медного банка, который предоставлял дворянам‑предпринимателям ссуды под выгодные проценты и ряд других мер. Дворяне получили монопольное право душевладения и землевладения. Естественно, что оборотной стороной всех этих мероприятий было усиление эксплуатации крепостного крестьянства. Именно в правление Елизаветы в общественном сознании складывается то представление, которое наложило страшную печать на морально‑этическое состояние русского общества в XVIII, да и в XIX столетии, то, против чего боролись декабристы и другие представители революционной и либерально‑демократической мысли, лучшие из дворян и интеллигенции – представление о прирожденном праве дворян не только на рабочую силу, но из самую личность крепостных крестьян. Именно в это время развернулись «деятельность» пресловутой Салтычихи, загубившей не менее ста душ. Под этим тяжелейшим гнетом зрели ростки народного гнева, которые позже взрастут буйной порослью крестьянских восстаний.

Что представляла собой внешняя политика России после смерти Петра? Наиболее враждебную позицию по отношению к России заняла Франция, которая старалась создать враждебный России барьер из трех государств: Швеции, Речи Посполитой и Турции. В этой ситуации Россия в 1726 г. заключила договор об оборонительном союзе с Австрией. В 1733 г. польским королем был избран ставленник Швеции – Станислав Лещинский. Россия ввела свои войска в Польшу. Миних осадил Гданьск, которому пытались помочь французы. В 1735 г. война закончилась признанием польской правящей верхушкой русского кандидата на польский престол в лице Августа III (1733‑1763).

В том же году началась война с Турцией, противоречия с которой были давними и непримиримыми. Война началась неудачным походом генерала Леонтьева в Крым. Походы туда продолжались и в 1736‑1737 гг., пока не удалось прорваться через Перекоп. Были взяты Бахчисарай и ряд других пунктов в Крыму. Вскоре эта война, которая велась Россией в союзе с Австрией, перекинулась на границы Подолии и Бессарабии. Войсками командовал фельдмаршал Миних. В 1739 г. русские войска разбили при Ставучанах турецкую армию и взяли крепость Хотин. Но Австрия, которая вела двойную игру, пошла на переговоры и заключила сепаратный мир с Турцией в Белграде, – Россия вынуждена была присоединиться к этому миру. Берега Черного моря остались в руках турок.

При Анне Леопольдовне началась борьба со Швецией, которая закончилась выгодным для России миром в городе Або. По этому миру Россия получила часть Финляндии. Однако важнейшим фактором международной жизни в Европе становится усиление Пруссии. В 40‑е годы русское дипломатическое ведомство во главе с канцлером А.П.Бестужевым‑Рюминым стремится цепью сложных усилий укрепить внешнеполитическое значение России путем рдсширения союзных связей с государствами, находившимися во враждебных отношениях с Пруссией. Наметилось сближение с Австрией и Англией. Однако изменившееся соотношение сил между союзными державами в середине XVIII в. привело к неожиданным перегруппировкам между ними. В январе 1756 г. в Лондоне было подписано Вестминстерское соглашение между Англией и Пруссией. Параллельно происходило сближение Франции и Австрии, приведшее к заключению в мае 1756 г. Версальского договора. Из такого расклада сил и интересов в Европе и родилась «странная» для России Семилетняя война (1756‑1762). 30 августа 1757 г. у д. Гросс‑Егерсдорф русская армия под командованием Апраксина наносит серьезное поражение прусской армии. Но затем начинается, на первый взгляд, необъяснимое. Вместо того чтобы развивать успех, Апраксин ведет себя крайне нерешительно. Елизавета назначает нового командующего – Фермора. В августе 1758 г. при Цорндорфе разыгралось второе крупное сражение войны. Это сражение закончилось вничью. Фермор также потерял свой пост. 1 августа 1759 г. у д. Кунерсдорф, близ Франкфурта‑на‑Одере прусские войска были наголову разбиты русскими под командованием Салтыкова – последнего в этой войне и самого талантливого полководца. В 1760 г. русский корпус вступил на улицы Берлина. В декабре 1761 г. генералу П.А.Румянцеву удалось взять хорошо укрепленную крепость Кольберг. Следует иметь в виду, что все загадки этой войны разрешаются, если учесть раскладку сил при дворе. Елизавета готова была вести войну до победного конца или, как она сама говорила, до той поры, когда ей придется продать свое последнее платье. Но был еще «молодой» двор Петра Федоровича, который был известен своими пруссофильскими настроениями. Естественно, что все главнокомандующие русской армии, в основном – опытные политики, внимательно следили за тем, что делалось в Петербурге. Отсюда и их нерешительность.

Война чуть было не завершилась трагикомедией. После смерти Елизаветы Петровны Петр заключает с Пруссией сепаратный мир. По этому, договору 1762 г. все занятые русской армией территории были возвращены Пруссии, а русская армия чуть было не была отправлена в поход на союзную России Данию, с которой у Петра были личные счеты.

Петр III – сын дочери Петра I Анны, которая была замужем за голштинским герцогом Карлом‑Фридрихом, был привезен в Россию в 1742 г. как наследник Елизаветы. Поддержки в России он не имел. А попытка развязать войну с Данией, бессмысленность которой хорошо осознавалась в самых различных кругах, популярности ему не прибавила. Не способствовало росту этой популярности и то, что он стал изменять состав гвардии за счет офицеров‑голштинцев.

Душой нового дворцового переворота стала жена Петра III – Екатерина Алексеевна. В ночь на 28 июня 1762 г. Екатерина была привезена из Петергофа, где она находилась летом, в Петербург. В тот же день Сенат провозгласил ее императрицей и объявил низложенным Петра III. Последний был заключен в небольшом имении Ропша под Ораниенбаумом и вскоре убит,

Екатерина II

Началось правление Екатерины II. Ее воспитание и образование было достаточно своеобразным. С одной стороны, будучи привезенной в Россию еще не в столь зрелом возрасте, она так и не овладела как следует русским языком. Но с другой стороны, прекрасно владела языком французским. Известна ее переписка с Вольтером и энциклопедистами, да и сама она не чуждалась литературного труда. На ее настроение и морально‑нравственное состояния оказали влияние и ее неполноправное пребывание при дворе Елизаветы, и возможность заговора в первые годы ее правления. Дворцовые перевороты сделали в глазах знати смену власти делом не столь уж трудным. В 1764 г. офицер Мирович сделал попытку освободить содержащегося в Шлиссельбургской крепости Ивана Антоновича и провозгласить его императором. Эта попытка не увенчалась успехом: солдаты внутреннего караула закололи Ивана Антоновича еще до того, как Мирович со своей ротой ворвался в каземат. Екатерина была сильно перепугана этой попыткой дворцового переворота.

Реформы второй половины XVIII в.

Внутреннюю политику екатерининского правительства можно, как и елизаветинский период, разделить на два этапа: до крестьянской войны под руководством Емельяна Пугачева 1773‑1774 гг. и после нее. Для первого периода характерна политика, которую называют просвещенным абсолютизмом. Екатерина хотела претворить в жизнь идеал «философа на троне», весьма распространеный во второй половине XVIII в. Просвещенный абсолютизм был скорее внешней оболочкой первого периода царствования Екатерины. Внутренним содержанием был дальнейший рост дворянских привилегий. Тем не менее многие мероприятия екатерининского правительства несут на себе печать просвещенного абсолютизма. Это и осуществленная в 1764 г. секуляризация церковных земель, и законодательство о крестьянах Прибалтики, и известная Уложенная комиссия. Соборное Уложение 1649 г не отвечало уже новой исторической ситуации. Летом 1767 г. в Москве была собрана «Комиссия для составления нового уложения». Представительство в ней носило чисто сословный характер: дворяне от каждого уезда выбирали своего депутата, горожане от каждого города также выбирали одного депутата, независимо от количества населения. От крестьян каждой провинции выборы в комиссию производились только от однодворцев, служилых людей, черносошных и ясачных крестьян.

Екатерина для этой комиссии составила особую инструкцию – «Наказ». Это была компиляция из различных произведений философов‑просветителей. Императрица не раз перерабатывала это свое сочинение, его либеральный дух постепенно слабел, тем не менее в нем порицаются наиболее жестокие формы крепостничества.

Работа комиссии красноречиво свидетельствовала о накале социальных противоречий в стране. «Благородное» дворянство выступило с целым рядом требований узко сословного характера. Но требования дворян шли вразрез с интересами набиравших сил купцов. Однако наибольшие противоречия вызвал конечно же крестьянский вопрос. Депутат от Козловского уезда Григорий Коробьин выступил с резкой критикой всех жестокостей вотчинной юстиции. По его мнению, поддержанному некоторыми другими депутатами, крестьяне должны были обладать правом недвижимой собственности. Выступления государственных крестьян показали тяжелое положение этого отряда крестьянства, изнемогавшего под бременем налогов. Екатерина испугалась такого поворота событий. Воспользовавшись в качестве предлога началом русско‑турецкой войны, она распустила Комиссию на неопределенный срок.

После грандиозной крестьянской войны правительство проводит целый ряд мер с целью укрепить государственный аппарат и еще больше сделать дворянство самым привилегированным сословием в государстве. В 1775 г. было упразднено казачье управление на Дону и уничтожена Запорожская Сечь. Эти удары по последним оплотам демократии на окраинах России свидетельствовали о няступлении деспотической власти самодержавия. В том же году было издано «Учреждение для управления губерний Российской империи». Это была знаменитая екатерининская губернская реформа. Вся империя рыла разделена на 50 гуоерний. В основу деления был положен принцип определенной численности населения в губернии. Более мелкой единицей был уезд.

Во ГЛЯВР губернии стоял губернатор. Иногда две‑три губернии объединялись под властью особо назначенного сановника (наместника или генерал‑губернатора). Губернатор имел помощника – вице‑губернатора и особый штат – губернское правление. В городах вместо воевод были поставлены городничие. Уездом управлял капитан‑исправник. Было проведено разделение административных, финансовых и судебных дел. Для заведования всеми финансовыми делами губернии была обраэована казенная плата. Кроме того, в каждом губернском городе находился Приказ общественного призрения, ведавший школами, больницами, богадельнями и приютами. Дворяне фактически получили право местного самоуправления. На своих собраниях они выбирали уездного предводителя дворянства, на таких же собраниях в губернии выбирался губернский предводитель дворянства.

В апреле 1785 г. была опубликована жалованная грамота дворянству. «Грамота на право вольности и преимущества благородного российского дворянства» – важнейший документ в процессе развития дворянства как господствующего и привилегированного сословия в XVIII в. Все те привилегии, которых добились дворяне на протяжении всего столетия, подтверждались «Грамотой» и получали статус закона. Дворянин совершенно освобождался от податей и телесных наказаний. Он мог быть осужден только дворянским судом. Дворяне имели исключительное право собственности на землю. Дворянство окончательно сформировалось как сословие, приобретя корпоративное устройство.

Одновремеино с жалованной грамотой дворянству была подписана Екатериной и жалованная грамота городам. По этой грамоте все население городов разделялось на 6 разрядов, которые составляли «общество градское». Раз в три года это общество имело право на своем собрании выбирать из своей среды городского голову и гласных «общей городской думы». Общая дума выбирала шесть представителей (по одному из каждого разряда городского общества) в «шестигласную думу» на три года. Это была исполнительная власть. В основу городского устройства при Екатерине были положены нормы так называемого магдебургского права, получившие еще в XVI‑XVII вв. распространение на территории Украины и Белоруссии, устройство городов Прибалтики (учитывались, конечно же, и местные традиции).

Внешняя политика

Какова была внешняя политика при Екатерине II? «Внешняя политика – самая блестящая сторона государственной деятельности Екатерины, произведшая наиболее сильное впечатление на современников и ближайшее потомство» (В.О.Ключевский). Перед российским внешнеполитическим ведомством стояло два важнейших вопроса: турецкий и польский. В реальной жизни все внешнеполитические цели и задачи теснейшим образом переплелись. У истоков внешней политики екатерининского правительства стоял граф Н.И.Панин, Стремясь противодействовать враждебной политике Франции, он решил сконструировать так называемый «Северный аккорд» – союз государств, находившихся на севере Европы – Дании, Пруссии, Польши и Швеции, при участии Англии. В литературе иногда высказывалось мнение, что автором этого проекта являлся русский посланник в Дании Корф, однако в новейшей советской историографии доказано авторство проекта, принадлежащее Н.И.Панину. Из этого проекта, да из агрессивной политики Турции и родилась русско‑турецкая война, начавшаяся в 1768 г. В этой войне талантливый русский полководец П.А.Румянцев нанес серьезное поражение туркам при Ларге и Кагуле в 1770 г. А.В.Суворов при Козлужджу также нанес сильное поражение войскам противника. 5 июля 1770 г. русский флот под командованием адмирала И.А.Спиридова разгромил турецкий флот недалеко от острова Хиоса, в бухте Чесме, Однако политика некоторых европейских государств, испугавшихся усиления России, заставила ее пойти на заключение мира, который был подписан в болгарском селении Кучук‑Кайнарджи 10 июля 1774 г. По этому договору Россия получила от Турции огромную территорию от Буга и крепости Кинбурн при устье Днепра, до Азова, с частью прикубанских и приазовских земель. Кабарда была включена в государственные границы России. Россия получила также выход из Азовского моря – крепость Керчь, Еникале. Крым был объявлен самостоятельным, а с самой Турции Россия получила 4,5 млн. руб. контрибуции.

«Польский вопрос»

В 1763 г. умер польский король Август III, посаженный на престол еще Анной Иоанновной. Между магнатскими группировками началась ожесточенная борьба за власть. Страна раздиралась внутренними противоречиями. Власть осуществлял сейм. Делегаты от местных сеймиков имели на нем право «либерум вето», т.е. каждый депутат мог опротестовать любое решение собрания. Очень острыми были в стране и национальные противоречия. Входившие в ее состав народы Украины и Белоруссии находились под жестоким социально‑экономическим и национальным гнетом польской шляхты.

После борьбы между магнатскими группировками Потоцких и Чарторыйских победили последние – сторонники пропрусской ориентации. На престол был посажен их родственник, давний знакомый Екатерины Станислав Понятовский. Его правительство постаралось провести в разваливавшейся стране ряд реформ, однако эти попытки вызвали ожесточенное сопротивление со стороны других группировок шляхетства. Было использовано право конфедерации, то есть создания вооруженной оппозиции. Сторонники реформ в г. Баре (на Украине) создали свою конфедерацию. Екатерина послала против них войска во главе с Суворовым. Россия всячески старалась усилить свое влияние в Польше. На этом пути она оказалась в весьма сложных отношениях с Пруссией. Большие успехи России в борьбе с Турцией заставили Пруссию выступить совместно с Австрией в польском вопросе, с тем чтобы умерить требования России на юге. России был невыгоден раздел Польши и усиление за ее счет таких государств, как Пруссия и Австрия. Польша более устраивала Россию как буферное государство на границе с более сильными соседями. Но в сложившейся ситуации Россия вынуждена была пойти на раздел Польши. Один догоаор был заключен между Россией и Пруссией, другой – между Россией и Австрией. Оба они были подписаны в июле 1772 г. Под давлением двух держав в сентябре 1773 г. польский сейм санкционировал соглашение о первом разделе Польши. Россия получила все Подвинье и часть Верхнего Приднепровья, воеводства Полоцкое, Витебское, Мстиславское, часть Минского и часть польской Ливонии. Австрия захватила Западную Украину – Галицию.

В 70‑80‑х годах XVIII в. вопрос о Правобережной Украине все теснее связывался с вопросом о дальнейшем продвижении России к Черному морю, а это в свою очередь с новой силой порождало русско‑турецкий конфликт. Вся внешняя политика России завязывалась в сложный балтийско‑польско‑восточный узел. Усилившаяся мощь России позволяла Екатерине II оказывать весьма сильное воздействие на весь ход внешнеполитических отношений в Европе. Во время вспыхнувшей между Австрией и Пруссией войны за баварское наследство Екатерина выступила в качестве третейского судьи. Закончивший эту войну Тешенский мир 1779 г., условия которого гарантировала Екатерина, привел к значительному усилению влияния русской дипломатии на весь ход дел в Германии. Выдающуюся роль сыграла Россия и в событиях, связанных с войной американских колоний за независимость. Россия отклонила попытку Англии использовать ее силы для ведения войны в Америке. Более того, в феврале 1780 г. она опубликовала декларацию о «вооруженном нейтралитете». Декларация провозглашала, что всякое нейтральное судно находится под защитой всех нейтральных государств и имеет право защищать себя на море оружием. Ответственность же за насилие над нейтральными судами падают на суда нападающих держав. К этой декларации присоединилось большинство государств.

В это время происходит изменение основного курса внешней политики. Натянутые отношедия с Англией, охлаждение в отношениях с Пруссией – все это привело к падению «Северного аккорда». Начинается процесс сближения с Австрией, заложенный со встречей Екатерины II в 1780 г. в Могилеве с австрийским императором Иосифом II. Меняются даже фигуры во внешнеполитическом ведомстве. На смену графу Никите Ивановичу Панину приходит Алексайдр Андреевич Безбородко – талантливый дипломат и государственный деятель. Большую роль во внешней политике начинает играть князь Григорий Александрович Потемкин, фаворит Екатерины.

Меняется и основная концепция внешней политики. Рождается так называемый «греческий проект». Предполагалось изгнать турок из Европы, а на территории бывшей Османской империи создать греческую империю во главе с представителями русского правящего дома. Из дунайских княжеств – Молдавии и Валахии – должно было быть образовано новое буферное государство (носившее древнее название – Дакия). Основным союзником предполагалась Австрия, за что она и должна была получить под свое влияние западную часть Балканского полуострова. Ученые до сих пор не решили, был ли «греческий проект» реальной внешнеполитической программой или это была лишь иллюзия, плод размышлений придворных теоретиков. Скорее всего, правы те исследователи, которые утверждают, что реального проекта внешней политики России 80‑х годов XVIII в. («греческого проекта») не существовало.

Как бы то ни было, дело шло к новой войне с Турцией. Б 1783 г. Россия присоединила к себе Крым, что, конечно же, вызвало недовольство правительства Турции. Демонстративно не выполняя условий Кучук‑Кайнарджийского договора, Турция сама объявила войну. Положение России в скором времени осложнилось выступлением Швеции. Король Густав III начал осаду крепости Нейшлот и предъявил России явно невыполнимые требования. Но оборона Нейшлота и блестящая победа русского флота в июле 1788 г. у Готланда над флотом шведов заставила шведское правительство пойти на заключение мира.

Россия добилась выдающихся успехов в войне с Турцией. Под руководством А.В.Суворова была взята крепость Очаков, турки были разбиты при Фокшанах и Рымнике. Одна из наиболее ярких страниц этой войны – взятие крепости Измаил. Но измена Австрии и шведская опасность заставляла Россию быть осторожной. В 1791 г. был подписан Ясский мир, по которому Турция обязалась неуклонно выполнять условия предшествующего мира, признала новую границу с Россией по Днестру и присоединение Крыма.

В Польше после первого раздела влияние России значительно усилилось. В этой стране начинает нарастать движение за укрепление экономики и политического строя путем реформ. Ряд позитивных мер предпринял сейм 1788 г., получивший название четырехлетнего сейма. 3 мая 1791 г. этот сейм принял новую конституцию, отличавшуюся известной прогрессивностью. Но для улучшения жизни низших слоев населения, особенно украинского и белорусского происхождения, было сделано мало.

В Польше скрестили свои «дипломатические шпаги» представители внешнеполитических ведомств России, Пруссии, Австрии. Трудно сказать, кто кого превосходил в коварстве, но для самой Польши события разворачивались драматически. Летом 1791 г. русские войска, принимавшие участие в войне с Турцией, были переброшены в Польшу. Тут же в г. Тарговице возникла конфедерация, к которой присоединился и польский король. Царские войска вскоре взяли Варшаву. Конституция 3 мая была отменена, а в марте 1793 г. произошел второй раздел Польши. К России отошли Белоруссия с Минском и Правобережная Украина. Пруссия захватила Гданьск (Данциг), Торунь и Великую Польшу с Познанью. Оставшаяся часть Польши с населением в 4 млн человек была окружена со всех сторон сильными и враждебными ей государствами, которые навязывали ей свои условия. Это вызвало патриотический подъем. Вскоре одна из частей польского войска восстала. Центром восстания становится Краков, а его главой талантливый генерал Тадеуш Костюшко. Он занял Варшаву. Вскоре восстание перекинулось в Литву, Великую Польшу и Поморье. Однако значительная часть крестьянства была разочарована теми мерами, которые предпринял Костюшко, что значительно ослабило его силы. Русские войска под началом А.В.Суворова разгромили польские войска. Вначале 1795 г. был проведен третий раздел Польши, уничтоживший самостоятельное польское государство. Большая часть земель Польши с Варшавой была отдана Пруссии, Малая Польша с Люблином отошла к Австрии. Россия получила Литву, Западную Белоруссию и Западную Волынь. Курляндское герцогство, находившееся в зависимости от Речи Посполитой, также было присоединено к России. Присоединение старинных русских земель к России было логичным, так как сохраняло национальную целостность восточнославянских народов. Впрочем, отношения царского правительства к Украине и Белоруссии не надо идеализировать, помятуя о той иной раз насильственной русификации, которая нанесла большой вред развитию национального самосознания. Что же касается Польши, то это была трагедия польского народа, который на столетия был лишен своей государственности и стал добычей соседних государств.

Значительной проблемой внешней политики России конца XVIII в. были ее отношения с революционной Францией. Длительное время среди советских историков господствовало мнение, что правительство Екатерины II было инициатором и активным организатором контрреволюционной кампании против французской революции. Екатерина не решалась принять участие в прямой вооруженной интервенции против революционной Франции по причине незавершенности своих дел относительно Турции и Польши. Так что вклад екатерининского правительства в борьбу с революционной Францией был гораздо скромнее, чем это принято было думать. В основном он свелся к тому, что Екатерина дала приют в России бежавшим из Франции аристократам.

Крестьянская война 1773‑1775 гг.

Социальная борьба во второй половине XVIII в. во многом напоминала борьбу, что велась и прежде. Каждодневная, зачастую незаметная для наблюдателя борьба крестьян со своими угнетателями выливалась в побеги, а часто и в вооруженные конфликты. Как ручейки сливаются в большую реку, так и эти вооруженные столкновения вырвались на поверхность российской действительности грандиозной крестьянской войной. Именно закрепостительные тенденции политики государства и послужили основными причинами недовольства широких крестьянских масс. В крестьянской войне проявились самые различные противоречия и настроения разных социальных групп. Естественно, что недовольство каждой из этих групп вызывалось своими причинами. Но основой был все‑таки тот страшный налоговый пресс, которым самодержавное государство все сильнее давило народные массы, будь это крестьянство, работный люд или казачество, или «инородцы» (малые народности). Возглавлял восстание Емельян Иванович Пугачев – уроженец станицы Зимовейской на Дону, той самой станицы, где за сто лет до него родился Степан Разин. Пугачев прожил жизнь, типичную для казака. В семнадцать лет был записан в казаки, на втором году службы женился. Он участвовал в Семилетней войне. В 1762 г. он вернулся в Зимовейскую, где у него родился сын Трофим. Принимал Пугачев участием в русскотурецкой войне.

Восстание началось на Яике. В 177Зг. весной здесь появился Пугачев. Отправным пунктом движения Пугачева стал расположенный на юге от Яицкого городка хутор Толкачев. Впрочем, к этому времени Пугачев был уже Петром III, государем Петром Федоровичем. Именно из этого хутора он обратился с манифестом, в котором жаловал всех присоединившихся к нему «рекою с вершин и до устья, и землей, и травами, и денежным жалованием, и свинцом, и порохом, и хлебным провиантом». Здесь мы сталкиваемся со своеобразным явлением – «самозванчеством», получившим широкое распространение в России XVII‑XVIII вв. В основе этого явления лежал монархизм широких кругов населения России, вера в «истинного» царя, вера, выработанная несколькими столетиями развития монархического государства.

Во главе своего постоянно пополнявшегося отряда Пугачев подошел к Оренбургу и осадил его. Зачем Пугачев сковал свои силы этой осадой, почему не пошел в центр? Для того чтобы понять это, надо представлять себе, что значил Оренбург для яицкого казачества. Будучи административным центром края, местом, откуда исходили все указы и карательные экспедиции царского правительства, Оренбург был для казаков исчадием ада, своего рода символом враждебной им власти. Нужно было его взять. Село Берда под Оренбургом превращается в столицу восставшего казачества. Здесь сложился пугачевский штаб, была создана Государственная военная коллегия.

Несколько позже в селе Чесноковке под Уфой образовался еще один центр движения. Возникло и еще несколько менее значительных центров. Первый этап войны завершается двумя поражениями Пугачева – под Татищевой крепостью и Сакмарским городком, а также поражением его ближайшего сподвижника – Зарубина‑Чики у Чесноковки и прекращением осады Оренбурга и Уфы. Пугачев и уцелевшие его сподвижники уходят в Башкирию.

Второй этап войны характерен массовым участием в восстании башкир, составлявших теперь большинство в пугачевской армии, и работных людей горных заводов Урала. При этом значительно возросли действовавшие против Пугачева правительственные силы. Это заставило Пугачева двинуться в сравнительно свободную от правительственных войск сторону, к Казани, а затем в середине июля 1774 г. перейти на правый берег Волги. Так завершается второй этап войны.

Последний, третий, этап войны охватил те районы, где основным населением были государственные и помещичьи крестьяне, которые жестоко угнетались. Сказалась крестьянская психология, а также быстрое продвижение главной пугачевской армии. По этим причинам крестьянская война распалась на многочисленные местные восстания, не связанные зачастую с главной армией Пугачева. Не случайно многие историки называют этот этап «пугачевщиной без Пугачева». Среди казаков, окружавших Пугачева, зрел заговор. В сентябре 1774 г. заговорщики схватили Пугачева и выдали его властям. В январе следующего года Пугачев был казнен в Москве на Болотной площади.

Эта война во многом подобна предыдущим крестьянским войнам. В роли застрельщика войны выступает казачество, во многом похожи как и социальные требования, так и мотивы восставших. Но есть и существенные отличия. Это, прежде всего, охват огромной территории, что не имело прецедентов в предшествующей истории. Далее, надо отметить существенно отличную от остальных организацию движения, создание центральных органов управления войском, издание манифестов, достаточно четкое строение армии.

Культура России середины – второй половины XVIII в.

Оценивая развитие русской науки и культуры, следует сказать о М.В.Ломоносове и других деятелях науки и техники середины XVIII в. На базе созданной в 1725 г. по указу Петра Академии Наук был предпринят ряд больших географических экспедиций. Исторические труды создает В.Н.Татищев, литературные произведения А.Д.Кантемир и В.К.Тредиаковский. Ломоносова же не случайно называют «нашим первым университетом». Его творчеству присуща та нерасчлененность научного знания, которая вообще отличает науку XVIII в. В 1755 г. по его инициативе был открыт университет в Москве (ряд исследователей считает более старым Петербургский университет, который возник на базе Академии Наук еще в 1725 г.).

Во второй половине XVIII в. начинает развиваться школьное образование, хотя основным было еще весьма несовершенное домашнее обучение. В 1758 г. была открыта гимназия для дворян и для разночинцев в Казани. В 1764 г. создается первое женское учебное заведение «Воспитательное общество благородных девиц» при Смольном монастыре в Петербурге. Возникает ряд других учебных заведений. Предполагалось ввести три типа такого рода заведений – малые, средние и главные народные училища. Все эти мероприятия в области образования были связаны с именем И.И.Бецкого. В области точных наук и техники русские ученые добивались значительных успехов. В стенах Академии Наук работали талантливые ученые. И.И.Ползунов изобрел паровую машину, И.П.Кулибин создал много научных приборов высокого качества, разработал замечательный проект одноарочного моста через Неву. К сожалению, в условиях той бюрократической системы, которая уже тогда возникла в России, многие из этих изобретений остались невостребованными.

Делала успехи и историческая наука. В семи томах своей «Истории Российской» М.М.Щербатов создает цельную и полнокровную концепцию русской истории, которая, правда, еще основывалась на провиндециалистическом подходе, на мысли о союзе самодержавия и дворянства. Шаг вперед в понимании закономерности исторического процесса сделал И.И.Болтин, автор «Критических примечаний на историю Щербатова» и на тенденциозную книгу о России французского писателя Леклерка.

В условиях российской действительности второй половины XVIII в. появляется критика наиболее жестких форм крепостничества, деспотизма самодержавия. Русские мыслители проявляют огромный интерес к идеям Просвещения. Другая часть дворянской интеллигенции подпадает под влияние масонства. Явление это, получившее во второй половине XVIII в. в Европе широкое распространение, существовало в форме полуконспиративных организаций с торжественным и мистическим ритуалом. Оно дробилось на ряд течений и направлений – от весьма консервативных до радикальных. В 1780 г. в России было до 100 масонских «лож». Одним из крупнейших масонов был Н.И.Новиков. С его именем связано также создание первых ярких сатирических журналов «Трутень», «Живописец», «Кошелек». Н.И.Новиков разворачивает широкую книгоиздательную деятельность, которая определялась просветительскими целями.

В это время в общественной мысли России формируется и крайне левое радикальное крыло – течение дворянской революционности. Возникновение его связано с именем А.Н.Радищева, примыкавшего по своим взглядам к французским материалистам XVIII в. Основным его произведением стало знаменитое «Путешествие из Петербурга в Москву», в котором он постарался передать весь ужас крепостнической жизни в России. В книге содержались прямые призывы к насильственному уничтожению существующих порядков. Это хорошо почувствовали и власть предержащие. Не случайно Екатерина заявила, что Радищев – «бунтовщик хуже Пугачева».

Русские литература и искусство второй половины XVIII в. развивались в сложных условиях борьбы различных стилей и направлений, которые отражали разные взгляды и мировоззренческие установки.

Господствующим направлением в литературе был классицизм. Классицизм формировался во всех странах как литературное направление эпохи абсолютизма (родился в Италии в середине XVI в.). На формировании русского классицизма отложило свой отпечаток историческое развитие страны. В условиях торжества новой государственности литература становится важнейшим средством утверждения новых идей – идей гражданственности, обоснованных на строгом соблюдении отдельной личностью принципа «общей пользы». Особенностью русского классицизма было то, что он начал развиваться с комедии сатиры. А.П.Сумароков, Д.И.Фонвизин, Я.В.Княжнин и ряд других – представители классицизма в русской литературе второй половины XVIII в. Одним из наиболее крупных и ярких представителей русской литературы этого времени был Гавриил Романович Державин. Он сыграл исключительную роль в формировании русской литературы, развитии языка.

Наряду с художественной литературой в XVIII в.получают большое распространение мемуары. Лучшими из них были записки А.Т.Болотова. Русская живопись второй половины XVIII в. дает целый ряд блестящих представителей в лице Ф.С.Рокотова, Д.Г.Левицкого, В.Л.Боровиковского. Это было время расцвета русского портрета, который и по сей день продолжает поражать нас своим мастерством. Первым русским академиком исторической живописи был А.П.Лосенко. Для развития русской живописи и скульптуры много сделала Академия художеств, возникшая в 1757 г. Наиболее талантливыми русскими скульпторами были Ф.И.Шубин, Ф.Ф.Щедрин, М.И.Козловский. Наряду с талантливыми иностранными архитекторами, создавшими первоклассные памятники зодчества (Бартоломео Растрелли, Дж.Кваренги, Ч.Камерон), выступают с самостоятельными блестящими творческими замыслами талантливейшие русские архитекторы – В.Н.Баженов, М.Ф.Казаков, И.Е.Старов.

В 1756 г. в Петербурге создается первый русский театр, возникший сначала в Ярославле благодаря деятельности талантливого режиссера и актера Ф.Г.Волкова. Очень много сделал для развития русского театра преемник Волкова его друг И.А.Дмитревский. В истории русского театра немалое значение имел крепостной театр, особенно графа Н.П.Шереметьева в его подмосковных усадьбах – Кусково и Останкино.

2. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ В КОНЦЕ XVIII – ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIXв.

Социально‑вкономическое развитие России в первой половине XIX в.

Важнейшей особенностью социально‑экономического развития России в первой половине XIX в. (или, как принято говорить, в предреформенные годы) являлся прогрессирующий процесс разложения феодально‑крепостнической системы. Начало этого процесса можно отмести ко второй половине XVIII в., более отчетливо он стал проявляться в последнее его тридцатилетие. В 30‑50‑е годы XIX в. противоречия между старыми феодальными производственными отношениями и развивающимися производственными силами общества достигают степени конфликта, т.е. перерастают в кризис феодального способа производства. В недрах крепостнической системы в этот период развивались новые капиталистические отношения.

Современная отечественная историография отказывается от бытовавшей ранее трактовки кризиса феодально‑крепостнической системы как времени состояния полного упадка. Наряду с кризисными явлениями (регрессивными процессами, происходившими в помещичьей деревне, базировавшейся на крепостном труде) наблюдалось и заметное развитие производственных сил. Правда, происходило оно прежде всего на базе мелкотоварного и капиталистического производства.

Сельское хозяйство

В условиях аграрной страны эти процессы наиболее рельефно проявлялись в сельскохозяйственной сфере. Для феодализма в целом характерна феодальная собственность на землю (помещика или феодального государства) при наличии мелкого крестьянского хозяйства, имевшего свой земельный надел и другие средства производства и включенного в экономическую структуру хозяйства феодала. При этом хозяйство носило натуральный характер, а принуждение было внеэкономическим (личная зависимость крестьянина от помещика), свойственным для этого способа производства был и низкий рутинный уровень применяемой техники.

Россия с ее практически неограниченными природными и людскими ресурсами развивалась в первой половине XIX в. весьма медленно. Рост товарно‑денежных отношений, вызывавший заинтересованность помещиков в повышении доходности своих хозяйств, при сохраненни барщинной формы эксплуатации неминуемо вел к расширению собственной запашки помещика. Происходить это могло либо за счет распашки других угодий (лесных массивов, покосов и т.п.), либо за счет сокращения земельных наделов крестьян. В первом случае это зачастую приводило к нарушению сложившегося баланса в структуре угодий, сокращению поголовья скота (и, как следствие, снижению количества удобрения, выносимого на поля). Во втором – подрывалась экономика крестьянского хозяйства. В России в первой половине XIX в. наблюдались случаи, когда помещики вообще отбирали землю у своих крестьян, переводя их на месячный паек («месячину»). Крестьяне не были заинтересованы в результатах своего труда, что вызывало падение его производительности. В процентном отношении количество барщинных хозяйств не только не сокращалось, но даже несколько выросло.

В оброчных хозяйствах усиление эксплуатации приводило к увеличению размеров оброка, который к тому же все чаще помещики взимали в денежной форме. Резкое увеличение размеров оброка заставляло крестьян отрываться от земли и искать заработки на стороне,что также понижало уровень сельскохозяйственного производства.

Для крепостного хозяйства этого периода были характерны обеднение крестьянства, рост задолженности крестьянских хозяйств помещикам, принимавший хронические формы. В неурожайные годы, которые систематически повторялись в России, эти хозяйства оказывались совершенно беспомощными и постоянно балансировали на грани разорения.

Не лучше обстояло дело и в помещичьих хозяйствах. Средства, получаемые российским дворянством от эксплуатации своих крестьян, редко вкладывались в хозяйство, бездумно растрачивались и выбрасывались на ветер. К 1859 г., по данным С.Я.Борового, 66% крепостных крестьян в России были заложены и перезаложены в кредитных учреждениях (по некоторым губерниям эта цифра доходила до 90%).

Капиталистические элементы в сельском хозяйстве развивались весьма медленно. Это было обусловлено, прежде всего, тем, что огромные массивы земли, принадлежавшие помещикам и казне, фактически были исключены из товарного оборота. Земельный фонд, на котором могли развиваться капиталистические хозяйства, оказался весьма ограниченным (земля арендовалась или занимались земельные участки в колонизуемых регионах).

Однако, несмотря на кризисные явления, сельское хозяйство России развивалось и в этот период. Особенно заметно поступательное движение в конце XVIII и в первой трети XIX в. Современные историки объясняют это тем обстоятельством, что феодальная система хозяйствования еще полностью не исчерпала своих возможностей.

Хотя валовой сбор зерновых за этот период увеличился примерно в 1,4 раза, эти успехи были достигнуты в основном экстенсивными методами – за счет увеличения посевных площадей. Осваивались южные и юговосточные степные районы: область Войска Донского, Южная Украина (по расчетам В.К.Янунского площади под пашней увеличились здесь более чем в три раза). Важно отметить, что юг России становится районом интенсивной колонизации, здесь более высокими темпами развивалось свободное предпринимательство, а хлеб через черноморские порты вывозился на экспорт. Расширялись посевные площади на Среднем и Нижнем Поволжье, однако местный хлеб поступал в основном на внутренний рынок.

Урожайность зерновых культур была еще крайне низкой, в обычные годы она составляла сам 2,5‑3 (на одно зерно посева 2,5‑3 зерна урожая), агрономические приемы были весьма неразвиты (господствовало традиционное трехполье – яровые – озимые – пар, в лесистых районах севера и северо‑запада страны было распространено подсечное земледелие, в степной полосе – залежная система). Однако попытки поднять сельск охозяйственное производство наблюдались в этот период все чаще. В Россию из‑за границы выписывалась сельскохозяйственная техника, появлялись и местные изобретения (льнотрепальная машина крестьянина X.Алексеева, сенокосная машина А.Хитрина), которые выставлялись на сельскохозяйственных выставках. Создавались земледельческие общества, принимавшие меры по подъему сельского хозяйства. Однако в рамках страны все эти меры были весьма незначительны. По новейшим расчетам интерес к таким усовершенствованиям проявляли всего 3‑4% помещиков, среди крестьян они встречались гораздо реже.

Промышленность

Наиболее заметным явлением в развитии русской промышленности стало начало промышленного переворота. В техническом плане он выразился в переходе от мануфактуры (где уже наблюдалось внутрипроизводственное разделение труда и частично применялось водяное колесо) к фабрике, оборудованной паровыми двигателями. Социальный аспект состоял в том, что в ходе промышленного переворота происходило быстрое формирование двух классов капиталистического общества – промышленного пролетариата и буржуазии.

В отечественной историографии существуют различные точки зрения относительно времени начала и завершения промышленного переворота. Так, С.Г.Струмилин считал, что промышленный переворот в России завершился еще до отмены крепостного права, в отличие от него П.Г.Рындзюнский предполагал, что переворот происходил в 60‑90‑е годы XIX в. Большинство историков относит его начало к 30‑40‑м годам XIX в., связывая его с распространением на транспорте и в промышленности паровых машин.

По новейшим подсчетам, на рубеже 50‑60‑х годов XIX в. фабрики составляли около 18% от общего числа крупных предприятий, на них было занято почти 45% всех рабочих (почти 300 тыс. человек).

Крепостное право в России задерживало как техническое переоснащение предприятий, так и формирование пролетариата. Широкое применение новой техники требовало перехода к наемному труду, но труд крепостных и посессионных рабочих обходился дешевле, чем затраты на механизацию производства и покупку рабочей силы. Противоречие заключалось и в том, что, будучи более дешевым, такой труд был гораздо менее производительным по сравнению с трудом вольнонаемных рабочих. В то же время значительная часть этих рабочих состояла из крепостных крестьян, отпущенных на оброк.

Несмотря на тормозящее влияние крепостного права, развитие промышленности с началом промышленного переворота значительно ускорилось, однако от европейских стран Россия в это время отставала все больше и больше (особенно заметно это было при сравнении количества продукции, приходящейся на душу населения).

Транспорт

Важные прогрессивные изменения произошли в России в области транспорта. В первой половине XIX в. в стране появились железные дороги: Царскосельская (1837), Варшавско‑Венская (1839‑1848), Петербургско‑Московская (1843‑1851). В предреформенвые годы было построено свыше 8 тыс. верст шоссейных дорог. Однако этого было явно недостаточно для огромной страны. Основная масса грузов по‑прежнему перевозилась по воде. На рубеже XVIII‑XIX вв. была построена система каналов, связавшая Волгу с Балтийским бассейном (Мариинская и Тихвинская системы), Днепр через Огинский, Березинский, Днепровско‑Бугский канал был связан с западными реками. Заметно выросло число пароходов. Первый пароход был испытан на Неве в 1815г., а в 1860 г. по рекам, озерам и морям России плавало уже более 300 пароходов.

Торговля

Одним из важнейших процессов, характеризующих социально‑экономическое развитие России, было складывание единого всероссийского рынка. В современной исторической литературе существуют разные точки зрения по этому вопросу. И.Д.Ковальченко и Л.В.Милов относят образование единого всероссийского рынка к 80‑м годам XIX в., Б.Н.Миронов признает функционирование общероссийского товарного рынка уже в конце XVIII в., отмечая, впрочем, его отличительные черты по сравнению со всероссийским капиталистическим рынком (в частности, невысокую степень проникновения товарных отношений в аграрный сектор экономики).

Важной формой торговли в первой половине XIX в. были ярмарки. Торговые обороты некоторых из них оценивались в десятки миллионов рублей. Крупнейшими ярмарками России были Нижегородская, Ирбитская (в Сибири), Коренная (под Курском), многочисленные украинские ярмарки – общее число ярмарок приближалось к 4 тыс. Следует, однако, отметить, что наряду с ярмарками успешно развивалась и постоянная (магазинная) торговля, широко развита была и торговля вразнос.

Развитию товарно‑денежных отношений в стране способствовало образование хозяйственных регионов, специализировавшихся в различных отраслях промышленного и сельскохозяйственного производства. Различия между регионами отчетливо прослеживаются в первой половине XIX в. Одним из важнейших для экономики страны был в это время Центрально‑промышленный регион, включавший Московскую, Владимирскую, Калужскую, Костромскую, Нижегородскую, Тверскую, Ярославскую губернии. Здесь были расположены крупные торговые и промышленные центры страны, в деревнях широкое распространение получили промыслы, значительное развитие имело и сельское хозяйство. Центрами горной и металлургической промышленности были Урал и Приуралье, где находились крупные заводы, к которым были приписаны крепостные крестьяне и сотни тысяч десятин земельных угодий. Северо‑западаый регион (С.‑Петербургская, Новгородская и Псковская губернии) тяготел к столице – крупнейшему торговому, промышленному и административному центру страны. В Новгородской губернии были широко распространены самые разнообразные крестьянские промыслы, в Псковской губернии особое значение приобретает выращивание и обработка льна, который вывозился не только на внутренний рынок, но и за граничу. Центрально‑черноземный регион (Воронежская, Курская и др. губернии черноземной полосы) был земледельческим районом с отчетливо выраженной барщинной системой хозяйства, именно здесь наиболее сильны были крепостные порядки, сдерживающие поступательное экономическое развитие. На севере страны, с его редким населением и слабо развитой промышленностью, практически не было помещичьего землевладелия. В Архангельской, Вологодской, Олонецкой губерниях огромные лесные массивы во многом определили и характер хозяйственной деятельности (охота, рыболовство, подсечное земледелие), постепенно расширялось в регионе торговое животноводство. Интенсивно развивалось сельское хозяйство в Прибалтике и Литве, где значительных размеров достиг экспорт сельскохозяйственной продукции за границу. Многопрофильное сельское хозяйство велось на Украине, однако и здесь и в Белоруссии преобладали барщинные помещичьи хозяйства. Районами интенсивной колонизации были юг России, степное Предкавказье, Поволжье.

Образование хозяйственных регионов было важным показателем развития специализации, оно способствовало подъему экономики в стране, общественному разделению труда и повышению его производительности.

Изменения в социальной структуре общества

Одним из симптомов кризиса крепостничества стало сокращение удельного веса крепостных крестьян. Если в начале XIX в. крепостные крестьяне составляли большинство населения страны, то к концу 50‑х годов их доля снизилась до 37%. Скорее всего это объясняется не столько сокращением естественного прироста крепостного населения России, сколько переводом крепостных в другие сословия.

Несмотря на то что Россия по‑прежнему оставалась сельской страной (к середине XIX в. численность городского населения составляла примерно 8%), тенденция к росту количества городов проявлялась весьма определенно. Общее число городов за 50 лет увеличилось с 600 до 1000, а количество горожан выросло в 2,2 раза. Это существенно превышало рост населения в целом.

Рост экономики страны, в том числе и определенный подъем производительных сил в деревне, способствовали развитию процесса социального расслоения в среде крестьянства. Он был связан с выделением так называемых «капиталистых» крестьян, занимавшихся торговлей, ростовщичеством, предпринимательством, которые эксплуатировали труд других крестьян. Иногда такие крестьяне сами приобретали крепостных, записывая их на имя своего помещика. Этот процесс шел в дореформенный период весьма медленно и существенно различался у разных групп крестьян. Так, у государственных крестьян он шел гораздо быстрее, чем у крестьян помещичьих. В оброчной деревне он проявлялся более отчетлово, чем среди крестьян, находившихся на барщине. По‑разному он протекал в отдельных губерниях России.

Результатом социально‑экономического развития в рассматриваемый период стало формирование новых социальных слоев – промышленных рабочих и буржуазии. Русский наемный рабочий в это время чаще всего был либо помещичьим крестьянином, отпущенным в город за оброком, либо государственным крестьянином, также еще тесно связанным со своей деревней, землей, общиной.

В среде буржуазии преобладали торговцы, купечество, которые все чаще начинали вкладывать деньги в предпринимательство. Среди русских предпринимателей были и состоятельные крестьяне, владевшие тысячами и десятками тысяч рублей, но в то же время зачастую остававшиеся крепостными людьми. Многие из них пытались выкупиться на волю, уплачивая крупные суммы денег.

Внутренняя политика Павла I

После смерти Екатерины II (1796) императором стал ее сын Павел I (1796‑1801). Время его правления в отечественной историографии оценивается поразному. Этому способствовал и противоречивый характер императора (он был неуравновешен и неврастеничен, подвержен припадкам ярости, граничившим с безумием), и сложное время, на которое пришлось это короткое царствование. Выдающийся русский историк В.О.Ключевский писал, что новый император принес на престол «не столько обдуманных мыслей, сколько накипевших при крайней неразвитости, если не при полном притуплении политического сознания и гражданского чувства, и при безобразно исковерканном характере горьких чувств». В то же время в некоторых исследованиях этот период противопоставляется последним годам царствования Екатерины II как время преобразований, «справедливости и строгости».

Царствование Павла пришлось на те годы, когда в России множились признаки будущих политических потрясений. Новый император видел перед собой призрак пугачевщины (пережитой его матерью), симптомы революции (об этом ему напоминали французские события и судьба казненного Людовика XVI) и опасность государственного переворота (жертвой дворцового заговора стал в свое время его отец – Петр III). Идея удержать и усилить самодержавную власть, сильно ослабевшую в конце предыдущего правления, связывалась в сознании Павла I уже не с «просвещенным абсолютизмом», а с опорой на авторитаоную силу.

В столице новый император постарался установить те же порядки прусской казармы времен Фридриха II, которые были в его гатчинской резиденции (Екатерина II не любила сына, он фактически был удален от двора и жил в Гатчине, недалеко от С.‑Петербурга). Традиции русской армии, принесшие ей славу, не устраивали императора: его идеалом была прусская военная система, выбивавшая из солдат всякую инициативу. Ежедневно на площади перед дворцом проходили смотры‑вахтпарады, во время которых за малейшую провинность можно было попасть в опалу. Были в военных преобразованиях Павла и положительные элементы: он исключил из армии числившихся в ней, но не служивших офицеров, заставил нести тяготы военной жизни столичных гвардейских офицеров, которые при Екатери не вели праздную жизнь. Однако служба при Павле носила бессмысленный, формальный характер, проходила в обстановке неуверенности и страха.

Крестьянская политика при Павле I по сути дела была продолжением тенденций, существовавших во времена Екатерины. В руки помещиков было передано около 600 тыс. государственных крестьян, жестоко подавлялось малейшее проявление недовольства в крестьянской среде. Вместе с тем, желая ослабить социальную напряженность в деревне, Павел попытался внести элемент упорядоченности в отношения крестьян и помещиков. Так, указ о трехдневной барщине рекомендовал помещикам ограничить эксплуатацию крестьян на барской запашке тремя днями в неделю, было запрещено продавать «с молотка» дворовых и безземельных крестьян.

Была предпринята попытка предельно централизовать государственное управление. Значительно выросла роль генерал‑прокурора Сената, повсеместно ограничивалась коллегиальность в управлении.

Укрепить самодержавную власть должен был новый закон о престолонаследии (1797), не допускавший женского правления, которое вносило элемент нестабильности в династические отношения в бурном XVIII в.

Решительно пресекались Павлом все попытки проникновения в Россию европейского свободомыслия. Был запрещен ввоз иностранной литературы, резко отрицательное отношение к революционной Франции проявилось и во внешней политике.

Внешняя политика России в царствование Павла I

В области внешней политики император Павел I продолжил борьбу с Французской революцией, начатую его матерью. Активная завоевательная политика Франции в этот период вызывала растущие опасения европейских держав, которые образовали новую антифранцузскую коалицию (Англия, Россия, Австрия, Турция и Неаполитанское королевство). Основным театром военных действий с участием русских войск в войне 1798‑1799 гг. стали Средиземное море, Италия и Швейцария.

Осенью 1798 г. русский флот под командованием Ф.Ф.Ушакова вошел в Адриатическое море и совместно с турецкой эскадрой начал боевые операции против французских войск на Ионических островах. В феврале 1799 г. русские корабли, высадив десант, взяли считавшиеся неприступными крепостные сооружения о. Корфу и, очистив архипелаг от французов, двинулись к итальянскому побережью.

Десант, высаженный на восточном побережье Апеннинского полуострова, с боями пересек его с востока на запад, освободив от французов Неаполь и Рим.

В 1799 г. русско‑австрийские войска под командованием А.В.Суворова одержали ряд блестящих побед над французскими генералами Макдональдом, Моро, Жубером в Северной Италии. В апреле 1799 г. была одержана победа на р. Адде. в июне – на р. Треббии, в июле была взята Мантуя, в августе французы были разбиты при Нови. Однако успехи Суворова вызывали сильнейшие опасения у австрийцев, которые боялись усиления русского влияния и стремились к установлению своего господства на освобожденных от французов итальянских территориях.

В сентябре 1799 г. русские войска оставили Италию и двинулись в Швейцарию на соединение с русским корпусом генерала А.М.Римского‑Корсакова. Войска Суворова, выбив французов с перевала Сен‑Готард и разбив неприятеля у Чертова моста, вышли в Муттенскую долину. Однако из‑за предательской тактики австрийцев развить успех не удалось. Корпус Римского‑Корсакова был разбит, а войска Суворова были окружены превосходящими силами противника. В ожесточенных боях они сумели пробиться через горные перевалы и вышли из окружения.

Трения в отношениях между союзниками привели в конечном счете к изменению направления во внешней политике России. Новый курс на сближение с Францией привел к англо‑русским осложнениям, что привело к разрыву экономических отношений. В Петербурге рассматривали возможность войны с Англией (предполагалось направить казачьи полки в Индию, балтийский флот готовился к операциям на море).

Однако такое изменение внешнеполитического курса вызвало недовольство в дворянских кругах, заинтересованных в торговле с Англией, что стало одной из причин заговора против Павла I.

Убийство Павла I

Жесткие, доходящие до жестокости методы управления Павла I, созданная им обстановка страха и неуверенности, недовольство высших дворянских кругов (лишенных былой свободы и привилегий), столичного гвардейского офицерства, нестабильность политического курса привели к возникновению заговора против императора. Нити его сошлись в руках петербургского военного губернатора графа П.Д.Палена, контролировавшего ситуацию в столице. В ночь с 11 на 12 марта 1801 г. Павел I был убит заговорщиками в своем новом, только что построенном в Петербурге Михайловском замке. Престол наследовал его сын Александр I.

Внутренняя политика Александра I в 1801‑1812 гг.

Дворцовый переворот 11 марта 1801 г. продемонстрировал стремление части правящих кругов усилить роль дворянства в управлении страной, несколько ограничив при этом личный произвол монарха. Уроки павловского царствовании и Французской революции, проникновение в Россию просветительской идеологии, осуждавшей деспотиям и феодальные порядки, способствовали распространению в верхах реформаторских воззрений, появлению различных преобразовательных планов, призванных пресечь самовластье царя и злоупотребления помещиков. Новый император Александр I (1777‑1825) в целом разделял эти взгляды. Идеи эпохи Просвещения оказали известное влияние на Александра I. Царь стремился модернизировать социально‑экономические и политические институты (он имел, в частности, программу решения крестьянского вопроса путем постепенной ликвидации крепостного права), надеясь тем самым избавить страну от внутренних потрясений.

Воцарение Александра I ознаменовалось серией мер, отменявших те распоряжения Павла I, которые вызвали недовольство дворянства. В армию возвращались уволенные Павлом I офицеры, политические заключенные освобождались, был разрешен свободный въезд и выезд из страны, уничтожена «тайная экспедиция» и т.п.

Первые годы правления Александра I характеризовались острой борьбой в верхах вокруг проектов различных реформ социально‑экономического и политического характера. В правящих кругах существовали различные группировки, каждая из которых имела свои рецепты решения стоявших перед страной проблем. «Молодые друзья» императора (П.А.Строганов, Н.Н.Новосильцев, В.П.Кочубей, А.Чарторыйский), образовав так называемый Негласный комитет, в рамках которого они обсуждали с императором важнейшие вопросы государственной жизни, выступали за отмену в будущем крепостного права и превращение России (также в перспективе) в конституционную монархию. Сановники екатерининского царствования («екатерининские старики») стремились усилить влияние вельможно‑бюрократических верхов на управление империей. С этой целью они ратовали за расширение функций Сената, в частности – за предоставление ему возможности оказывать воздействие на законодательный процесс. «Екатерининские старики» были противниками каких‑либо перемен в отношениях между крестьянами и помещиками. За более широкие преобразования высказывались участники дворцового переворота, возглавлявшиеся бывшим фаворитом Екатерины II П.А.Зубовым. Они добивались превращения Сената в представительный орган дворянских верхов, наделения его законосовещательными правами чтобы поставить законодательную деятельность царя под контроль высшего дворянства. Эта группировка допускала возможность известного ограничения помещичьей власти над крестьянами, а в перспективе была готова к постепенной ликвидации крепостного права. Наконец) в среде высшей бюрократии имелось немало противников вообще любых перемен. В сохранении существующих порядков они видели самую надежную гарантию общественной стабильности.

Основная масса дворянства была также настроена весьма консервативно. Она стремилась сохранить свои привилегии и прежде всего – безграничную власть помещиков над крестьянами. Затишье, наступившее в деревне после подавления мощной волны крестьянских выступлений 1796‑1797 гг., укрепляло уверенность подавляющего большинства дворянства в незыблемости существующего строя. Широкие слои помещиков негативно относились к любым попыткам ограничить свободу волеизъявления императора. В этой связи реформаторские планы, вынашивавшиеся различными представителями правящих кругов, не встречали сочувствия в дворянской массе. Слой просвещенных дворян, в которых Александр I видел опору своих реформаторских начинаний, был слишком тонок. Любые действия царя, затрагивавшие помещичьи привилегии, грозили новым дворцовым переворотом.

В этой связи в социально‑экономической области царь смог провести лишь некоторые скромные преобразования, ни в коей мере не затрагивавшие крепостнические порядки и представлявшие собой незначительную уступку зажиточным слоям города и деревни. 12 декабря 1801 г. купцам, мещанам и казенным крестьянам была предоставлена возможность приобретать в собственность ненаселенные земли (ранее владение землей, населенной или ненаселенной, было монопольным правом дворянства). 20 февраля 1803 г. появился указ, в соответствии с которым крепостные крестьяне могли с согласия помещиков выкупаться на волю с землей целыми селениями. Получившие этим путем свободу крестьяне должны были именоваться «свободными хлебопашцами». Число «свободных хлебопашцев» в итоге оказалось очень небольшим. Акт 20 февраля 1803 г. в первую четверть XIX в. был применен в 161 случае и коснулся лишь 47153 крестьян мужского пола. Меры, призванные в той или иной степени ограничить помещичий произвол, затронули лишь Прибалтику. В 1804 г. крестьяне Лифляндии и Эстляндии были объявлены пожизненными и наследственными владельцами своих земельных наделов. При этом устанавливались фиксированные размеры крестьянских повинностей, что не позволяло помещикам повышать их по своему усмотрению.

Лишь на бумаге остались планы преобразований, призванные внести более или менее существенные перемены в систему управления Российской империи. Александр I вынужден был считаться как с приверженностью основной массы дворян принципам самодержавия, так и с тем, что введение элементов представительства (мыслившегося, естественно, как представительство дворянское), при нежелании помещиков поступаться даже частью своих привилегий, затруднило бы проведение в жизнь мероприятий, противоречащих интересам первого сословия империи. В результате дело ограничилось лишь актами, совершенствовавшими организацию бюрократического аппарата. Правда, 8 сентября 1802 г. появился указ о правах Сената, в какой‑то мере учитывавший олигархические настроения «екатерининских стариков». Сенат получил возможность делать царю представления относительно указов в тех случаях, если последние противоречили действующим законам или создавали какие‑либо затруднения. Однако попытка сенаторов в 1803 г. воспользоваться этим правом вызвала негативную реакцию Александра I. В итоге Сенат лишился предоставленной ему (впрочем, чрезвычайно скромной) возможности следить за законностью действий верховной власти. 8 сентября 1802 г. царь подписал Манифест об учреждении министерств. Этот акт в известной степени юридически оформлял наметившийся еще в XVIII в. процесс постепенного вытеснения коллегиальных начал в центральном управлении, введенных Петром I, принципами единоначалия. Усложнение задач, стоявших перед самодержавием, по мере того как общественный прогресс менял жизнь страны, требовало повышения гибкости и оперативности в работе бюрократической машины. Коллежская система управления с ее медлительным делопроизводством не отвечала требованиям времени. Издание этого Манифеста подготавливало почву для замены коллегий министерствами, в которых вся власть сосредоточивалась в руках одного лица – министра, назначавшегося царем и отвечавшего за свои действия только перед монархом. Сами коллегии первоначально не были ликвидированы. Они вошли в состав соответствующих министерств и продолжали заниматься решением текущих вопросов государственного управления.

В начале царствования Александра I были приняты некоторые меры, призванные способствовать развитию просвещения. В 1803 г. вступило в силу положение об устройстве учебных заведений. Кроме того, в Дерпте, Вильно, Казани и Харькове были основаны университеты, а в Петербурге Педагогический институт, преобразованный впоследствии в Главный педагогический институт, а в 1819 г. – в Университет.

В целом реформы первых лет александровского царствования не внесли сколько‑нибудь крупных перемен в жизнь страны. Начавшаяся в 1805 г. война с Францией вообще временно сняла с повестки дня вопрос о каких бы то ни было преобразованиях.

После окончания боевых действий и заключения в 1807 г. Тильзитского мира с Наполеоном проблема реформ снова становится объектом обсуждения в правящих кругах. Преобразовательные планы в этот период были связаны с именем выдающегося государственного деятеля М.М.Сперанского (1772‑1839), одного из ближайших советников Александра I. В 1809 г. М.М.Сперанский составил «Введение к Уложению государственных законов», в котором содержалась обширная программа серьезных реформ. Их своевременное проведение в жизнь, по мысли М.М.Сперанского, должно было избавить страну от революционных потрясений, которые пережила Европа. В основу задуманной им политической реформы закладывался присущий правовому государству принцип разделения властей, предполагающий размежевание законодательных, исполнительных и судебных функций и создание соответствующих структур. План М.М.Сперанского предусматривал образование предстаивтельного органа с законодательными функциями (на манер парламента) в лице Государственной думы. Она мыслилась как учреждение, ограничивающее власть монарха. На местах создавались губернские, окружные и волостные думы. Избирательные права М.М.Сперанский собирался предоставить дворянству и лицам «среднего состояния» (купечеству, государственным крестьянам и т.п.). Исполнительная власть средоточивалась в министерствах, а высшей судебной инстанцией должен был являться Сенат. Проектируемую М.М.Сперанским систему законодательных, исполнительных и судебных инстанций венчал Государственный Совет, который должен был играть роль связующего звена между царем и всеми государственными структурами. Члены Совета назначались императором.

Ликвидации крепостного права план М.М.Сперанского не предусматривал. Однако М.М.Сперанский выступал за ограничение помещичьей власти над крестьянами. Последние получали определенные гражданские права. В частности, ни одно лицо, по мысли М.М.Сперанского, не могло быть наказано без суда.

Преобразовательные проекты М.М.Сперанского стали объектом острейшей борьбы в верхах. Консервативная часть дворянства и бюрократии выступала против реформаторских замыслов М.М.Сперанского, усматривая в них подрыв вековых устоев империи. Соответствующая точка зрения в развернутом виде была изложена выдающимся русским историком Н.М.Карамзиным в «Записке о древней и новой России» (1811), которая адресовалась Александру I. Рассматривая самодержавие как необходимое условие благополучия страны, Н.М.Карамзин категорически осуждал любые попытки ограничения верховной власти. В конечном счете реализовать свои планы в целом М.М.Сперанскому не удалось. Александр I, помня о судьбе отца, не мог игнорировать решительного неприятия реформаторских начинаний своего советника основной массой дворянства и высшей бюрократии. Правда, в 1810 г. был образован Государственный совет как законосовещательный орган при императоре. В 1811 г. вступило в силу «Общее учреждение министерств», подготовленное М.М.Сперанским. Этот обширный законодательный акт определял основные принципы организационного устройства министерств, порядок их деятельности. Данным законом была в целом завершена начатая в 1802 г. министерская реформа (большинство коллегий к 1811 г. прекратило свое существование). Этими мерами, направленными на совершенствование бюрократической машины, дело и ограничилось. Ненависть консервативных кругов к М.М.Сперанскому была столь сильна, что Александру I пришлось пожертвовать своим сподвижником. В марте 1812 г. М.М.Сперанский был отстранен от государственной службы и сослан – сначала в Нижний Новгород, а потом в Пермь. Попытки реализации широкой программы либеральных реформ потерпели крах.

Внешняя политика России в 1801‑1812 гг.

Дворцовый переворт 11 марта 1801 г. Правел к изменениям и во внешнеполитическом курсе царизма. Александр I сразу же предпринял шаги для урегулирования конфликта с Англией, который вызывал недовольство широких кругов российского дворянства. Он отменил организованный Павлом I поход донских казаков в Индию. В июне 1801 г. между Россией и Англией была заключена морская конвенция, положившая конец конфликту.

Отказ от вражды с Англией не означал, однако, линии на разрыв с Францией. Переговоры с ней продолжались и в октябре 1801 г. завершились подписанием мирного договора и секретной конвенции. На соглашение с Францией пошли и другие участники распавшейся коалиции. В 1802 г. в Амьене был заключен мирный договор между Англией и Францией.

В Восточном вопросе русская дипломатия в первые годы XIX в. проводила весьма осторожную политику, стараясь избегать каких‑либо осложнений в отношениях с Османской империей. Александр I сдерживал активность русских военачальников в Закавказье и не сразу решился осуществить намерение отца, собиравшегося в соответствии с просьбой картлийско‑кахетинского царя Георгия XII присоединить к России Восточную Грузию. Лишь 12 сентября 1802 г. Александр I подписал Манифест о включении Восточной Грузии в состав Российской империи. В результате за Кавказским хребтом Россия приобрела выгодный стратегический плацдарм. Под власть России начали переходить азербайджанские ханства. Это вызвало недовольство в Тегеране и в конечном счете – русско‑персидскую войну, которая началась в 1804 г. и продолжалась до 1813 г. Конфликт закончился победой России. По Гюлистанскому мирному договору территория Северного Азербайджана была присоединена к Российской империи.

Наступившее в первые годы XIX в. затишье в Европе оказалось недолгим. В 1803 г. война между Англией и Францией вспыхнула снова. Россия тоже не осталась в стороне от этого конфликта. Ее отношения с Францией начали ухудшаться. Наполеоновская экспансия в Центральной Европе подрывала русское влияние в Германии Интересы России и Франции сталкивались на Балканах, где французская дипломатия начала проявлять большую активность. В 1804 г. по приказу Наполеона был расстрелян представитель династий Бурбонов герцог Энгиенский, обвиненный в заговоре против главы французского государства. Феодально‑абсолютистские режимы Европы негодовали. В сентябре 1804 г. дипломатические отношения между Россией и Францией были прерваны.

В конечном счете сформировалась третья антифранцузская калиция, участниками которой являлись Россия, Англия, Австрия, Швеция и неаполитанское королевство. В 1805 г. русская армия под командованием М.И.Кутузова выступила в поход. Военные действия развивались для союзников неудачно. Австрийская армия была окружена Наполеоном в Ульме и капитулировала. М.И.Кутузову, правда, удалось вывести из‑под удара русские войска, оказавшиеся после разгрома основных сил австрийцев в очень тяжелом положении. Сражение при Аустерлице, происшедшее 2 декабря 1805 г., было, однако, союзниками проиграно с большими потерями. Третья коалиция фактически прекратила существование после того, как в декабре 1805 г. Австрия заключила мир с Наполеоном.

Борьба с Францией вступила вскоре в новую фазу. Осенью 1806 г. сложилась четвертая анитифранцузская коалиция, объединившая Россию, Англию, Пруссию и Швецию. Наполеон молниеносным ударом наголову разгромил прусскую армию, занял Берлин и оккупировал большую часть территории Пруссии. Театр военных действий приблизился к западным границам России. Зимняя кампания 1806‑1807 гг. оказалась для французов весьма тяжелой. В кровопролитном сражении у Прейсиш‑Эйлау Наполеону не удалось разгромить русскую армию. Тем не менее в битве при Фридланде в июне 1807 г. Наполеон одержал победу. Это обстоятельство, а также обозначившееся ухудшение русско‑английских отношений вынудило Александра I начать переговоры с Наполеоном. 7 июля 1807 г. в Тильзите были подписаны мирный договор между Россией и Францией и направленный против Англии союзный трактат. Александру I пришлось признать осуществленную Наполеоном перекройку карты Европы. Царь, впрочем, сумел убедить Наполеона сохранить Пруссию как самостоятельное государство, хотя и в крайне урезанных границах. Из отнятых у Пруссии польских земель Наполеон образовал герцогство Варшавское. Став союзником Франции, Россия брала на себя обязательство присоединиться к объявленной Наполеоном континентальной блокаде Англии.

Международное положение России после Тильзитского мира оставалось весьма сложным. Поражение в борьбе с Францией Александр I попытался компенсировать завоеванием Финляндии. В 1808 г. началась русскошведская война, окончивнаяся поражением Швеции. По Фридрихсгамскому мирному договору (1809) к России была присоединена Финляндия, получившая весьма широкую автономию в составе империи. Еще в 1806 г. началась русско‑турецкая война. Русский флот под командованием Д.Н.Сенявина одержал ряд крупных побед над флотом Османской империи. Однако боевые действия затянулись. Лишь в мае 1812 г. М.И.Кутузов, разбив турецкие войска при Рущуке, вынудил Османскую империю заключить мир. По условиям Бухарестского мира к России отошли Бессарабия и часть Черноморского побережья Кавказа с городом Сухуми.

Союз России и Франции, заключенный в Тильзите, оказался весьма непрочным. Отношения между обоими партнерами довольно быстро начали ухудшаться. Разрыв торговых связей с Англией в результате присоединения России к континентальной блокаде сильно ударил по интересам русских помещиков и купцов, повлек расстройство финансовой системы страны. Александр I уклонялся от строгого соблюдения условий блокады, что вызывало раздражение Наполеона. Александр I, опять‑таки к неудовольствию Наполеона, стремился проводить самостоятельную линию в международных делах, фактически отказавшись, в частности, помочь Франции во время ее войны с Австрией в 1809 г. Господство Наполеона практически над всей Европой создавало постоянную угрозу России и, кроме того, противоречило собственным внешнеполитическим амбициям царя. Неудачное сватовство французского императора, задумавшего было жениться на сестре Александра I Анне Павловне, присоединение к Франции герцогства Ольденбургского, которым владел родственник царя, способствовали дальнейшему усилению франко‑русских противоречий и готовили почву для новой большой войны на европейском континенте.

Отечественная воина 1812 г.

Готовиться к войне с Россией Наполеон начал еще с января 1811 г. В феврале‑марте 1812 г. были заключены франко‑прусский и франко‑австрийский договоры, в соответствии с которыми Австрия и Пруссия обязывались выставить для будущей войны состветственно 30 и 20 тыс. солдат. Наполеоновская армия, предназначенная для вторжения в Россию, представляла собой грозную силу. Общая численность войск в зоне вторжения в июне 1812 г. равнялась 448 тыс. человек. Вместе же с резервами, оставшимися в Германии и герцогстве Варшавском, французская армия насчитывала более 600 тыс. человек. Руководимая талантливейшим полководцем, каковым являлся Наполеон, блестящей плеядой маршалов, эта армия могла решать самые сложные боевые задачи. В ее рядах служили представители всех народов подвластной Наполеону Европы.

Приближение войны ощущалось и в России. Страна готовилась к борьбе, причем не только оборонительной, по и наступательной. Уже в начале 1811 г. Александр I планировал начать военные действия на территории Польши. Однако лидер польских националистов Ю.Понятовский (будущий маршал Франции), которого друг Александра I польский князь А.Чарторыйский попытался было привлечь на сторону России, сообщил Наполеону о замыслах Александра I. Осенью 1811 г. русская дипломатия вела переговоры с Пруссией о совместном выступлении против Франции. Однако и эти планы не осуществились, поскольку Пруссия из страха перед Наполеоном не поддержала Россию и в конечном счете примкнула к Франции. Тем не менее весной 1812 г. был заключен договор о союзе и взаимной помощи между Россией и Швецей. Это соглашение обеспечивало безопасность северо‑западных рубежей империи. Бухарестский мир с Турцией позволил России высвободить значительные силы для борьбы с Наполеоном.

Русская армия представляла собой значительную боевую величину. Традиционно в исторической литературе численность сконцентрированных, на западной границе империи войск определялась в 240 тыс. человек. Как показали последние изыскания, в действительности границу прикрывало примерно 312 тыс. человек. Кроме того, 83 тыс. человек находилось на флангах. По оснащенности артиллерией русская армия не только не уступала, но в некотором отношении превосходила французскую. Занимавший с 1810 г. пост военного министра М.Б.Барклай де Толли напряженно работал над повышением боевой мощи войск, хотя господствовавшие в стране феодально‑крепостнические порядки затрудняли мобилизацию имеющихся ресурсов. Среди русских генералов имелось немало талантливых военачальников П.И.Багратион, А.П.Ермолов, Н.Н.Раевссий и др. Особую роль в войне сыграл выдающийся русский полководец М.И.Кутузов.

12 июня 1812 г. переходом французской армии через Неман началось вторжение Наполеона в Россию. Бытовавшее мнение о том, что русские войска готовились к боевым действиям по плану бездарного прусского генерала К.Фуля, не имеет под собой достаточных оснований. Главным из множества русских военных планов оказался план М.Б.Барклай де Толли, принятый в 1810 г. и предусматривавший стратегическую оборону на рубежах, отнесенных в глубь страны. В 1811 г. этот замысел был дополнен операционным планом К.Фуля.

Русское командование разделило свои основные силы на три части, 1‑й армией руководил М.Б.Барклай де Толли, 2‑й – П.И.Багратион, а 3‑й – А.П.Тормасов. 1‑я армия предназначалась для удержания неприятеля с фронта, а в случае отхода должна была закрепиться в специальном лагере на берегу Западной Двины при Дриссе. 2‑й армии вменялось в задачу действовать при этом во фланг и тыл французам, 3‑я армия предназначалась для усиления 2‑й.

Расположение русских войск позволяло Наполеону надеяться на их разгром по частям. Этого, однако, не произошло. Русские войска начали отходить на восток, искусно маневрируя и избегая генерального сражения. В процессе отступления уничтожались все склады и продовольственные запасы, что поставило неприятельскую армию в весьма затруднительное положение, поскольку, она вскоре начала испытывать недостаток провианта. Ведя тяжелые арьергардные бои, русские солдаты и офицеры демонстрировали высокое мужество и мастерство, французы несли крупные потери. В конечном счете 1‑я и 2‑я армии смогли соединиться у Смоленска. П.И.Багратион и М.Б.Барклай де ТЬлли придерживались разных взглядов относительно характера военных операций. П.И.Багратион настаивал на сражении с Наполеоном, тогда как М.Б.Барклай де Толли, рассчитывая выиграть время и измотать неприятеля, высказывался за продолжение отступления. В конце концов общая неблагоприятная обстановка и численный перевес неприятеля вынудили русские войска оставить Смоленск Надежды Наполеона навязать им генеральное сражение не оправдались. Оборонявшие Смоленск корпуса Н.Н.Раевского и Д.С.Дохтурова нанесли французам большой урон в живой силе. В ходе ожесточенных боев Наполеон потерял 20 тыс. человек, французская армия, утомленная длительными маршами, начала терять боевые качества (все большие размеры приобретало мародерство и дезертирство).

Тем не менее неприятель продолжал продвигаться в глубь России, приближаясь к Москве. Боевой дух русских войск был исключительно высок. Солдаты и офицеры все активнее выражали недовольство действиями М.Б.Барклая де Толли. В армии, рвавшейся в решительный бой, распространялись слухи о его измене. Вторжение французов вызвало в стране мощное патриотическое воодушевление, охватившее самые широкие слои населения. «Война теперь не обыкновенная, а национальная», – писал в одном из своих донесений П.И.Багратион. Наполеону пришлось столкнуться в России не только с армией, но и со всем народом.

На положении русских войск между тем негативно отражалось отсутствие единого руководства. Царь, первоначально претендовавший на роль главнокомандующего и находившийся на театре военных действий, по совету своих приближенных уехал из армии. П.И.Багратион, формально подчинявшийся М.Б.Барклаю де Толли, фактически мало считался с ним. Отношения между обоими военачальниками после сдачи Смоленска обострились до предела. В конечном счете под нажимом столичного дворянства 8 августа 1812 г. Александр I назначил главнокомандующим М.И.Кутузова, которому, таким образом, отныне суждено было «навсегда стать в памяти людей истинным представителем русского народа в самую страшную минуту существования России» (Е.В.Тарле).

Опытный полководец (ему шел 67‑й год), участник суворовских походов, М.И.Кутузов поддерживал в армии веру в близость перелома в войне, но отказался от немедленного сражения с неприятелем и продолжал отвод войск на восток. Лишь 26 августа 1812 г. примерно в 100 км от Москвы у села Бородино разыгралась грандиозная битва, сиавшая одним из наиболее знаменательных событий в летописи русской боевой славы. Численность французских войск равнялась 134 тыс. человек. М.И.Кутузов, как традиционно считалось в нашей историографии, располагал 120‑132 тыс. человек. Новейшие исследования (Н.А.Троицкого, С.В.Шведова) определяют численность русских войск в 155‑157 тыс. человек. Сражение отличалось исключительным ожестоением. Обе стороны понесли огромные потери: русские – 44 тыс. человек, а французы примерно 50 тыс. человек. Несмотря на героическое сопротивление русских войск, Наполеону удалось захватить такие важные пункты позиции М.И.Кутузова, как Багратионовы флеши, батарею Раевского. Однако решить главную задачу – разгромить русскую армию – Наполеон все же не смог. Мужество русских солдат и офицеров, огромные потери надломили боевой дух франйузской армии, пошатнули ее уверенность в успехе. Бородинская битва стала великой победой России в нравственном и политическом отношении.

Русская армия была готова продолжать борьбу. Однако М.И.Кутузов не хотел рисковать. На военном совете в подмосковной деревне Фили главнокомандующий принял решение оставить Москву. 2 сентября 1812 г. французская армия вошла в древнюю столицу России. Почти все жители Москвы оставили родной город и ушли вслед за войсками М.И.Кутузова. Последний, совершив искусный маневр, вышел на Калужскую дорогу и расположился у села Тарутино. Русская армия тем самым прикрыла не разоренные войной черноземные губернии, Тулу с ее оружейными заводами. Войска смогли отдохнуть и получить пополнение.

Борьба с неприятелем приобрела поистине всенародный характер. Широкого размаха достигло партизанское движение. Активно действовали армейские партизанские отряды, укомплектованные преимущественно казаками. Они совершали нападения на французские обозы, вели разведку, атаковали отдельные подразделения неприятельских войск. Отряды Ф.В.Винценгероде, Д.В.Давыдова, А.Н.Сеславина, А.С.Фигнера и других сыграли огромную роль в разгроме наполеновской армии.

Повсеместно Начали действовать и крестьянские партизанские отряды. Правда, в крестьянской среде распространялись и слухи о намерении Наполеона покончить с крепостным правом. Наполеон действительно подумывал о возможности использования в своих интересах антагонизма между крестьянами и помещиками. В конечном счете он, однако, не решился на такой шаг.

Крестьяне же довольно скоро убедились, что вторжение наполеоновской армии не несет им ничего, кроме насилий и грабежей. В конечном счете весь занятый французами край окаэался охвачен крестьянским партизанским движением. Отряды Г.Курена, Самуся (Ф.Потапова), Е.Четвертакова насчитывали по несколько тысяч человек. Деятельность партизан наносила огромный ущерб французам. Спасая страну от неприятеля, крестьяне были убеждены, что тем самым они завоевывают себе и свободу от власти помещиков. Борьба с французами сочеталась с антидворянскими выступлениями, число которых в 1812 г. значительно возросло. Для их подавления активно использовались войска.

Патриотический подъем, охвативший массы, проявился и в ходе формирования народного ополчения. Ополченцы героически бились вместе с солдатами регулярной армии и внесли большой вклад в изгнание французской армии из пределов России. Царские власти, опасаясь перерастания борьбы с неприятелем в пугачевщину, пытались сдерживать активность народных масс.

Положение французов в Москве становилось все более затруднительным. В городе сразу же начались пожары. Жгли жители, не желавшие оставлять имущество захватчикам, жгли и французские мародеры. Московский генерал‑губернатор Ф.В.Ростопчин впоследствии то признавал, то отрицал свою причастность к пожарам, Попытки Наполеона заключить мир успехом не увенчались. Большую роль в данном случае сыграла, в частности, решимость Александра I продолжать борьбу. В конечном счете французский император был вынужден покинуть Москву. Перед уходом он отдал приказ взорвать Кремль. К счастью, дождь подмочил фитили и взрыв нанес меньший ущерб, чем планировал Наполеон.

Наполеон двигался на Калугу с тем, чтобы оттуда отойти к Смоленску. Русские войска перегородили французам путь у Малоярославца, где развернулось кровопролитное сражение. Город восемь раз переходил из рук в руки. Французы в итоге захватили его, но лишь ценой больших жертв, в результате которых наступательный порыв наполеоновской армии окончательно иссяк. Между тем для продвижения к Калуге Наполеону требовалось дать бой, по масштабам равный Бородину. На это французский император не решился. Наполеон вынужден был повернуть войска и начать отступление на запад по разоренной смоленской дороге.

Русская армия двигалась параллельно отходившему неприятелю. Казачьи и партизанские крестьянские отряды наносили все более серьезные удары по врагу. Французы потеряли большую часть артиллерии, а их кавалерия – значительное число лошадей. В Смоленск Наполеон привел лишь 60 тыс. человек из той сотни тысяч, с которой он вышел из Москвы. Запасы продовольствия в городе оказались весьма незначительными и не смогли избавить неприятельскую армию от голода, который давал себя знать уже во время движения к Смоленску.

Наполеон с гвардией вышел из Смоленска, вслед за ним выступили остатки армейских корпусов. В боях у Красного французские войска понесли тяжелые потери. В конечном счете над страдавшей от голода и холода, утрачивавшей боеспособность неприятельской армией нависла угроза окружения. Ошибки русского командования, стратегический талант Наполеона позволили, однако, французам ускользнуть из мешка и переправиться через Березину. Эта переправа стала гибелью французской армии как боевой величины. У Березины было подобрано впоследствии до 24 тыс. неприятельских трупов. Резко усилившиеся после Березины морозы довершили гибель французских войск.

23 ноября 1812 г. Наполеон покинул остатки армии и выехал в Париж, чтобы собрать новые силы для продолжения борьбы. 25 декабря 1812 г. царским Манифестом было объявлено об окончательном разгроме неприятеля. Всего различными путями из России выбралось не более 30 тыс. человек. Героическая эпопея Отечественной войны 1812 г. завершилась уничтожением неприятельской армии. Это была в полном смысле слова всенародная победа, ставшая одной из наиболее ярких страниц русской истории. Как отмечал в своем воззвании к армии М.И.Кутузов, пришедший в Россию завоеватель встретил «в каждом жителе воина, общую непреклонность на все его обольщения, решимость всех сословий грудью стоять за любезное Отечество».

Военные действия в Европе и крушение наполеоновской империи (1813‑1815)

Поражение Наполеона в России нанесло тяжелый удар его могуществу. Однако французский император располагал еще немалыми ресурсами и мог продолжать борьбу. Освобождение русской территории от наполеоновских войск не означало прекращения боевых действий. Их продолжение уже за пределами страны обусловливалось как необходимостью ликвидировать сохранявшуюся при владычестве Наполеона в Западной Европе угрозу безопасности России, так и амбициями самодержавия, стремившегося укрепить свое влияние на континенте и, в частности, овладеть Варшавским герцогством. Народы Европы стремились к освобождению от наполеоновского господства. Вместе с тем абсолютистские режимы в европейских государствах с большей или меньшей степенью активности добивались не только ликвидации французской гегемонии, но и реставрации во Франции свергнутой революцией династии Бурбонов.

В исторической литературе М.И.Кутузов долгое время рассматривался как противник перенесения военных действий за пределы России, на чем упорно настаивал Александр I. Эта точка зрения, однако, не имеет под собой достаточных оснований. М.И.Кутузов и царь придерживались разных мнений лишь относительно плана военных операций на европейской территории.

Изгнав неприятеля за пределы России, русские войска 1 января 1813 г. вступили на территорию герцогства Варшавского и Пруссии. Командующий прусскими войсками в составе наполеоновской армий генерал Иорк еще в декабре 1812 г. прекратил боевые действия против России. Продвижение русских войск по прусской территории, подъем национально‑освободительного движения в стране вынудили прусского короля в феврале 1813 г. заключить союз с Россией.

Весной 1813 г. Наполеон, собрав, несмотря на истощение людских ресурсов Франции, крупные силы, появился на театре военных действий. К этому времани (в апреле 1813 г.) умер М.И.Кутузов. Наполеон сумел добиться известных успехов, одержав победы при Люцене и Бауцене, после чего было заключено перемирие. Положение Наполеона, несмотря на достигнутые успехи, было весьма тяжелым. Против него выступила Австрия. Силы антинаполеоновской коалиции росли. Правда, в августе 1813 г. после прекращения перемирия французы одержали новую крупную победу под Дрезденом. Тем не менее соотношение сил складывалось не в польэу Франции. 4‑7 октября 1813 г. под Лейпцигом произошло грандиозное сражение, получившее название «битвы народов». К началу битвы у союзников было 220 тыс. человек, а у Наполеона 155 тыс. В ходе кровопролитнейших боев Наполеон потерпел поражение и вынужден был отступить. Потери французской армии составляли 65 тыс. человек. Войска антинаполеоновской коалиции, ядром которой была русская армия, лишились 60 тыс. человек. Наполеон отступил к Рейну и практически вся территория Германии была очищена от французов. Военные действия перенеслись на территорию Франции. Ожесточенная борьба, однако, продолжалась. Наполеону удалось даже одержать несколько побед над союзниками. Последние вели с ним мирные переговоры, которые, впрочем, не привели к какому‑либо результату. В целом Франция была уже не в силах продолжать войну. 19 марта 1814 г. войска коалиции вступили в Париж. Наполеон отрекся от престола и был сослан на остров Эльбу. Во Франции пришла к власти династия Бурбонов, а королем стал Людовик XVIII – брат казненного во время революции Людовика XVI. Впрочем, реставрация прежних порядков в полном объеме оказалась невозможной. Новый монарх вынужден был даровать стране довольно либеральную конституцию, на чем особенно активно настаивал Александр I.

Итоги борьбы союзников с Наполеоном были подведены на Венском конгрессе, открывшемся в октябре 1814 г. Победители были едины в своем стремлении не допустить в Европе новых революционных потрясений, гарантировать троны законным (легитимным) династиям. Вместе с тем на конгрессе была осуществлена основательная перекройка границ, причем притязания вчерашних союзников настолько противоречили друг другу, что дело едва не дошло до разрыва. Чрезвычайно острыми были противоречия между Россией и Пруссией, с одной стороны, и Англией и Австрией (к ним примкнула и побежденная Франция) – с другой. Лишь возвращение во Францию Наполеона, сумевшего, используя ненависть народа к Бурбонам, снова на 100 дней захватить власть в стране, но затем разбитого при Ватерлоо англичанами и пруссаками, вынудило противоборствующие стороны урегулировать конфликт. 28 мая 1815 г. был подписан «заключительный акт» Венского конгресса. В соответствии с ним Россия получила значительные территориальные приращения. В состав империи была включена большая часть герцогства Варшавского. В сентябре 1815 г. российский и австрийский императоры, а также прусский король подписали акт, положивший начало существованию своеобразной международной организации – Священному союзу. Священный союз, участниками которого впоследствии стали почти все монархи Европы, должен был консолидировать консервативные силы на континенте для противодействия революционной угрозе.

Внутренняя политика Александра I в 1815‑1825 гг.

Период царствования Александра I, наступивший после войны 1812 г. и разгрома наполеоновской Франции, традиционно рассматривался и современниками, и в научной литературе как период глухой реакции. Его противопоставляли первой, либеральной, половине правления Александра I. Действительно, в 1815‑1825 гг. во внутренней политике самодержавия резко усиливаются консервативные, охранительные начала. В России устанавливается жесткий полицейский режим, связанный с именем А.А.Аракчеева, который играл большую роль в управлении государством. Впрочем, А.А.Аракчеев, при всем своем влиянии, в принципе был лишь исполнителем воли монарха.

Александр I, однако, не сразу отказался от либеральных начинаний, характерных для первой половины его царствования. В ноябре 1815 г. император утвердил конституцию для присоединенной к России согласно решениям Венского конгресса части Польши (Царство Польское). Царство Польское получило довольно широкую автономию. Власть российского монарха в Польше ограничивалась в известной мере местным представительным органом с законодательными функциями – сеймом. Сейм состоял из двух палат – Сената и Посольской палаты.

Сенаторы пожизненно назначались монархом. Ими могли быть представители царской фамилии, высшее духовенство, крупные землевладельцы. Посольская палата состояла из 128 депутатов, из которых 77 выбиралось дворянами (на 6 лет) на шляхетских сеймиках, а 51 – на гминных (волостных) собраниях. Избирательные права получали все дворяне, достигшие 21 года и обладавшие недвижимой собственностью, а также прочие владельцы недвижимости, фабриканты, хозяева мастерских, профессора, учителя и т.д. Крестьяне к выборам не допускались. Однако по тогдашним меркам избирательная система, установленная в Царстве Польском, носила довольно прогрессивный характер. Так, если во Франции в 1815 г. избирательные права получило 80 тыс. человек, то в Польше при населении, в несколько раз меньшем по численности, чем население Франции, этими правами обладало 100 тыс. человек.

Дарование Царству Польскому конституции Александр I рассматривал как первый шаг к введению представительной формы правления в Российской империи. Соответствующий намек был сделан им в марте 1818 г. в речи, произнесенной на открытии польского сейма. По поручению Александра I один из бывших членов Негласного комитета (Н.Н.Новосильцев) приступил к работе над проектом конституции для России. Подготовленный им документ (Государственная уставная грамота Российской империи) вводил федеративный принцип государственного устройства; законодательная власть делилась между императором и двухпалатным парламентом – сеймом, состоявшим (как в Польше, из Сената и Посольской палаты); Уставная грамота предоставляла гражданам Российской империи свободу слова, вероисповеданий, печати, гарантировала неприкосновенность личности. О крепостном праве в этом документе ничего не говорилось.

В 1818‑1819 гг. Александр I предпринял попытки решить и крестьянский вопрос. Царь поручил подготовить соответствующие проекты сразу нескольким сановникам и среди них – А.А.Аракчееву. Последний разработал план постепенной ликвидации крепостного права путем выкупа помещичьих крестьян с их наделом казной. Для этой цели предполагалось ассигновать ежегодно 5 млн. руб. или выпускать специальные казначейские билеты, приносящие проценты. Предложения А.А.Аракчеева получили одобрение императора.

Тем не менее планы политической реформы и отмены крепостного права остались нереализованными. В 1816‑1819 гг. личную свободу получили лишь крестьяне Прибалтики. При этом помещики сохранили в полной собственности все земельные угодья. За аренду помещичьей земли крестьяне по‑прежнему были обязаны выполнять барщинную повинность. Многочисленные стеснения (например, ограничение права на перемену места жительства) существенно урезали личную свободу крестьян. «Вольных» батраков помещик мог подвергать телесным наказаниям. Таким образом, и в Прибалтике сохранялись многочисленные остатки прежних крепостнических отношений.

К 1821‑1822 гг. отказ Александра I от каких‑либо преобразований стал совершившимся фактом. Сторонники перемен составляли в правящих кругах ничтожное меньшинство. Сам царь, убеждаясь в невозможности проведения в этих условиях сколько‑нибудь серьезных реформ, в своих воззрениях все более эволюционировал вправо. Это был мучительный процесс, завершившийся для Александра I тяжелым душевным кризисом. Отказавшись от реформ, царь взял курс на укрепление основ существующей системы. Внутриполитический курс самодержавия с 1822‑1823 гг. характеризовался переходом к откровенной реакции. Впрочем, уже с 1815 г. практика государственного управления во многих существеннейших отношениях резко контрастировала с задумывавшимися и частично проводившимися в жизнь либеральными начинаниями монарха. Все более ощутимым фактором российской действительности станоилось наступление реакции по всем линиям.

Жесткая и бессмысленная муштра насаждалась в армии. Наиболее зримым воплощением утверждавшегося в стране полицейского режима явились военные поселения. Впервые в царствование Александра I они были организованы еще в 1810 г., однако широкое распространение получили с 1816 г. К концу правления Александра I на положение военных поселян было переведено примерно 375 тыс. государственных крестьян, что составляло около трети русской армии, которую, очевидно, в перспективе предполагалось всю сделать «поселенной». Созданием военных поселений самодержавие рассчитывало решить сразу несколько проблем. Прежде всего, это позволяло уменьшить расходы на содержание армии, что было чрезвычайно важно при расстройстве финансов в последние годы царствования Александра I. Переводившиеся в разряд военных поселян крестьяне совмещали сельскохозяйственные работы с занятиями военным делом. Таким образом, вооруженные силы переводились на «самоокупаемость». С другой стороны, «поселение» армии должно было обеспечить ее комплектование в мирное время за счет естественного прироста в военных поселениях. Тем самым в перспективе можно было ликвидировать рекрутчину – одну из наиболее обременительных крестьянских повинностей. В лице военных поселян создавалась особая каста, изолированная от основной массы крестьянства, а потому, как казалось правящим кругам, способная быть надежной опорой существующего порядка. Наконец, перевод в разряд военных поселян казенных крестьян усиливал административный надзор за государственной деревней.

Поселенные войска образовали Отдельный корпус военных поселений, которым командовал А.А.Аракчеев. Жизнь поселян была настоящей каторгой. Они не имели права уходить на заработки, заниматься торговлей или промыслом. Военные поселяне испытывали на себе двойные тяготы – солдатской и крестьянской жизни. Их дети с 12 лет отбирались от родителей и переводились в разряд кантонистов (солдатских детей), а с 18 лет считались находящимися на действительной военной службе. Вся жизнь военных поселян подчинялась жесткому казарменному распорядку и строжайше регламентировалась. В поселениях царил произвол начальства, существовала система бесчеловечных наказаний.

Военные поселения не оправдали тех надежд, которые с ними связывали правящие круги. Однако Александр I, убежденный в целесообразности «поселения» армии, с упорством, достойным лучшего применения, отстаивал взятый курс, заявив как‑то, что военные поселения «будут во что бы то ни стало, хотя бы пришлось уложить трупами дорогу от Петербурга до Чудова».

Наступление реакции проявилось и в политике правительства в области образования. В 1817 г. Министерство народного просвещения было преобразовано в Министерство духовных дел и народного просвещения. В нем сосредоточивалось управление и церковными делами, и вопросами народного образования. Влияние религии на культурную жизнь страны возросло. Сразу же началась атака на университеты. В 1819 г. настоящему разгрому подвергся Казанский университет, признанный рассадником вольнодумства. 11 профессоров было уволено за неблагонадежность. Преподавание всех предметов перестраивалось в духе христианского вероучения, понимаемого весьма примитивно, что никак не могло способствовать развитию религиозного чувства. Поведение студентов ставилось под мелочную и жесткую административную опеку.

В 1821 г. началось наступление на только что учрежденный Петербургский университет. Виднейшие ученые – М.А.Балугьянский, К.И.Арсеньев, К.Ф.Герман и другие были изгнаны оттуда по обвинению в пропаганде идей Французской революции. Значительно ужесточалась цензура, которая не пропускала в печать даже рецензии на игру актеров императорских театров, поскольку актеры находились на казенной службе и их критику можно было расценивать как критику правительства. Активную деятельность развернули различные кружки религиозного, мистического характера. Особенно выделялось в этом отношении основанное еще в 1812 г. Библейское общество. Оно стремилось объединить представителей различных христианских исповеданий для борьбы с интернациональными идеями прогресса и революции, противопоставив им космополитические религиозные начала. Впрочем, проявлявшаяся в деятельности и Библейского общества и Министерства духовных дел и народного просвещения тенденция к известному уравнению православия с другими исповеданиями вызвала недовольство православного духовенства, не желавшего поступаться своим привилегированным статусом. В итоге Библейское общество оказалось в опале, а в 1824 г. был восстановлен прежний порядок заведования делами православной церкви и народного образования, которые снова перешли соответственно в компетенцию двух независимых друг от друга инстанций – Синода и Министерства народного просвещения.

Консервативно‑охранительные начала воплотились и в практических мерах, принимавшихся самодержавием в отношении крестьянства. Так, до 1815 г. формально сохранял силу закон, в соответствии с которым только крестьяне, записанные за помещиками по первым двум ревизиям, не могли «отыскивать вольность». Теперь этого права лишились и все остальные категории помещичьего крестьянства.

Усиление реакции с начала 20‑х годов XIX в. ярко проявилось, опять‑таки, в мерах, направленных нд укрепление власти помещиков над крестьянами. В 1822 г. Александр I утвердил решение Государственного совета «Об отсылке крепостных людей за дурные проступки в Сибирь на поселение». Этим актом восстанавливалось отмененное царем в 1809 г. право помещиков ссылать крестьян в Сибирь. Единственное отличие между прежннм, существовавшим до 1809 г., и новым, введенным в 1822 г., порядком заключалось в том, что ранее помещики могли отправлять крепостных на каторжные работы, в теперь – на поселение. В соответствии с разъяснением, последовавшим в 1823 г., судебные инстанции не должны были заниматься делами ссылаемых на поселение крестьян. Таким образом, даже те ничтожные уступки крепостным, на которые Александр I пошел в начальный период своего правления, существенно урезались.

Изменения претерпела с начала 20‑х годов XIX в.и политика Александра I в отношении Польши. Сейм второго созыва оказался непослушным. Большинством голосов он отверг в 1820 г. представленные на его утверждение законопроекты, как нарушающие конституцию, После этого Александр I вообще не собирал сейм в течение двух сроков, предусмотренных конституцией. Таким образом, в итоге не порядки, установленные в Польше, распространялись на Россию, а, напротив, в Польше постепенно утверждались абсолютистские принципы, господствовавшие во всех прочих частях империи. В обстановке дальнейшего наступления реакции Александр I умер в Таганроге в ноябре 1825 г.

Внешняя политика Александра I в 1815‑1825 гг.

Победа над Наполеоном чрезвычайно усилила международные позиции России. Александр I являлся могущественнейшим монархом Европы, и влияние России на дела континента было велико как никогда. Охранительные тенденции отчетливо проявлялись в политике самодержавия и на международной арене. Основанный в 1815 г. Священный союз должен был сплотить все консервативные силы Европы во имя торжества легитимистских принципов, борьбы с революционным движением. Идеям революции участники Союза стремились противопоставить принципы христианской морали. Однако европейские монархи вовсе не собирались ограничивать борьбу с революцией, угрожавшей абсолютистским порядкам, лишь духовной сферой. Чем дальше, тем больше Священный союз становился на пути прямой интервенции против тех стран, в которых легитимным династиям угрожала опасность.

В 1818 г, состоялся Ахенский конгресс Священного союза. Секретный протокол, который подписали уполномоченные России, Англии, Австрии и Пруссии, подтвердил обязательства этих стран принимать меры, способствующие «предупреждению гибельных следствий нового революционного потрясения», если таковое будет снова угрожать Франции.

В 1820 г. началась революция в Испании. В том же году вспыхнуло народное восстание в Неаполитанском королевстве. В этой обстановке в 1820 г. в Троппау открылся очередной конгресс Священного союза. Александр I прибыл в Троппау, рассчитывая добиться от своих партнеров решительных мер, направленных на борьбу с революционным движением. На конгрессе было принято постановление, провозглашавшее «право вмешательства» во внутренние дела стран, охваченных революцией. Участники конгресса поручили Австрии направить свои войска в Неаполь для восстановления порядка. Сама работа конгресса была перенесена из Троппау в Лайбах, расположенный поближе к итальянской границе. В марте 1821 г. австрийская армия подавила революцию в Неаполитанском королевстве. Еще один революционный очаг возник в Пьемонте. Александр I выразил готовность двинуть туда войска из России на «усмирение» восставших. Однако помощь царя не понадобилась. В апреле 1821 г. австрийский войска подавили Пьемонтскую революцию. В соответствии с решениями Веронского конгресса была осуществлена интервенция в революционную Испанию. Принципы легитимизма восторжествовали на Пиренейском полуострове при поддержке французских штыков. Однако в боевую готовность были приведены также войска России, Австрии, Пруссии.

Священный союз мыслился Александром I не только как объединение европейских монархов для борьбы с революцией. Царь рассматривал его и как союз христианских государей для защиты христианских народов Балканского полуострова от ига мусульманской Турции. Однако партнеры России, опасаясь усиления ее позиций в этом регионе, вовсе не собирались выступать в едином строю с царем в тех случаях, когда речь шла о восточных делах.

Между тем в 1821 г. в Греции началось освободительное движение против турецкого ига. Александр I первоначально отказал восставшим в какой‑либо поддержке. Австрийский канцлер К.Меттерних, побаиваясь утверждения в Греции (в случае ее освобождения с помощью России от Османской империи) русского влияния, искусно играл на легитимистских чувствах царя, представив греков мятежниками, выступившими против их законного государя – турецкого султана. Общественное мнение России, однако, негативно отнеслось к позиции, занятой монархом. Зверства турок в Греции вызывали негодование передовой части дворянства. С другой стороны, многие высшие сановники также выступали эа оказание помощи повстанцам, руководствуясь необходимостью обеспечить безопасность южных рубежей страны, утвердить влияние России на Балканах и считая недопустимым бросать на произвол судьбы единоверцев – православных греков. Кроме того, турецкое правительство, закрыв под предлогом борьбы с греческой контрабандой Босфор и Дарданеллы для русского экспорта, нанесло тяжелый удар по экономическим интересам весьма широких дворянских кругов. Не считаться со всем этим Александр I не мог. В конце концов летом 1831 г. он приказал русскому послу покинуть Константинополь, дипломатические отношения между Россией и Турцией были прерваны.

Александр I, однако, из‑за Греции не собирался начинать войну с Османской империей. На Веронском конгрессе царь подписал вместе с другими членами Священного союза декларацию, в которой греческое восстание осуждалось как революционное. Между тем Англия, стремясь подорвать авторитет России на Балканах, выступила в защиту греческих борцов за независимость и в 1824 г. даже предоставила им заем. Политика самодержавия явно зашла в тупик. Перспектива вовлечения Греции в орбиту влияния Британской империи превращалась в реальность. Попытки царской дипломатии разрешить греческий вопрос, действуя совместно с партнерами по Священному союзу, успеха не имели. В этой ситуации Россия должна была занять, наконец, самостоятельную позицию в отношении греческого восстания. В августе 1825 г. русские послы в Вене и Лондоне получили указание сделать соответствующие заявления правительствам, при которых они были аккредитованы. Восточный кризис, разразившийся с началом греческого восстания, перешел в новую фазу. Разрешать же сложнейшие проблемы, порожденные событиями на Балканах, выпало уже новому императору Николаю I.

Начало освободительного движения в России. Первые тайные организации декабристов

Разложение феодально‑крепостнической системы, обозначившееся в России с конца XVIII в., вело к обострению социальных противоречий, что стимулировало стихийный протест широких народных масс, в первую очередь крестьянства, против существующих порядков. Значительную активность проявляли помещичьи крестьяне. В ходе открытых коллективных выступлений они пытались добиться освобождения от власти помещиков и перевода в разряд государственных крестьян. Встретив с оружием в руках наполеоновскую армию, крепостные надеялись, изгнав захватчиков, получить волю. Этим расчетам, однако, не суждено было оправдаться. В деревне нарастало недовольство обманутых в своих надеждах вчерашних ополченцев и партизан. Важным источником социальной напряженности в стране стали военные поселения. Уже летом 1819 г. вспыхнуло восстание чугуевских поселян на Украине, подавленное царскими властями. Насаждавшаяся в армии бессмысленная и жестокая муштра вызывала протесты солдат. Широкий общественный резонанс имело восстание в Семеновском полку в 1820 г., вызванное самодурством и произволом командира полка Ф.Е.Шварца.

На фоне растущего недовольства народных масс в России зарождалось освободительное движение, на первом этапе своего развития носившее преимущественно дворянский характер. Попытки революционного переустройства общества исходили в этот период от представителей просвещенной части дворянства. В советской исторической литературе, под влиянием соответствующих оценок В.И.Ленина, начало дворянского этапа освободительного движения традиционно было принято относить к 1825 г. – году восстания декабристов. В настоящее время эта точка зрения пересматривается, поскольку она оставляет вне рамок освободительного движения и деятельность декабристских организаций в период, предшествующий восстанию, и, например, деятельность А.Н.Радищева, чьи идеи были созвучны идеям декабристов. Таким образом, начало дворянского этапа, очевидно, следует отнести к концу XVIII в.

Тем не менее все же первое в истории России организованное вооруженное выступление против самодержавия и крепостничества было связано с декабристами. Их мировоззрение формировалось под влиянием российской действительности первых десятилетий XIX в. с ее феодально‑абсолютистскими порядками, обрекавшими основную массу населения на полневшее бесправие, а страну – на застой, произведений передовой общественной мысли и прежде всего – трудов западноевропейских философов‑просветителей (Вольтера, Дидро, Монтескье, Гельвеция и др.), событий Французской революции и порожденных ею революционных выступлений в ряде стран Европы. Большое влияние на будущих членов тайных обществ оказала Отечественная война 1812 г. «Мы были детьми 1812 года, – писал декабрист М.И.Муравьев‑Апостол. – Жертвовать всем, даже жизнью, для блага Отечества, было влечением сердца. В наших чувствах отсутствовал эгоизм». Горячий патриотизм был в высшей степени присущ участникам декабристского движения, многие из которых, покрыв себя славой на полях сражений с Наполеоном, были преисполнены гордости за русский народ, сумевший разгромить могущественнейшего врага. «Вдумываясь в своеобразие их портретов в галерее русской революции, – писал о декабристах выдающийся русский философ Г.П.Федотов, – видишь, до чего они, по сравнению с будущим, еще почвенны. Их либералиэм, как никогда впоследствии, питается национальной идеей». Свойственный Александру I и ряду представителей верхов настрой на проведение социально‑экономических и политических реформ, резко контрастировавший (особенно после 1815 г.) с практикой государственного управления, также способствовал утверждению в сознании части просвещенного дворянства вольнолюбивых идей. Нацеленные в принципе на преобразование общества на буржуазных началах, эти идеи опережали свое время, ибо в России еще отсутствали сколько‑нибудь зрелые предпосылки для перехода к новому социальному строю.

Первые тайные организации декабристов возникли вскоре после окончания заграничных походов русской армии. Предтечами этих организаций стали, в частности, «артели» – объединения гвардейской молодежи, являвшиеся не только бытовыми, но и идейными содружествами. В начале 1816 г. в Петербурге был создан Союз спасения (Общество истинных и верных сынов Отечества), основателями которого стали А.Н.Муравьев, С.П.Трубецкой, Н.М.Муравьев, С.И. и М.И.Муравьевы‑Апостолы и И.Д.Якушкин. Впоследствии в общество вступили М.С.Лунин, П.И.Пестель и др. Организационная структура Союза спасения весьма напоминала структуру масонских лож, которые в тот период активно действовали в России и были запрещены лишь в 1822 г. Многие декабристы (А.Н.Муравьев, С.П.Трубецкой, П.И.Пестель, С.Г.Волконский и др.) являлись членами лож. Масонские рассуждения о свободе и братстве привлекали молодых, прогрессивно мыслящих представителей дворянской интеллигенции, стремившихся использовать членство в ложах для расширения круга своих единомышленников. Впрочем, например, П.И.Пестель уже в 1817 г. с масонством порвал.

В состав Союза спасения входило не менее 30 человек. Всех их объединяло неприятие самодержавия и крепостничества. При этом одной из задач Союза являлась борьба с засильем иностранцев. Последних, причем обычно отнюдь не выдающихся деятелей, было немало на государственной службе. На собраниях членов общества обсуждались планы цареубийства – меры, способной обеспечить переход России к конституцнонной форме правления. Впрочем, эти планы поддерживались не всеми. Некоторые члены Союза высказывались за мирную пропагандистскую деятельность с целью формирования благоприятного для намеченных ими перемен общественного мнения.

В 1818 г. на баэе Союза спасения возникла более широкая по составу тайная организация – Союз благоденствия (около 200 человек). Убежденные, что «сила общественного мнения» правит миром, члены Союза стремились овладеть этой силой и использовать ее против самодержавия и крепостничества. В этой связи вокруг Союза благоденствия действовали разнообразные литературные и иные общества, такие, как «Зеленая лампа» (ее членом являлся А.С.Пушкин), Вольное общество любителей российской словесности, Общество для распространения ланкастерских училищ и др. Состав Союза благоденствия в политическом отношении был довольно пестрым. В эту организацию входили и сторонники частичных улучшений существующих порядков, вовсе не склонные участвовать в антиправительственном заговоре, и приверженцы конституционной монархии (или даже республики), допускавшие или считавшие просто необходимыми для реализации своих планов насильственные акции. В 1821 г. на Московском съезде Союза благоденствия было принято решение о роспуске этого общества с тем, чтобы отсеять случайные элементы. Московский съезд заложил основы для возникновения двух новых организаций – Северного и Южного обществ.

Северное и Южное общества. Восстания в Петербурге 14 декабря 1828 г. и Черниговского полка на Юге и их подавление

Южное общество образовалось в марте 1821 г. на базе Тульчинской управы Союза благоденствия. Общество возглавлялось директорией, в состав которой вошли П.И.Пестель, А.П.Юшневский, Н.М.Муравьев. Последний являлся членом Северного общества и его избрание в директорию должно было демонстрировать единство обеих организаций. В 1823 г. Южное общество разделилось на Тульчинскую, Каменскую и Васильковскую управы. Тогда же в качестве "программного документа был принят конституционный проект П.И.Пестеля – «Русская правда». Составленный в весьма радикальном духе, он предусматривал установление в России республики в форме унитарного государства, ликвидацию крепостного права с наделением крестьян землей (при этом половина земельных угодий в каждой волости должна была находиться в частной, а половина – в общественной собственности) и т.п. Антифеодальная направленность «Русской правды» бесспорна. Вместе с тем в этом документе была отчетливо выражена идея всемогущества государства, жестко контролирующего индивида, жертвующего интересами отдельного гражданина во имя общего блага. Буржуазный характер многих положений «Русской правды» сочетался с явными антибуржуазными элементами уравнительного социализма.

Осенью 1823 г. в Петербурге возникло Северное общество. Его основателями были Н.М.Муравьев, Н.И.Тургенев, М.С.Лунин, С.П.Трубецкой и другие. Программу для Северного общества разрабатывал Н.М.Муравьев. Его «Конституция», базировавшаяся, в отличие от «Русской правды», на принципе приоритетного обеспечения прав личности, предусматривала федеративное устройство России, установление конституционной монархии, ликвидацию крепостного права (при сохранении за помещиками земли в гораздо большей доле, чем предполагал П.И.Пестель). Н.М.Муравьев и большинство северян высказывались за созыв после свержения старой власти Учредительного собрания, в то время как П.И.Пестель был сторонником установления в стране диктатуры временного правительства, призванного провести в жизнь положения «Русской правды». «Конституция» Н.М.Муравьева не была принята Северным обществом в качестве программы. С 1823 г. в Обществе после вступления в него К.Ф.Рылеева усиливаются позиции республикански настроенного крыла.

Следует отметить, что совершенно самостоятельно, независимо от упомянутых обществ на Украине возникла еще одна тайная революционная органиация – Общество соединенных славян (создано в 1818 г.). Сначала эта организация называлась Обществом первого согласия, а затем – в течение некоторого времени – Обществом друзей природы. Его основателями были два брата юнкера А.И. и П.И.Борисовы. Главной целью общества, имевшего антисамодержавную и антикрепостническую направленность, являлись создание федерации славянских народов. Большинство членов организации принадлежали к младшему офицерству, выходцам из среды малоимущего дворянства. В 1825 г. «славяне» слились с Южным обществом.

Тактические принципы Северного и Южного обществ были едины. Своих целей они стремились добиться с помощью военной революции, т.е. вооруженного восстания, совершаемого армией. Опираться на массы дворянские революционеры не только не решались, но и не могли, поскольку в России первой четверти XIX в. идеи борьбы с самодержавием были чужды народу.

Вооруженное выступление дворянских революционеров ускорила неожиданная смерть Александра I. К этому времени власти уже знали о деятельности тайных обществ. Александр I, правда, не принимал по отношению к их участникам каких‑либо карательных мер. Однако 13 декабря на юге был арестован П.И.Пестель. Между тем смерть царя породила династический кризис. Законный наследник Константин отрекся от престола, который, таким образом, должен был перейти к другому брату покойного императора Николаю. Однако об отречении Константина знал лишь очень узкий круг лиц. Неразбериха в верхах, смущение в войсках, присягнувших сначала Константину, а затем вынужденных вторичио присягать уже Николаю, создали благоприятные условия для реализации планов дворянских революционеров. Они намеревались вывести войска под командованием членов тайного общества 14 декабря 1825 г., в день «переприсяги», на Сенатскую площадь к зданию Сената и заставить сенаторов издать манифест к русскому народу. В этом документе объявлялось о низложении прежней власти, о создании временного правительства, о ликвидации крепостного права, а также провозглашались свобода печати, вероисповеданий, равенство граждан перед законом, уничтожение рекрутчины и т.п. Временное правительство должно было немедленно созвать Учредительное собрание для решения вопроса о социальном и политическом строе России.

14 декабря 1825 г. члены Северного общества смогли вывести на Сенатскую площадь околз 3 тыс. человек. План выступления, однако, сразу начал рушиться, поскольку сенаторы успели присягнуть Николаю и разъехаться еще до сбора восставших войск. Неявка на площадь «диктатора» С.П.Трубецкого во многом парализовала активность дворянских революционеров. Восставшие придерживались пассивной, оборонительной тактики. После долгих попыток Николая убедить вышедших из повиновения солдат подчиниться монарху (в ходе этих уговоров декабрист П.Г.Каховский смертельно ранил популярного в войсках петербургского генерал‑губернатора М.И.Милорадовича) царь пустил в ход картечь. Отсутствие народной поддержки, «революционный дилетантизм» восставших обрекли их на поражение.

29 декабря 1825 г. на Украине проиэошло выступление Черниговского полка, организованное членами Южного общества С.И.Муравьевым‑Апостолом и М.П.Бестужевым‑Рюминым. Черниговцы захватили Васильков и попытались соединиться с другими воинскими частями, на сочувствие которых они могли рассчитывать. 3 января 1826 г. они, однако, были атакованы карательным отрядом и разгромлены.

После подавлений восстания начались репрессии. Пятеро декабристов – К.Ф.Рылеев, П.И.Пестель, С.И.Муравьев‑Апостол, М.П.Бестужев‑Рюмин и П.Г.Каховский были повешены. 121 человек сосланы на каторгу и поселение в Сибирь. Солдат, участвовавших в восстании, судили отдельно. Часть из них была прогнана сквозь строй в 1000 человек 12 раз (для смертельного исхода достаточно 3 тыс. ударов), некоторых приговорили к меньшему числу ударов и к каторжным работам. Основную массу нижних чинов, участвовавших в восстании, перевели на Кавказ в составе сводно‑гвардейского и других полков. Первое в истории России революционное выступление потерпело поражение.

Общественное движение в России во второй четверти XIX в.

Поражение декабристов явилось тяжелым ударом для общественного движения в России. Однако и в годы николаевской реакции, несмотря на правительственный террор, революционный ныи процесс не был остановлен. Русская общественная мысль настойчиво искала выход из ссадавшегося положения. В 30‑40‑е годы эти идейные поиски происходили на фоне заметной активизации массового движения в стране.

Причиной целого ряда волнений стали жесткие, а иногда и бессмысленно жестокие карантинные меры, предпринятые правительством для предотвращения распространения эпидемий чумы и холеры в конце 20 – начале 30‑х годов. В июне 1830 г. вспыхнуло восстание матросов и солдат в Севастополе. Восставшие несколько дней удерживали город в своих руках, убили наиболее ненавистных начальников, в том числе и военного губернатора Столыпина. Стянув к городу надежные войска, правительство подавило восстание и расправилось с его участниками: 7 человек было расстреляно, свыше 1,5 тыс. привлечены к суду, а затем наказаны шпицрутенами, сосланы в Сибирь, на каторжные работы и поселения. В ноябре 1830 г. «холерный бунт» вспыхнул в Тамбове, в июне 1831 г. ситуация повторилась уже в С.‑Петербурге, где огромная толпа народа разгромила центральную холерную больницу на Сенной площади, В июле 1831 г. в Старой Руссе началось восстание военных поселян Новгородской губернии, охватившее в дальнейшем 13 из 14 местных поселенных округов. Поводом к нему также стала эпидемия, но причины недовольства коренились гораздо глубже – в той обстановке жестокой эксплуатапии и злоупотреблений, которые царили в военных поселениях. Восстание было жестоко подавлено. 4 тыс. человек предали суду, несколько сотен – забили насмерть во время экзекуций. Осознавая опасность дальнейшего существования военных поселений (особенно вблизи столицы), правительство в 30‑е годы преобразовало военные поселения в округа пахотных солдат (последние отбывали рекрутскую повинность на общих основаниях).

К 1834‑1835 гг. относятся волнения в государственной деревне Пермской и Оренбургской губерний, летом 1839 г. широкое крестьянское движение прокатилось по 12 губерниям. Поводом к нему послужили многочисленные пожары, возникавшие во время сильной засухи (среди крестьян циркулировали слухи, что виновниками этих пожаров были помещики). Новая вспышка крестьянских выступлений произошла в 1840‑1843 гг, в государственной деревне, где крестьяне протестовали против реформ, проводимых П.Д.Киселевым,

Неспокойно было и на национрльных окраинах. В 1830‑1831 гг. правительство подавило восстание в Польше, в 1832‑1835 гг. на Правобережной Украине характер настоящей партизанской войны приобрело движение под руководством Устима Кармалюка, в 1841 г. произошло Гурийское восстание в Грузии. В первой половине 40‑х годов волновалось крестьянство Прибалтийских губерний (Эстонии, Латвии).

Социальная напряженность, нарастающая в стране, не могла остаться незамеченной царским правительством. Оно пыталось найти выход из кризиса путем консервации существующей политической системы, основой которой по‑прежнему являлось самодержавие.

В области идеологии эта тенденция проявилась в теории «официальной народности», суть которой отражала формула «самодержавие, православие, народность» (автором ее был министр просвещения С.С.Уваров). В соответствии с этой теорией стержнем всей русской общественной жизни признавалось самодержавие, служение которому становилось высшей гражданской доблестью. Духовной опорой самодержавия было православие. Единение народа и монарха («народность») объявлялось третьим «коренным чувством» в России. Пресса, близкая к правительству (Ф.В.Булгарин, Н.И.Греч, О.И.Сенковский), постоянно пропагандировала теорию официальной народности, ее теоретическим обоснованием занимались профессора М.П.Погодин и С.П.Шевырев.

Несмотря на разгром декабристских организаций, традиции движения продолжали существовать и нашли отражение в создании ряда кружков конца 20‑х – первой половины 30‑х годов. Характерно, что возникали они уже не в столице, а в Москве. В 1826‑1827 гг. в московской студенческой среде возник кружок братьев Критских, которые считали себя преемниками декабристов. Этот кружок просуществовал недолго и был вскоре разгромлен жандармами. В начале 30‑х годов студентами Московского университета во главе с В.Г.Белинским создается демократическое «Литературное общество 11‑го нумера» (по номеру занимаемой им комнаты). В эти годы Белинский пишет антикрепостническую драму «Дмитрий Калинин», за что был исключен из университета, а возглавляемый им кружок распался. К 1831 г. относится существование в Московском уни‑" верситете «Сунгуровского ббщества» (по имени бывшего воспитанника университетского пансиона Н.П.Сунгурова, выдававшего себя за члена сохранившейся декабристской организации). Общество, вынашивавшее планы революционного переворота, было разгромлено в зародыше. Еще один кружок студентов университета был организован А.И.Герценом и Н.П.Огаревым, за что его участники были высланы из Москвы. В 1833 г. сложился кружок Н.В.Станкевича, члены которого деятельно изучали передовую европейскую философию. Этот кружок просуществовал до 1837 г. (до отъезда его основателя за границу).

Вторая половина 30‑х годов ознаменовалась спадом общественного движения, репрессиями и преследованиями его участников, в обществе царило состояние неуверенности и разочарования. Эти настроения отразились в знаменитых «Философических письмах» П.Я.Чаадаева. Они были проникнуты глубоким пессимизмом, разочарованием в прошлом России и неверием в ее будущее. Главную причину этого Чаадаев видел в оторванности страны от передового европейского мира. Эта оторванность, по его мнению, имела исторические корни, уходящие во времена принятия христианства. Россия, заимствовав православие у Византии, поставила себя вне европейского развития, движущей силой которого был католицизм. Письма Чаадаева, при всей ошибочности взглядов их автора, сыграли важную роль в пробуждении русского общества от летаргического оцепенения. Правительство поспешило расправиться с издателем, а Чаадаев был объявлен сумасшедшим.

Период идейного кризиса переживал в это время и В.Г.Белинский. Пытаясь найти внутреннюю опору в положениях философии Гегеля, он пытался примириться с русской действительностью. Однако это примирение продолжалось недолго.

На рубеже 30 – 40‑х годов наступает оживление общественной жизни. Постепенно складываются такие идеологические течения, как славянофильство и западничество, формируется и революционно‑демократическая идеология.

Славянофилы

Славянофилы – представители национального дворянско‑либерального направления (идеологами которого были братья И.С. и К.С.Аксаковы, И.В. и П.В.Киреевские, А.И.Кошелев, Ю.Ф.Самарин, А.С.Хомяков) – видели реальные перспективы развития России только в самобытном, исконно русском, исторически сложивщемся русле.

По их мнению, европейские и русские пути развития не совпадали. Особенностью России была община (которая трактовалась ими весьма неопределенно) с традициями общинного землепользования и мирского самоуправления, а также истинный вид христианства, православие, глубоко проникшее в сознание русского человека. При этом помещичья власть в деревне носила патриархальный характер.

Естественное развитие России должно протекать постепенно и «неприметно», без социальных конфликтов, ибо между государством и народом исконно существовала гармония (нарушенная в петровскую эпоху). Возвращение к допетровским традициям русской жизни виделось ими как гарантия благополучия страны.

Вместе с тем славянофилы сознавали необходимость политических перемен, связывавшихся ими с созывом Земского собора (с обязательным сохранением самодержавия), расширением местного самоуправления, изменением в системе судопроизводства. Ратовали они за введение гласности и отмену телесных наказаний.

Интерес славянофилов к особенностям русской жизни стимулировал изучение в эти годы национальной культуры.

Либеральный характер носило и западничество (П.В.Анненков, В.П.Боткин, Т.Н.Грановский, К.Д.Кавелин, В.Ф.Корш, С.М.Соловьев). Сторонники этого направления доказывали, что Россия идет по тому же буржуазному пути, что и европейские страны. Они более решительно, чем славянофилы, выступали за проведение в стране буржуазных реформ. Политическим идеалом западников был буржуазный парламент в рамках конституционной монархии. Так же как и славянофилы западники хотели осуществить преобразования сверху, без революционных потрясений.

У истоков русской революционно‑демократической идеологии стояли А.И.Герцен и В.Г.Белинский.

В 1842‑1843 гг. Герцен пишет цикл философских работ «Дилетантизм в науке», а несколько позднее, в 1844‑1846 гг., свой основной философский труд «Письма об изучении природы», в которых предстает как последовательный материалист и сторонник социалистического строя, воплощавшего единство человеческого бытия и разума.

Годы ссылки оказали заметное влияние на мировоззрение А.И.Герцена. В 40‑е годы по своим убеждениям он был вполне сложившимся демокрагом, революционером и социалистом. Человек с такими убеждениями в николаевской России не мог найти применения своим силам, и в 1847 г., в канун революции во Франции, Герцен уезжает из России. Начало французской революции воодушевило его, он был полон веры в демократическую Европу, ее победу над реакцией. Однако последовавшее вскоре после этого поражение революционных сил породило в Герцене глубокий пессимизм. В 5О‑е годы создается теория «русского социализма». Герцен увязывает будущее человечества с Россией, которая, по его мнению, придет к социализму, минуя капитализм. Важную роль в этом должна была сыграть община, хранившая в себе начало социалистического общества. Будущий социалистический строй в России должен был установиться после отмены крепостного права, с развитием общинных начал в сочетании с утверждением демократ тической республики.

На 40‑е годы приходится расцвет деятельности выдающегося публициста и литературного критика России В.Г.Белинского. С 1839 г. он приезжает в Петербург и начинает работать в «Отечественных записках». Важную роль в формировании демократических и материалистических взглядов Белинского сыграло в эти годы его общение с Герценом. Основным условием всех преобразований в России Белинский видел в отмене крепостного права и ликвидации существовавшего сословного и политического строя. «Вопросом вопросов» становится для него идея социализма. В своем знаменитом «Письме к Гоголю», написанном незадолго до смерти, Белинский сформулировал революционно‑демократическую программу‑минимум на 40‑е годы, включавшую отмену крепостного права, прекращение телесных наказаний и элементарное соблюдение законов в стране. Ранняя смерть в 1848 г. оборвала творчество В.Г.Белинского, которому не было тогда и 40 лет.

Важную роль в формировании и распространении социалистических и революционных идей сыграли кружки петрашевцев (по имени основателя одного из них, переводчика Министерства иностранных дел М.В.Бутатевича‑Петрашевского). С 1844 г. квартира Петрашевского по пятницам превращалась в своего рода политический клуб прогрессивной интеллигенции, в котором обсуждались самые злободневные вопросы. Членами кружка были М.Е.Салтавов, А.Н.Плещчев, А.Н.Майков, Ф.М.Достоевский, В.А.Милютин и многие другие (в течение нескольких лет на заседаниях кружка побывали сотни человек). Постепенно стали возникать и кружки‑филиалы.

Предметом горячих споров и обсуждений становилась здесь политика правительства, возможностн и пути социальных преобразований в России. Среди окружения Петрашевского были популярны социалистические взгляды, обсуждалась возможность организации революционного выступления, в котором движущей силой должны были стать народные массы (восстание, вспыхнув на Урале, распространялось на Поволжье и Дон, с последующим движением восставших на Москву). После свержения самодержавия предполагалось провести широкие демократические реформы. Фактически кружки петрашевцев стояли на дороге создания тайной организации с революционно‑демократической программой. Однако этим планам не суждено было сбыться. В апреле 1849 г. по доносам провокатора начались аресты, 21 участник кружков (в том числе Буташевич‑Петрашевский и Достоевский) были приговорены к смертной казни, в последний момент замененной на каторгу.

Кружки петрашевцев продолжили дальнейшее развитие общественного движения в России, они явились промежуточным звеном на пути к новому, разночинскому, революционно‑демократическому этапу.

Внутренняя политика Николая I (1825‑1855)

Восстание декабристов оказало большое влияние на правительственную политику. Активная и целеустремленная борьба с любыми проявлениями общественного недовольства стала важнейшей составной частью внутриполитического курса нового монарха – Николая I (1796‑1855). «Революция на пороге России, – сказал Николай I после восстания декабристов, – но, клянусь, она не проникнет в нее, пока во мне сохранится дыхание жизни…». В течение своего тридцатилетнего царствования Николай I сделал все, чтобы сдержать эту клятву.

Необходимым условием упрочения существующего строя император считал усиление личного контроля монарха за работой государственного аппарата. Николаевское царствование – время предельной централизации управления империей, апогей самодержавия. Все рычаги, приводившие в движение сложную государственную машину, находились в руках монарха. Резко возросло в этой связи значение царского секретариата – Собственной его императорского величества канцелярии, с помощью которой Николай I осуществлял управление колоссальной державой.

Стремясь предотвратить революцию в России, особое внимание император уделял укреплению репрессивного аппарата. Существовавшая в стране в первой четверти XIX в. система политического сыска нуждалась, как показало восстание декабристов, в реорганизации. С 1826 г. обеспечивать «безопасность престола и спокойствие в государстве» стало III отделение Собственной его императорского величества канцелярии. Исполнительным органом III отделения был Корпус жандармов, образованный в 1827 г. Страна делилась на жандармские округа, возглавлявшиеся жандармскими генералами. В каждой губернии вопросами охраны государственной безопасности ведал специально назначенный штаб‑офицер (старший офицер) жандармерии. Общая численность Корпуса была, впрочем, невелика. В 1850 г. в его составе насчитывалось 210 офицеров и более 5 тыс. нижних чинов. Это, однако, не мешало III отделению развернуть чрезвычайно активную деятельность по защите существующего строя. Оно располагало обширной сетью тайной агентуры, организовывало секретный надзор за частными лицами, правительственными учреждениями, литературой и т.п. Любые проблески свободомыслия, оппозиционности привлекали внимание жандармского ведомства, стремившегося держать под своим контролем всю жизнь русского общества.

Предметом особых забот Николая I были печать и образование. Именно здесь, по его мнению, укоренилась «революционная зараза». В 1826 г. был издан новый цензурный устав, получивший у современников название «чугунного устава». Действительно своими жесткими нормами он наложил весьма тяжкое бремя на издателей и авторов. Правда, в 1828 г. новый устав несколько смягчил крайности своего «чугунного» предшественника. Тем не менее мелочный и жесткий надзор за печатью сохранялся.

Столь же педантичному контролю подвергались и учебные заведения. Николай I стремился сделать школу сословной, а преподавание, в целях пресечения малейшего свободомыслия, вести в строгом православно‑монархическом духе. Рескриптом, изданным в 1827 г., царь запретил допускать крепостных крестьян в средние и высшие учебные заведения. В 1828 г. появился новый школьный устав, перестроивший средние и низшие звенья народного образования. Между существовавшими типами школ (одноклассное приходское училище, трехклассное уездное училище, семиклассная гимназия) какая‑либо преемственная связь уничтожалась, поскольку в каждом из них могли обучаться лишь выходцы из соответствующих сословий. Так, гимназия предназначалась для детей дворян. Средняя и низшая школа, а также частные учебные заведения находились под жестким надзором Министерства народного просвещения. Пристальное внимание правящие круги уделяли университетам, которые и высшая бюрократия, и сам царь не без оснований считали рассадником «своеволия и вольнодумства». Устав 1835 г. лишил университеты значительной части их прав и внутренней самостоятельности. Целям идеологической борьбы со свободомыслием служила сформулированная в 1833 г. министром народного просвещения С.С.Уваровым теория официальной народности, базировавшейся на трех принципах: православие, самодержавие и народность. В духе этой теории, обосновывавшей соответствие существующих порядков русской национальной традиции, строилось преподавание в учебных заведениях. Теория официальной народности активно пропагандировалась в прессе и литературе.

Следует отметить, что, взяв на вооружение теорию официальной народности, Николай I решительно боролся с любыми отклонениями от православия. Весьма крутые меры принимались против старообрядцев, у которых отбирались молитвенные здания, недвижимость и т.п. Дети «раскольников» насильственно зачислялись в школы кантонистов. Такая «защита» интересов официального православия не шла, однако, последнему на пользу. Православная церковь при Николае I окончательно превратилась в составную часть бюрократической машины. Синод все больше становился «ведомством православного исповедания», управлявшимся светским должностным лицом – обер‑прокурором. Все это не могло не подрывать авторитета церкви.

Добиваясь укрепления существующего строя, Николай I не был уверен в его долговечности. Царь очень хорошо видел пороки возглавлявшейся им системы управления. Часть высших сановников полагала необходимым учитывать во внутриполитическом курсе требования времени, пойти на постепенное смягчение крепостного права и, не посягая на прерогативы, короны, принять меры, обеспечивающие законность в Стране. 6 декабря 1826 г. Николай I образовал специальный секретный комитет, призванный рассмотреть ситуацию в государстве и разработать программу необходимых реформ. «Комитет 6 декабря 1826 г.» действовал в течение трех лет. Им была намечена довольно обширная программа преобразований, предусматривавшая, в частности, некоторое ограничение помещичьей власти над крестьянами, перестройку центральной и местной администрации в духе принципа разделения властей и т.п. Крайне консервативные круги выступили против этих планов. Восстание в Польше, «холерные бунты» 1830‑1831 гг. окончательно похоронили большинство начинаний этого Комитета. Для обеспечения законности известное значение должна была иметь кодификация законов, завершенная к 1833 г. Результатом этой обширной работы по систематизации законов, появившихся после Соборного уложения 1649 г., стало издание «Полного собрания законов Российской империи» и «Свода законов Российской империи». Впрочем, значение, которое имели все эти упорядочившие законодательство меры, было небольшим, поскольку чиновничество действовало, абсолютно не считаясь с какими‑либо правовыми нормами.

В последующие годы своего царствования Николай I неоднократно возвращался к мысли о необходимости урегулирования вопроса о крепостном праве. Различные варианты решения этой проблемы разрабатывались в 8 секретных комитетах, которые буквально один за другим создавались императором. Позиция самого Николая I в крестьянском вопросе была весьма противоречивой. «Нет сомнения, что крепостное право в нынешнем его положении у нас есть зло… – заявил царь однажды, – но прикасаться к нему теперь было бы делом еще более гибельным». В этих условиях практические результаты работы упомянутых комитетов оказались ничтожными. Ни на какие меры, сколько‑нибудь существенно менявшие положение крепостных, Николай I не пошел. Неутешительные результаты дала и проводившаяся в жизнь с середины 30‑х годов XIX в. реформа управления государственными крестьянами. Призванная улучшить их положение и реализовавшаяся одним из наиболее просвещенных и способных сановников николаевского царствования П.Д.Киселевым, эта реформа обернулась для казенной деревни усилением административной опеки со стороны коррумпированного чиновничества, ростом произвола начальства. Бюрократический аппарат действовал сам по себе и вопреки воле самодержца, руководствуясь собственными интересами. В конечном счете поэтому на реформу П.Д.Киселева крестьянство ответило вспышкой серьезных волнений.

Николай I уделял большое внимание вопросам укрепления позиций первого сословия империи – дворянства как важнейшей опоры трона. Процесс постепенного экономического оскудения дворянства давал себя знать по мере разложения крепостнической системы. В этой связи самодержавие стремилось упрочить положение высших и средних слоев помещиков, жертвуя интересами слабевших экономически, а потому казавшихся и политически ненадежными представителей дворянства. Манифест 6 декабря 1831 г. допускал к участию в выборах на дворянские общественные должности только тех помещиков, которые имели в пределах губернии не менее 100 душ крестьян или 3 тыс. десятин незаселенной земли. Для того чтобы затруднить проникновение в дворянскую среду выходцев из «податных состояний», в 1845 г. был издан закон, в соответствии с которым на военной службе потомственное дворянство приобреталось лишь по достижении старшего офицерского чина, а на гражданской – чина V, а не VIII класса, как это практиковалось раньше. Своеобразную преграду возраставшим домогательствам на дворянское звание соорудил Манифест 10 апреля 1832 г. Им были созданы институты «потомственных почетных граждан» (к ним относились крупные предприниматели, ученые, дети личных дворян и т.п.) и «почетных граждан» (низшие чиновники, выпускники высших учебных заведений). Все они получали некоторую часть дворянских привилегий – свободу от телесных наказаний и др. Это, по мысли правящих кругов, должно было уменьшить желание «неблагородных» элементов добиваться получения дворянства. Для укрепления материальной базы первого сословия в 1845 г. Николай I создал институт заповедных наследственных имений (майоратов). Они не подлежали дроблению и, составляя собственность дворянского рода, переходили по наследству к старшему сыну.

В своей экономической политике Николай I в известной степени учитывал интересы нарождавшейся буржуазии, потребности промышленного развития страны. Эта линия нашла свое отражение в покровительственных таможенных тарифах, организации промышленных выставок, железнодорожном строительстве. Финансовая реформа 1839‑1843 гг. обеспечила устойчивость рубля и позитивно сказалась на развитии отечественной торговли и промышленности. Волнения рабочих на предприятиях вынудили самодержавие в 30 – 4О‑е годы XIX в, издать законы, регулировавшие трудовые отношения в промышленности и несколько ограничивавшие произвол работодателей.

Охранительные начала в правительственной политике резко усилились в последние годы царствования Николая I. Революция 1848‑1849 гг. в Европе испугала правящие круги Российской империи. Начались гонения на печать и школу. Для усиления действующей цензуры были образованы специальные комитеты (под руководством А.С.Меншикова – для наблюдения за журналами и Д.П.Бутурлина – для надзора за «духом и направлением всех произведений… книгопечатания»). На литераторов, чьи произведения вызывали недовольство властей, обрушивались кары. Один из лидеров славянофильства Ю.Ф.Самарин был заключен в Петропавловскую крепость за сочинение, направленное против прибалтийских немцев, которое прочитало всего 13 близких знакомых автора. За свои произведения поплатились ссылками М.Е.Салтыков‑Щедрин и И.С.Тургенев. В высших учебных заведениях свертывалось преподавание философии, ограничивался прием в университеты, которые Николай I вообще был непрочь закрыть. Резко усилился надзор над профессорами и студентами. Борьба с «революционной заразой» активизировалась. Сильное впечатление на общество произвел разгром кружка петрашевцев.

Итоги тридцатилетнего царствования Николая I подвела Крымская война 1853‑1856 гг., показавшая, что при сохранении существующих порядков Россия не может состязаться на равных с передовыми государствами Западной Европы. Прогрессировавшая экономическая отсталость обусловливала несоответствие уровня военной мощи страны требованиям времени. Николаевская система обанкротилась. Достигшее своего апогея самодержавие оказалось не в состоянии обеспечить эффективное, отвечающее условиям эпохи функционирование государственной машины. Обладавший неограниченной властью монарх не мог справиться с коррупцией и некомпетентностью чиновничества. От общества бюрократический аппарат не зависел, а контроль сверху, несмотря на все усилия Николая I, не приносил никакого эффекта. «Взгляните на годовые отчеты, – писал в 1855 г. курляндский губернатор П.А.Валуев, – везде сделано все возможное, везде приобретены успехи… Взгляните на дело, всмотритесь в него, отделите сущность от бумажной оболочки… и редко, где окажется прочная плодотворная польза. Сверху блеск, внизу гниль». В 1855 г. в обстановке военных неудач Николай I умер. Очевидная несостоятельность проводившегося им курса выдвинула на повестку дня вопрос о проведении реформ, способных обновить страну, преодолеть отставание России от ведущих держав.

Внешняя политика Николая I в 1825‑1853 гг.

Охранительные начала были присущи и внешнеполитическому курсу Николая I. Царь стремился бороться с революцией не только внутри страны, но и в международном масштабе. Он твердо придерживался принципов легитимизма, идеалов Священного союза. Крайне болезненно Николай I реагировал на революцию 1830 г. во Франции и последовавшее в связи с этим низвержение династии Бурбонов. Нового французского монарха Луи‑Филиппа, представителя Орлеанской династии, поддержанного крупной буржуазией, Николай I считал узурпатором, «королем баррикад». Попытки царя организовать интервенцию во Францию, однако, успехом не увенчались. Монархи Австрии и Пруссии, на поддержку которых рассчитывал император, нашли эту затею весьма рискованной и, кроме того, чреватой усилением влияния России в Европе. В результате Николай I вынужден был признать происшедшие во Франции перемены. Безуспешной оказалась и попытка Николая I организовать интервенцию в Бельгию, где также вспыхнула революция. Восставшие провозгласили независимость страны, которая входила в состав Нидерландского королевства. Николай I был готов двинуть к берегам Рейна 60‑тысячную экспедиционную армию. Однако восстание в Польше 1830‑18Э1 гг. помешало и этим планам царя.

Революции во Франции и Бельгии свидетельствовали о крушении «Венской системы». Священный союз практически развалился. Тем не менее Николай I не жалел усилий для его возрождения. Восстановить Союз в качестве постоянного и официального объединения монархов Николаю I, однако, не удалось. Противоречия между Россией, Австрией, Пруссией, сотрудничество которых должно было составить основу Союза, оказались слишком острыми. Русско‑австрийские интересы сталкивались на Балканах. Австрия и Пруссия соперничали друг с другом в деле объединения Германии. Негативную реакцию идея возрождения Священного союэа вызывала в Англии и во Франции.

Между тем приближалась новая волна революционного и национально‑освободительного движения в Европе. В 1848 г. вспыхнула революция во Франции. Монархия Луи‑Филиппа была низвергнута. Франция стала республикой. Революция охватила Пруссию, германские государства. Национально‑освободительное движение развернулось в пределах Австрийской империи – в Италии. Почти вся Европа была охвачена революционным пожаром, который явственно приближался к границам России. Борьба венгерского народа против австрийского гнета за национальную независимость поставила под вопрос само существование империи Габсбургов. Австрийское правительство умоляло Николая I о помощи, и такая поддержка была оказана. Русская армия под командованием И.Ф.Паскевича двинулась в Венгрию и подавила революцию.

Успешная интервенция в Венгрию, казалось, упрочила позиции самодержавия на международной арене. «Когда я был молод, – писал в 1851 г. барон Штокмар, воспитатель принца Альберта, мужа английской королевы Виктории, – то над континентом Европы владычествовал Наполеон. Теперь дело выглядит так, что место Наполеона заступил русский император…» Сам Николай I все больше и больше ощущал себя вершителем судеб Европы. В действительности же на континенте к началу 50‑х годов XIX в. складывались ситуация, крайне опасная для России. Приверженность Николая I явно отжившему свой век принципу легитимизма ставила страну в весьма невыгодное для нее положение на международной арене. Не только демократические, но и умеренно либеральные круги Европы были недовольны вмешательством царизма во внутренние дела других государств. Даже близкие по духу самодержавию режимы оказывались ненадежными партнерами. Стремление Николая I помешать объединению германии восстанавливало против него Пруссию. Спасенная царем от развала Австрийская империя с тревогой наблюдала за политикой самодержавия в Восточном вопросе. Не допустив распада монархии Габсбургов, Николай I сохранил державу, никак не склонную поддерживать стремление царя взять под контроль Черноморские проливы и укрепить позиции России на Балканах, а потому являвшуюся не союзником, а, скорее, потенциальным противником. Борьба Николая I с революционным движением в Европе для страны обернулась крайне тяжелыми последствиями, вызвав дипломатическую изоляцию России во время Крымской войны.

Следует отметить, что в центре внимания Николая I постоянно находились и ближневосточные проблемы. Прогрессировавший упадок некогда могущественной Османской империи стимулировал в этом регионе экспансию великих держав, порождал борьбу между ними за «турецкое наследство». Николай I вступил на трон в тот момент, когда восточный кризис, вызванный греческим восстанием, достиг предельной остроты. Николай I сразу же взял курс на соглашение с Англией и Францией по Восточному вопросу. В 1826 г. в Петербурге был подписан англо‑русский протокол. Россия соглашалась на английское посредничество в греко‑турецких переговорах. В случае отказа султана признать это посредничество Россия получала право единолично выступать против Турции. В целом, этот протокол был успехом русской дипломатии, поскольку развязывал ей руки для самостоятельных действий.

Ситуация, однако, вскоре осложнилась. В 1826 г. началась русско‑персидская война. Побуждаемый английской дипломатией иранский шах стремился восстановить свое владычество к северу от реки Аракс, т.е. на территории северного Азербайджана. Военные действия развивались успешно для России. В 1828 г. в Туркманчае был подписан мирный договор, в соответствии с которым Персия не только отказалась от своих притязаний, но и уступила России восточную часть Армении.

Между тем Англия, Франция и Россия, заключив в 1827 г. конвенцию об «умиротворении Греции», предъявили Османской империи ультиматум, в котором требовали прекращения военных действий против повстанцев и предоставления Греции автономии. После того как турецкое правительство отвергло этот ультиматум, соединенная англо‑русско‑французская эскадра вошла в Наваринскую бухту, где стоял турецкий флот, и в завязавшемся сражении уничтожила его главные силы. Считавший Россию основной виновницей происшедшего султан расторг все ранее заключенные русско‑турецкие договоры и призвал мусульман к «священной войне». Николай I некоторое время избегал вооруженного конфликта с Османской империей, ожидая завершения русско‑персидской войны. После заключения Туркманчайского мирного договора он принял вызов. В апреле 1828 г. началась русско‑турецкая война. Она оказалась довольно трудной для России. Тем не менее летом 1829 г. русские войска перешли Балканский хребет и оказались на расстоянии 60 км от турецкой столицы. Османская империя вынуждена была просить мира. По условиям Адрианопольского договора, заключенного в сентябре 1829 г., Россия получили дельту Дуная, береговую пололосу на Кавказе (от Анапы до Поти) и Ахалцихскую область. Адрианопольский договор стал важной вехой на пути балканских народов к национальной независимости. Он предусматривал расширение автономии Дунайских княжеств и Сербии. Право на автономию в составе Турецкой империи получила и Греция, которая уже спустя полгода добилась полной независимости.

Влияние России на Ближнем Востоке после заключения Адрианопольского мирного договора значительно возросло. Крупнейшим успехом политики Николая I в этом регионе стал Ункиар‑Искелесийский договор с Турцией (1833 г.). Воспользовавшись затруднительным положением султана, которому угрожал его египетский вассал Мухаммед‑Али, Николай I, в обмен на обещание оказывать военную помощь Османской империи, добился согласия Турции закрыть проход через Дарданеллы для всех иностранных военных судов. Тем самым обеспечивалась безопасность южных рубежей России. Правящие круги Англии и Франции весьма болезненно реагировали на это соглашение, считая, что его следствием будет полное подчинение Турции русскому влиянию. С тревогой смотрела на укрепление позиций России на Ближнем Востоке и Австрия.

Ункиар‑Искелесийский договор был заключен срокомбыл заключен сроком на 8 лет. Считая Турцию «умирающим человеком», Николай I полагал необходимым готовиться к распаду Османской империи. В этой связи царь взял курс на соглашение с Англией, видя в ней наиболее подходящего партнера по дележу турецкого наследства. Царь пошел на замену раздражавшего британского правительство Ункиар‑Искелесийского договора Лондонскими конвенциями 1840 и 1841 гг., менее выгодными для России. Во время своего визита в Англию в 1844 г. Николай I по сути дела прямо предложил британскому правительству договориться о разделе Турции. Надежду царя на соглашение с Англией по Восточному вопросу не оправдались. Правящие круги Англии, имея свои планы экспансии на Востоке, опасались, что раздел Османской империи приведет к чрезмерному усилению России. Английский капитал захватывал ключевые позиции в турецкой экономике, и в перспективе вся страна могла оказаться на положении полуколонии Британской империи. Надеясь сыграть на англо‑французских противоречиях, Николай I преувеличил их остроту. Тревога, которую внушали планы Николая I в отношении Турции и Англии и Франции, видевших в намерениях царя угрозу собственной экспансии в данном регионе, сделала наоборот реальной перспективу совместного выступления этих держав против России. С англо‑французским союзом Николаю I и пришлось столкнуться во время Крымской войны.

Еще в конце второго десятилетия XIX в. активизировалась экспансия царизма на Северном Кавказе. Самодержавие вело здесь многолетнюю изнурительную войну против горских народов, упорно отстаивавших свою независимость. С 1834 г. сопротивление горцев возглавил Шамиль. Талантливый военачальник, он длительное время вел успешную партизанскую борьбу. Лишь в 1859 г. Шамиль был осажден в ауле Гуниб и после взятия аула царскими войсками пленен. Последние очаги сопротивления кавказских горцев удалось подавить только в начале 60‑х годов XIX в. В Казахстане русские войска систематически продвигались в глубь степей и к середине 50‑х годов XIX в. владения России вплотную приблизились к рубежам среднеазиатских государств.

Крымская (Восточная) война (1853‑1856)

В конце 40‑х годов XIX в. в центре внешней политики России находился Восточный вопрос – сложный конгломерат острейших международных противоречий, от разрешения которых зависели безопасность границ империи, дальнейшие перспективы развития черноморской торговли и экономическое состояние южных губерний. Речь шла, прежде всего, об установлении преобладающего влияния на Османскую империю, пораженную к этому времени глубоким внутренним кризисом.

Важным политическим фактором этого кризиса являлась национально‑освободительная борьба балканских народов против турецкого ига. Это движение традиционно получало поддержку России, выступавшей в качестве заступницы славян христианского вероисповедания, преимущественно населявших Балканы. Такая позиция, объективно способствовавшая освобождению балканских народов, позволяла России использовать движение на Балканском полуострове для усиления собственного влияния в регионе, давала ей дополнительную опору в борьбе с Турцией.

Интересы России на Ближнем Востоке и Балканах неизбежно сталкивались с устремлениями крупнейших европейских держав – Англии и Франции, доминировавших на ближневосточных рынках сбыта, а также Австрии, преследовавшей на Балканах свои цели.

Европейские революции 1848‑1849 гг., вызвавшие сильные политические потрясения на континенте, привели в то же время к активизации русской внешней политики, в том числе и в Восточном вопросе. Допуская возможность военного конфликта с Францией (позиции которой явно шли вразрез с устремлениями Николая I), Россия попыталась найти себе сильного союзника. Полагая, что англо‑французские противоречия достаточно глубоки и создают хорошую основу для договоренности с Англией, русские дипломаты и сам император предприняли ряд шагов, направленных на сближение с ней. Однако английские политики не только не желали поддерживать Россию, но и были настроены явно антирусски. Так, некоторые из них вынашивали откровенные планы послевоенного расчленения России: Финляндию предполагалось отдать Швеции, Прибалтику – Пруссии, Крым и Кавказ – Турции. Польша должна была стать буферным государством, отделяющим Россию от Западной Европы. Это совпадало и с реваншистскими планами Турции, желавшей вернуть себе Крым и территории Кавказа.

Английское правительство считало, что война с Россией будет популярной в английском обществе (поскольку царизм прочно стяжал себе славу «жандарма Европы»), и рассчитывало поднять свой авторитет. Внутриполитическое положение во Франции также заставляло Наполеона III заботиться о своем престиже. В случае победоносной войны он надеялся укрепить свои позиции в среде католического духовенства (которое вело давний спор с православной церковью из‑за иерусалимских святынь) и снять внутреннюю напряженность в стране.

Если учитывать, что в Петербурге также рассчитывали на территориальные приобретения и беспокоились о судьбе черноморских проливов, опасаясь, что из рук слабой Турции они могут перейти к сильной европейской державе, то становится очевидным, что грядущая война носила захватнический характер со стороны всех ее участников.

Петербургский кабинет между тем недооценивал возможность создания антирусской коалиции и переоценивал свои силы, которые в первой половине 50‑х годов казались весьма внушительными. Россия обладала огромными людскими ресурсами и имела армию численностью свыше 1,1 млн человек. Однако армия эта была рассредоточена на огромной территории и для безопасности страны с западного направления крупные воинские силы не могли быть сняты. Техническая оснащенность и армии, и флота оставляла желать много лучшего. В войсках к началу войны практически не было нарезного оружия, артиллерия уступала по своим характеристикам западноевропейским образцам. Русский флот имел прекрасные боевые традиции, экипажи были хорошо обучены и готовы вести войну на море, однако паровых судов было весьма мало, в то время как английский и французский флоты располагали большим количеством паровых судов с винтовыми двигателями. Кроме того, была расстроена финансовая система страны. Все это делало успех в войне весьма проблематичным.

Поводом для конфликта стал спор между католическим к православным духовенством за право хранить ключи от Вифлеемского храма и ремонтировать купол над гробом господним в Иерусалиме. Царские дипломаты заняли в этом вопросе жесткую непримиримую позицию, а поведение чрезвычайного посла А.С.Меншикова носило вызывающий характер. Еще одним требованием России стало заключение конвенции о покровительстве русского царя всем православным христианам в Турции. Французские и английские дипломаты, прикрываясь миролюбивыми заявлениями, исподволь занимались разжиганием конфликта. Особенно в этом усердствовал посол Англии лорд Стрэтфорд‑Редклиф, который не останавливался перед прямым подлогом и клеветой. Ободряемая их поддержкой, Турция не спешила принимать ультимативные требования русских. Не дождавшись положительного ответа, Меншиков и сотрудники русского посольства покинули Константинополь. В эти же дни корабли Франции и Англии были направлены к проливам. Война становилась реальностью.

Военные действия

В военных действиях в годы Крымской войны обычно выделяются два периода: с ноября 1853 г. по апрель 1854 г., включающий собственно русско‑турецкую кампанию, и с апреля 1854 г. по февраль 1856 г., когда в войну вступили союзники (Англия, Франция и позднее Сардинское королевство), а боевые действия велись сразу на нескольких фронтах, прежде всего в Крыму и на Кавказе.

В июне 1853 г. русские войска вступили в Дунайские княжества Молдавию и Валахию, находившиеся под номинальным протекторатом Турции. Эти события привели к тому, что 4(16) октября 1853 г. султан объявил войну России.

В начале войны русский Черноморский флот получил приказ прервать переброску морем турецких войск в Грузию и нарушить транспортные перевозки неприятеля. С этой целью русские корабли блокировали турецкие суда в их портах.

18(30) ноября 1853 г. русская эскадра под командованием вице‑адмирала П.С.Нахимова уничтожила лучшую часть турецкого флота в бухте Синопа. Поражение Турции ускорило вмешательство Англии и Франции, корабли которых уже в декабре 1853 г. вошли в Черное море. Спустя несколько месяцев (весной 1854 г.) Англия и Франция официально объявили войну России.

В планы союзного командования входил захват Севастополя – военно‑морской базы Черноморского флота в Крыму. 2(14) сентября под Евпаторией началась высадка англо‑фраицузско‑турецкой армии. Русская армия под командованием А.С.Меншикова пыталась остановить противника 8(20) сентября в неудачном для себя сражении на р.Альме, после чего отступила к Бахчисараю.

Севастополь начал подготовку к обороне с суши. Срочно была создана система укреплений из 7 бастионов, соединенных траншеями, с многочисленными редутами и батареями. 2(14) сентября в Севастопольской бухте было затоплено несколько старых кораблей, что преградило доступ сюда неприятельским судам. Около 2 тыс. орудий, снятых с кораблей, было установлено на береговых укреплениях, а черноморские матросы пополнили ряды защитников города. Большая заслуга в создании этих укреплений принадлежала военному инженеру Э.И.Тотлебену.

В октябре 1854 г. войска союзников подошли к городу и началась героическая 349‑дневная оборона Севастополя. Уже 5(17) октября союзники предприняли первую бомбардировку города. Артиллерийская дуэль продолжалась несколько часов, потери обеих сторон были весьма значительны (с русской стороны погиб руководитель обороны вице‑адмирал В.А.Корнилов), стойкость севастопольцев заставила англо‑французский генералитет изменить планы: отказаться от немедленного штурма и перейти к осаде.

Помощь Севастополю пыталась оказать русская армия, которая осенью 1854 г. под Балаклавой и Инкерманом атаковала позиции противника, и, хотя успеха в этих сражениях достигнуто не было, они отвлекли на некоторое время внимание от Севастополя. Не принесло ожидаемого эффекта и наступление на Евпаторию. Позднее, в августе 1855 г., армия под командованием нового главнокомандующего М.Д.Горчакова участвовала в сражении на Черной речке, однако потерпела неудачу и была вынуждена отступить. Таким образом полевая армия не смогла оказать существенной помощи осажденному городу.

Тем временем бомбардировки города продолжались (2‑я в марте, 3‑я в мае, 4‑я в июне, 5‑я в августе), попытки штурма были отбиты, однако положение защитников с каждым днем становилось все тяжелее.

Подавляющим становилось англо‑французское превосходство в живой силе, боеприпасах (для их подвоза использовалась специально построенная железная дорога), качестве вооружения и техническом оснащении (нарезное оружие, паровые двигатели на судах). Русские солдаты и матросы могли противопоставить неприятелю лишь массовый героизм. Вся Россия узнала имена героев‑севастопольцев матросов Петра Кошки и Игнатия Шевченко, сапера Жукова, солдата Елисеева. Под пулями и ядрами находились на бастионах сестры милосердия Даша Севастопольская, Елизавета Хлапонина и многие другие. Образцы мужества показывали офицеры, генералы и адмиралы: в Севастополе погибли В.И.Истомин, П.С.Нахимов, был тяжело раней С.А.Хрулев. Силы защитников таяли с каждым днем, а помощь из России поступала крайне медленно (сказывалось отсутствие хороших дорог, плохо было поставлено снабжение).

27 августа (8 сентября) 18Б5 г. после 6‑й бомбардировки города начался последний щтурм. Выл взят ключевой пункт обороны Малахов курган и вечером того же дня по наплавному мосту защитники перешли на Северную сторону города. Укрепления были взорваны, а остававшиеся еще на плаву корабли затоплены.

В годы Восточной войны велись боевые действия и на других фронтах. Однако фактически нигде более союзники успеха не достигли. На Балтике англо‑французская эскадра блокировала русский флот в Кронштадте и Свеаборге, однако на штурм этих крепостей не решилась, был высажен десант на Аландские острова. В 1854 г. на Белом море английские корабли бомбардировали практически беззащитный Соловецкий монастырь и были вынуждены бесславно отступить. Также безрезультатно закончилась высадка десанта в 1854 г. под Петропавловском‑на‑Камчатке. На Кавказе успехи сопутствовали русской армии. 19 ноября (1 декабря) 1853 г. турецкие войска были разбиты при Башкадыкларе, военные действия были перенесены на территорию Турции. В ноябре 1855 г. русские войска взяли крепость Каре.

Фактически в конце 1855 г. боевые действия прекратились. Ни англичане, ни французы не помышляли о перенесении боевых действий в глубь России, Севастополь обошелся им потерей 70 тыс. солдат. Однако и Россия продолжать войну была не в состоянии: возникла реальная угроза расширения антирусской коалиции (весьма враждебно к России были настроены Австрия, Пруссия, Швеция), в тяжелейшем положении находилась экономика, страна настойчиво требовала реформ во всех сферах жизни.

С инициативой прекращения войны выступила Франция. После дипломатической подготовки великие державы собрались в Париже, где 18(30) марта 1856 г. был подписан мирный договор.

Территориальные потери России в Крымской войне не были значительными: фактически она уступала лишь острова в дельте Дуная и Южную Бессарабию. Наиболее тяжелые статьи мира касались так называемой «нейтрализации» Черного моря (запрещение иметь здесь военный флот и арсеналы). Над Сербией, Молдавией и Валахией устанавливался протекторат великих держав. Карс был возвращен Турции, а Россия восстанавливала на Кавказе довоенные границы, оставив за собой побережье Черного моря.

Крымская война имела большое значение в военном отношении. Военные действия протекали в ходе ее в качественно новых условиях, вызванных применением передовой техники. Стала очевидной необходимость перевооружения армии, изменения принципов ее комплектования, менялась военная тактика. России требовался целый комплекс военных реформ, которые были реализованы в 60‑70‑е годы.

Россия вышла из войны с подорванной экономикой и потерянным международным авторитетом, нестабильным было внутриполитическое положение. Крымская война сыграла роль катализатора, ускорившего вызревание революционной ситуации в стране, привела и крупнейшим политическим изменениям – отмене крепостного права и проведению буржуазных реформ.

Русская культура в первой половине XIX в.

Первая половина XIX в. была отмечена значительным прогрессом русской культуры, сопровождавшимся развитием просвещения, науки, литературы и искусства. В нем отразились и рост самосознания народа, и новые демократические начала, утверждавшиеся в русской жизни в эти годы. Культурное влияние все шире проникало в самые различные слои общества, входя в тесный контакт с действительностью и соответствуя практическим требованиям общественной жизни.

Просвещение

Социально‑экономическое развитие русского общества в первой половине XIX в. настоятельно требовало коренных изменений в области народного просвещения. В годы царствования Александра I была создана система образования, включавшая на начальной ступени приходские одноклассные школы и двухклассные уездные училища, далее следовали четырехклассные гимназии и, наконец, в основу высшего образования было положено обучение в университетах и немногочисленных технических учебных заведениях.

Центральными звеньями этой системы были российские университеты (Московский, Петербургский, Казанский, Дерптский и др.). Наряду с ними существовали и сословные дворянские учебные заведения – лицеи, самым известным из которых был Царскосельский. Военное образование дети дворян получали в кадетских корпусах.

В эти годы образование в России сделало существенный шаг вперед. Если в XVIII в, оно оставалось привилегией высших дворянских кругов, то уже в первой четверти XIX в. получило широкое распространение в дворянской среде, а позднее и среди купечества, мещанства, ремесленников.

Заметно выросло в стране число библиотек, среди которых появилось много частных. Все больший интерес у читающей публики стали вызывать газеты и журналы, издание которых заметно расширилось («Северная пчела», «Губернские ведомости», «Вестник Европы», «Сын отечества» и др.).

Наука и техника

В первой половине XIX в. русская наука достигла значительных успехов. Успешно изучалась русская история. Впервые образованный читатель получил обширную, написанную литературным языком 12‑томную «Историю государства Российского», созданную в 1816‑1829 гг. Н.М.Карамзиным. Заметный вклад в отечественную медиевистику внес Т.Н.Грановский, лекции которого в Московском университете имели большой общественный резонанс.

Значительных успехов добились русские филологи, А.X.Востоков стал основателем русской палеографии, в тесном содружестве работали русские и чешские славяноведы.

В первой половине XIX в. русские моряки совершили около 40 кругосветных путешествий, начало которым положили экспедиции И.Ф.Крузенштерна и Ю.Ф.Лисянского на парусниках «Надежда» и «Нева» (1803‑1806). Предпринятая в 1819‑1821 гг. Ф.Ф.Беллинсгаузеном и М.П.Лазаревым экспедиция к Южному полюсу на шлюпах «Восток» и «Мирный» открыла Антарктиду. В 1845 г. начало работать Русское географическое общество,

В 1839 г. благодаря усилиям В.Я.Струве открылась знаменитая образцовая астрономическая обсерватория в Пулково (под Петербургом), оборудованная крупнейшим телескопом.

Мировую известность получили работы отечественных математиков: В.Я.Буняковского, М.В.Остроградского. Существенным вкладом в развитие математики было создание Н.И.Лобачевским так называемой неевклидовой геометрии.

Успешно работали в области электричества русские физики. В.В.Петров открыл электрическую дугу (1802), имевшую большое практическое значение, занимался проблемами электролиза. Работы Э.X.Ленца были посвящены вопросам превращения тепловой энергии в электрическую, П.Л.Шиллинг явился создателем электромагнитного телеграфа (1828‑1832). Впоследствии в 1839 г. другой русский физик Б.С.Якоби соединил подземным кабелем столицу с Царским Селом. Якоби также много и успешно работал над созданием электрического двигателя, лодка с таким двигателем прошла испытание на Неве. В мастерской Якоби использовалось еще одно его открытие – гальванопластика, изготавливалась скульптура, медные барельефы, которыми, в частности, был украшен Исаакиевский собор в Петербурге.

Над изучением структуры металлов трудился металлург П.П.Аносов, химик Н.Н.Зинин сумел получить анилиновые красители из бензола, мировой известностью пользовались биологи К.Бэр и К.Рулье. Русские медики начали использовать наркоз при операциях (Н.И.Пирогов применил обезболивающие средства и антисептики в полевых условиях), работали в области переливания крови (А.М.Филомафитский).

Значительными были достижения и в области техники. Ее развитие способствовало промышленному перевороту в России. В 1834 г. на Выйском заводе (Урал), крепостные механики отец и сын Е.А. и М.Е.Черепановы построили одну из первых в мире железных дорог, а уже в 1837 г. первые составы пошли по железной дороге Петербург – Царское Село. Первые пароходы на Неве появились в 1815 г., а в 1817‑1821 гг. они стали плавать по Каме и Волге.

Литература

Русская литература первой половины XIX в. – одно из наиболее ярких явлений в истории мировой культуры. На рубеже XVIII‑XIX вв. классицизм с его риторикой и «высоким штилем» постепенно вытеснялся новым литературным течением – сентиментализмом. Основоположником этого направления в русской словесности был Н.М.Карамзин. Его произведения, открывая современникам мир человеческих чувств, пользовались огромным успехом. Творчество Н.М.Карамзина сыграло большую роль в развитии русского литературного языка. Именно Н.М.Карамзин, по выражению В.Г.Белинского, преобразовал русский язык, совлекши его с ходуль латинской конструкции и тяжелой славянщины и приблизил к живой, естественной, разговорной русской речи".

Отечественная война 1812 г., порожденный ею подъем национального самосознания вызвал к жизни такое литературное течение как романтизм. Одним из его наиболее выдающихся представителей в русской литературе стал В.А.Жуковский. В своих произведениях В.А.Жуковский часто обращался к сюжетам, навеянным народным творчеством, перелагая стихами легенды и сказки. Активная переводческая деятельность В.А.Жуковского знакомила русское общество с шедеврами мировой литературы – творчеством Гомера, Фирдоуси, Шиллера, Байрона и др. Высоким гражданским пафосом был пронизан революционный романтизм поэтов – декабристов К.Ф.Рылеева, В.К.Кюхельбекера.

Русская литература первой половины XIX в. необычайно богата яркими именами. Величайшим проявлением народного гения стала поэзия и проза А.С.Пушкина. «…через эпоху Державина, а потом Жуковского, – писал один из выдающихся представителей отечественной философской мысли В.В.Зеньковский, – приходит Пушкин, в котором русское творчество стало на собственный путь – не чуждаясь Запада… но уже связав себя в свободе и вдохновении с самыми глубинами русского духа, с русской стихией». В 30‑е годы XIX в. пышным цветом расцвел талант младшего современника А.С.Пушкина – М.Ю.Лермонтова. Воплотив в своем стихотворении «На смерть поэта» общенациональную скорбь по поводу гибели А.С.Пушкина, М.Ю.Лермонтов вскоре разделил его трагическую судьбу. С творчеством А.С.Пушкина и М.Ю.Лермонтова связано утверждение реалистического направления в русской литературе.

Свое яркое воплощение это течение нашло в произведениях Н.В.Гоголя. Его творчество наложило огромный отпечаток на дальнейшее развитие отечественной литературы. Сильное влияние Н.В.Гоголя испытали начавшие свою литературную деятельность в 40‑е годы XIX в. Ф.М.Достоевский, М.Е.Салтыков‑Щедрин, Н.А.Некрасов, И.С.Тургенев, И.А.Гончаров, чьи имена являются гордостью отечественной и мировой культуры. Крупным событием литературной жизни конца 30 – начала 40‑х годов стала короткая творческая деятельность А.В.Кольцова, поэзия которого восходила к народной песне. Глубоким чувством Родины была насыщена философско‑романтическая лирика выдающегося поэта‑мыслителя Ф.И.Тютчева. Шедеврами русского национального гения стали элегии Е.А.Баратынского.

Театр

Значительным явлением культурной жизни России первой половины XIX в. стал театр. Популярность театрального искусства росла. Крепостной театр сменялся «вольным» – государственным и частным. Впрочем, государственные театры появились в столичных городах еще в XVIII в. В частности, в Петербурге в начале XIX в. их было несколько – дворцовый театр в Эрмитаже, Большой и Малый театры. В 1827 г. в столице открылся цирк, где ставились не только цирковые представления, но и драматические спектакли. В 1832 г. в Петербурге по проекту К.И.Росси было построено здание драматического театра, оборудованного по последнему слову театральной техники. В честь жены Николая I Александры Федоровны он стал именоваться Александрийским (ныне – театр им. А.С.Пушкина). В 1833 г. завершилось строительство Михайловского театра (ныне – Малый театр оперы и балета). Свое наименование он получил в честь брата Николая I – великого князя Михаила Павловича. В Москве в 1806 г. открылся Малый театр, а в 1825 г. завершилось строительство Большого театра.

С большим успехом шли на сцене такие драматические произведения как «Горе от ума» А.С.Грибоедова, «Ревизор» Н.В.Гоголя и др. В начале 50‑х годов XIX в. появились первые пьесы А.Н.Островского. В 20‑40‑е годы в Москве демонстрировал свое многогранное дарование выдающийся русский актер М.С.Щепкин, друг А.И.Герцена и Н.В.Гоголя. Большим успехом у публики пользовались и другие замечательные артисты – В.А.Каратыгин – премьер столичной сцены, П.С.Мочалов, царивший на сцене Московскаго драматического театра и др.

Значительных успехов в первой половине XIX в. добился балетный театр, чья история в тот период во многом была связана с именами знаменитых французских постановщиков Дидло и Перро. В 1815 г. на сцене Большого театра Петербурга дебютировала замечательная русская танцовщица А.И.Истомина.

Музыка

Первая половина XIX в. стала временем формирования в России национальной музыкальной школы. В этот же период создается русская национальная опера. Огромный вклад в развитие музыкального искусства внесло творчество М.И.Глинки. Созданные им оперы «Жизнь за царя» (у нас она по понятным причинам долгое время именовалась «Иван Сусанин»), «Руслан и Людмила» поставили М.И.Глинку в один ряд с крупнейшими композиторами мира. В своем оперном и симфоническом творчестве М.И.Глинка явился основоположником русской классической музыки. К числу талантливейших композиторов первой половины XIX в. относились А.А.Алябьев – автор более чем 200 романсов и песен, А.Н.Верстовский. Крупным явлением в истории русского музыкального искусства стало творчество А.С.Даргомыжского. Большой успех имели его вокальные произведения – в особенности романсы. По мотивам песен и обрядов была создана его опера «Русалка» – лирическая музыкальная драма. В сокровищницу русского музыкального искусства вошла опера А.С.Даргомыжского «Каменный гость», написанная на текст А.С.Пушкина.

Живопись

Культурная жизнь России в первой половине XIX в. характеризовалась интенсивным развитием изобразительного искусства. Возникший в русской живописи еще в XVIII в. классицизм провозгласил образцом для подражания античное искусство. Во второй четверти XIX в. он выражается в академизме, принятом Академией художеств как единственная художественная школа. Консервируя классические формы, академизм выводил их на уровень непреложного закона и являлся «правительственным направлением» в изобразительном искусстве. Представителями академизма являлись Ф.А.Бруни, И.П.Мартос, Ф.И.Толстой.

С начала XIX в. в русском изобразительном искусстве развивается такое направление, как сентиментализм. Впрочем, элементы сентиментализма в творчестве русских мастеров обычно сочетались с элементами классицизма или романтизма. Наиболее полно черты сентиментализма воплотились в работах замечательного художника А.Г.Венецианова, с любовью писавшего среднерусские деревенские пейзажи, портреты крестьян. Романтическое направление живописи воплотилось в творчестве К.П.Брюллова – пожалуй, наиболее известного русского художника первой половины XIX в. Его картина «Последний день Помпеи» вызвала восторг современников и принесла К.П.Брюллову европейскую славу. Ярким представителем романтического течения являлся О.А.Кипренский. Прожив недолгую, но исключительно насыщенную творческую жизнь, в своих картинах он сумел выразить такие лучшие человеческие чувства и идеи, как патриотизм, гуманизм, свободолюбие. 30‑40‑е годы XIX в. стали временем зарождения в русской живописи нового направления – реализма. Одним из его основоположников стал П.А.Федотов. Персонажами П.А.Федотова были не герои древности, а простые люди. Он стал первым художником, поднявшим тему «маленького человека», ставшую впоследствии традиционной для русского искусства.

Значительным явлением художественной жизни России первой половины XIX в. стало творчество А.А.Иванова, выдающегося мариниста И.К.Айвазовского. А.А.Иванов многие годы посвятил работе над гигантским полотном «Явление Христа народу», вложив в него глубокое философско‑этическое содержание. Благородные идеи добра и справедливости, нетерпимости к насилию и порокам, вдохновлявшие русских художников в первой половине XIX в., оказали сильное влияние на развитие отечественного изобразительного искусства и в последующие десятилетия.

Архитектура

Развитие русского градостроительства в первой половине XIX в. стимулировало творческий поиск русских архитекторов. Главное внимание по‑прежнему уделялось строительству в Петербурге. Именно в этот период складывается традиционный для него классический облик. В стиле зрелого классицизма в городе создается ряд монументальных ансамблей. В центре столицы, на Дворцовой площади К.И.Росси возводит здание Генерального штаба (1819‑1829), несколько позднее по проекту О.Монферрана здесь устанавливается Александровская колонна (1830‑1834), а в 1837‑1843 гг. А.П.Брюллов строит здание Штаба гвардейского корпуса. Тот же Росси в 1829‑18Э4 гг. создает здания Сената и Синода, Михайловский дворец (1819‑1825), Александрийский театр и застраивает целую улицу (Театральная, ныне ул. Зодчего Росси). В первое десятилетие XIX в. в Петербурге строится Смольный институт (Д.Кваренги), здание Биржи с Ростральными колоннами (Тома‑де‑Томон), Казанский собор (А.Н.Воронихин). В последующие годы возводятся Исаакиевский собор (О.Монферран), Главное Адмиралтейство (А.Д.Захаров).

Шло каменное строительство и в других городах империи. После пожара 1812 г. быстро восстанавливалась Москва. В губернских и уездных городах наряду с каменными зданиями стали строиться и частные крупные каменные дома.

3. РОССИЯ В ЭПОХУ КАПИТАЛИЗМА

Революционнаа ситуация в России на рубеже 50‑60‑х годов XIX в. Падение крепостного права

В конце 50‑х годов XIX в. кризис феодализма в России достиг своей кульминации. Крепостничество сдерживало развитие промышленности и торговли, консервировало низкий уровень сельского хозяйства. Росли недоимки крестьян, увеличивалась задолженность помещиков кредитным учреждениям.

Вместе с тем в экономике России в недрах феодального строя пробивал себе дорогу капиталистический уклад, возникали устойчивые капиталистические отношения с постепенно складывающейся системой купли‑продажи рабочей силы. Наиболее интенсивно его развитие происходило в сфере промышленности. Рамки старых производственных отношений уже не соответствовали развитию производительных сил, что, в конечном счете, привело к возникновению пеовой революционной ситуации в России на рубеже 50‑60‑х годов XIX в.

В 50‑е годы заметно обострились нужда и тяготы народных масс, произошло это под влиянием последствий Крымской войны, участившихся стихийных бедствий (эпидемий, неурожаев и как их следствие – голода), а также усиливавшегося в предреформенный период гнета со стороны помещиков и государства. На экономику российской деревни особенно тяжелые последствия оказали рекрутские наборы, сократившие число работников на 10%, реквизиции продовольствия, лошадей и фуража. Обострял положение и произвол помещиков, систематически сокращавших размеры крестьянских наделов, переводивших крестьян в дворовые (и таким образом лишавших их земли), переселявших крепостных на худшие земли. Эти акты приняли такой размах, что правительство незадолго до реформы специальными указами было вынуждено наложить запрет на подобные действия.

Ответом на ухудшение положения народных масс стало крестьянское движение, которое по своему накалу, масштабам и формам заметно отличалось от выступлений предыдущих десятилетий и вызывало сильное беспокойство в Петербурге.

Для этого периода характерны массовые побеги помещичьих крестьян, желавших записаться в ополчение и надеявшихся таким образом получить свободу (1854‑1855), самовольные переселения в разоренный войной Крым (1856), «трезвенное» движение, направленное против феодальной системы винных откупов (1858‑1859), волнения и побеги рабочих на строительстве железных дорог (Московско‑Нижегородской, Волго‑Донской, 1859‑1860). Беспокойно было и на окраинах империи. В 1858 г. с оружием в руках выступили эстонские крестьяне («война в Махтра»). Крупные крестьянские волнения вспыхнули в 1857 г. в Западной Грузии.

После поражения в Крымской войне, в условиях нарастающего революционного подъема обострился кризис верхов, проявившийся, в частности, в активизации либерально‑оппозиционного движения среди части дворянства, недовольной военными неудачами, отсталостью России, понимавшей необходимость политических и социальных перемен. «Севастополь ударил по застоявшимся умам», – писал об этом времени знаменитый русский историк В.О.Ключевский. Введенный императором Николаем I «цензурный террор» после его смерти в феврале 1855 г. был фактически сметен волной гласности, позволившей открыто обсуждать самые острые проблемы, стоящие перед страной.

В правительственных кругах не было единства по вопросу о дальнейшей судьбе России. Здесь образовались две противостоящие группы: старая консервативная бюрократическая верхушка (начальник III отделения В.А.Долгоруков, министр государственных имуществ М.Н.Муравьев и др.), активно противившаяся проведению буржуазных преобразований, и сторонники реформ (министр внутренних дел С.С.Ланской, Я.И.Ростовцев, братья Н.А. и Д.А.Милютины).

Интересы российского крестьянства нашли свое отражение в идеологии нового поколения революционной интеллигенции.

В 50‑х годах образовались два центра, возглавившие революционно‑демократическое движение в стране. Во главе первого (эмигрантского) стоял А.И.Герцен, основавший в Лондоне «Вольную русскую типографию» (1853). С 1855 г. он начал издавать непериодический сборник «Полярная звезда», а с 1857 г. – совместно с Н.П.Огаревым – пользовавшуюся огромной популярностью газету «Колокол». В изданиях Герцена была сформулирована программа социальных преобразований в России, включавшая освобождение крестьян от крепостного права с землей и за выкуп. Первоначально издатели «Колокола» верили в либеральные намерения нового императора Александра II (1855‑1881) и возлагали определенные надежды на разумно проведенные реформы «сверху». Однако по мере подготовки проектов отмены крепостного права иллюзии рассеивались, и на страницах лондонских изданий в полный голос зазвучал призыв к борьбе за землю и демократию.

Второй центр возник в Петербурге. Во главе его стояли ведущие сотрудники журнала «Современник» Н.Г.Чернышевский и Н.А.Добролюбов, вокруг которых сплотились единомышлснпики из революционно‑демократического лагеря (М.Л.Михайлов, Н.А.Серно‑Соловьевич, Н.В.Шелгунов и др.). Подцензурные статьи Н.Г.Чернышевского были не столь откровенны, как публикации А.И.Герцена, но отличались своей последовательностью. Н.Г.Чернышевский считал, что при освобождении крестьян земля должна передаваться им без выкупа, ликвидация самодержавия в России произойдет революционным путем.

В канун отмены крепостного права наметилось размежевание революционно‑демократического и либерального лагерей. Либералы, признававшие необходимость реформ «сверху», видели в них, прежде всего, возможность предотвратить революционный взрыв в стране.

Крымская война поставила правительство перед выбором: либо сохранить существовавшие в стране крепостнические порядки и как следствие этого в конечном счете в результате политической и финансово‑экономической катастрофы потерять не только престиж и положение великой державы, но и поставить под угрозу существование самодержавия в России, либо приступить к проведению буржуазных реформ, первостепенной из которых была отмена крепостного права.

Выбрав второй путь, правительство Александра II в январе 1857 г. создало Секретный комитет «для обсуждения мер по устройству быта помещичьих крестьян». Несколько ранее, летом 1856 г. в МВД товарищем (заместителем) министра А.И.Левшиным была разработана правительственная программа крестьянской реформы, которая хотя и давала крепостным гражданские права, но сохраняла всю землю в собственности помещика и предоставляла последнему вотчинную власть в имении. В этом случае крестьяне получили бы в польэование надельную землю, за которую должны были бы выполнять фиксированные повинности. Эта программа была изложена в императорских рескриптах (предписаниях) сначала на имя виленского и петербургского генерал‑губернаторов, а затем направленных и в другие губернии. В соответствии с рескриптами в губерниях стали создаваться специальные комитеты для рассмотрения дела на местах, а подготовка реформы получила гласность. Секретный комитет был переименован в Главный комитет по крестьянскому делу. Заметную роль в подготовке реформы стал играть Земский отдел при МВД (Н.А.Милютин).

Внутри губернских комитетов шла борьба между либералами и консерваторами по вопросам о формах и степени уступок крестьянству. Проекты реформы, подготовленные К.Д.Кавелиным, А.И.Кошелевым, М.П.Позеном. Ю.Ф.Самариным, А.М.Унковским, отличались политическими взглядами авторов и экономическими условиями. Так, помещики черноземных губерний, владевшие дорогой землей и державшие крестьян на барщине, хотели сохранить за собой максимально возможное количество земли и удержать рабочие руки. В промышленных нечерноземных оброчных губерниях помещики в ходе реформы хотели получить значительные денежные средства для перестройки своих хозяйств на буржуазный лад.

Подготовленные предложения и программы поступали на обсуждение в так называемые Редакционные комиссии. Борьба вокруг этих предложений велась и в этих комиссиях, и при рассмотрении проекта в Главном комитете и в Государственном совете. Но, несмотря на имеющиеся различия во мнениях, во всех этих проектах речь шла о проведении крестьянской реформы в интересах помещиков путем сохранения помещичьего землевладения и политического господства в руках русского дворянства, «Все, что можно было сделать для ограждения выгод помещиков, сделано», – заявил в Государственном совете Александр II. Окончательный вариант проекта реформы, претерпевший ряд изменений, был подписан императором 19 февраля 1861 г., а 5 марта были опубликованы важнейшие документы, регламентировавшие проведение реформы: «Манифест» и «Общие положения о крестьянах, вышедших иэ крепостной зависимости».

В соответствии с этими документами крестьяне получали личную свободу и могли теперь свободно распоряжаться своим имуществом, заниматься торгово‑промышленной деятельностью, покупать и подавать недвижимость, поступать на службу, получать образование, вести свои семейные дела.

В собственности у помещика оставалась вся земля, но часть ее, обычно сокращенный земельный надел и так называемую «усадебную оседлость» (участок с избой, хозяйственными постройками, огородами и т.п.), он был обязан передать крестьянам в пользование. Таким образом русские крестьяне получили освобождение с землей, однако землей этой они могли пользоваться за определенный фиксированный оброк или отбывание барщины. Крестьяне не могли отказаться от этих наделов в течение 9 лет. Для полного освобождения они могли выкупить в собственность усадьбу и, по соглашению с помещиком, надел, после чего становились крестьянамн‑собствснниками. До этого времени устанавливалось «временнообязанное положение».

Новые размеры наделов и платежей крестьян фиксировались в особых документах, «уставных грамотах». которые составлялись на каждое селение в течение двухлетнего срока. Размеры этих повинностей и надельной земли определялись «Местными положениями». Так, по «Великороссийскому» местному положению территория 35 губерний распределялась на 3 полосы: нечерноземную, черноземную и степную, которые делились на «местности». В первых двух полосах в зависимости от местных условий устанавливались «высший» и «низший» (1/3 от «высшего») размеры надела, а в степной полосе – один «указной» надел. Если дореформенные размеры надела превышали «высший», то могли быть произведены отрезки земли, если же надел был менее «низшего», то помещик должен был либо прирезать землю, либо сократить повинности. Отрезки производились также и в некоторых других случаях, например, когда у владельца в результате наделения крестьян землей оставалось менее 1/3 всей земли имения. Среди отрезанных земель зачастую оказывались наиболее ценные участки (лес, луга, пашня), в некоторых случаях помещики могли требовать переноса на новые места крестьянских усадеб. В результате пореформенного землеустройства для русской деревни стала характерна чересполосица.

Уставные грамоты обычно заключались с целым сельским обществом, «миром» (общиной), что должно было обеспечить круговую поруку в уплате повинностей.

«Временнообязанное» положение крестьян прекращалось после перевода на выкуп, который стал обязательным только через 20 лет (с 1883 г.). Выкуп проводился при содействии правительства. Основой для вычисления выкупных платежей становилась не рыночная цена на землю, а оценка феодальных по своей природе повинностей. При заключении сделки крестьяне выплачивали 20% от суммы, а остальные 80% платило помещикам государство. Предоставленную государством ссуду крестьяне должны были выплачивать ежегодно в виде выкупных платежей в течение 49 лет, при этом, конечно, учитывались набежавшие проценты. Выкупные платежи тяжелым бременем ложились на крестьянские хозяйства. Стоимость выкупленной земли существенно превышала ее рыночную цену. В ходе выкупной операции правительство постаралось также получить назад огромные суммы, которые были предоставлены помещикам в предреформенные годы под залог земли. Если имение было заложено, то из предоставляемых помещику сумм вычиталась сумма долга. Наличными помещики получали только небольшую часть выкупной суммы, на остальную часть выдавались специальные процентные билеты.

Следует иметь в виду, что в современной исторической литературе вопросы, связанные с реализацией реформы, разработаны не до конца. Существуют различные точки зрения о степени трансформации в ходе реформы системы крестьянских наделов и платежей (в настоящее время эти исследования проводятся в широких масштабах с применением компьютеров).

За реформой 1861 г. во внутренних губерниях последовала отмена крепостного права на окраинах империи – в Грузии (1864‑1871), Армении и Азербайджане (1870‑1883), которая проводилась зачастую с еще меньшей последовательностью и с большим сохранением феодальных пережитков. Удельные крестьяне (принадлежавшие царской семье) получили личную свободу на основании указов 1858 и 1859 гг. «Положением 26 июня 1863 г.» было определено поземельное устройство и условия перехода на выкуп в удельной деревне, который был осуществлен в течение 1863‑1865 гг. В 1866 г. была проведена реформа в государственной деревне. Выкуп земли государственными крестьянами был завершен только в 1886 г.

Таким образом крестьянские реформы в России фактически отменили крепостное право и ознаменовали начало развития капиталистической формации в России. Однако, сохранив помещичье землевладение и феодальные пережитки в деревне, они не смогли разрешить все противоречия, что в конечном счете привело в дальнейшем к обострению классовой борьбы.

Ответом крестьянства на опубликование «Манифеста» стал массовый взрыв недовольства весной 1861 г. Крестьяне протестовали против сохранения барщины и уплаты оброков, отрезки земли. Особенно большой размах крестьянское движение приобрело в Поволжье, на Украине и в центрально‑черноземных губерниях.

Русское общество было потрясено событиями в селах Бездна (Казанской губ.) и Кандеевка (Пензенской губ.), происходившими в апреле 1863 г. Возмущенные реформой крестьяне были расстреляны там воинскими командами. Всего в 1861 г. произошло свыше 1100 крестьянских волнений. Только потопив выступления в крови, правительство сумело сбить накал борьбы. Разобщенный, стихийный и лишенный политической сознательности протест крестьян был обречен на неудачу. Уже в 1862‑1863 гг. размах движения существенно сократился. В следующие годы он резко пошел на убыль (в 1864 г. было менее 100 выступлений).

В 1861‑1863 гг. в период обострения классовой борьбы в деревне, активизировалась деятельность демократических сил в стране. После подавления крестьянских выступлений правительство, почувствовав себя уверенней, обрушилось с репрессиями и на демократический лагерь.

Внутренняя политика царизма в 60‑70‑х годов XIX в. Буржуазные реформы

Крестьянская реформа 1861 г. привела к изменениям в экономической структуре общества, что вызвало необходимость трансформации политической системы. Новые буржуазные реформы, вырванные у правительства в период демократического подъема, явились побочным продуктом революционной борьбы. Реформы в России были не причиной, а следствием развития социально‑экономических процессов. В то же время, после реализации, реформы объективно оказывали обратное влияние на эти процессы.

Проводимые преобразования имели противоречивый характер – царизм пытался приспособить старую политическую систему самодержавия к новым условиям, не изменяя ее классовой сущности. Реформы (1863‑1874) отличались половинчатостью, непоследовательностью и незавершенным характером. Они проектировались в годы революционной ситуации, а проводились некоторые из них через 10‑15 лет в обстановке спада революционной волны.

Задачи организации местного самоуправления должны были решить земская и городская реформы. В соответствии с «Положением о губернских и уездных земских учреждениях» (1864) в уездах и губерниях вводились выборные органы местного управления – земства. Формально земские Учреждения состояли из представителей всех сословий, но избирательное право обусловливалось имущественным цензом. Члены земских собраний (гласные) избирались по трем куриям: землевладельцев, городских избирателей и выборных от сельских обществ (по последней курии выборы были многостепенными). Председателем собраний являлся предводитель дворянства. Создавались также исполнительные органы – губернские и уездные земские управы. Земства не имели политических функций и не обладали исполнительной властью, решали в основном хозяйственные вопросы, но и в этих пределах они контролировались губернаторами и МВД. Вводились земства постепенно (до 1879 г.) и не во всех районах империи. Уже в это время их компетенция все более и более ограничивалась правительством. Однако, несмотря на ограничения, земства в России сыграли заметную роль в решении вопросов как хозяйственного, так и культурного плана (просвещение, медицина, земская статистика и т.д.).

Новая система учреждений городского самоуправления (городские думы и управы), созданная на основании «Городового положения».(1870), была основана на буржуазном принципе единого имущественного ценза. Выборы происходили по куриям, соадаваемым в соответствии с размерами уплачиваемого налога. Подавляющее большинство жителей, не имеющих установленного имущественного ценза, оказалось отстраненным от выборов.

В результате реформы органов местного самоуправления господствующее положение в земствах (особенно на губернском уровне) заняло дворянство, а в городских думах – представители крупной буржуазии.

Органы городского самоуправления также находились под неослабным контролем правительства и в основном решали вопросы, связанные с ведением городского хозяйства.

Судебная реформа

Наиболее архаичной в середине XIX в, оставалась система российского судопроизводства. Суд носил сословный характер, заседания имели келейный характер и не освещались в печати. Судьи полностью зависели от администрации, а подсудимые не имели защитников. Наиболее рельефно буржуазное начало проявилось в новых судебных уставах 1864 г., в основу которых были положены главные принципы буржуазного права: бессословность суда, состязательный характер процесса, гласность и независимость судей.

Результатом судебной реформы стало введение в России двух систем: коронного и мирового судов. Коронный суд имел две инстанции: окружной суд и судебную палату. В ходе судебного заседания обвинение выдвигал прокурор, а защиту вели адвокаты (присяжные поверенные). Решение о виновности обвиняемого принимали выборные присяжные заседатели. Меру наказания устанавливали судья и два члена суда.

Мировые суды рассматривали мелкие преступления, судопроизводство здесь вели мировые судьи, избираемые земскими собраниями или городскими думами.

Однако и на новой системе судопроизводства лежал отпечаток старых феодальных пережитков. Так, были сохранены специальные суды для отдельных категорий населения (например, волостные суды для крестьян). Ограниченными оказались и гласность судопроизводства и независимость судей от администрации.

Военные реформы 60‑70‑х годов

Необходимость повышения боеспособности русской армии, ставшая очевидной уже в ходе Крымской войны н явно заявившая о себе во время европейских событий 60‑70‑х годов, когда продемонстрировала свою боеспособность прусская армия (объединение Германии под главенством Пруссии, франко‑прусская война 1870 г.), требовала осуществления коренных военных реформ. Эти реформы были проведены под руководством военного министра Д.А.Милютина. В 1864 г. он ввел систему военных округов, несколько позднее осуществил централизацию военного управления. Была реформирована система военных учебных заведений, приняты новые военные уставы. Проводилось перевооружение армии. В 1874 г. в России была введена всесословная воинская повинность с ограниченным сроком воинской службы. Воинская служба вместо 25 лет устанавливалась сроком 6 лет (на действительной службе) и 9 лет в запасе. На флоте служили 7 лет и 3 года в запасе. Эти сроки существенно сокращались для лиц, имевших образование. Таким образом в стране была создана массовая армия буржуазного типа, имеющая ограниченный кадровый состав в мирное время и крупные людские ресурсы на случай войны. Однако по‑прежнему кадровый офицерский состав русской армии состоял преимущественно из дворян, солдаты же – выходцы из крестьянской массы – были бесправны.

Финансовые реформы

Развитие капиталистических отношений привело к реорганизации финансовой системы империи, сильно расстроенной в годы войны. Среди важнейших мероприятий по упорядочению финансов было создание Государственного банка (1860), упорядочение процесса формирования государственного бюджета, преобразование государствепиого контроля. Следствием «трезвенного» движения стала отмена винных откупов. Несмотря на то что финансовые преобразования носили буржуазный характер, они не изменили сословного характера системы налогообложения, при котором вся тяжесть налогов падала на податное население.

Реформы в области просвещения и печати

Потребности экономической и политической жизни страны делали необходимыми изменения в организации народного образования. В 1864 г. было опубликовано «Положение о начальных народных училищах», которое расширило сеть начальных учебных заведений. По «Положению» начальные училища разрешалось открывать общественным учреждениям и даже частным лицам, однако все они находились под контролем училищных советов. Преподавали в начальной школе письмо, чтение, правила арифметики, закон божий и церковное пение. Большинство начальных школ было земскими (создавались земствами), церковно‑приходскими и «министерскими» (учрежденные Министерством народного просвещения).

В 1864 г. был введен новый устав гимназий, которые стали разделяться на классические (ориентированные на дворянских и чиновничьих детей) и реальные (в основном для детей буржуазии). Учились в гимназиях 7 лет. В классических гимназиях делался упор на тщательное изучение древних языков (латыни и греческого), в реальных вместо «классических» языков читались расширенные курсы естественных наук. Выпускники классических гимназий могли без экзаменов поступать в университеты, «реалистю», в основном, шли в технические высшие учебные заведения.

Количество начальных и средних учебных заведений в России в пореформенный период быстро возрастало. В конце 50‑х годов их было около 8 тысяч, в начале 80‑х годов – свыше 22 тыс., а к середине 90‑х годов свыше 78 тыс. Однако и к концу XIX в. Россия оставалась страной неграмотных, их было почти 80%.

В 1863 г. вступил в действие новый университетский устав, который восстанавливал и расширял автономию университетов. В стране открывались новые высшие учебные заведения, в том числе технические, а также женские курсы в Москве, Петербурге, Киеве.

В ходе преобразований правительство было вынуждено пойти на ряд уступок в области цензуры. «Временные правила для печати» (1865) частично отменяли предварительную цензуру в столицах, но вместе с тем устанавливали судебную ответственность для лиц, нарушивших законодательство в этой области.

Таким образом, несмотря на противодействия консервативных кругов, в России в 60‑70‑е годы был реализован целый комплекс буржуазных реформ. Многие из них были противоречивыми и непоследовательными, однако в целом они были шагом вперед по пути превращения русской феодальной монархии в монархию буржуазную, способствовали развитию в стране капиталистических отношений, росту экономики и культуры, подняли престиж России в сфере международных отношений.

Революционная ситуация в стране не переросла в революцию. Реформировав политическую надстройку общества, самодержавие сумело сохранить за собой основные позиции, это создавало предпосылки для возможного поворота, движения вспять, которое проявилось в период реакции и контрреформ 80‑90‑х годов XIX в.

Развитие капитализма и формирование промышленного пролетариата в России в 60‑х – середине 90‑х годов XIX в.

После отмены крепостного права развитие капитализма в стране пошло невиданными ранее темпами. Капиталистические отношения охватывали все сферы экономики, способствовали ускорению темпов развития народного хозяйства России. На период 60‑90‑х годов XIX в. приходятся такие важнейшие явления в экономике страны, как завершение промышленного переворота и быстрое развитие ряда важнейших отраслей, постепенная перестройка на новый капиталистический лад аграрного сектора, формирование пролетариата и русской промышленной буржуазии.

Сельское хозяйство России в пореформенный период

И после реформы 1861 г. Россия продолжала оставаться аграрной страной, в которой уровень развития сельского хозяйства во многом определял состояние экономики в целом. В русской деревне 60‑90‑х годов шел процесс разложения крестьянства (в дореформенный период можно было уверенно говорить о социальном неравенстве среди крестьян) или, как его называли сами крестьяне – «раскрестьянивание». В деревнях укреплялось экономическое и социальное положение нарождающейся сеульской буржуазии – кулачества, с одной стороны, и все более расширялся беднейший слой – сельский пролетариат, значительная часть которого уже не могла существовать в новых условиях и уходила в города.

После реформы кулачество все более втягивалось в товарно‑денежные отношения, выставляя на рынок сельскохозяйственную продукцию – свой товар, все чаще получаемый за счет эксплуатации наемного труда. Экономическое положение зажиточной верхушки в пореформенный период укреплялось путем скупки и аренды бывшей помещичьей земли, за счет вложения части средств в предпринимательство и т.п.

В процессе реализации крестьянской реформы основной удар был нанесен беднейшим слоям крестьянства. Потеря в среднем по стране 20% надельной земли, рост платежей в расчете на десятину, выкупные платежи, высасывавшие средства из крестьянских обществ, тяжело сказались на их экономическом положении. Часть таких крестьян была вынуждена продавать свою рабочую силу как в деревне (кулакам), так и в городе (поступая на промышленные предприятия). В особенно тяжелом положении оказались бывшие дворовые (не получившие земельного надела) и крестьяне‑"дарственники", имевшие минимальные наделы, недостаточные для существования.

В новых условиях помещики вынуждены были перестраивать способы ведения собственного хозяйства. Однако перестройка эта шла, особенно в первые пореформенные годы, весьма медленно. Отсутствие средств, инвентаря, опыта препятствовали созданию капиталистических хозяйств. В условиях, при которых хозяйственные связи крестьянских и помещичьих хозяйств не были разорваны (крестьяне вынуждены были договариваться об условиях пользования отрезками, платить оброчные повинности, земли крестьян и помещиков находились в чересполосном владении), возникла так называемая отработочная система, которая на протяжении длительного времени существовала параллельно с капиталистической, а то и вместе с ней (в смешанном виде). Сущность отработочной системы состояла в том, что крестьяне (за определенную плату, а чаще всего в счет оброчных платежей или за право аренды отрезков) продолжали работать на помещика, используя свой инвентарь. В капиталистических хозяйствах наемные рабочие пользовались инвентарем помещика. Отработочная система, из‑за невысокой производительности труда экономически незаинтересованного работника, не могла долго конкурировать с капиталистическими формами организации хозяйства. Постепенно к 80‑м годам XIX в. ее начинают вытеснять другие более прогрессивные формы.

Однако значительное число русских помещиков, вообще не сумело перестроить свои хозяйства. К середине 90‑х годов около 40% дворянских земель оказалось заложенными, в этот же период продавались за долги по несколько тысяч дворянских имений в год. Правительство старалось помочь дворянству путем создания специального Дворянского банка, куда на льготных условиях можно было заложить землю. Покупка земли (в основном зажиточной частью крестьянства) осуществлялась через специальный Крестьянский банк.

В современной отечественной историографии при изучении аграрных отношении в пореформенной России принято выделять два пути буржуазного развития в сельском хозяйстве.

Первый путь – «прусского» типа (характерный для Пруссии и распространенный к востоку от Эльбы), при котором, как писал В.И.Ленин, «крепостническое помещичье хозяйство медленно перерастает в буржуазное, юнкерское, осуждая крестьян на десятилетия самой мучительной экспроприации и кабалы».

«Во втором случае помещичьего хозяйства нет или оно разбивается революцией, которая конфискует и раздробляет феодальные поместья.» При этом крестьянин превращается в капиталистического фермера. Такой путь нашел свое наиболее яркое выражение в США и был назван «американским».

Важно отметить, что в современной историографии нет единства в вопросе о соотношении типов буржуазной аграрной эволюции в России. Дискуссионным является вопрос о реальности или только потенциальной возможности «американского» пути развития капитализма в деревне. На сегодняшний день убедительно выглядит тезис о том, что там, где уровень развития помещичьего землевладения был невысок (Сибирь, Север, окраинные районы империи), буржуазно‑демократический, фермерский путь развития капитализма являлся исторической реальностью. Вместе с тем, в «старых», крепостнических, районах страны несомненно преобладал «прусский» путь развития.

Борьба крестьянства и помещиков за реализацию того или иного пути аграрной эволюции, проходит через всю пореформенную историю России. Главным тормозом развития аграрного сектора экономики стало помещичье землевладение, во многом определившее отсутствие земли у миллионов крестьян. Историческая практика продемонстрировала бесперспективность консервативного пути развития, но в силу засилья помещичьего землевладения и пережитков в российской деревне не смог одержать победу и фермерский путь. Реформы не смогли разрешить этого острейшего конфликта, который в конечном счете привел к возникновению новых общественных потрясений.

Однако, несмотря на все трудности, в сельском хозяйстве России в пореформенный период отчетливо прослеживаются и новые, прогрессивные явления. Оно постепенно принимает торговый, предпринимательский характер, преодолевает образовавшийся в предыдущие голы застой.

Важным фактором становится постоянное расширение посевных площадей (в черноземных губерниях, на востоке и юго‑востоке страны). При этом в некоторых регионах (Северо‑Запад) эти площади несколько сократились. Постепенно изменялась и структура посевов (сокращался удельный вес зерновых культур, увеличивался – технических, кормовых и т.п.).

Изменялись и агротехнические приемы. В стране преобладала трехпольная система земледелия (при этом на окраинных северных и северо‑западных землях практиковалась подсека, а в степной полосе – переложная система). Однако в ряде помещичьих хозяйств, в прибалтийских и западных губерниях все шире начинали применять более перспективную четырехпольную систему с травосеянием. В целом сельское хозяйство России носило экстенсивный характер. По данным П.А.Хромова урожайность зерновых в 60‑70‑х годах составляла в «самах» 3,74 (т.е. урожай в 3,74 зерна на одно зерно посева). К середине 90‑х годов она выросла до 4,9. Этот показатель в несколько раз уступал урожайности в развитых европейских странах (Англии, Франции, Германии), но был близок к американскому, где сельское хозяйство в этот период также развивалось экстенсивно.

В целом производство зерновых в стране значительно выросло. Если в 1864‑1866 г. в среднем собирали около 1,9 млрд пудов, то в 1896‑1900 гг. – 3,3 млрд. Однако достигнут этот прирост был, в основном, за счет расширения посевных площадей. Не было в аграрном секторе и стабильности. Постоянно повторяющиеся неурожаи приводили к массовому голоду (особенно неурожайными были 1891 и 1892 гг.).

Развитию рыночных отношений в стране способствовала углубляющаяся в пореформенный период специализация отдельных районов: черноземный центр, юг, юго‑восточные губернии России (Воронежская, Тамбовская, Симбирская, Самарская. Екатеринославская, Херсонская и др.) вошли в обширный район торгового зернового производства.

Торговое скотоводство развивалось в губерниях северных, северо‑западных, прибалтийских и в ряде центральных внутренних (Вологодской, С.‑Петербургской, Эстляндской, Лифляндской, Курляндской, Московской, Ярославской и др.).

Центрами торгового льноводства стали Псковская и Новгородская губернии, свеклосахарного производства – ряд украинских и западных губерний. Возникли районы виноградарства, табаководства, коноплеводства и т.д.

Специализация отдельных районов страны способствовала налаживанию между ними прочных экономических связей, повышению урожайности, продуктивности скота, производительности труда.

Русская промышленность в 60‑90‑е годы XIX в.

В пореформенные годы экономика России вступила в период промышленного капитализма, ознаменовавшийся ростом и концентрацией крупной машинной индустрии, завершением промышленного переворота, формированием пролетариата и промышленной буржуазии.

В стране возник устойчивый рынок рабочей силы, были созданы условия, стимулировавшие накопление капитала, все более заметно в самых разных отраслях промышленности и на транспорте проявлялся технический прогресс. Расширялся внутренний рынок, сырье и промышленные товары все чаще вывозились эа пределы России.

Особенностью экономики в это время являлось параллельное сосуществование мелкого товарного производства (крестьянских промыслов), мануфактур (основанных на ручном труде) и фабрично‑заводской промышленности, оснащенной паровыми машинами.

Зарождающаяся крупная промышленность еще не могла вытеснить традиционно существовавшие в России кустарные крестьянские промыслы, обслуживавшие миллионы человек. В условиях растущей конкуренции эти промыслы распространялись от старинных центров на окраины, а иногда гибко трансформировались, меняя ориентацию. Такие веками существовавшие специализированные промыслы были практически во всех губерниях России. Так, например, на Северо‑Западе были развиты разнообразные промыслы новгородских крестьян (железоделательные и лесные), псковичи занимались переработкой льна и продуктов животноводства и т.п.

В первые пореформенные годы среди отраслей русской промышленности наиболее прочные позиции занимали текстильная и пищевая. Крупными центрами производства хлопчатобумажных тканей были Москва и Подмосковье, С.‑Петербург, Прибалтика. Текстильная промышленность была в первую очередь, еще в 30‑40‑е годы, втянута в орбиту промышленного переворота. Успехи ее в пореформенный период (60 – середина 90‑х годов) были весьма значительны, так производство хлопчатобумажной продукции выросло за это время примерно в 5 раз, численность механических станков увеличилась с 11 до 87 тыс. (данные на 1890 г.).

Однако развитие текстильной промышленности шло неравномерно. С развитием капитализма в России в экономике все более отчетливо стали проявляться промышленные циклы: подъемы сменялись депрессиями и спадами. Так, в первые пореформенные годы производство хлопчатобумажных тканей значительно сократилось (сказалось отсутствие хлопка, который поступал из США, охваченных войной между северными и южными штатами). Подъем продолжался затем до 1867 г., когда вновь на два года наступило снижение производства. Кризисные явления отмечались также в 1873 и 1883 гг.

Важнейшим событием этого периода в тяжелой промышленности России стало создание на юге страны (Донбасс, Кривой Рог) новой угольно‑металлургической базы. После реформы 1861 г. старый металлургический центр на Урале переживал состояние депрессии и спада. Так, уровень производства чугуна на 1860 г. был достигнут только к 1870 г. Однако постепенно в связи с расширением добычи каменного угля на юге страны (к 90‑м годам здесь добывалось около 70% каменного угля), строительством новых заводов, развитием железнодорожной сети, стимулировавшим производство металла, темпы роста металлургической промышленности заметно возросли. К концу века Россия стала возвращать утраченные позиции, обогнав по производству чугуна Австро‑Венгрию, Бельгию и даже Францию, и вышла на 4‑е место в мире.

Важным событием в экономической жизни страны стало развитие Бакинского нефтедобывающего района, который к середине 90‑х годов стал давать 90% нефти, добываемой в стране. Здесь шло интенсивное перевооружение отрасли, вкладывались значительные капиталы (в том числе и иностранные). Русский керосин на международном рынке составил серьезную конкуренцию американскому. По уровню добычи нефти Россия в 90‑е годы сравнялась с США, а затем в течение нескольких лет даже удерживала лидерство.

Крупные сдвиги произошли в русском машиностроении. В 1861 г. в этой отрасли насчитывалось около 100 предприятий, на которых работало примерно 12,5 тыс. рабочих. К 1897 г. численность таких предприятий выросла до 680, а число работающих – до 120 тыс. человек. Крупными центрами машиностроения стали С.‑Петербург, Москва, Коломна, Сормово, Одесса, Харьков, Бердянск и другие города.

Важным социальным итогом развития отечественной экономики в пореформенный период стало формирование двух антагонистических классов – промышленного пролетариата и буржуазии.

Существенным отличием пролетариата 60‑90‑х годах XIX в. от «предпролетариата» дореформенной России стало то, что рабочие окончательно порывают с деревней, переселяются в города. Постепенно формируется кадровый пролетариат, с более высоким культурным уровнем, обладающий высоким профессионализмом. Численность рабочих на крупных предприятиях, на транспорте, в добывающей промышленности за 35 лет выросла в 3 раза. Общая же численность наемных рабочих в России (с учетом строительных рабочих, работников в сельском хозяйстве и т.п.) в конце 90‑х годов составила около 10 млн. человек.

Российская промышленная буржуазия формировалась в пореформенное время из среды купечества (именно в сфере торговли и ростовщичества наиболее интенсивно шел процесс первоначального накопления капитала), мещанства, зажиточного крестьянства. Выходцами из крестьян были крупнейшие промышленники – Морововы, Прохоровы, Рябушинские, Гучковы, Коноваловы.

Вместе с тем, политические позиции русской буржуазии были весьма слабы. Несмотря на поддержку ее со стороны самодержавия, политическая власть и государственный аппарат находились в руках дворянства.

Развитие транспортной системы. Железнодорожное строительство

Наиболее заметным явлением в развитии транспортной системы России стало бурное строительство железных дорог. Так, в 1860 г. в стране имелось только 1,5 тыс. верст железных дорог, в 1871 г. – 10 тыс., а уже в 1881 г. – 21 тыс. верст. Железнодорожное строительство стимулировало развитие сельского хозяйства и промышленности (металлургия, машиностроение) ускорило концентрацию капиталов. Железные дороги имели большое оборонное значение, способствовали проведению военных реформ (помогали осуществлять быструю мобилизацию резервов в военное время).

В пореформенный период Москва становится крупным железнодорожным узлом страны, связанным с северными, поволжскими, черноморскими губерниями, с конца 70‑х годов начинается строительство железных дорог на окраинах России, к 90‑м годам была построена часть Транссибирской магистрали, сыгравшей важную роль в развитии Сибири и Дальнего Востока.

Первоначально правительство к железнодорожному строительству пыталось как можно шире привлечь частный капитал, гарантируя ему выгодные заказы и 5%‑ную прибыль. Однако строились дороги медленно и плохо, процветали злоупотребления, частные кампании оказались опутанными долгами. В связи с этим с 80‑х годов правительство начинает само строить новые железные дороги и выкупать старые в казну.

Более медленными темпами развивалось в стране строительство шоссейных дорог, совершенствовалась система каналов.

Технический прогресс на транспорте привел к увеличению числа паровых двигателей (паровозов и пароходов). Так, в 1860 г. в России имелось около 400 пароходов, а к 1895 г. численность их выросла до 2,5 тыс.

В пореформенные годы расширялся внутренний рынок – этому способствовала растущая специализация отдельных регионов, развитие транспортной системы, рост численности городского населения. Заметно вырос объем внешней торговли (за 40 послереформенных лет в 3 раза). Особенностью структуры внешней торговли России был преобладающий вывоз сельскохозяйственной продукции (прежде всего зерна, льна и т.д.), ввозились в Россию хлопок, текстиль, машины, «колониальные товары». Важнейшими торговыми партнерами России в этот период были Германия и Англия.

Совершенствовалась банковская система страны. В 1860 г. был открыт Государственный банк России, проводивший очень крупные операции. В пореформенные годы наблюдался быстрый рост акционерных коммерческих банков (некоторые из них терпели банкротство, однако общая численность таких банков неуклонно возрастала). Заметно увеличились суммы вложений иностранного капитала в русскую экономику (добычу каменного угля и нефти, производство металла и машиностроения, химическую промышленность, банки, городское хозяйство). Иностранные вложения ускоряли развитие капитализма в стране, способствовали созданию новых отраслей промышленности, наполнению товарами внутреннего рынка, увеличению экспорта. Следует, однако, иметь в виду, что такие вложения, сопровождавшиеся уплатой высоких процентов, держали в напряжении финансовую систему страны.

Развитие капитализма в России шло как вглубь (путем развития капиталистических отношений в сельском хозяйстве и промышленности на определенной ограниченной территории), так и вширь. Под последним понимается распространение российского капитализма на новые, окраинные территории.

Этот процесс являлся своего рода отдушиной для развития капиталистических отношений, опутанных в центральных районах многочисленными феодальными пережитками. Он снижал накал противоречий, и как следствие, сдерживал развитие капитализма вглубь.

На окраинах империи развитие капитализма шло неравномерно. Так, промышленность Прибалтики, Польши, Украины не уступала соответствующим отраслям великорусских губерний, а по уровню развития сельского хозяйства эти районы даже опережали центр.

В Средней Азии, на Кавказе капиталистические процессы протекали весьма медленно. Правительство рассматривало эти районы как рынок сбыта и сырьевую базу, стесняя развитие местной экономики и сознательно консервируя здесь феодальные отношения. Такая политика наносила ущерб не только национальным окраинам, но и экономическим интересам всей страны.

Россия позже других экономически развитых стран начала движение по пути капитализма, но благодаря ускоренным темпам, сумела вступить в стадию империализма одновременно с развитыми странами Европы и Америки. Однако не следует забывать, что по уровню экономики она уступала развитым передовым капиталистическим странам. Этому способствовали феодальные пережитки, тормозившие поступательное движение страны.

Общественное движение 60‑70‑х годов XIX в. Революционное народничество

С 60‑х годов XIX в. Россия вступила в новый революционно‑демократический или разночинский этап в освободительном движении. В этот период возглавить движение не могли ни дворянские революционеры, потерпевшие поражение в декабре 1825 г., ни буржуазия, которая в условиях крепостнической России еще не оформилась как класс.

Разночинцы (выходцы из разных сословий общества, люди «разного чина») – представители демократической интеллигенции и в 40‑50‑е годы играли заметную роль в русском общественном движении, теперь же они возглавили это движение, которое было направлено на устранение феодально‑крепостнических пережитков в стране.

Объективно идеология и тактика разночинцев отражала борьбу крестьянских масс, а главным вопросом, стоявшим в 60‑е годы, было участие в народной революции, которая покончила бы с самодержавием, помещичьим землевладением, сословными ограничениями.

Задача подготовки революционного выступления требовала объединения и централизации демократических сил в стране, создания революционной организации. В России инициатива создания такой организации принадлежала Н.Г.Чернышевскому и его соратникам, за границей – А.И.Герцену и Н.П.Огареву. Результатом этих усилий явилось создание в Петербурге «Русского центрального народного комитета» (1862), а также местных отделений организации, получившей название «Земля и воля». В состав организации входили несколько сотен членов, а отделения, кроме столицы, существовали в Казани, Нижнем Новгороде, Москве, Твери и других городах.

По мнению членов организации, крестьянское восстание должно было вспыхнуть в России весной 1863 г., когда истекал срок для составления уставных грамот. Деятельность общества была направлена на агитацию и пропаганду, которые должны были придать будущему выступлению организованный характер и всколыхнуть широкие слои народных масс. Была налажена нелегальная издательская деятельность, создана типография в России, активно использовалась типография А.И.Герцена. Предпринимались попытки скоординировать русское и польское революционное движение. Однако польское восстание 1863‑1864 гг. закончилось поражением, крестьянское восстание в России не произошло, а «Земля и воля» оказалась не в состоянии организовать революционное выступление.

Уже летом 1862 г. самодержавие перешло в наступление. Были закрыты журналы «Современник» и «Русское слово», проведены аресты в Петербурге, Москве и других городах. Часть революционеров, спасаясь от преследований, эмигрировала. Н.Г.Чернышевский, Д.И.Писарев, Н.А.Серно‑Соловьевич были арестованы (Чернышевский, осужденный на каторжные работы, провел на каторге и в ссылке 20 лет).

В 1864 г. общество, ослабленное арестами, но так и не раскрытое, самораспустилось.

Разгром восставшей Польши усилил реакцию в России, а польское восстание стало последней волной революционной ситуации конца 50 – начала 60‑х годов.

Первая революционная ситуация в России не завершилась революцией в силу отсутствия необходимого субъективного фактора: наличия класса, способного стать гегемоном в ходе назревавшей буржуазной революции.

В результате правительственных репрессий в середине 60‑х годов существенно изменилась обстановка в демократической среде. В движении наметился идейный кризис, который выплеснулся и на страницы демократической печати. Поиски выхода из кризиса приводили к дискуссиям о перспективах движения (полемика «Современника» и «Русского слова»), созданию новых кружков (Н.А.Ишутина и И.А.Худякова, Г.А.Лопатина). Один из членов кружка Ишутина, Д.В.Каракозов, 4 апреля 1866 г. в Петербурге стрелял в Александра II. Однако ни казнь Каракозова, ни последовавшая за ней полоса правительственного террора, не прервали р