Наверх
Главная » Б

Виктор Бойко — Йога. Искусство коммуникации

24 апреля 2013 (347) Нет комментариев Опубликовал:

ПРЕДИСЛОВИЕ

Как много мы знаем и как мало понимаем.

Альберт Эйнштейн

Который год уже за тенью я гонюсь…

Светлана Кекова

 

Описать феномен индийской йоги без уклонения в религиозность либо мистику, задача далеко не простая. Чем была раньше йога в Индии, и во что превратилась сегодня для Запада? «Под йогой индиец понимает стремление достигнуть освобождающего познания или самого освобождения посредством систематической тренировки тела и духа на пути внутреннего сосредоточения через непосредственное видение или переживание» («Gechichte der indichen Philosophie», Salzburg, 1953, с. 133).

В данной работе затронуты исключительно реальные аспекты этого древнего искусства, метафизика не рассматривается. Йога никогда не интересовала меня как система спасения в смысле, который придавали ей в древности и приписывают сейчас религиозно-философские школы, как в самой Индии, так и за ее пределами. Предмет настоящего исследования – технология работы с телом и сознанием – носит чисто прикладной характер. Цель - дать читателю представление о традиционной йоге и реальную информацию, достаточную для ее самостоятельного (пусть начального) освоения.

Оговорюсь: любое пособие, даже самое лучшее, это всего лишь часть необходимых и достаточных сведений, для гарантированного успеха необходим живой опыт! Именно потому в Москве создана (в 1991) и успешно развивается Школа йоги В.Бойко. Работа в классах под руководством инструкторов, самостоятельные занятия дома, консультации, семинары, возможность постоянного общения по электронной почте и на конференциях сайта realyoga.ru, а также регулярные открытые занятия - все это обеспечивает ученикам качественную практику йоги и ее позитивные результаты.

Прежде всего, у новичков возникает вопрос: - А кто может считаться настоящим йогом? Подходит ли под это определение человек, в совершенстве исполняющий йогические позы? Видимо, нет, поскольку при соответствующей подготовке (а порой вовсе и без нее) их способен выполнить любой гибкий от природы человек, тем более высококлассный гимнаст либо циркач, работающий «каучук». Сущность йоги характеризуется отнюдь не высокой сложностью формы асан, но особым состоянием ума, возникающим в процессе (и как результат) их специфического исполнения. Подобно тому, как ум расширяет наши физические возможности, решая задачи, неподвластные грубой силе, так и временное прекращение обычного процесса мышления дает бесценный эффект, который по-иному получить нельзя. Только изменением сознания, но не фокусами с телом реализуется сущность йоги.

Быть может, йог это тот, кто жует стекло, запивая его соляной кислотой, либо отдыхает на утыканной гвоздями доске? Но подобным образом публику уже в глубокой древности развлекали факиры.

Или, быть может, йоги имеют дипломы с печатью, удостоверяющей успешное окончание специального института в Индии? Но как проверить реальную квалификацию владельца такой бумаги и ее подлинность?

Говорят, что имеются косвенные признаки истинности, например, йоги не едят мясо. Действительно, в Индии и сегодня можно встретить жестких вегетарианцев, каковыми изначально являются джайны, но вплоть до средины XIX века процветала и секта йогинов-агорапантхов, питающихся падалью, поскольку для них равно святым было все, что взято либо дано богом Шивой. Пользу мяса авторитетно подтверждает и трактат «Аштанга-хридайя самхита», имеющий высокий статус среди прочих источников Аюрведы. Итак, вегетарианство, равно как и его противоположность, также не являются отличительной чертой йогического братства.

Изучение текстов и накопленный в процессе многолетних занятий опыт привели меня к следующему выводу: подлинными йогинами могут считаться лишь те, кто уже в физической части личной практики следуют установке: «Йогаш читта-вритти ниродхах» («Йога есть прекращение деятельности сознания», «Классическая йога», с. 87). Либо, как перевел эту фразу профессор Дж. Вудс «Йога - ограничение неустойчивости духовного вещества». Сразу возникают вопросы: что подразумевается под таким прекращением, как его достичь и какие это имеет следствия?

Эффект йоги основан на своеобразном управлении нейрофизиологическим «устройством» человека, которое остается неизменным на протяжении многих тысяч лет. Раджа-йога Патанджали была ассимилирована и модернизирована множеством индийских (и не только) религиозных систем, школ, направлений и сект, именно поэтому мы наблюдаем ее сегодня в виде громадного набора разных приемов и техник, связь между которыми фактически не прослеживается.

С одной стороны, технология йоги затрагивает все аспекты, связанные сегодня с изучением человека, с другой - исторически получилось так, что ее постоянно утилизировали религия и мистика. Фрагменты медитативных техник просматриваются в аскетизме раннего христианства и мусульманских сект, но в то же время специальную подготовку в одном из ашрамов получил индийский космонавт Шарма, организм которого фактически не среагировал на невесомость. Йога привлекает сегодня массы людей, желающих поправить здоровье и улучшить качество жизни, но катастрофическое загрязнение эзотерикой и нехватка профессионалов тормозит грамотное ее использование, как на Востоке, так и на Западе.

Человек осваивает космос, создает сложнейшие механизмы, приборы и системы управления, выясняет состав и фундаментальные свойства материи, но абсолютно бездарно взаимодействует со своей физической оболочкой и бессознательной частью психики. Такое положение, чреватое серьезной угрозой для цивилизации, способна выправить йога, базовые принципы которой зафиксированы в письменном виде более двух тысячелетий назад.

Первым систематизированным руководством, дошедшим до нас, являются «Йога-сутры», авторство их приписывают риши (мудрецу) Патанджали. Термин «классическая йога», используемый в данной работе, означает, что описанная здесь технология работы с телом и сознанием основана на постулатах именно этой системы, а не ее позднейших модификаций (например, Тантры).

Философия же йоги, входящей в перечень шести даршан (религиозно-философских школ Индии, опирающихся на тексты Вед), интересна лишь историкам и не может быть сегодня руководством к действию.

Известны исторические прецеденты, когда приоритет Патанджали в деле систематизации йоги был подвергнут сомнению. Сохранился, например, некий текст «Тирумантирам», созданный Тирумуларом который, как говорят, был современником Патанджали. В этом тексте последний упоминается как соученик Тирумулара и участник литературных диспутов, по которым и датировалось, собственно, время его жизни. Хотя этот текст также относят к периоду создания «Йога-сутр», он откровенно тантричен. Вообще Тантра, будучи исторически моложе йоги, постоянно стремилась усилить свою древность, чем откровенно грешили многие ее адепты.

Достоверное происхождение йоги науке пока неясно, хотя при раскопках городов протоиндийской цивилизации Мохенджо-Даро и Хараппы (возраст которых идентичен первым династиям Египта) были найдены так называемые «печати» с изображениями асан, имевших, по-видимому, ритуальное назначение. Первые письменные памятники (Веды) появились, как принято считать, после появления арийских племен на полуострове Индостан. За десять веков, прошедших затем до появления Вед, йогу, как элемент местной культуры, завоеватели ассимилировали полностью. Образ муни, святого мудреца-отшельника, встречается уже в Ригведе, где он, правда, слабо еще напоминает традиционного йогина. В более поздней Атхарваведе есть описания необычных способностей и эффектов, отдельных этапов пранаямы, а также «тапаса», мистического жара, который впоследствии занял видное место в психотехниках средневековья (Тантра) и сектах тибетского буддизма.

В Упанишадах показано множество практик духовно-мистического толка, в том числе ранние элементы йогической технологии, недаром Патанджали назвал свой труд «следующий за…»

В дальнейшем Раджа-йога продолжала модифицироваться и возникли весьма причудливые ее формы, которые Мирча Элиаде окрестил «йогическим барокко».

Термин «йога» встречается (в техническом смысле) в «Тайттирия»- и «Катха-упанишадах», откуда, собственно, и берет начало йога брахманизма, позднее появилась также йога бхакти, основанная на самозабвенной любви к Богу.

В некоторых моментах йога «старых» Упанишад настолько напоминает систему Патанджали, что только слепой не заметит этого сходства. Отсюда следует что и автор Йога-сутр, и дальнейшие брахманские изыскания опирались на гораздо более ранние источники.

«Мандукья-упанишада» увязывает некоторые приемы йоги с мантрой «ом» или «аум», отсюда берет начало Нада-йога или йога мистического звука (в тантризме это направление развилось настолько, что было названо Мантраяной).

Упанишады составлялись примерно в то же время, что и Сутры, очевидно тогда первоначальная йога модернизировалась впервые, что стало прецедентом. «Тайттирия-упанишада» в перечне модификаций сознания упоминает турийю, так называемое «четвертое состояние» сознания, понятие которого стало базовым для множества позднейших спекуляций.

Затем в русле брахманизма возникли так называемые «Йога-упанишады», среди которых основными считаются девять («Упанишады йоги и Тантры», 1999). В «Йогататтве» впервые перечислены четыре основных разновидности: мантра, лайя, хатха и раджа, причем две ступени классической Раджа-йоги (асана и пранаяма) выделены в отдельное направление - Хатха-йогу. Эта классификация сохранилась до наших дней. В «Йога-упанишадах» впервые встречается упоминание особой, мистической физиологии, которая стала основой тантризма и вызывает ажиотаж до сих пор. Некоторые столпы традиционной индийской медицины утверждают, что элементы этой физиологии якобы присутствовали и в более ранних, нежели йога, аюрведических текстах.

На протяжении всего ведического периода индийской истории (примерно с 1000 по 400 годы до н.э.), как и в дальнейшем, терминология и декларируемая направленность йоги произвольно менялись философскими школами, аскетами и йогинами-одиночками по личному разумению либо под влиянием политических и социальных факторов. Это, по-видимому, процесс неизбежный, но далеко не всегда позитивный. Со временем местные аборигенные культы смешались с персонажами Вед и набрали силу, «переваривая» религиозные представления арьев, собственно, тогда и возник индуизм. К ведическому пантеону были причислены доарийские боги, а жрецы, служившие им, были возведены в брахманское сословие. Вместо Брахмы главным божеством стал Шива («сивый», «седой» - санскр.).

«Махабхарата» поставила знак тождества между Брахманом Упанишад и Вишну (а также Кришной, его земным воплощением), она адаптировала йогу к массовому сознанию. Йога «Махабхараты», данная в ее шестой («Бхагавадгите» буквально «Песня Бхагавата», Кришны) и седьмой книгах (Мокшадхарма – «Основа освобождения»), по этической и социальной направленности радикальнейшим образом отличается от системы Патанджали. Понятно, что Гита, появилась позднее йоги, поскольку она оперирует ею как предметом уже давно известным. Основной упор в Гите делается не на личном спасении посредством бегства из социума, а на достижении уравновешенности и совершенства в обыденной жизни. Йогин не покидает мир, напротив, он должен оставаться в гуще его, не уклоняясь от бытия, единственное условие спасения заключается в систематичной практике и отсутствии привязанности к плодам своих действий. «Равновесием называется йога» («Бхагавадгита», Ашхабад, 1956, с. 90). Это определение исключает из класса йогинов представителей «чистого созерцания», мотивируя это тем, что способность к нему отнюдь не определяет нравственной настройки человека.

Идеалом Гиты является не погруженный в самадхи аскет, но обычный живой человек, способный ощущать чужую боль, как свою. Именно такая интерпретация сделала и саму Гиту, и ее йогу необыкновенно популярными в индийском обществе, а представление о том, что только бескорыстная деятельность, в том числе и йога, ведет к освобождению, сохранилось до наших дней.

Свами Сатьянанда Сарасвати Парамахамса Нага (далее по тексту ССС, ученик Свами Шивананды и основатель Бихарской школы) сказал: «Каждое мгновение жизни представляет собой алхимию медитации. Живите йогической жизнью и обладайте высокими принципами, с абсолютной верой в высший дух, который человек может познать через практику йоги и достигнуть высшей цели - познания Бога» (журнал «Йога», №1, 2003, с. 6). В то же время Свами Вивекананда, известный представитель йогической линии бхакти, высказывался так: «Пока хоть одна собака в моей стране будет оставаться без пропитания, вся моя религия будет в том, чтоб накормить ее» (Бродов В.В. «Индийская философия нового времени»).

Следующая линия трансформации - буддизм. Будда лишь потому отверг опыт трех своих йогических наставников (хатха-йога Бхарагвы, изгнавшего будущего спасителя за слишком быстрые успехи, а также Вайшалы и Арада Каламы, обучивших его созерцанию), что быстро превзошел их в этом искусстве, так говорит легенда.

Буддизм никогда не отрицал йогу, как практику, но также ассимилировал ее, в результате чего возник продукт весьма специфический. Тем не менее, некоторые способы спасения, которым учил Будда, основаны на чисто йогическом подходе, причем до такой степени, что некоторые западные исследователи (например, Э.Сенар) вообще определяли ранний буддизм как йогу.

Тантра, впитавшая массу народных культов и суеверий, перекроила йогу Патанджали наиболее радикально. Начиная примерно с VI века н. э., она заняла ведущие позиции в индуизме и тибетском буддизме Ваджраяны, получив название «алмазная колесница». Буддийские Тантры делятся на четыре класса, два последних считаются наивысшими и относятся к сугубо йогическим способам познания истины. В пантеоне тантризма (впервые за всю историю Индии) главное положение заняла Великая богиня и ее ипостаси, что свидетельствовало о победе мировоззрения доарийских культов.

Тантризм утверждает, что в эпоху темных времен Кали-юга все предыдущие традиции, включая Веды, неадекватно обеспечивали освобождение, на самом деле оно элементарно достигается превращением любых повседневных действий, включая сексуальные, в йогический ритуал. В Калачакра-тантре, отвечая на вопрос мифического царя, Будда поведал ему что Вселенная заключена в теле каждого живущего, тем самым традиционный аскетизм был отвергнут. Принципы Тантры (в данном случае - буддийской) сводятся к следующему:

- освобождение не зависит от умерщвления плоти и отказа от мирских соблазнов;

- оно может быть достигнуто в течение одной жизни;

- женское начало признается ведущим в йогических психотехниках (откуда и явилась тема Кундалини);

- создана теория Дхьяни-будд и сложная система соответствующих элементов;

- сняты любые ограничения на еду и питье.

Таким образом, йога подверглась очередной ревизии, поскольку тантрики, нащупывая соответствия между Космосом и телом, глубоко вникали в функциональное строение последнего и его связь с психикой. Множество приемов воздействия на сознание создано в рамках Крийя-йоги, представленной публикациями Бихарской школы (до 1983 года возглавляемой ССС). Справедливости ради отметим, что впервые Крийя-йогу явил миру гуру Лахири Махасайя, затем тенденция эта была продолжена на Западе Йоганандой. Говорят, что ССС постигал Крийя-йогу у одного из учеников Махасайи.

Тантра считает, что совершенство может быть достигнуто только в «теле божественном», и поэтому нужно как можно дольше сохранять первозданное здоровье. Без абсолютно здорового тела достичь блаженства невозможно («Хеваджра-тантра»).

Средневековые тантрические тексты по Хатха-йоге написаны простым языком, понятным народу, это широко известные «Шива» и «Гхеранда-самхиты», а также «Хатхайогапрадипика» (автором ее считают Сватмараму Сури - XV в.). Считается, что Гхеранда был вишнуитом (вайшнавом) из Бенгалии. Шива-самхита описывает вариант тантрической йоги, окрашенной философией Веданты.

Кроме вышеупомянутых текстов XII века известна также йога, приписываемая Горакхнатху (см. Словарь терминов), согласно легенде он составил «Горакша-шатаку», компендиум (сжатое, тезисное изложение) по Хатха-йоге. Тантрическая садхана (реализация учения) подразумевает подъем Кундалини, и секта натхов сделала практику асан своей религией. Натхи и сахаджа-вайшнавы объединяли бесчисленное количество сект «народной йоги», это движение до сих пор существует в лице йогов-канпхатов («кан» - ухо, «пхата» - расщеплять), отличительным признаком их являются огромные серьги.

В некоторых шиваитских сектах йога деградировала полностью, немыслимые ее разновидности бытовали также в тибетских тантрических обществах, например обряд «чход» - ритуал жертвования йогином своей ментальной сущности для пожирания ее демонами. Гималайские аскеты работали с внутренним теплом, именуемым «туммо», известны также беговые йоги. В Тибете йожеская традиция подпала под влияние местных культов, что породило множество вариаций, наиболее замечательными из них считаются шесть доктрин Наропы.

Если в классической йоге освобождение достигалось через махасамадхи (сопровождающегося уничтожением физического тела), то Тантра предоставляла своим адептам возможность достичь состояния дживанмукты - «освобожденного при жизни».

В Японии психотехники буддизма трансформировал дзэн, в котором явно присутствуют йогические элементы. После завоевания Индии мусульманами культурная диффузия породила не только Тадж-Махал, но и йогу суфизма. Первоначально йогов-мусульман называли факирами, чтобы отличать их от йогов-индуистов, буддистов и последователей Патанджали, затем этим словом окрестили фокусников и чародеев, йогов-одиночек, которые зарабатывали на пропитание демонстрацией «чудес». Хотя на Западе понятия «факир» и «йогин» смешивают, это неправильно, разница между ними примерно такая же, как между странствующими монахами-аскетами и бродячими акробатами в городах средневековой Европы.

Еще более сильное различие сохраняется до сих пор в Индии между йогами и «садху» - «божьими людьми», многие из которых лишь притворяются йогинами. На самом деле садху - это аналог наших нищих, выпрашивающих подаяние Христа ради.

Итак, даже беглый обзор с неизбежностью приводит к выводу что феномен, описанный Патанджали, существовал до появления религии как таковой, корни его теряются во тьме веков и скрыты, скорее всего, в первобытных магических ритуалах.

Сейчас в Индии и за ее пределами существует огромное количество центров, институтов, школ и ашрамов йоги. Одна из наиболее разрекламированных таких структур - международная корпорация Айенгар-йоги, к 2005 году пустившая корни более чем в сорока странах, включая Россию. Англичане славятся консерватизмом, однако уже в конце 1990 в Лондоне увлекались йогой около трехсот тысяч человек, пусть всего лишь ее разновидностью «от Джима». В 1995 под эгидой парижской мэрии был открыт центр йоги Айенгара во главе с Фаеком Бириа. В Америке поворот массового предпочтения от аэробики и шейпинга к йоге возглавила сама Джейн Фонда. Как сказал когда-то Дхирендра Брахмачари: «Йога покоряет мир в бескровной битве». К сожалению, эти слова справедливы сегодня в лишь в отношении бесчисленных псевдойогических подделок.

Не желает иметь дела с йогой научный и, в частности, медицинский официоз, целенаправленные исследования (кроме «оазисов», вроде института «Кайвальядхама» в Индии и энтузиастов-одиночек типа Д.Эберта) ничтожны по количеству и носят спонтанный характер. До сих пор нет международной программы изучения, что, в совокупности с эзотерической профанацией ведет йогу к вырождению и упадку. И это притом, что она великолепно решает проблемы оздоровления тела и уравновешения психики человека, что актуально сегодня, как никогда.

В этой книге показаны следствия систематических занятий йогой для обычного человека. Йога - это не «спорт богов и героев», но систематическое узнавание себя, налаживание контактов со своим телом и психикой, медленная и скрупулезная работа при неизменно великолепном результате.

Я полностью солидарен с позицией «Бхагавадгиты»: не жизнь для йоги, но йога для жизни! Это искусство является сегодня одним из проверенных веками и наиболее перспективных средств адаптации личности к социуму и собственной психике.

В прошлом считалось что для достижения успеха йогину необходимо покинуть общество, только тогда метафизическая цель - спасение - может быть достигнута. Другая крайность вообще отрицает возможность духовного роста при современном упадке нравственности. По моему убеждению, оба этих подхода ошибочны, на то и дан человеку разум, чтобы в условиях тотального кризиса цивилизации сформировать экзистенциальную парадигму третьего тысячелетия.

«Подлинная культура духа подтверждается способностью одновременно удерживать в сознании две прямо противоположные идеи, и при этом не терять другой способности - действовать» (Ф.С.Фитцжеральд). Традиционная йога должна занять подобающее место в спектре средств усиления потенциала личности, она прекрасно вписывается в любой культурный контекст, профессиональную деятельность и стиль жизни. Существуют индуистские, христианские, буддийские, даосские формы йоги, йогические программы реабилитации используются в психиатрических клиниках, тюрьмах, восстановительных центрах Индии и многих стран мира.

«Йога - не древний миф, канувший в забвение, но ценнейшее достояние настоящего. Она – насущная необходимость сегодня и культура завтра» (ССС).


Глава 1

НОВИЗНА И ДРЕВНОСТЬ

В час, когда капля касается водной глади,

Воздух мутится, и кто-то подходит сзади,

Что, - говорит, - по силам тебе твой опыт?

Нет, - отвечаю я, переходя на шепот...

Светлана Кекова

 

Жизнь есть процесс извлечения смысла (порядка) из окружающей среды. Мыслители всех времен утверждали, что с философской точки зрения человек, как таковой, изначально не существует, его реальное появление в пространстве этого мира - не факт, но акт. Личность возникает лишь в результате определенных усилий. Есть множество вариантов «дочеловечивания», именуемого «вторым рождением», однако успешно решить эту задачу становления удается далеко не каждому.

Одним из способов очистить свою природу и состояться, стать «полновесным» и в то же время свободным, является йога в ее традиционном виде, известном тысячи лет (именно этот ее вариант мы называем классическим). «Невозможно отрицать важность одного из существеннейших открытий Индии, а именно, что сознание может выступать в качестве «свидетеля», «наблюдателя», свободного от влияния психофизиологических факторов и темпоральной (связанной со временем) обусловленности. Это сознание «освобожденного» человека, который сумел выйти из потока времени...» («Йога: бессмертие и свобода», 1999, с. 65).

Подлинных методов самореализации немало (хотя подделок, конечно, несравненно больше), среди них нет лучшего или худшего, все они реальны, нужно лишь найти подходящий. Я категорически возражаю против превращения русского человека в пародию на индуса посредством рабского копирования чуждых обычаев и поведения, технология йоги вненациональна и, будучи избавлена от метафизики и мистики, блестяще работает (по компьютерной аналогии) в отрыве от «материнской платы».

Вопреки обывательским представлениям йога - предмет весьма сложный, не имеющий аналогов в жизненном опыте человека Запада. По ряду причин фрагменты ее универсальной технологии оказались рассеянными во времени и пространстве, среди различных народов, эпох и культур. При определенной доле удачи и терпения мне удалось восстановить первоначальный шедевр из отдельных фрагментов, на что ушло около трех десятилетий.

К сожалению (а скорее, к счастью), у меня не было реального гуру, который, гарантируя безопасность, значительно ускоряет процесс освоения йоги учеником. Моими учителями и соавторами являются адепты прошлого и настоящего, посвятившие себя йоге, без них эта книга никогда бы не появилась на свет.

С какого-то момента материал книги, с которым я работал, начал спонтанно упорядочиваться, и таким образом текст, в котором, казалось бы, должны излагаться полученные умозаключения, превратился в механизм автономного производства смысла, до этого не вполне ясного. Когда ментальное содержание переводится на бумагу, все его составляющие, преломляясь в словесных эквивалентах, располагаются спонтанно и совершенно по-новому. Возникшие выводы подтвердили тот факт, что именно в процессе йогической практики, основанной на принципах Сутр разрешаются проблемы тела (здоровья), экзистенции (бытия), и происходит духовная трансформация.

Нельзя сказать, что в результате долгих и упорных занятий йогой я сильно поумнел, все понял и написал эту книгу. Накопив большое количество разнообразных сведений о предмете и большой личный опыт практики, я получил возможность ее написать. А далее сработал принцип действия не действием. Вот его суть: устройство реального мира таково, что ко многим результатам (изменениям) человек не в состоянии прийти путем последовательных операций. Желая самосовершенствоваться, мы сразу утыкаемся в противоречие: если даже ясно, что и в какую сторону надо изменить, непонятно, кто и как будет делать это. Каким образом я могу улучшить себя? Как психосоматика, частью которой является моя давно сложившаяся личность, может стать иной? Кто ее изменит? Кто знает, что и как следует менять, может быть, Я? Но ведь именно из-за ошибочных представлений Я и его ущербного поведения, на этих представлениях основанных, и возникает то плачевное состояние, с которым приходится разбираться. Чтобы изменения оказались действительно необходимыми и безошибочными, их должна произвести некая умная и все обо мне знающая сила со стороны. Но откуда она возьмется? Выход один: нужно создать условия для свободного функционирования психосоматики в ее собственных интересах, которые одновременно являются и моими, но от меня скрыты (элементы ситуации, которые Эго в принципе не может знать - см. Геделя теорему о неполноте).

В этом случае необходимую регулировку, недоступную Я, спонтанно (вне моего контроля, но в результате созданных мною условий) производит сама система, это и есть «действие не действием» («деяние не деянием», в китайской культуре - «у-вэй»). Я могу лишь создать условия для инициирования желательного хода событий, но реализуется он природными механизмами, работающими автономно, вне человеческого разумения и воли.

«Становится очевидным, что сложно организованным системам нельзя навязывать пути их развития. Скорее, необходимо понять, как способствовать их собственным тенденциям развития» («Основания синергетики», 2002, с. 17).

«Развитие состояния транса - это интрапсихическое явление, обусловленное внутренними процессами, и действия гипнотерапевта направлены на то, чтобы создать для них благоприятные условия. По аналогии можно сказать, что инкубатор создает такие условия для выведения цыплят, но сами цыплята получаются благодаря развитию биологических процессов внутри яиц. Неопытный врач, индуцируя состояние транса, часто старается направить поведение испытуемого соответственно своим представлениям о том, как последний должен себя вести. Роль врача, однако, должна быть сведена к минимуму» («Стратегия психотерапии», 2000, с. 26).

Трансформация посредством йоги, принципы которой описал Патанджали, возможна только в русле «действия не действием». Собственно говоря, именно мягкое управление исходными условиями, в результате создания которых система сама по себе срабатывает в полезном ей, а, следовательно, и мне, направлении и есть йога. Любая физическая либо ментальная деятельность, от начала до конца построенная на личных усилиях, самоконтроле и происходящая в обычном состоянии бодрствования йогой не является!

Все сегодняшние виды псевдойоги ( «авторские стили») бессмысленны по сути, поскольку в нелинейной среде, какой является организм человека «Могут возникать только те структуры, которые в ней потенциально заложены и отвечают собственным тенденциям процессов в данной среде. И ничего иного в качестве метастабильно устойчивого не может быть сконструировано. Это – своего рода эволюционные правила запрета» («Основания синергетики», с. 132). Короче говоря, можно придумать любые последовательности и модификации физических действий, как угодно называть их, но полезными они будут лишь в том случае, когда их размерность и характер совпадают с главной задачей психосоматики – сохранением устойчивости гомеостаза.

«Американские врачи и хиропрактики всерьез обеспокоены растущим числом травм, которые люди получают при занятии йогой, особенно «скоростной» ее разновидностью, так называемой «пауэр-йогой», которая все больше входит в моду в последние годы. Как вспоминают специалисты, такого не было с 1980-х годов, когда Джейн Фонда начала рекламировать аэробику. Корреспонденты «Boston Globe» приводят примеры «жертв» увлечения йогой. Так, тридцатилетний мужчина нуждался в операции после того, как повредил коленный сустав. Женщина с большим опытом «классической» йоги повредила шею после занятий с новым «гуру», другой мужчина повредил нерв и потерял чувствительность бедра (хотя газеты и приводят обычно не статистику, а «жареные факты», очевидно, дыма без огня не бывает - В.Б.).

По некоторым оценкам йога в США сейчас является наиболее динамично развивающейся формой физической активности, по сведениям «Yoga Journal», ею занимаются восемнадцать миллионов человек, в то время как в 1998 было только семь. По данным Американской ассоциации производителей спортивных товаров эти цифры несколько скромнее, и статистика выросла с 7,4 в 2001 до 9,7 млн. в году 2006.

Как отмечают эксперты, в большинстве случаев йога безопаснее прочих систем, однако многие понимают ее неправильно, превращая в соревнования, а отсутствие предварительной тренировки (и необходимых знаний) ведет к травмам. Ситуация усугубляется отсутствием стандартов в подготовке преподавателей, хотя сейчас и организован «Альянс йоги», который выступает за определенные требования к их обучению» («Медновости» от 09.01.2003).

Подход человека западного склада к йоге содержит коренную и весьма опасную погрешность: говоря о выполнении асан или медитации древние тексты вовсе не имеют в виду прямой волевой контроль! Речь идет только о создании и сохранении специальных условий в сознании и теле, что запускает самонастройку (процесс самосовершенствования), протекающую вне сферы восприятия и компетенции разума. Я нахожу, готовлю, кладу в рот, пережевываю и глотаю пищу (мое сознательное действие), но переваривается и усваивается она автономно (действие полностью бессознательное), за это отвечают механизмы, неизмеримо более древние, нежели Я-сознание. Чтобы процесс пищеварения был безупречным, нужно только одно: не мешать ему! Подлинная йога всегда была и остается искусством косвенной, но никак не прямой регулировки! Я лишь создаю условия для того, чтобы психосоматика сама привела себя к свойственному ей порядку! Этот порядок (гомеостаз) является скрытым, свернутым, мы «узнаем» о его наличии только после возникновения расстройства. Если жизнь субъекта построена так, что сумма повседневных нагрузок превышает возможности восстановления, то рано или поздно деструктивные изменения накапливаются в органах и системах, проявляясь вначале как функциональные расстройства, которые по мере развития становятся хроническими заболеваниями.

Типичный пример безграмотного поведения – попытка построения коммунизма в России. «Социальное состояние, которое замысливалось, не соответствовало внутренним свойствам и потенциям среды. Не было такого состояния (хотя верили, что оно должно быть, поскольку очень хотелось - В.Б.) в числе возможных, а потому и соскользнули в другое, потенциально существующее. Шел в комнату – попал в другую. В таких случаях следует либо искать пути для изменения внутренних свойств сложной системы (что в отношении человеческого организма бесперспективно, поскольку он является продуктом эволюции – В.Б.), либо вовсе отказаться от попыток навязывания реальности того, что ей несвойственно» («Основания синергетики», с. 133).

К аналогичным попыткам относится и любая «йогическая динамика», характерная тем, что время пребывания в асане минимально - поза фактически не фиксируется. Правда, П.Джойс, основатель Аштанга-виньясы, говорит, что в его «системе» выдержка асаны длится несколько дыхательных циклов, но видеозаписи занятий этого не подтверждают. За мизерные паузы, разделяющие непрерывный поток движения в Аштанга-виньяса-йоге, украинских «кругах» и т.д. процесс самонастройки (самосовершенствования) включиться не может, не соблюдены главные его условия - полная релаксация (в том числе – молчание ума) и физическая неподвижность. В классической йоге тело просто выполняет асаны, а сознание при этом практически выключается, не участвуя в процессе. Порядок же (последовательность) поз (судя по первоисточникам, их было в прошлом чуть больше трех десятков) вначале не имеет особого значения, поскольку определяется исходными физическими данными и состоянием здоровья. Без разницы, на каком «материале» мы получаем релаксацию, искомое психофизическое состояние гарантировано возникает именно в простых и доступных позах, равно как и в паузах между ними. Избыточная сложность не нужна вообще, она энергозатратна, травмоопасна и не совместима с подлинно йогическим состоянием сознания.

А теперь немного истории. Мое личное знакомство с йогой (не считая совсем уж детской попытки 1964 года) началось в 1971, с книги Б.К.С.Айенгара «Прояснение йоги» («Light on Yoga» или «Йога дипика»). Когда ее привезли из Москвы - это было нечто! Помню мощную кипу листов машинописного перевода и отдельно фотографии асан. Мы просто упивались ими: что делает человек со своим телом! И главное - потрясающая детализация, все расписано по дням, бери и пользуйся.

Но кроме этого была еще йога в «Индийской философии» С.Радхакришнана, в переводах «Махабхараты» Б.Л.Смирнова, в «Лезвии бритвы» И.А.Ефремова, в «живой этике» Рерихов, какая-то интегральная йога Шри Ауробиндо, йога бхакти – Рамакришны и Вивекананды. И все это, кроме самых общих мест, никак не коррелировало с айенгаровским «Прояснением…»! Кроме того, очень быстро выяснилось, что автор показал что делать, сколько, и в какой последовательности, но нигде не говорилось, как сделать любую асану таким образом, чтобы она удалась лично мне! Там было сколько угодно пассажей типа: «Взять ногу, с выдохом занести ее за голову…» и т.д. Но нога не желала заворачиваться туда, хоть тресни! Не лучше обстояло дело и с подавляющим большинством поз, объяснений же по существу, которые проясняли бы ситуацию, в «Прояснении…» не было.

Возникал вопрос: если одно (философия) находится вне видимой связи с другим (практикой), почему тексты упорно твердят о том, что Раджа-йога - система целостная и последовательность освоения ее должна соблюдаться неуклонно?

В итоге я решил во что бы то ни стало вникнуть в философию и одновременно заниматься «по Айенгару», чья книга казалась нам тогда верхом совершенства. Я упорно вгрызался в Радхакришнана, «Локаята даршану», «Атмабодху», Упанишады («Древнеиндийская философия нового времени», 1963), отлавливал у букинистов книги ашхабадской «Бхагавадгиты», постигал схоластику бесчисленных индийских школ и сект. Все они превозносили йогу как инструмент самореализации, спасения, интуитивного познания и т. д., ничего не говоря о технологии выполнения асан и медитации (кроме комментариев Б.Л.Смирнова к его переводам «Бхагавадгиты», да и там эти сведения были минимальны).

В тоске я попробовал даже искать здравое зерно в «живой этике» Рерихов, но потерпел фиаско. При всем том по утрам я железно работал «по Айенгару», однако если от философии трещали мозги, то асаны не получались вообще! В итоге занятия «по Айенгару» на протяжении четырех лет учебы в институте не дали явного позитива, зато бесконечные мелкие травмы подвигли меня к серьезным размышлениям. Почему нет прогресса, несмотря на исключительную добросовестность, а попытки выполнить позы «как на картинке» неизменно перегружают тело?

Однажды, пережидая очередную травму и временно утратив возможность и желание стараться, я уловил непривычный внутренний покой в процессе занятий, так в сознание, омраченное пагубным стремлением к чужой гибкости, проник отсвет истины. Тогда я вообще прекратил давить на форму, и вскоре понял, что собственные усилия не нужны вообще, более того – они являются помехой. Так началась фундаментальная переоценка значения фактора гибкости в Хатха-йоге. Постепенно выяснилось что только после достижения полной (мышечной и ментальной) релаксации тело начинает само по себе «стекать» к абсолютной границе формы, куда без мощного динамического разогрева невозможно добраться никаким сознательным усилием. Специфическая «текучесть» эта, дающая спонтанный прирост гибкости, прямо пропорциональна степени очистки сознания от произвольной ментальной активности и автономного мыслительного «мусора».

И когда годы спустя в русском переводе Сутр я прочел шлоку сорок седьмую главы второй: «При прекращении усилия или сосредоточении на бесконечном асана достигается» («Йога-сутры Патанджали», 1992, с.143), то для меня это не стало откровением. Поскольку к аналогичному выводу я давно пришел что называется на своей шкуре. Странным было другое: почему нет ни слова по этой теме в том же «Прояснении йоги»? Почему всемирно известный йогический авторитет не счел нужным вообще упомянуть об этом? Но это уже другая история.

Когда я сравнил результаты практики, основанной на полном расслаблении с тем, что получалось при добросовестных стараниях в обычном состоянии сознания, всякие сомнения исчезли. Чтобы обеспечить технику безопасности в асанах пришлось вникать в растворение ощущений, а уже затем разбираться с подходами к релаксации ментальной.

Итак, Сутры определяют йогу как временное торможение физической, ментальной и эмоциональной активности. «Очень важно удерживать тело в одном положении без усилия, поскольку лишь выполненная непринужденно асана дает необходимое сосредоточение. Идеальное положение тела - когда отсутствует какое-либо усилие для его поддержания», пишет Вьяса. «Выполняющий асану йогин должен снять естественное телесное напряжение» («Йога. Бессмертие и свобода», с. 56).

И далее: «По отношению к физическому телу асана - это экаграта, сосредоточение на одном предмете: тело «сосредоточено» на своем положении. Как экаграта утишает колебания и рассеяние «вихрей сознания», так и асана прекращает всякие движения тела, наполняя его осознанием самого себя…» (там же).

Кажется, что такому описанию отвечает одна Шавасана (описание ее дано в главе «Начинающим»), но это не так, поскольку подавляющая часть двигательной активности человека автоматизирована и осуществляется вне контроля сознания. При этом мы в повседневности практически никогда не причиняем вреда телу. И не ощущаем его, если оно здорово. Следовательно, для гарантий физической безопасности в таком же ключе – без каких-либо негативных ощущений! - должна реализоваться и Хатха-йога!

Определение: «Релаксация [от лат. relaxatio уменьшение напряжения, ослабление] – 1). Это физический процесс постепенного возвращения системы в состояние равновесия после прекращения действия факторов, выведших ее из данного состояния; 2). В медицине - а). расслабление скелетной мускулатуры; б). снятие психического напряжения» [«Современный словарь иностранных слов», «Русский язык», 1999, с. 522, 523]. Под релаксацией подразумевается, в данном случае, не только и не столько мышечное, но, прежде всего, ментальное расслабление (торможение сознания), поскольку именно оно является целью и методом йоги. Тело в асанах можно грузить с любой интенсивностью, но при этом есть два момента, существенно отличающие данную физическую деятельность от обычной:

опустошенное и частично заторможенное сознание на протяжении всей практики;

выполнение асан, порождающее преобладание активности парасимпатического отдела ВНС!

Грамотная практика не может сформировать гипотонус, напротив, подобранные в необходимой (для данного индивида) пропорции силовые и растяжечные позы приводят к оптимальному вегетативному балансу. Что же до нервной системы среднего жителя мегаполиса, то социум ежедневно нагружает ее до такой степени, что ментальная релаксация никогда лишней не будет. ССС пишет: «Подобно тому, как для расслабления тела нужна удобная кровать, вашему уму также необходимы определенные периоды отдыха для сохранения свежести» (журнал «Йога», №1, 2003, с. 6). Когда глубокая релаксация освоена, человек получает возможность без каких-либо отрицательных последствий напрягаться так, в том числе и физически, как и мечтать раньше не мог.

Кроме того, классическая Хатха-йога, регенерируя психосоматику, обеспечивает в процессе занятий асанами наработку предмедитативного состояния. «Какого-либо динамического применения силы следует всячески избегать, общая установка на расслабление вообще достаточно характерна для йоги. В каждой асане задействована та или иная внутренняя структура, которая требует только минимальной затраты энергии. Обучение асане представляет собой совершенствование сенсомоторной регуляции, так что снижение мышечной активности будет отражением роста мастерства в Хатха-йоге» («Физиологические аспекты йоги», 1999, с. 24, 45, 47). Реализуемая в таком ключе практика вызывает концентрацию внимания, которая на Западе понимается совершенно по-иному - как сведение восприятия в фокус и волевое удержание его на одном месте (объекте). ССС утверждает, что истинная концентрация внимания может быть только спонтанной, и возникает в полностью расслабленном теле и сознании. Иными словами, главное, с чем следует целенаправленно и сознательно работать в йоге - это молчание ума, только при этом возникает феномен самонастройки.

Все в этом мире взаимосвязано, и древние это знали. Цель йоги изначально была и остается одной и той же: это последовательное налаживание контакта (коммуникации) сначала со своим телом, а затем и с бессознательным, отсюда, скорее всего, одним из вариантов перевода слова «йога» и является термин «единство».

«Йога, или психофизиологическое совершенствование представляется мне крепким свинчиванием сознательного с подсознательным в психике человека, железным стержнем, поддерживающим крепость души и тела» («Лезвие бритвы», стр. 624).

Природа устроена так, что на всех уровнях организации время работает против жизни. Одним из условий любого локального порядка является тот факт, что рано или поздно этот порядок исчерпывается. С момента появления индивида на свет погрешность процессов жизнеобеспечения непрерывно нарастает, и лишь практикой Хатха-йоги (либо цигун и зыонг-шинь) стандартная скорость прироста энтропии заметно тормозится.

«Для создания сверхсложной организации можно работать… надлежащим образом немного варьируя константы внешней среды. Это – путь йоги. Каким образом возбуждать в среде желаемые структуры из спектра возможных (получать нужные результаты – В.Б.) или – что более важно – инициировать процессы спонтанного нарастания сложности? В восточном мировидении… присутствует понимание нелинейности связи между причиной и следствием, между действием и результатом. Эффект может быть противоположен приложенному усилию. Малым, но правильным усилием можно, фигурально выражаясь, «сдвинуть гору»…» («Основания синергетики», с. 110 – 111).

Обратимся к новейшей истории йоги в России. Крах Империи и грянувшая в одночасье свобода привлекли сюда огромное количество «просветленных» самозванцев (Сахаджа-йога, Брахма кумарис и т. д.), стремящихся к такому варианту благоденствия, где именно они будут контролировать остальное недоразвитое духовно большинство.

Ситуацию, возникшую в результате упразднения цензуры, охарактеризовал М.Швыдкой в статье «Смежили очи гении...»: «Доступность культурных ценностей обнаруживает неистребимый дилетантизм. Всем находится место под солнцем - постмодернистам и соцреалистам, сюрреалистам и традиционалистам, розовым, голубым, красным и даже коричневым... Каждый работает сам по себе и ведет борьбу сам с собой - если хватает сил. Или с небесами - если достает дерзости. Но сил и дерзости явно недостает» («Известия», 22.12.1999). С йогой же ситуация сложилась и вовсе странная, заставляющая вспомнить Писание: «Берегитесь, однако, чтобы свобода ваша не послужила соблазном для немощных» (Первое послание к коринфянам Святого Апостола Павла, IV. А. 8. 9).

Вопрос изменения йоги в Индии - история длинная и запутанная, нередко разные учителя и школы имеют взаимоисключающее видение предмета. Однако разногласия такого свойства, как правило, никогда не выносятся на широкую публику, будучи скрыты непроницаемой броней корпоративной этики, что, я полагаю, далеко не лучшим образом отражается на последователях учения. Идеология наставничества, сложившаяся в древности, себя полностью исчерпала, и новые социальные реалии вышли сегодня из-под контроля прежней системы ценностей. Неотъемлемыми атрибутами института гуру, как в самой Индии, так и за ее пределами стали сильнейшее моральное разложение, коррупция и злоупотребление властью, причем это не свойственно каким-то отдельным людям, но порождается самой структурой взаимоотношений, изначально присущих тандему «гуру-ученик». Хотя, казалось бы, проблемы эти сугубо индийские, тем не менее, они напрямую затрагивают и Россию, в массы проникает, в первую очередь, псевдойогический суррогат, поскольку его в мире слишком много. Почему-то для людей одинаково важен в этой жизни и смысл, и вымысел, а йога – в массовом представлении - прежде всего вещь экзотическая и таинственная, от нее всегда ожидают чудес. На фоне этих ожиданий и полного незнания предмета принимается на веру любая, именуемая йогой чушь, продуцируемая бесконечным количеством авторов «новых стилей». Подобно футуристам в начале ХХ века эти «авторы» молоды, здоровы, нахраписты, великолепно сгибаются и не обременены сомнениями в собственной исключительности. А поскольку информация вымышленная всегда организована намного проще подлинного положения вещей и ею гораздо легче манипулировать (слов ведь больше, чем фактов), мы имеем сегодня громадное количество разновидностей «йоги». Но следует отметить, справедливости ради, что начался процесс всемирной профанации именно на ее родине.

Проблему аутентичности поднял в очерке «Йогическая традиция Майсорского дворца» Н.Е.Сьоман («Динамические практики в классической йоге», 1999). Его изыскания подтвердили, что ряд широко распространившихся на Запад «авторских стилей» в самой Индии давно и полностью вышли (в силу тех или иных причин) за концептуальные рамки Йога-сутр. На основе личных физических данных многие учителя и «специалисты» неимоверно расширили перечень асан, одновременно полностью изменив принципы их выполнения. Правда, пересматривать форму немногих поз, приведенных в первоисточниках, не осмелился никто. Новации же теоретические идут либо по линии произвольного толкования неясных мест в Сутрах, либо под прикрытием ссылок на мифические древние тексты («Йога-корунта»), трактовка сущности йоги которыми в корне отлична от подхода Патанджали.

На одном из московских семинаров начала 1990-х Фаек Бириа, высокопоставленный функционер транснациональной корпорации Айенгар-йоги, заявил буквально следующее: «Гуруджи подобно Менделееву в химии, обнаружил, восстановил и систематизировал массу неизвестных и забытых поз йоги». Дополнение оказалось неподъемным, поскольку к тридцати двум асанам «Гхеранда самхиты» Айенгар добавил еще сто шестьдесят восемь (а с вариантами – намного больше).

Йогешварананд описал двести шестьдесят три асаны («First steps to higher yoga»,1975), Дхирендра Брахмачари – сто семьдесят две («Йогасана виджняна», М., 2006), Шьям Сундар Госвами («Hatha - Yoga», 1974) – сто восемь. Притом многие асаны у этих авторов не пересекаются, и если собрать их вместе, то суммарное количество перевалит за три сотни.

Согласно откровениям А.Лаппы («Йога: традиция единения», 1999) асан насчитывается ровно триста шестьдесят пять. На сайте http://yogadancer.com/Asanas.shtml приведено около четырехсот пятидесяти поз, причем с вариантами. Дхарма Митра, ученик Шри Свами Кувалаянанды и основатель Дхарма йога Центра, изобразил на своем плакате девятьсот восемь асан. Кто больше!? И зачем?

Каждый человек обладает присущим от природы именно ему уровнем физической гибкости, состоящей из основного, запасного и резервного диапазонов движения позвоночника, суставов и частей тела относительно туловища. Гибкость является вторичной константой гомеостаза и при систематической практике асан возрастает до возможного и полезного (при данной комплекции) максимума.

«- Элементарные упражнения йоги вам, наверное, известны?

Я утвердительно киваю.

- Я вам покажу, что можно сделать на их основе.

Я вижу, как под диафрагмой Амбу вспухает бугор, живот становится плоским, как доска и прилипает к спине. Но это было только начало. Все, что последовало за этим, не поддается никакому описанию. Я смотрела на него и сомневалась, человек ли передо мной. Он извивался как змея, и мне казалось, что кости его конечностей мягкие. Амбу завязывался в узел и так же легко развязывался. Его внутренности смещались и занимали необычное для них положение. Он сгибался как змея и медленно проползал под самим собой. Его руки и ноги гнулись в самых необычных направлениях, и порой мне казалось, что Амбу разбирает себя на части. Мышцы на его руках сжимались, и руки становились по-детски тонкими. В какой-то момент он весь стал плоским, как будто по его телу провезли дорожный каток. Он сворачивался колесом, и это колесо только усилиями мышц живота каталось по комнате. Когда весь этот каскад неправдоподобных упражнений кончился, Амбу поднялся с циновки и глубоко вздохнул» («Годы и дни Мадраса», 1971, с. 338).

Присущую индивиду физическую гибкость формируют особенности строения суставно-связочного аппарата, уровень возбудимости и растяжимости мышц, а также степень мышечно-суставной чувствительности. Гибкость (англ. flexibility, limberness, pliancy, plasticity, suppleness) – это способность выполнять физические упражнения с большой амплитудой. Различают гибкость активную и пассивную. Активная – это максимально возможная подвижность в суставах, которую исполнитель может проявить самостоятельно, без посторонней помощи, используя только силу мышц. Пассивная гибкость определяется наивысшей амплитудой, которую можно достичь за счет внешних сил, создаваемых партнером, снарядом или отягощением.

Развитие предельной гибкости никогда не было целью йоги, если гипермобильный от природы субъект (а таких немало) сосредоточится на развитии этого свойства, то может достичь феноменального уровня сложности, но йога - это иное. Если бы просветление зависело от способности сгибаться в три погибели, любой специализирующийся на этом циркач автоматически становился бы титаном духа, чего мы, естественно, не наблюдаем. В июне 2005 (Москва) прошел трехдневный семинар Шри Аваниш Ачарьи, йогина из Хардвара, он прямо заявил собравшимся: - Йога – это не гибкость, а нечто большее. Чем более сложны асаны, тем менее они полезны – во всех смыслах!

На беду интересующихся йогой людей в современных «авторских стилях» установка на развитие максимальной гибкости приобрела совершенно безумный характер, дело дошло уже до мировых чемпионатов. В то же время публика, активно вовлекаемая в орбиту данных «стилей», умышленно подающих себя как йогу, даже не подозревает, что все это существует уже очень давно, но под совершенно иной вывеской.

В английском языке есть слово contortion (конторсия) гибкость в самом широком смысле. В русском Интернете можно найти сайты ее фанатов - http://gnuchka.narod.ru/sgr.html, http://www.contortionhomepage.com/ и др., а также The Contorion Home Page и Possic Contortion Home Page - полный всемирный список ссылок на страницы о конторсии.

Вот фрагменты эссе К.Топфера (профессор факультета театрального искусства, университета Сан-Хосе, Калифорния, США) «Twisted bodies. Аспекты женского конторсионизма в письмах знатока». Несмотря на специфическую направленность, информация эта весьма уместна в данном контексте.

«Конторсия - древний вид искусства. Первые сведения о нем восходят к античности, когда конторсионисты египетской и греко-римской культур выступали в составе театральных трупп вместе с акробатами, канатными плясунами и силачами. Эти труппы показывали трагические пантомимы в театрах, на стадионах и в частных домах. В эпоху христианства конторсия, как публичное зрелище, пережила упадок и стала случайным элементом эксцентричных развлечений аристократии наряду с шутами, карликами, танцорами, акробатами и фокусниками. Замечательный пример средневекового номера конторсии - скульптура в нефе Руанского собора, изображающая Саломею, на пиру Ирода, она танцует, стоя на руках, изгибая перевернутое тело так, что ее ноги свисают над головой.

Как зрелище публичное, конторсия возродилась примерно в 18 в., но только в 20-м популярность ее женщин-исполнительниц затмила мужскую. В 1890-х мадемуазель Бертольди (Bertoldi) – «женщина-змея», открыла для публики женскую конторсию в театрах-варьете Европы. Из ее пластических номеров обсуждали преимущественно сюжеты, технические и психологические аспекты исполнения не затрагивались. Используя световые эффекты, реквизит, роскошные костюмы и «голос за кадром» для создания мистической атмосферы, исполнительницы конторсии превращали свои выступления в эмоциональные драмы. Иногда женщины выступали с партнерами-мужчинами, которые сами не гнулись, однако чисто женские дуэты производили на публику более сильное впечатление, особенно если конторсионистками были обе исполнительницы. Конторсия стала «темным» жанром, допускаемым преимущественно в ночных клубах и концертных залах. Расцветом конторсии стали 1930 - 40 годы. Американская исполнительница Barbara La May, обосновавшаяся в Париже, была, вероятно, величайшей артисткой этого жанра. Она соединяла мотивы героики и опасности с роскошно-меланхолическим изображением беззащитности. Ее дочь также участвовала в номере вместе с матерью. Вообще, причиной интереса к конторсии нередко бывает желание увидеть нечто неприятное. Это показывает автобиографический «рассказ конторсионистки» в старой брошюре «Vive le Cirque Serge» (из коллекции Б.Каттенберга): «В наше время публика жаждет кошмара. Одна женщина упала в обморок у меня на глазах. Публика ужасается, когда слышит хруст моих костей и чувствует отвращение, когда я делаю себя совершенно мягкой. Однажды дома я спустилась по лестнице как лягушка, причем с увидевшей меня домохозяйкой случилась истерика».

Существует также термин «клишник» (frontbender) - исполнитель номеров пластической акробатики, основанных на особой гибкости тела. Главная позиция клишника - т.н. передняя складка (положение, при котором корпус вплотную прилегает к ногам, не согнутым в коленях), выполняется стоя, сидя и лежа. Среди других трюков: «лягушка» - стойка на руках с заложенными за плечи ногами; «обезьяний бег» - артист быстро перемещается по манежу на прямых ногах, касаясь ладонями земли; закладывает ноги за шею и др. Эти элементы акробатики были известны и в древности, но обособление их в самостоятельный вид и дальнейшее развитие связано с именем английского артиста Э.Клишника (1813 - 1877), впервые выступившего с номером «человек-обезьяна» (Вена, 1842). В начале ХХ столетия в этом жанре возникли комические и групповые номера, которые представляли собой сценки пантомимы с простым сюжетом - артисты изображали чертей, лягушек, крокодилов, змей».

Когда йога начала входить в моду (начало 1990-х) супергибкая молодежь мгновенно уловила спрос и ринулась создавать «школы авторской йоги», на самом деле это все та же конторсия, только в псевдойогической упаковке. На упомянутых выше сайтах помещены фото девочек-гимнасток, которые сгибаются так, что на их фоне даже Айенгару делать нечего. Правда, там все это честно называется трюками, основанными на юности и физической предрасположенности исполнительниц, которых, кстати, на чемпионаты по йога-спорту никто почему-то не приглашает.

Известны как женщины, так и мужчины, достигшие в конторсии выдающихся успехов, это Галина Торбеева, Тамара Лязгина, Ирина Ващенко, Ирина Казакова, Кристина Киреева, Светлана Белова, Наталья Василюк, Татьяна Басаргина, англичанин Даниэл Броунинг Смит, монголки Норовсамбу и Талбаа Оуонцацран и т.д. Все они, обладая редкостными природными данными, после специального их развития и шлифовки выступают в различных шоу. Они не выдают цирк за йогу, не обещают научить этому любого, и не подводят заумных обоснований под свою узкую физическую одаренность, что характерно для авторов новых «йогических стилей». Если артисты жанра «каучук», колеся по миру, живут заработком от своих выступлений, то массы, замороченные «йогами» новой формации, идут к ним сами и платят деньги за то, научиться чему нельзя, да, по большому счету, и незачем.

Что движет авторами упомянутых «стилей», можно узнать из промелькнувшей в Интернете когда-то переписке ярких представителей суррогатной «йоги» киевлянина Сидерского и новосибирца Калабина.

Адреса, по которым были выставлены тексты, http://www.hathavideo.com/qwans/7138.html, а также http://www.hathavideo.com/qwans, были «обесточены» спустя две недели после появления.

С.: «Всю описанную в книжке (имеется в виду «Йога восьми кругов») дребедень «вокруг» форм я придумал от начала и до конца. Там нет ничего кроме конъюнктурной заманухи, призванной обратить внимание на йогу как таковую вообще и привлечь народ к практике – «построить» страну и указать ей направление движения в светлое будущее. Исключительно манипулятивно-магическая примочка, не более. Никаких лестниц, никаких обезьян - на самом деле ничего этого нет, и никогда не было - все это плод фантазии, на тот момент жизненно необходимый для перетягивания массового внимания от галлюциногенов и дурного трепа к здоровым практикам. А, по сути - полный блеф от начала и до конца... Поэтому то, что могло бы быть дальше – хочу - придумываю, хочу - спускаю на тормозах. Авторское право... Сейчас у меня нет времени на выдумывание продолжения. Да и намерения такого не наблюдается. А обманщиком меня так и так уже считают, потому дальнейший ход развития ситуации не имеет ровным счетом никакого значения. Для обустройства околойогической ситуации в мировых масштабах, как Вы сами понимаете, русскоязычная книжка была непригодна, поэтому мне пришлось воспользоваться несколько иными приемами, каналами и контактами, что в итоге привело к выдвижению Аштанга-виньяса-йоги П.Джойса на первые роли в Голливуде, а оттуда - автоматом - прокатилась волна «правильного» йогического бума уже по всему миру - и дошла до нас успешно. Сейчас основные задачи внедрения выполнены - йога переведена в разряд престижных явлений, внедрена в систему массовой культуры уже необратимо. Лавина пошла и дальнейшее ее толкание - занятие глупое и никому не нужное. А пытаться бежать перед ней даже немножечко опасно. Теперь надо только следить за тем, чтобы по мере продвижения она не расползлась, куда не надо, а вкладывать энергию в раскачивание ситуации уже ни к чему - раскачивать-то нечего - поезд ушел... И идет своим чередом. Поэтому я занялся внедрением и толканием принципиально иных вещей (фридайвинг и пси-арт), переведя йогатичерство и все, что с ним связано для себя в категорию остаточного хобби.

Я не люблю зеленый чай и психоделические навороты вокруг чаепития. Предпочитаю обычный «Липтон» из пакетика - с сахаром и ломтиком лимона - за обычным столом на постсоветской кухне в кругу друзей, для которых йога - так же, как и для меня - не дебильная самоцель, а не более чем инструментальное состояние сознания, позволяющее извлечь максимум из потенциальных характеристик функционирования тела и ума «по жизни».

К.: «Существует ли с Вашей стороны заинтересованность в развитии гимнастическо-зрелищного потенциала техник, в зачаточном виде представленных в Вашей великолепной «Йоге восьми кругов» или же перспектива описания техник от лестницы в небо до стальной обезьяны кануло в небытие, и Вы решили руководствоваться лишь элементарными гимнастическими формами?»

С.: «Там они представлены даже не в зачаточном виде - я тогда мало что знал об отличии асаны от гимнастики и о правильной с сугубо физиологической точки зрения постановке техник. Так что там, увы, только не слишком правильная гимнастика и много заумного трепа о «высоком», но отсутствует элементарное понимание целого ряда… механизмов, функциональная оптимизация которых «зашита» в практику асан. Так что книга не столько великолепная, сколько фуфловая».

Что же получается? «Новые асаны» йоги «открывали» многие, например, тот же Кришнамачарья из Майсора, но вопрос вот в чем: выполнял ли все эти позы их создатель и его последователи в том состоянии сознания, которое соответствует данному Патанджали определению йоги? Именно этому условию практика основателей и приверженцев «динамической» йоги (впрочем, как и любой другой, не основанной на постулатах Патанджали) не отвечает ни в малейшей степени.

Как правило, все их «концепции» и «обоснования» сводятся к упорному издевательству над телом, которое нужно волевым образом преобразовать к «лучшему». Чтобы оно согнулось так, как хочется его обладателю, а от этого проистечет, якобы, нечто полезное. На самом деле такой подход опасен, поскольку он противоречит собственным тенденциям психосоматики. Организм это сложная нелинейная открытая система, и бросаемый себе (своему телу) ежедневный вызов в практике асан ни к чему хорошему не ведет. Лишь грамотно организованное резонансное воздействие приводит к выраженному усилению (или ослаблению) процессов среды. «Не субъект дает рецепты и управляет… ситуацией, а сама нелинейная ситуация, будь она природная, ситуация общения с другим человеком или с самим собой, как-то разрешается, в том числе строит самого субъекта. Нелинейное, творческое отношение к миру… означает открытие возможности сделать себя творимым. Похожий рецепт находим в поэтическом государстве Поля Валери: «Творец – это тот, кто творим» («Основания синергетики», с. 66). Добавим: а вовсе не тот, кто непонятно откуда якобы точно знает что нужно другим, сочиняя для них разные уровни сложности асан, приемлемых для его личной физической конституции.

Если любая удобная и устойчивая поза йоги есть асана, где должно иметь место полное снятие усилий либо сосредоточение на бесконечном, по большому счету без разницы ЧТО именно делать с телом - почерпнутое из первоисточников либо выдуманное. Но хорошо известно состояние сознания, которое должно быть при этом (именно оно и составляет сущность йоги) - торможение ментальной активности (читта вритти ниродхо, в дальнейшем по тексту ЧВН). Асаны йоги, как это следует из Сутр (и подтверждено ранними комментаторами), предназначены для выработки и сохранения устойчивого покоя и однонаправленности ума. Есть порог сложности формы и величины физического усилия, за которым любая релаксация недоступна, поэтому высокая сложность асан не совместима с ориентацией практики на ЧВН.

Возникает резонный вопрос: что же тогда такое Аштанга-виньяса, дхара-садхана, или «матрица Y23 наиболее известного на постсоветском пространстве йогатичера»? И какое отношение все это имеет к йоге? Ясно, что никакого! И замечательно гибкие основатели «динамических стилей» скорее даже не персоналии, но лейблы коммерческих проектов, слово же «йога» является в них только наживкой.

В учебнике Бхарадваджа «Вьяяма дипика» (Сьоман называет ее «попыткой возрождения индийской системы упражнений») «Первая глава… посвящена ходьбе, бегу, прыжкам в длину и высоту. Во второй главе говорится об упражнениях данда. Данда во многом походят на отжимания. Это очень древний вид упражнений, известный в йоге как Сурья намаскара. В них могут быть включены отдельные асаны, такие как Тадасана, Падахастасана, Чатуранга Дандасана и Бхуджангасана. Судя по всему, они послужили основой для виньяс Кришнамачарьи. В Индии их используют борцы…» («Динамические практики в классической йоге», 1999, с. 102 - 103).

П.Джойс, ученик и последователь Т.Кришнамачарьи, продолжил изыски: в «Йога-мала» он, излагая последовательности поз, вообще опускает этап «асана», вместо этого там есть раздел «Сурья намаскара и йогические асаны». Патанджали и его последователи были бы поражены, узнав, что удивительным образом «Из Хатха-йоги выпал огромный корпус динамических практик» («Йога: традиция единения», 1999, с. 2). И, прослезились бы, узнав, что «корпус» этот с риском для жизни добыл из гималайских пещер и возвратил благодарному человечеству бравый украинский хлопец, будущий родоначальник «вихревых виньяс».

Еще один известный ученик Кришнамачарьи - Б.К.С.Айенгар. Из его книги «Прояснение пранаямы» (изд-во «Института йоги Патанджали», 2002) следует что он, в отличие от П.Джойса, еще в 60-х годах ХХ в. отказался (и, видимо, неспроста) от связок-переходов и регулировки дыхания в асанах. Он отметил, что контроль дыхания для начинающих неприемлем.

Ревизионизм присущ любой эпохе, еще М.Элиаде заметил: «Йогататтва-упанишада излагает йогическую технику, переосмысленную в свете диалектики Веданты. Всю упанишаду пронизывает пафос экспериментаторства» («Бессмертие и свобода», с.189). Что уж тогда говорить о современности!

Итак, подчеркивая определяющую роль полной релаксации в подлинной Хатха-йоге я, прежде всего, имею в виду решающую роль в ней сознания, что полностью созвучно Сутрам! Именно поэтому йога, обсуждаемая в данной книге, именуется классической. Усилие в любой асане должно быть минимальным, только чтобы сохранить доступную ее форму, в этом и состоит мастерство. Но это вовсе не подразумевает отсутствия активной физической работы! Майюрасану может выполнить, скажем, и новичок и мастер, но у мастера усилие будет минимально по сравнению с тем, которое присутствует у новичка, вот о каком минимуме идет речь. Полностью расслабиться это не значит выпасть из позы, ведь, расслабившись, мы не падаем со стула, сидя на нем.

Индивидуальный спектр поз подбирается исходя из текущего состояния здоровья, мышечная релаксация – необходимый, но недостаточный элемент технологии выполнения асан, достижение пустоты ума всегда является приоритетом. Когда сознание тормозится так, что устойчивость этого покоя не зависит от происходящего с телом - возникает соматический аспект пратьяхары.

Шанкара в «Атмабодхе» провозгласил знаменитый принцип: «Атман есть Брахман», когда подлинное видение реализуется йогой и показывает единство частного и общего: «Всепостигающий йогин видит оком знания весь мир в себе и все - как единого Атмана». Истинное познание Веданта определяет как контакт с Абсолютом .

В христианской мистике и буддизме Ваджраяны использование различных медитативных техник обеспечивает проявление божества непосредственно в сознании адепта.

Школы или направления, абсолютизирующие пранаяму, добиваются полного подавления умственной деятельности.

В чем-то пересекается с йогой метод Юнга, однако в нем отсутствует работа с телом, которая вела бы к необходимым изменениям сознания и поддерживала их, поэтому эффект метода зависит от квалификации аналитика и не затрагивает сому.

Трансперсональная психология высвобождает аффекты вытесненного, что влияет на личность негативно. Кроме того, глубинная психоэмоциональная «контрактура» при таких воздействиях не исчезает, но разряжается на время, восстанавливая затем свой патологический потенциал.

«Во всех индийских (религиозно-философских – В.Б.) системах конечным средством спасения является йога» («Избранные труды по буддизму», с. 153)

С одной стороны она всегда предоставляла философским системам Индии (за малым исключением) мистическое обоснование, с другой - в разных школах использовались отдельные части системы, например, в буддизме медитацию применяли для погружения созерцателя в миры не-форм, из чего, быть может, кто-то извлекал и пользу, но большинство становилось «странниками по звездам».

Сегодня фанатики «духовности» стремятся к просветлению, игнорируя тело, у другой части поклонников йоги развитие гибкости стало самодовлеющим и выродилось в акробатику. Импульс к развитию йогатерапии угас после ухода Свами Кувалаянанды, школа его пришла в упадок. Микроскопом можно забивать гвозди либо проламывать черепа, как это было в Кампучии Пол Пота, но вообще-то создавался данный прибор для наблюдения сверхмалых объектов. Аналогично и традиционная йога предназначалась отнюдь не для получения сиддх, сверхсложной акробатики или ежедневного вызова самому себе. Будучи реализованной, она приводит человека к состоянию системного равновесия, обеспечивая физическое здоровье, душевный покой и общую гармонию. Если проанализировать тексты многих поздних школ, от «Горокхо биджой» до «Малла пураны» и «Шритаттва нидхи», видно, что во многих из них асаны и пранаямы не используются по назначению. Для обретения системности вовсе не нужно поднятие Кундалини либо выполнение сотен поз. «Будучи освоенной, асана может уничтожать болезни и даже обезвреживать яды. Если нет возможности овладеть всеми асанами, возьми одну, но добейся в ней полного удобства» («Шандилья-упанишада», 1,3,12-13).

Сьоман говорит: «Ясно, что система йоги Майсорского дворца (которую затем, в свою очередь, «уточняли» Айенгар и П.Джойс), идущая от Кришнамачарьи, является еще одним синкретическим учением, опирающимся, в основном, на текст по гимнастике (V.P.Varadarajan «Vyayama Dipika», Bangalor; Caxton Press, 1896), однако подающим его под именем йоги. Существует огромная пропасть между представленным здесь… реформистским движением, пытающимся приспособить йогу для нужд обыкновенных людей, и традиционными древними идеями...» («Динамические практики в классической йоге», с. 105). Попытки же «обучения» этой «йоге» других похожи на поведение персонажа, пытающего дать то, чего у него нет тому, кому это не надо.

Чтобы понять изначальный смысл подлинной йоги, ее масштаб и предназначение вовсе не обязательно стремиться в гималайские пещеры. Постижение истины - это не скитания по лику земли, не перебежки от святыни к святыне в надежде отщипнуть и унести частицу духовности. Это движение внутри себя, которое может быть начато в любой точке пространства и времени.

Данная книга является самоучителем, пригодным каждому, кто желает начать освоение традиционной йоги (если к этому нет противопоказаний, приведенных в конце главы «Асана»). Сложность текста в отдельных местах - кажущаяся, это происходит из-за того что там, где довелось пройти мне, вас, как говорят в Одессе, еще «не стояло». По мере накопления собственного опыта нюансы спрессованной здесь информации будут проясняться еще долго, обеспечивая личный прогресс. И это справедливо, поскольку не всякое понимание передается словами, а уж полное - только через со-участие, со-действие, со-пребывание в области существования, именуемой йогой.

Книга может вызвать дискомфорт и внутреннее сопротивление у тех, кто уже успел ввязаться в псевдойогические тусовки, трудно переквалифицироваться на истинного йога, если уже стал каким-то. Даже если читатель понимает, что эта информация открыла ему глаза, это совсем не значит, что он способен отказаться от того, во что уже втянут. А если такая попытка и будет сделана то, скорее всего, окажется весьма нелегкой, и даже не потому, что переучиваться всегда труднее. Если человек погрузился, скажем, в «йогу» Айенгара, это означает реализацию его личных интересов, чаяний и побуждений, имеющих долгую историю развития. Когда мы впервые усваиваем что-то касательно йоги - пусть даже полный бред - он оказывается законченной структурой понимания, пусть ошибочной и вредной, но неизменяемой, даже если под давлением неопровержимых фактов абсурдность его становится очевидной. Любые доводы или влияния извне упираются в то, что изменить однажды измененное чрезвычайно трудно. Когда человек однажды уже «стал йогом», то получил стереотип в сознании, и второй стереотип по этому же поводу и в том же сознании иметь нельзя. Это проблема тождества с самим собой, которое - если оно уже достигнуто - становится почти нерасторжимым. Стендаль говорил об этом, как о кристаллизации чувств и ожиданий на подвернувшемся объекте. Возвращение человека, втянутого в псевдойоговскую реальность к нормальному состоянию критичности - задача трудно выполнимая, поскольку в этом случае его представления отталкиваются не от фактов, но сформированы идеями. А в область идей кроме окончательной катастрофы ничто не проникает. Если человек уже вошел в то, что он называет (или ему назвали) йогой каким-то способом, пусть через самого что ни на есть липового «учителя», реализуя при этом свое достоинство и представление как об уважающей себя личности, то это не расцепить никакими логическими доводами.

Более того, это даже опасно, поскольку смена курса влечет за собой необходимость расставания с усвоенной схемой, признание своей несостоятельности и перспективу нового тяжелого труда. Убедить человека в ложности пути, которым он следует, способно только категорическое ухудшение здоровья.

«Тот, кто не был способен практиковать йогу в полном объеме, довольствовался тем, что подражал каким-то ее внешним аспектам и буквально истолковывал те или иные технические подробности. С индийской точки зрения это явление деградации есть не что иное, как постоянно возрастающее нравственное падение... В эпоху Кали-юги истина погребена во мраке невежества. Вот почему постоянно появляются новые учителя, стремясь приспособить учение к слабым способностям падшего человечества» («Йога. Бессмертие и свобода», с. 346). Неясно, правда, чему сегодня служат многократно препарированные «учителями новой формации» йогические «останки» - добру или злу.

Что есть путь к истине? Это личный акт познания, который ранее уже происходил с другими, в том числе и великими людьми. Классическая практика йоги – это деятельность, реализуемая в пространстве законов, упакованном текстами Сутр. Это создание условий для возникновения нелинейной положительной обратной связи, которая, в свою очередь, инициирует срабатывание (или даже создание – В.Б) механизмов регенерации и самонастройки.

Чтобы усвоить «продукцию» Платона, Сократа, Будды, Лао-Цзы, Патанджали, Ницше, Булгакова нужно воспроизвести мыслительную работу, осуществленную этими людьми, либо каким-то иным образом извлечь ее эмоционально-интеллектуальный эквивалент. В случае йоги каждому приходится самостоятельно проходить путь, в процессе которого можно получить и понять (либо так и не понять, не получив ничего) то, чего достигли создатели этой древней системы. «Если очень потрудиться и нам повезет, мы подумаем то, что думали уже давно и другие» («Психологическая топология пути», 1997).

В мире и без йоги предостаточно путей самореализации - любовь, искусство, милосердие - мы не изобретаем их заново, это было бы, мягко говоря, странным, поскольку они уже есть. Мы реализуем себя, если удается попасть в состояния, способы входа в которые изобретены в далеком прошлом. И в них, равно как и в порожденных им взлетах души, до нас многократно побывали другие.

Мы можем делать массу умозаключений, движений тела и души, волевых усилий - но любовь, добродетель или честь от этого не появятся или не исчезнут. Равно как и традиция, переданная Патанджали, поскольку она в этом мире уже проявлена.

Исходная система претерпела изменения поскольку «...Наряду с классической формой йоги очень рано появились и другие…, использующие иные подходы и преследующие иные цели. ...Мы наблюдаем постоянный процесс взаимопроникновения и сращивания, который, в конце концов, радикально изменил некоторые принципы классической йоги» («Йога. Бессмертие и свобода», с. 389). Все это хорошо, однако следует помнить: «…Того, кто силой стремится к успеху, ждут несчастья» (Го Юй «Речи царств», 1987, с. 298).

Сутры Патанджали - это метафорическое описание алгоритма йогической практики. Если он реализован (субъект систематически повторяет действия в рамках данной технологии) трансформация психосоматики запускается, но протекает вне волевого контроля. Следствие этого процесса - очистка и регенерация системы, после этого контакт личности со внешним миром и собственным подсознанием становится оптимальным.

Несмотря на идентичность устройства и функционирования организма люди радикально отличаются пропорциями, возрастом, состоянием здоровья и личным опытом, потому универсального рецепта по обучению йоге нет и не будет. Каждый должен освоить технологию лично, но лучше - под руководством опытного наставника. Хотя, несомненно, прав был Б.К.С.Айенгар, заметив: «Хорошая книга лучше плохого учителя».


Глава 2

О СМЫСЛЕ

 

Удивительное рядом, но оно запрещено…

Владимир Высоцкий

 

Двадцатый век похоронил многие надежды и чаяния, в том числе возникшую в недрах западной науки идею бесконечного прогресса. По ходу ее реализации население планеты оказалось расколотым на две части: большую, занятую исключительно выживанием, и меньшую - страны «золотого миллиарда». Процветающее меньшинство, однако, столкнулось с собственной деградацией, вырождением и тотальной экологической катастрофой.

Долгое время нравственное и духовное совершенствование считалось возможным только в виде подчинения воле Бога, и Церкви - его наместнику на земле. Попытки буквального следования библейским заповедям были нереальными в принципе, но всячески приветствовались.

Сегодня ситуация иная, и поскольку естественный темп социального развития приказал долго жить, проявился разрушительный эффект непонимания разницы между культурой и цивилизованностью. Культура репродуктивна, ее задача - сохранять и продлевать себя, это знание истории и своего народа, следование традициям. При силовом доминировании одной культуры на территории прочих местный национализм приобретает крайние формы, усиливается противостояние чуждому влиянию любыми средствами, включая террор.

Что такое цивилизованность? Это, помимо знания собственной истории и традиций, уважительный интерес ко всему чужому, а также понимание того, что Земля мала, и если возможно создать на ней жизнеспособное общество, то не насилием либо подражанием, но только посредством взаимоуважения и сотрудничества.

Не миновал определенный упадок цивилизованности и РПЦ, что просматривается в ее отношении к йоге и ее последователям в России. Упорные старания поместить йогу на одну доску с оккультизмом, теософией, «живой этикой», сектантством и прочим «духовным» мусором современности либо умышлены, либо проистекают от незнания сущности предмета.

В конце XIX века религиозность упала настолько, что Ницше выразил это фразой «Бог умер». Была пройдена точка, за которой влияние традиционных конфессий на умы населения развитых стран свелось фактически к нулю. Упадку религиозности сопутствовало слабое знакомство обывателя с моделью мироустройства, созданной фундаментальной наукой. После утраты языческих обрядов, выполнявших компенсаторную функцию для проявлений бессознательного, скрытая психическая деятельность, которая и сегодня проявляется с не меньшей силой, чем у кроманьонцев, породила эзотерику и мистику.

Покоренный, но не понятый Восток начал реконкисту. Первоначальные слухи о чудесах йогов экспортировались из жемчужины британской короны - Индии. В 1897 Свами Вивекананда основал «Миссию Рамакришны» и йога начала распространяться на Запад в виде философии.

В конце XIX века на подмостках истории материализовалась Блаватская, вознамерившаяся заменить своей «доктриной» все мировые религии, хотя постулаты и выводы теософии были принципиально не проверяемы. Блаватская была первопроходцем, именно она наметила магистральные спекулятивные темы йоги, Шамбалы и махатм. Поскольку теософия является скверной пародией на восточную мысль и западную науку, популярность ее со временем упала. Требовались свежие идеи, их вместе со своим супругом сформулировала Елена Шапошникова (в замужестве - Рерих). Талантливый художник был смолоду очарован Востоком, не миновал масонской ложи, а уже зрелым человеком, в сопровождении семьи и ламы-чекиста Блюмкина, предпринял известное путешествие по маршруту Алтай-Гималаи.

Учение, придуманное Рерихами, адресовалось в первую очередь аристократическим кругам ценителей искусства. И, конечно же, Агни-йога или «живая этика», «данная махатмами с Гималаев», претендовала на мировое господство в сфере духа, просачиваясь в СССР через коммунистическую Монголию и государства довоенной Прибалтики.

В начале ХХ века на гребне волны возник Георгий Гурджиев, в 1910 началась садхана создателя интегральной веданты, индийского радикала и террориста Шри Ауробиндо.

Вторая мировая война необратимо сокрушила идеалы гуманизма. В середине 1950-х из недр ГУЛАГа вернулся с «Розой мира» Даниил Андреев. Постепенно оживала РПЦ, в США приступил к своим опытам Джон Лилли, на подходе были Кастанеда, Станислав Гроф, телесно ориентированная терапия и НЛП.

Появление ряда индийских и западных учителей инициировал Свами Шивананда, затем Б.К.С.Айенгар и П.Джойс начали экспортировать на Запад псевдойогу своего гуру Кришнамачарьи. Пока Европа залечивала раны, а Россия поднималась из руин, в благополучной Америке появились секты, которые затем, подобно гангрене, поразили и Старый свет. Первой ласточкой «новой духовности» стали девятьсот с лишним трупов в Гайане – так заявил о себе «Народный храм» Джима Джонса. С тех пор количество жертв этой разновидности безумия не поддается учету.

В 1964 «Лезвие бритвы» опубликовал И.А.Ефремов, лейтмотивом его романа приключений была йога. Примерно в это же время на строительство промышленных объектов Индии были направлены тысячи специалистов и в СССР начали проникать сведения о йоге. Свою роль в этом сыграла и хрущевская оттепель - в средине и конце 1950-х был переведен и выпущен малыми тиражами ряд классических работ по древнеиндийской философии. В ашхабадской ссылке переводил «Махабхарату» полиглот и нейрохирург Б.Смирнов, а на киноэкранах страны триумфально шел фильм «Индийские йоги: кто они?». Тогда же в средства массовой информации пробился первый легальный пропагандист Анатолий Зубков, опубликовавший цикл статей в журнале «Сельская молодежь», и йога начала покорение России. К сожалению – в виде, далеком от аутентичности. Впрочем, до 1989 она была официально запрещена, что отнюдь не мешало возникновению массы полулегальных секций, возглавляемых в Москве самозваными «учениками» Зубкова.

Вскоре после снятия запрета грянуло крушение Империи и йога, наравне со всем остальным, стала товаром дикого рынка эзотерики, с которым не щадя живота бьется РПЦ, хотя, согласно данным одного из социологических опросов 2001 года, православие назвали своим вероисповеданием только около 7% населения России.

Небольшое отступление. Когда-то, для снижения потерь живой силы в Афганистане нашим солдатам-срочникам предписали двухмесячный спецкурс переподготовки в Геок-Тепе. Изюминка его была гениально проста: после утренней побудки каждый боец крепил на спину тридцатикилограммовый мешок песка и жил с ним затем неразлучно до самого отбоя. При этом подготовка оставалась стандартной: марш-броски, «полоса удовольствий», стрельба и прочее, а к мешку приходилось привыкать. Тех, кому это не удалось, отправляли в Россию. Солдаты, сроднившиеся с мешком, как правило, в Афгане выживали, поскольку без него передвигались по горному рельефу быстрее любого «духа». Сам не подозревая, я когда-то пристегнул к своей жизни аналогичный «довесок» в виде йоги, разница лишь в том, что он был не вещественным. Хотя впоследствии действие это принесло результат совершенно неожиданный.

«От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Евангелие от Матфея, гл. 11, с. 12). Эту фразу, ИМХО (In My Humble Opinion – «по моему скромному мнению», англ.) можно понять так: если развитие идет без осложнений, все люди на жизненном старте примерно равны (если нет грубых генетических дефектов). Но по мере развертывания программы между индивидами проявляются неминуемые различия, в том числе и по способностям. Одно из них состоит в том, что кому-то присуще совершать избыточные для типового хода вещей усилия (таких субъектов Лев Гумилев назвал пассионариями), а кому-то – нет. От этого зависит судьба. Йога это разновидность избыточности, причем для адепта - сильнодействующая.

Теория Друкера утверждает, что у христиан, населяющих Западную Европу, на каждом этапе развития общественных отношений и сопутствующей технологии была своя модель идеального человека, и тот, кто стремился к ней, надеялся обрести счастье. В средние века путь к нему пролегал через религиозность, эпоха Возрождения сформировала образ просвещенной личности, а в условиях научно-технической революции образцом стал деловой человек, предприниматель. Наконец, в странах с тоталитарными режимами идеалом стал герой, беззаветно отдающий жизнь за идею («Работа у нас простая, забота наша такая: жила бы страна родная - и нету других забот…»).

- Сейчас уже ясно - пишет А. Маслоу - что ни одна из прежних формулировок счастья не выдержала проверку временем, и сегодня актуальна концепция психологически здорового, «естественного» человека.

Опираясь на свой опыт, могу сказать что именно йога наилучшим образом сохраняет физическое здоровье и психическую сбалансированность, что ведет к состоянию, именуемому счастьем.

Казалось бы, что может дать выполнение асан без привычного старания, физических усилий и самопреодоления? На самом деле здесь срабатывает эффект повышенной чувствительности системы к возмущениям средней и малой силы, как раз в области их воздействия и реализуется традиционная йога. Физическая нагрузка (а она может быть в асанах очень большой!) при сохранении ментальной релаксации вызывает особое состояние психики, сходное с эффектом лечебной электрической стимуляции (ЛЭС): «Нервная система не только слышит такие «ласковые» вмешательства, но и покорно слушается их» («Здоровый и больной мозг человека», 1988, с. 48). Иными словами, стимулы малой размерности обладают восстанавливающим и лечебным эффектом. После освоения глубокой релаксации нагрузка в асанах может быть значительно увеличена, но преобладание парасимпатики сохраняется. «...В экстремальных условиях, когда организм всецело предоставлен самому себе, своим внутренним резервам, он проявляет чудеса биологической активности и мудрости, и факты эти еще ждут своих исследователей» («Мотивация и личность», с. 132).

 

Возможность входа психосоматики в режим самовосстановления – вот чем разительно отличается традиционная йога от прочих «стилей» и «школ», где ученик выполняет асаны, развивая физические и волевые усилия привычной размерности, что ведет к преобладанию симпатики. Те, у кого самонастройка завершилась, получают высочайшее качество внутреннего покоя, который спонтанно транслируется вовне, такая передача своего внутреннего равновесия окружению – главный признак того, что человек достиг в йоге определенного уровня и может преподавать ее.

Основа классической практики йоги - действие не действием (в китайской традиции – метод «у-вэй»): я просто выполняю асану, насколько она получается, не пытаясь согнуться «как на картинке» либо подражать инструктору. Главное - посредством мышечной релаксации и дозировки формы растворить в теле ощущения от принятой формы. При сохранении ее даже без каких-либо ощущений в опорно-двигательном аппарате идет активная, но не воспринимаемая сознанием (если специально не прислушиваться) работа. На этот аппарат, внутренние органы, кровеносную и лимфатическую системы форма асан и время выдержки неизбежно влияет, но критерием оптимальности воздействия является полное отсутствие неприятных и вообще явных (мешающих опустошению сознания) ощущений. При обычной ходьбе (если человек здоров) ничего особого в теле не ощущается, но мы-то ведь приходим куда надо. Причем без пота, надрыва и специальных усилий. Ощущения не возникают, когда вы не стараетесь согнуть тело больше, чем сегодня позволяют его физические кондиции. Если вы удобно сидите на диване и читаете книгу, нужно ли при этом стараться сесть лучше? Лучше чего? Только форма, которую тело может принять и находиться в ней какое-то время свободно и без каких-либо ощущений (не говоря уже о боли!) является оптимальной и полезной. А если в ней прекращена ментальная суета – это асана. Только «отключение» обычного процесса мышления отзывается в теле «текучестью» формы.

Если позы «йоги» выполняются в обычном состоянии сознания и с привычным усилием - это обыкновенная физическая нагрузка, имитация асан, подобно тому, как стразы – видимость бриллиантов.

«С точки зрения синергетики неэффективное управление природной …системой заключается в навязывании некой формы организации, ей несвойственной. Такое управление – в лучшем случае – делает все человеческие усилия тщетными, а в худшем – даже наносит настоящий вред, приводит к нежелательным и трудно исправимым кризисным состояниям» («Основания синергетики», с. 149)

В классической же йоге акцент переносится с обычного и понятного принципа «я делаю все лично, от начала до конца», на «я создаю условия». А уже затем можно ориентировать отлаженную систему на переключение в любой известный и доступный режим (например, практику асан либо самьяму).

Грамотно выполняя йогу субъект «Обретает возможность правильно инициировать желательное развитие событий (той же гибкости в асанах – В.Б.), следовать естественным тенденциям саморазвития процессов. Суть подхода к управлению заключается в том, что он ориентирован не на внешнее (форму асан и ее сложность – В.Б.), а на внутреннее (состояние сознания в асанах – В.Б.), на нечто имманентное самой среде. Иными словами, он ориентирован не на желания, намерения (представления о том, как надо – В.Б.), проекты экспериментальной, реформаторской, перестроечной и подобной деятельности, а на собственные законы эволюции и самоорганизации сложных систем. При этом главное – не сила (величина, интенсивность, длительность, всеохватность и т.п.) воздействия, а его согласованность с собственными тенденциями самоструктурирования нелинейной среды» (там же, с. 150).

Если асаны выполнены без молчания ума, то я либо получаю эффект обычной размерности (проработку мышц, увеличение их силы, «горячую» гибкость и т.д.), либо негативный (перегрузку и травмы). Если же практика вызывает ЧВН и сопровождается им, то результат в разы весомее и полезней, система не способна действовать себе в ущерб, что характерно для ограниченного человеческого разума, отравленного желаниями и эмоциями. Гибкость и растяжка, как функция от правильного (в ментальном отношении!) процесса исполнения, со временем возрастают до абсолютного предела, свойственного каждому конкретному организму.

Как только в ежедневной практике асан ментальная суета начинает затихать, психосоматика, используя появившийся шанс, начинает активно усваивать релаксацию, распределяя ее по структуре - запускается процесс внутрисистемного «ремонта», устраняющий функциональные дефекты на всех уровнях организации.

Как ни странно, эта регенерация (полное возможное оздоровление) - всего лишь побочный эффект выполнения асан в состоянии ЧВН. Но для огромного количества людей эффект этот является главным интересом и насущной потребностью, а нередко и последней надеждой.

Итак, слабые стимулы побуждают систему (дают ей возможность) перейти на более высокий уровень устойчивости, к бытовым же воздействиям она приспосабливается привычным образом, болезнь также есть разновидность адаптации.

Неуловимая разница в исходных условиях запускает диаметрально противоположные сценарии развития: можно уколоть палец и тут же, как всегда, благополучно забыть об этом, но порой после такого укола человек умирает от заражения крови. Как только физические нагрузки в асанах превосходят определенный предел либо ощущения в теле нарушают молчание ума, начинается преобладание симпатики, и йога плавно переходит в спорт.

«У человека очень много защитных механизмов, и чаще всего они работают по принципу саморегуляции. …Он научился (немного) и может учиться дальше разумно усиливать и использовать защитные силы» («Здоровый и больной мозг человека»,1988).

«Принципу преобразующего деяния, сформулированному в европейской культуре в эпоху Ренессанса и Просвещения, можно противопоставить в качестве альтернативного принцип древнекитайской культуры «у-вэй», требующий невмешательства в протекание природного процесса. Принцип «у-вэй» (недеяние) понимался как минимальное действие, согласованное с ритмами мира» («Синергетическая парадигма», с. 15).

Итак, пусть из потока обыденности - режима «А», я, ежедневно посвящая йоге пару часов, выпадаю в режим «В». Постепенно эти два модуса деятельности становятся взаимодополняющими стадиями единого процесса. Ежедневная практика асан в состоянии ЧВН восстанавливает психосоматику намного эффективнее, нежели привычные формы отдыха. В любом случае (и возрасте) когда новичок начинает осваивать йогу, он проходит стадии:

- адаптации физической;

- психологической;

- освоения необходимой глубины ментальной релаксации (молчания ума);

- режима самонастройки и полного (возможного на сегодня) очищения тела и психики;

- и только после этого с некоторой вероятностью успеха можно приступать к самьяме.

«Сложная структура, скорее всего, лишь метастабильно устойчива. Чтобы поддерживать свою целостность, периодически преодолевая тенденцию к распаду (стадию асимптотической неустойчивости), она должна существовать в колебательном режиме, позволяющем замедлять процессы и восстанавливать общий темп развития подструктур внутри сложной структуры» («Основания синергетики», с. 73).

«Кухня» психосоматики в подавляющей части недоступна сознанию и не может им контролироваться, процессы такого ранга христианские мистики именуют самодвижущимся. При самонастройке система, с которой снят груз повседневного волевого принуждения, постепенно приходит в себя, это видно, что называется, невооруженным глазом, в противном случае кто бы стал заниматься йогой? Уже через год-два все в теле человека и его жизненном пространстве встает на свои места, разбирается наилучшим образом, словно этим руководит некто всезнающий и незримый.

Ничего сверхъестественного в этом нет, бессознательная часть психики, где находится вся информация о субъекте и сосредоточен так называемый полный (системный) разум, постепенно корректирует восприятие и поведение Я, освобождая их от погрешностей и деформаций, свойственных прежнему, неочищенному и «перегретому» сознанию.

Поначалу занятия асанами в аспекте недеяния получаются не слишком качественно, ведь обычно если я что-то делаю, то итогом действия должно быть нечто реальное, хотя бы усталость! Разум отказывается принимать ситуацию, параметрами которой является не наличие чего-либо, но отсутствие - ощущений, усилий и видимых (разовых) изменений. Логика говорит: если нет привычной работы со всей ее атрибутикой, откуда возьмется полезный эффект?! Однако работа именно в таком ключе, сохраняющая в неприкосновенности тонкую ткань мира, порождает удивительные следствия, из-за которых йога всегда считалась волшебством. Ее технология не зависит от ретрансляторов, поскольку опирается не на личные чьи-то способности, а устройство человеческого организма и законы его функционирования.

Можно придумать бессчетное количество способов доставки еды в полость рта, правил жевания и глотания, но это ничего не прибавит к голому факту: для того чтобы жить, нужно есть. И если все в порядке, человек просто делает это без всяких фокусов, соблюдая лишь прагматичные традиционные правила, присущих каждой культуре, дальнейшая трансформация пищи – дело организма, она вне компетенции разума. Аналогично работает и технология йоги Патанджали, являющаяся искусством переключения естественных процессов жизнеобеспечения сначала на самовосстановление, а затем на маловероятные режимы функционирования. Технология йоги - алгоритм, основанный на принципе действия не действием, грамотное удовлетворение потребностей Эго и его материального носителя.

Каждый раз из состояния В (качественная практика йоги в молчании ума) в состояние А (повседневность) я выхожу немного иным, поскольку в психосоматике происходит очередной шажок регенерации, прироста нового порядка. Следовательно, с этого момента я воспринимаю и оцениваю все немного иначе, нежели вчера, степень погрешности действий также уменьшилась, что улучшило их результат.

Кроме того, находясь в А (повседневность), я более четко понимаю и то, что делаю в В (йога), поэтому практика непрерывно совершенствуется и, соответственно, результат ее становится более весомым. Таким образом, бытие субъекта, осваивающего йогу без отрыва от социума состоит из попеременного чередования этих двух «жанров», постепенно оптимизирующих друг друга.

Йога - систематическое действие, стимулирующее движение системы к порядку более высокого уровня, на определенном этапе этого процесса связь личности и системного разума оптимизируется.

Но регулярный обмен позитивным эффектом между состояниями А и В возникает только при их ритмичном чередовании!

End, один из участников форума realyoga.ru, заметил: «Мне кажется, что при правильном подходе не существует разделения на йогу и обыденную жизнь. Они должны взаимно поддерживать друг друга, творческая энергия проявляется в миру, а опыт бытия конвертируется в духовный. Вот тогда ты действительно занимаешься йогой двадцать четыре часа в сутки».

Jazz дополнил: «Применительно к нашей ситуации: практика - это другая реальность, это как бы движение точки сборки, здесь система под названием человек приобретает новые качества, но закрепить их можно только в обычной жизни. Иначе это мертвые теоретические знания, а практика - бесполезные блуждания по призрачным мирам, реальной же силы - пшик».

Завершил Федор: «Каждодневное приращение предельных возможностей тела/организма и сознания приводит к приращению предельных возможностей в социуме. К повышению запаса устойчивости в коммуникации с внешней средой. Т.е. внутренняя устойчивость «перетекает» во внешнюю. А внешние «обстоятельства» начинают поддерживать внутреннюю устойчивость».

Можно сказать проще: вся обычная жизнь человека препятствует его систематическим занятиям йогой, но, с другой стороны, йога помогает этой жизни. Искусство самонастройки потому и осталось в веках, что всегда дает каждому именно то, чего ему не хватает, в чем действительно нуждаются душа и тело. Культивирование йоги - это возвращение к себе природному, каким бы ты был, если б тебя не смяли стрессы, перегрузки, неудачи и несчастья, это искусство самосовершенствования, которому не мешает «мудрое» руководство Я, генерирующего бесконечную череду проблем.

Как правило, изменения накапливаются в режиме А настолько гомеопатично, что адепт йоги и его окружение этого не замечают. Но в какой-то момент времени становится ясно, что сегодняшнее состояние субъекта кардинально отличается от того что было до начала практики. И, само собой, от того, которое настало бы если б длился прежний ход вещей. Судьба человека начинает расходиться с той ее «линией», которую он получил бы, не изменяя себя пребыванием в режиме В. Возникает дельта – радикальная разница судеб без йоги и с ней.

Для самоизменения существует два общепринятых сценария, первый - самый простой и формальный: осознав свои вредные привычки, я волевым усилием от них отказываюсь.

Второй, который может быть и автономным, и продолжением первого: я начинаю добавлять в свою жизнь что-то новое и полезное, требующее дополнительных усилий. Это уже сложнее, появляется масса факторов, требующих анализа, учета и контроля, действия ведь могут быть и ошибочны, а результат их - отрицательным. Если в первом случае отказ пассивно напрягает систему, то во втором есть риск перебрать с количеством полезных воздействий, что может оказаться не менее вредным. Порой оба этих подхода (этапа) одновременно совмещаются, что порождает недопустимые энергозатраты, кроме того, идет борьба со стереотипами, а это дело почти безнадежное, ибо, как известно, привычка - страшная сила. Основной недостаток обеих вариантов заключается в том, что здесь стратегию и тактику поведения реализует то же самое Я, которое завело ситуацию в тупик.

Но есть и третья возможность - спонтанная оптимизация жизни и судьбы, следствие сжигания самскар, которое начинается в Хатха-йоге. Именно в режиме В психосоматика получает «зеленую улицу» для очистки и самонастройки, механизмов и сущности которой Я не представляет. Нельзя какими-то прямыми действиями (кроме операции) вылечить язву желудка, можно лишь создать условия, при которых восстановится его слизистая. Именно невмешательство в этот процесс - гарантия его безошибочности и безопасности.

Самосовершенствование может быть реализовано либо в гуще социума, либо в специальных условиях, хотя монастыри и ашрамы мало полезны тем, кто не справляется с обыденностью, нет такого места на земле, куда можно убежать от себя. Об этом в «Балладе Рэдингской тюрьмы» сказал О.Уайльд: «Там режут жесть и шьют мешки, свой ад неся с собой». Стремление бежать от действительности, чем бы оно не мотивировалось - плохой признак.

В Бхагавадгите «...Кришна заявляет, что «действующий» может спастись самолично, т.е. избежать своего участия в жизни мира и в то же время продолжать действовать в ней, поскольку нет возможности покинуть обычную жизнь и предаться работе спасения полностью. Единственное условие - отрешиться от плодов своих дел, действовать… бесстрастно, безлично, безмятежно, как если бы ты действовал по доверенности кого-то другого» («Йога. Бессмертие и свобода», с. 215).

В романе «Игра в бисер» Герман Гессе показал общество, где люди заняты исключительно духовным развитием постигая некую абстрактную Игру, главный герой романа уже в юном возрасте становится ее Магистром. Конечно, Касталия это утопическое сообщество, живущее чистой духовностью, и в какой-то момент Магистр начинает понимать, что оно подобна цветку, не знающему чем питаются его корни. Однако, неосведомленность цветка о перегное, на котором он вырос, вовсе не значит, что цветок может без него обойтись!

Отвержение обыденности – не пропуск в духовный прогресс, специальных условий для совершенствования не существует! Именно потому Отцы церкви всегда утверждали, что путь к Богу может начинаться откуда угодно, хотя бы из грязной лужи. Нет на земле такого места и таких действий, которые автоматически приводят к истине, духовная работа случается в человеке лишь косвенно. Душа меняется благодаря труду тела и мысли, но сами изменения эти происходят вне человеческой компетенции и контроля. Нет идеального материала, из которого можно построить себя заново, Экзюпери говорил: «Ты не сдвинешься с места, если не примешь того, что существует вокруг тебя».

«Человек - та же крепость. Вот он ломает стены, мечтая вырваться на свободу, но звезды смотрят на беспомощные руины. Что обрел разрушитель кроме тоски, обитательницы развалин?

Вы никогда не победите, потому что ищете совершенства. Но совершенство годится только для музеев» («Цитадель», с. 155, 77).

Если в жизни нет места творческим (следовательно - духовным) устремлениям, она чревата утратой смысла. Но если кто-то, пребывая в социуме, посвятит себя одним только этим устремлениям, результат будет тот же! Истина, которую, ИМХО, должен признать любой здравомыслящий человек, звучит так: йога для жизни, но не жизнь для йоги! Самый надежный путь развития (в том числе и духовного) - срединный, сочетание йоги и повседневности, чередование «жанров» бытия, цикличность. В любом процессе мы можем пребывать только переменным образом, между периодами полной погруженности необходимы паузы такого же выпадения.

Человеку активному свойственно стремление к выходу за собственные пределы, к чему-то большему, и для этого есть два способа - вера и знание. Станислав Лем отметил когда-то что человек - не только мыслящая, но и верящая «машина», поскольку он всегда действует на основе неполной информации. В этом смысле вся жизнь наша пропитана верой в свои действия, хотя позитивный их результат никогда не гарантирован перед лицом случая, ошибок и неполноты знания исходных условий (кроме простых и однозначных актов, протекающих на глазах). Интеллектуальная ограниченность большого числа верующих в определенном смысле им же и полезна: вера дает простые ответы на любые вопросы, она - универсальный костыль для скудных умом. Йога также опора, но независимая от вероисповедания, что скорее всего, и раздражает РПЦ как раньше – коммунистов.

Нет учителя или мастера йоги без специфической особенности, которую с легкой руки Кастанеды называют силой. Это разновидность сиддхи, один из признаков технического (не духовного!) прогресса в практике, не гарантирующая, однако, гармоничного развития. Если морально-этические установки субъекта с самого начала не отвечают требованиям ямы-ниямы, накопленная в йоге сила может стать огромной, но для окружающих она будет опасна. Если же человек изначально пребывает в рамках морально-этических норм, то йога обеспечит ему рост силы духовной.

Йогическую трансформацию личности можно условно разделить на три этапа.

Первый, от двух до пяти лет практики - овладение технологией и накопление силы.

Второй, от пяти до десяти лет – полное очищение, настройка, возникновение и прирост силы.

Третий, от десяти лет и выше - внутрипсихическая интеграция (вплоть до возможного контакта с Единым)

Превосходство над окружающими – очень большое искушение, однако уже древние знали: «Там, где есть сила, нет любви, там, где есть любовь - сила не имеет значения». Сила может стать большой проблемой, в том числе и для ее обладателя, недаром заметил дон Хуан в одном из романов Кастанеды: «Я не могу отвечать за то, что произойдет с людьми, которым доведется встретиться со мной в этой жизни». Сила может применяться только для оптимизации духовного роста учеников и экстренной помощи им, но не для получения материальных выгод, в этом случае она исчезнет либо разрушит своего владельца.

Йог должен быть легким и текучим, наиболее полно такому требованию отвечает вода: она не имеет собственной формы, и поверхность ее в покое зеркальна. Отражение пациента и его проблем, реализуемое мастером йоги, это не фрейдовское бесстрастие терапевта, из трех основных стилей межличностного контакта (субординационный, демократичный и отчужденный) мастер должен свободно владеть любым, равно как и сочетанием их. Обладая свойствами зеркальности - силой и покоем – мастер йоги должен быть для ученика (или пациента) обратной связью, с помощью которой последний постепенно осознает контуры проблем, скрытых от его восприятия подобно пятнадцатому камню сада Реандзи.

Один из признаков высокого качества силы – непрерывный транзит отражений без «залипания», абсолютное невмешательство в личную жизнь учеников (пациентов) при исчерпывающей (когда это необходимо) осведомленности в их действительных проблемах. Если учитель предпочитает коллективные формы тренировки, то ученики не получат навыков самостоятельной работы. Если он дает йогу авторитарно, как в Индии, то тем самым заведомо приучает студентов быть ведомыми, что может обернуться опасной привычкой к управляемости.

В псевдойоговской эзотерике умышленно муссируется тема скрытого знания. Никаких тайн в йоге нет, и не может быть, грамотный учитель просто не вводит в оборот преждевременную для данного человека информацию, которую он не может использовать в силу своего состояния, личностные же нюансы практики либо терапии всегда конфиденциальны. Замечательно сказал Кастанеда: «Я убедился на собственном опыте, что очень немногие хотят даже слушать, а тем более действовать в соответствии с тем, что они услышали. А из горстки тех, кто захочет действовать, лишь единицы имеют столько личной силы, чтобы извлечь пользу из своих действий. Так что в итоге всякая секретность выкипает в рутину - такую же пустую рутину, как и любая другая» («Учение дона Хуана. Отдельная реальность. Путешествие в Икстлан. Сказки о силе», с. 567).

В 1993 году центр «Классическая йога» организовал встречу москвичей с Амританандой Майи, святой из южной Индии, которая прибыла в страну с группой американцев, жаждавших увидеть столицу рухнувшей Империи.

Средних размеров зал был забит разношерстной публикой до отказа. В сопровождении нескольких янки на сцену вышла плотная темнокожая женщина средних лет, невысокого роста, в алом сари, компания вместе с переводчиками непринужденно расселась на стульях. Начался спонтанный контакт зала с Амританандой, вопросы - абсолютно пустые, ожидание перевода, уточнения, смех и галдеж. Святая заразительно смеялась вместе со всеми, однако американцы поглядывали на публику с ожиданием. Минут через двадцать зал притих, атмосфера неуловимо изменилась, но никто не мог понять что произошло. На самом деле все, я подчеркиваю - все находящиеся в зале! – вдруг почувствовали себя беспричинно счастливыми, как в лучший день жизни. У многих этот эффект длился потом не менее трех суток, люди особо чувствительные испытывали его около недели. При всем этом у Амритананды не было жгучей внешности, огненного взора и завораживающих пассов, сила в рекламе не нуждается. Впечатление от общения с Айенгаром было у меня иным, если от святой исходила волна транквилизации и покоя, то рядом с Гуруджи волосы поднимались дыбом, как от шаровой молнии. Безусловно, оба этих человека самореализовались, но в случае с Б.К.С.Айенгаром средством была йога. Только она дает возможность самосовершенствования без отрыва от повседневности, и если данная книга кому-то облегчит эту задачу, значит моя задача - выполнена, если же нет - «Не стреляйте в пианиста, он играет, как может».


Глава 3

ПОЧЕМУ ЙОГА?

Противоречивым словом ты как бы вводишь в заблуждение мое сознанье; скажи мне достоверно одно то, чем я достигну блага.

Бхагавадгита

 

19 октября 1989 года произошло событие, которого энтузиасты йоги в СССР ждали много лет - в одном из конференц-залов высотки МГУ открылась первая Всесоюзная научно-практическая конференция «Йога: проблемы оздоровления и самосовершенствования человека». На ней присутствовали более 600 делегатов от всех союзных республик. Среди множества свадебных генералов президиума прямое отношение к развитию йоги в СССР имели лишь двое: профессор философии Василий Васильевич Бродов и первый секретарь посольства Индия в СССР господин Гангули. Продлилось мероприятие три дня, и было освещено, хотя и скупо, средствами массовой информации.

Среди зарубежных гостей величественным обликом выделялся Б.К.С.Айенгар, прибывший в Москву со своими секретарями и преданными учениками Дхармаверсингхом (Махидой) и Фаеком Бириа.

Советских участников представляли исключительно энтузиасты, поскольку официальный запрет на йогу был снят всего полгода назад. Тем не менее, полным ходом раскручивался неизвестно кем созданный московский НПЦ (научно-производственный центр) нетрадиционных методов оздоровления при ЦНИИМСе Госкомспорта, где йога, специалистов по которой просто не могло быть, волшебным образом оказалась в спектре платных услуг.

Получилось так, что после конференции Айенгар побывал у меня дома. Когда я показал ему мощный фолиант в самодельном алом переплете, объяснив, что это перевод его книги, по которой мы занимались в смутные времена запрета на йогу в СССР, он был так поражен, что попросил подарить ему это для музея института Рамамани Айенгар в Пуне. Те, кто бывал там, говорят, что большая красная книга до сих пор занимает одно из почетных мест в экспозиции, а тогда, в 1989, Гуруджи надписал мне на обложке английского издания своего «Прояснения йоги»: «Желаю вам создать собственный ашрам».

Два года спустя, в 1991, восемь русских учеников Лакшмана Кумара (первого учителя йоги при индийском посольстве), среди которых был и автор этих строк, в присутствии тогдашнего посла Индии Гонсалвеса получили сертификаты на право преподавания. И вскоре самые отчаянные (Роман Амелин, Борис Мартынов, Константин Данильченко и автор этих строк) учредили первый в России Центр «Классическая йога».

До сих пор меня спрашивают: откуда такой интерес к индийской экзотике? Почему бы не развивать что-то свое, исконное, русское?

Начнем с того, что йога - это универсальный, проверенный временем метод самосовершенствования, который, кроме прочего, обеспечивает своим адептам устойчивое физическое здоровье.

Но что такое здоровье? Это состояние, которое становится заметным только при его нарушении, пока все в порядке механизмы жизнедеятельности себя не проявляют.

Современная медицина нацелена на консервативное (терапия) либо оперативное (хирургия) устранение заболеваний. Но сохранить здоровье, предупреждая его разлад, восстановиться после операций и травм - это задачи, находящиеся за пределами официальной медицинской компетенции.

Авиценна сказал когда-то (имея в виду обычную физическую активность, поскольку он вряд ли был знаком с йогой): «Движение заменит все лекарства мира, но ни одно лекарство мира не заменит движения». Йога расширяет область этого утверждения, используя специальные возможности.

Итак, на здоровье влияет совокупность следующих основных факторов:

- наследственность;

- экология;

- социум;

- пища, вода, воздух;

- личное поведение.

Первый фактор неустраним, к нему можно только приспособиться. Учет второго – прерогатива государства, сегодня страна как никогда нуждается в жестком экологическом контроле, хотя многое зависит и от населения. Фактор третий определяется уровнем культурного и экономического развития страны и личными качествами индивида. Влияние четвертого фактора детерминировано материальным благосостоянием. А вот пятый - решающий, поскольку «Своей деятельностью человек настолько изменил окружающую среду, что для выживания в ней ему придется изменить себя» (Н.Винер).

Сегодня, как никогда, человеку необходим простой и надежный способ самосохранения, универсальный адаптер к стремительно деградирующей экологии. В развитых странах высокий уровень комфорта с одной стороны, скученность проживания и рост информационного давления с другой привели к тому что подавляющая часть перегрузок, выпадающих на долю субъекта, локализуется в его психоэмоциональной сфере, тело в их утилизации фактически не участвует, будучи обездвиженным и детренированным. Как следствие, быстро увеличивается число индивидов с нервно-психическими патологиями, наркоманов, алкоголиков и случаев отклоняющегося поведения. Применение антибиотиков порождает резистентность бактерий, возникают мутации, с которыми иммунная система человека не в состоянии справиться, появляются неизвестные ранее заболевания и расстройства.

Что же предлагается для решения проблемы?

Во-первых, спорт, как традиционный, так и все более экстремальный. Возникло бессчетное множество методов, школ и систем оздоровления, но в массе люди относятся к своему здоровью все также наплевательски, сами врачи едва ли не в первую очередь подвержены типовым слабостям и порокам. Здоровье дано каждому от рождения, запас его конечен, но пока возможно, человек ведет себя так, словно он бессмертен.

Гладиаторы от спорта бьются на рингах, стадионах, трассах и кортах, а толпы ожиревших бездельников беснуются у телеэкранов и на стадионах. Атеросклероз, сердечно-сосудистые и нервно-психические заболевания стремительно молодеют, и если ситуация будет развиваться в том же ключе, то лечение вскоре будет начинаться от рождения и длиться до самой смерти. Средняя продолжительность жизни как бы и растет, но качество ее, уже смолоду, все чаще определяется понятием «ни жив, ни мертв». Что касается России, то ситуацию в ней четко охарактеризовал Михаил Задорнов: «Русский человек живет мало, но плохо».

Никто не возражает против здорового образа жизни, но подавляющее большинство людей считает, что это связано с ограничением их личной свободы, которая дает неотъемлемое право делать с собой все, что угодно.

Конференция сайта realyoga.ru от 06.2003, Lana:

«Я встречала частнопрактикующих врачей из вполне традиционных направлений медицины, которые положительно относятся к йоге, но все они говорят: редкий пациент готов взять на себя ответственность за свое здоровье. Одной из причин такого положения вещей называют советский медицинский официоз, который наряду с идеологией, воспитал подобное отношение граждан».

С этим трудно согласиться, поскольку в СССР далеко не все было так уж плохо, как со спортом, так и, например, с образованием. Лично я не стал бы винить только медиков. В 1924 году запрещенная с 1914 водка вернулась на магазинные полки, одновременно большевики объявили физическое развитие «нового человека» одной из задач окультуривания масс. Сам термин «физическая культура» был введен в обиход наркомом здравоохранения Н.Семашко и всемерно поддерживался главой Всевобуча Н.Подвойским. Государству нужны были граждане, преданные идеям коммунизма, самозабвенно служащие начальству, чуждые мещанского стремления к материальному благополучию и пышущие здоровьем. Однако среднестатистический пролетарий, когда его не трогали, был вполне доволен наличием водки, махорки и карт, а о здоровье не вспоминал вообще. Этот же уклад плавно переместился и в брежневскую эпоху. В советском обществе выпивка была средством идентификации человека с окружением, средством признания со стороны коллег и товарищей. Все мои друзья юности достаточно рано и систематически стали потреблять алкоголь, при этом мы нормально учились, увлекались спелеологией, скалолазанием, пропадали на море - замечательная жизнь была тогда в Крыму! Мои настырные попытки уклонения от «народной традиции» воспринимались с досадой, мне популярно объясняли: во-первых – у нас свобода, и если человек желает выпить, какое кому до этого дело? Во-вторых: если ты нормальный мужик, то не хряпнуть за дружбу и здоровье это прямое неуважение и вызов! В-третьих, каждый здравый человек свою норму знает. В-четвертых - ты что, зараза, самый умный и дольше всех прожить хочешь?! Меня, отщепенца, сначала снисходительно и по-дружески терпели, потом привыкли, а после армии уже хвалились, как экспонатом: - Слышь, а у нас – кроме шуток! - есть пацан свой в доску, но непьющий! Да нет, не больной он, просто не пьет и все, он йог, представляешь?!

С тех пор прошло больше сорока лет. Многие из тех, кто «знал норму», спились и умерли, оставшимся давно уже не до смеха, но отказаться от спиртного они не могут (на сегодняшний день это удалось одному!). Теперь с друзьями, теми, кто еще жив, не сбегать, как в юности, на Чатыр-Даг или Мангуп, нет у них здоровья чтобы, как в двадцать лет, нырять, загорать, плавать, доступной осталась только одна грань далекой былой свободы - донести стакан до рта.

Ганс Селье сказал когда-то: «Жить следует не менее интенсивно, но более разумно». Сегодня быт культурного человека, независимо от расы, нации и возраста непременно должен включать в себя личные усилия по сохранению здоровья. В мегаполисах одним из наиболее выгодных и эффективных способов для этого является Хатха-йога. Мы трогательно заботимся о домашних животных, цветах, автомобиле, но мало кому, пока не клюнет жареный петух в темечко, приходит в голову мысль о том, что собственное тело – абсолютно уникальная машина, требующая ежедневного внимания и профилактики.

Жизнь, смерть и здоровье не имеют четких определений, хотя и есть косвенные, например здоровье - отсутствие нездоровья. Абсолютное здоровье несовместимо с жизнью, оно означало бы неизменность процессов жизнеобеспечения во времени.

«Для нормального функционирования практически всех систем жизнедеятельности характерен некий промежуточный режим между хаосом и порядком. Дыхание, биение сердца, кроветворение, ритмы сна и бодрствования, психическое равновесие – для всех этих процессов свойственна определенная мера хаоса, необходимая для поддержания здоровья. Здоровье – это тонкий баланс между хаосом и порядком. Вопрос заключается в том, сколько хаоса может вынести человеческий организм, чтобы не заболеть?» («Основания синергетики», с. 344).

«Здоровье представляет собой оптимальное соотношение взаимосвязанных ритмов физиологических функций организма и их соответствие циклическим изменениям внешней среды» (Хильдербранд, 1976).

«Здоровье является результатом динамического равновесия между физическим, психологическим и социальным аспектами существования» («Дао физики», 1994).

Понятию «здоровье» отвечает устойчивое постоянство внутренней среды организма, именуемое в физиологии гомеостазом (имеется в виду гомеостаз не патологический, свойственный хроникам, но тот, который характерен для человека, не имеющего явных заболеваний).

Здоровье это субъективное переживание благополучия, возникающее при функционировании организма определенным образом, проблема в том, как данное состояние описать. До каких-то пор тело безропотно сносит любое обращение, подобно придворному, которого хлестал когда-то по щекам светлейший князь Потемкин, приговаривая: «Что с ними делать, если они все терпят!»

В отношении к здоровью часто встречаются два крайних подхода: сверхэгоизм, когда человек плюет на все, заботясь лишь о себе любимом, и бессмысленная жертвенность. В последнем случае один член семьи беззаветно заботится о прочих, чаще всего о детях, оберегая их от малейших трудностей. Детей жалеют авансом: пусть растут, бедняжки, еще напашутся. В этом случае «подвижник» не имеет времени и возможности сохранять свое здоровье, хотя расходует его с бешеной интенсивностью, подобно одному из героев советской эпохи Павке Корчагину: «Ребята, смены не будет, но мы-то есть...». Когда для бесконечных домашних забот есть только «мы» в одном лице, то из этого со временем проистекает следующее:

- патологически заботливый член семьи преждевременно изнашивается – во всех смыслах;

- тем самым, он сокращает свою жизнь, следовательно и длительность заботы о людях, ради которых так уродуется в повседневности;

- дети привыкают наплевательски, как и неумеренно опекающий их родитель, относиться к своему здоровью, кроме того, они растут махровыми эгоистами, привыкая к тому, что им все всегда должны;

- они не могут нормально адаптироваться к жизни, поскольку патологическая опека лишает их возможности с малых лет проявлять ответственность;

- когда (рано или поздно) здоровье заботливого заканчивается, воспитанным таким образом чадам он становится обузой.

Резюме: имея в виду свое личное здоровье, следует помнить, что интересы каждого отдельного человека всегда являются частью интересов его окружения. Правительства не могут эффективно заботиться о здоровье граждан, следовательно, каждый должен блюсти себя сам, и уделять этому ровно столько времени, сколько нужно, чтобы сохранять психофизическую полноценность, не превращаясь в жертву комфорта, пустых желаний и дурных привычек. Даже если исходные данные замечательны, любой организм со временем приходит в упадок, поскольку неизбежно изнашивается в процессе жизни. Об этом отлично сказано у Франсуа Вийона: «Где плеч атлас? Где губ бальзам? Где глаз манящих поволока? Где тело, чтимое как храм, куда приходят издалека?»

Сохранение хорошего уровня здоровья, несмотря на возраст, требует систематического вложения сил и времени. Рассмотрим выгоды, которые здесь может дать йога:

- отпадает необходимость в спортивных снарядах и тренажерах, то, с чем идет работа - собственное тело - есть у каждого;

- нет затрат времени на транспорт, заниматься можно дома;

- необходим минимум площади - два квадратных метра;

- происходит восстановление не только тела, но и психоэмоциональной сферы;

- метод выверен тысячелетиями и, в отличие от множества новомодных, безопасен.

Асаны - единственный в своем роде вид физической активности, целенаправленно воздействующий на внутренние органы путем придания телу необычных положений (форм). Любая поза йоги действует на организм в целом, и локально - на отдельные звенья, кроме того, весь его объем подвергается специфической гравитационной «обработке» массой крови. Асаны обеспечивают попеременное ритмичное сжатие, растяжение и скручивание тела. Уддиана и Мула бандхи способствуют удалению застойной крови из зон плохой микроциркуляции, облегчая венозный отток и «освежая» кровообращение в соответствующих участках тканей и органов. Науке пока неизвестен механизм влияния асан и бандх на кровообращение в мелких артериях, капиллярах и венах, где происходит диффузия газов между тканями и кровеносным руслом.

По интенсивности физическая нагрузка условно подразделяется на четыре категории (кстати, хорошо известные в лечебной физкультуре): слабая, умеренная, сильная, очень сильная. Физиологический эффект первой проходит бесследно и быстро (хотя в случаях тяжелой хроники может оказаться весьма полезным), умеренная - стимулирует жизнедеятельность, сильная - угнетает, очень сильная - разрушает. Традиционная Хатха-йога реализуется только в области нагрузок умеренных и слабых.

Экономическая свобода, сменившая в России эпоху принудительного распределения, устраивающего подавляющее большинство населения, привела к поголовной невротизации. Даже молодые люди остро чувствуют, что образ жизни, диктуемый российским бизнесом, противоестествен. Привычные способы снятия перегрузок и стрессов (водка, баня и прочее) чреваты издержками, поэтому более дальновидные пытаются сохранять себя иными методами. Но не всегда это удается.

Эпизод первый: парень двадцати восьми лет, здоров, физически развит, род деятельности - коммерция. После рабочего дня постоянно бегал, в меру занимался атлетизмом, тренажерами, плаванием, спиртное не употреблял. Года три было нормально, затем физическое состояние стало сдавать, появились эмоциональные срывы. Памятуя, что лучший отдых - смена деятельности, он начал увеличивать нагрузку, но легче не стало. Он явился ко мне с землистым лицом, отечными глазами, общей подавленностью, постоянным нервным напряжением, плохим сном, раздражительностью, хронической усталостью и тахикардией - и это при росте под метр девяносто и прекрасной комплекции!

На протяжении рабочего дня уровень эмоционального возбуждения у него усиливался и к вечеру наступал перегрев. В таком состоянии парень грузил себя по вечерам тренажерами, бегал и т.д., но это не помогало. Почему? Если взвинченный человек поднимает штангу, лезет в прорубь или бегает с теми же мыслями, которые его напрягли, физическая нагрузка не снимает нервное напряжение, но только усиливает его! Существовал когда-то при Госкомспорте институт физической культуры (ВНИИФК) - беспримерная синекура для бездельников. За долгие годы в его стенах была защищена единственная дельная диссертация, автор которой показал, что в пред- и послесоревновательный периоды у спортсменов возникает перегрузочный иммунодефицит.

То же самое имеет место при длительных стрессах, как это было у моего пациента. Он добросовестно грузился, не сбросив общее нервное перевозбуждение до необходимого уровня (у каждого он свой), и потому активная физическая работа это перевозбуждение не снимала, но только усиливала! Лишь с началом освоения глубокой релаксации посредством йоги человек начал приходить в себя и затем восстановился полностью.

Эпизод второй: столяр из Нефтеюганска, двадцать три года, сильная астения, с детства - тяжелый невротик, пяти лет от роду он видел, как пьяный отец раскроил матери голову. С тех пор у парня начались заикание, бессонница, депрессия, общая болезненность, плохой контакт со сверстниками. Он пытался укреплять здоровье - бег, гантели, плавание, система Порфирия Иванова, но через короткое время неизменно заболевал. В 1992 столяр прибыл на семинар в Аксаково, но вскоре стало ясно, что асаны не годятся, парень вообще не знал что такое релаксация. Я посоветовал ему выполнять Йога-нидру дважды в день, через год он позвонил мне и сказал: - Знаете, теперь я начал, наконец, жить…

Эпизод третий: компьютерщик пятидесяти пяти лет, физическая форма такая, что не верилось глазам. Серафим, так его звали, с юности увлекся альпинизмом и побывал на всех семитысячниках Союза. Раньше не доводилось общаться с людьми такого склада, и я не мог взять в толк, чего хочет от меня этот седой человек с телом тридцатилетнего? Тогда он пояснил, что нареканий по здоровью как бы и нет, однако выносливость уже не та, тащить рюкзаки в гору не дает позвоночник, посаженный тоннами груза, поднятого за много лет в альплагеря.

- С одной стороны - сказал Сима – хотелось бы разобраться со спиной, с другой – телу нужен какой-то эквивалент, наверх не пускают, я и так уже всех однокашников переплюнул…

- Хорошо - сказал я - но почему йога? Ведь полно занятий более доступных: горные лыжи, например, мало разве там нагрузки и острых ощущений?

Смуглое лицо альпиниста выразило скепсис: - Да пробовал я, летишь с этой горки, скорость за сотню – ну и что? В глазах не темнеет, дыхание нормальное, никаких намеков что ты на пределе - разврат! А йога, говорят, хорошо лечит спину … Сима схватывал объяснения на лету, но в асанах напрягался так, словно таскал мешки с солью. Не ощущая необходимости расслабления, он проявлял беспрецедентную жесткость по отношению к своему телу, которое спасала от травм лишь безупречная физическая форма. Как бы то ни было, в течение полутора лет альпинист освоил глубокую релаксацию, и проблема со спиной была снята.

Ф.Капра («Дао физики», 1994) исследовал множество культур и традиций, пытаясь определить фундаментальные параметры здоровья, и пришел к выводу, что их всего два: гибкость позвоночника и умение глубоко расслабляться, оба этих качества обеспечивает йога.

Рассмотрим понятие гомеостаза, устойчивого постоянства внутренней среды организма, являющегося одним из признаков здоровья. Можно условно выделить три характерных разновидности гомеостаза, первый - когда физиологические параметры остаются в допустимых границах отклонения, что бы человек ни делал. В этом случае здоровье называют «железным», исторические примеры - Гиляровский, Дюма-отец, Гришка Распутин.

Второй – разовое расстройство, причины его могут быть внешними, внутренними или комбинированными. В этом случае ряд вторичных параметров гомеостаза выходит за пределы оптимальных значений, но защитные силы организма тут же активизируются, исправляя ситуацию.

Третий - заболевания хронические, когда функциональная разбалансировка сохраняется длительное время, перераспределяясь в сети подсистем. В этом случае и болезнь не в состоянии окончательно сломить организм, и защитные силы не могут справиться с ней, гомеостаз, образно говоря, застывает в «перекошенном» виде.

Хатха-йога выражено влияет на работу иммунной системы, не только стимулируя (чем грешат многие современные препараты), но мягко корректируя её работу. Это позволяет йоге быть одинаково эффективной как при иммунодефицитах, так и при аутоиммунных заболеваниях. Возможно что специфический иммунитет при этом не затрагивается но, через локальные изменения гемодинамики и стимуляцию вегетативных функций, воздействие идет впрямую на иммунитет неспецифический.

Начальные либо терапевтические комплексы асан должны подбираться только в индивидуальном порядке, с учетом возраста, конституции, состояния здоровья и рода деятельности индивида, в этом случае практика формирует оптимальный тонус ВНС (сочетание возбуждения и торможения, токов Иды и Пингалы).

Ментальная релаксация - временное торможение типовой активности коры мозга (при бодрствующем сознании) - обеспечивает более полную интеграцию ее процессов с подкорковыми, что, в свою очередь, позволяет преодолеть нарушения тонического ритма. Поскольку тело - продукт длительной животной эволюции, возможно асаны влияют на него как архетипы ранних стадий филогенеза и онтогенеза (развития вида и отдельной особи), частично утилизируя психоэмоциональную энергию инстинктов.

Кровеносная система организма имеет резерв мощности - систему так называемых коллатералей, сосудов, находящихся в неактивном, потенциальном состоянии. При необходимости резерв этот может быстро (в течение нескольких часов) активироваться до мощности, покрывающей возросшие потребности кровотока. Коллатерали это сосуды-заменители, они окольным путем доставляют кровь в те участки тела, куда она по каким-то причинам не может поступать по обычной схеме. Второй компонент резерва - анастомозы, вторичные проводники крови, связывающие между собой магистральные сосуды основной сети. Анастомозы и коллатерали образуют защитный механизм кровеносной системы, демпфер, гасящий в ней пиковые ситуации.

Коллатеральная сеть охватывает весь тканевой объем тела, включая сердечную мышцу, этот резерв сохраняет жизнь не только при закупорках (тромбах) и гибели основных сосудов, но также при атеросклеротическом сужении их просвета. При хронических коронарных заболеваниях коллатеральный резерв сердечной мышцы со временем полностью исчерпывается. По сравнению с темпом развития патологической «хроники» коллатерали включаются опережающим образом, поэтому человек может чувствовать себя вполне нормально, имея сильнейший атеросклероз, в таком состоянии даже незначительная перегрузка может спровоцировать ВСС (внезапную сердечную смерть). На коронографии дефекты работающих сосудов сердца видны, а «замороженные» коллатерали - нет. Хотя сосудистый резерв располагает большой функциональной мощностью, в пиковых ситуациях ему часто недостает времени для «включения». Без надобности (природа экономна) коллатерали находятся в потенциальном состоянии и не могут прийти в рабочее состояние мгновенно. Исследования показали, что сосудистый резерв отмобилизован и всегда готов к мгновенному действию лишь у тех, кто живет на среднегорье (от 1000 до 2000 м. над уровнем моря), систематически занимается спортом либо физическим трудом.

В асанах частично пережимаются крупные сосуды, и в отдельных участках кровеносной системы возникает локальный застой крови, активизирующий систему коллатералей. Поэтому настоящих йогов всегда можно узнать по яркому цвету кожи - признаку полноценного кровообращения.

При грамотном выполнении асан, даже наиболее трудных физически, пульс выше восьмидесяти не поднимается, но тогда чем можно активизировать коллатерали миокарда? Здесь в игру вступает пранаяма: тренированный йог может свободно дышать в темпе одно дыхание в три минуты и более, следовательно, дыхательный процесс замедляется раз в тридцать (по сравнению с состоянием покоя), а самый лучший спринтер лишь восьмикратно превышает скорость обычной ходьбы. Количество углекислоты в организме, при темпе дыхания один цикл в четыре минуты, примерно в шесть раз выше, чем у пробежавшего дистанцию спринтера. Но бегун «отрабатывает» дистанцию примерно за десять секунд, а время занятий пранаямой во много раз больше. Перенасыщение крови углекислотой вызывает расширение сосудов, вплоть до капилляров, активизируя коллатерали сердечной мышцы. Таким образом, традиционная йога полезно влияет как на кровеносную, так и на эндокринную системы организма.

Теперь обратимся к нематериальным, если можно сказать так, следствиям регулярных и качественных занятий йогой. Многие проблемы связаны с тем, что текущая жизненная ситуация не может быть адекватно воспринята и оценена, поскольку информация, которую воспринимает и которой оперирует человек не бывает (и не может быть) полной. Действительность всегда шире восприятия и любого ее описания, следовательно и понимания. Будучи персонажем картины, увидеть всю ее нельзя, для этого надо выйти из ее плоскости. Подлинный смысл событий всегда проясняется человеку лишь после того, как они отодвинулись назад во времени. Когда приходит понимание, сделать уже ничего нельзя, отсюда и поговорка «поезд ушел». Но адепт йоги ежедневно выходит из потока бытия в иную реальность, благодаря этому обстоятельству (систематической практике) он получает новую точку обзора, тем самым реализуется принцип дополнительности и понимание текущей ситуации становится адекватным - без обычных потерь времени! «А там, над улицею сонной, черты земные затая, стеною, странно освещенной, встает за мною жизнь моя» (В.Набоков). Таким образом, йога дает фантастическую возможность обойти теорему Курта Геделя о неполноте.

Следующий момент - коммуникация личности с «остальной психикой». Методы Фрейда, Юнга, Райха и т.д. создавались именно для того чтобы освободить подсознание от вытесненного и «осевшего» там патологического материала, постоянного источника психосоматического страдания. При глубокой ментальной релаксации материал этот начинает постепенно и неосознанно аннигилировать через «пространство» сознания. Все вытесненное не может быть полностью сброшено через тело, какой бы эффективной не была практика, глубинные психические проблемы, так или иначе, «стравливаются» с частичным их осознанием. В этом же направлении – с телесным «каналом» разгрузки подсознания - еще в начале ХХ века (до создания ССС техники Йога-нидры) работали Джакобсон и Шульц, но если последний остановился на аутодидактике, то Джакобсон уделял много внимания проработке «зажимов» физических, учитывая их связь с вытесненными эмоциями.

Следующий момент это, как я их называю, «малые сиддхи». Во время практики асан (либо в паузах между ними) в частично отключенное сознание начинают «выстреливать» ответы на незаданные, но актуальные вопросы. Всплывающую информацию нужно принимать к сведению и учитывать, иначе эвристический процесс угаснет. Для утилизации этого явления можно держать при себе бумагу и ручку, без лишней суеты делая необходимые пометки, чтобы не нарушить усилием запоминания молчание ума.

Любой человек, будь он даже семи пядей во лбу, неизбежно сталкивается с неприятностями и проблемами. У адептов йоги реакция на них отличается от обычной тем, что в ней нет лишних эмоций, нет трясучки. Это позволяет сохранять оптимальное состояние в самых тяжелых ситуациях. В условиях же обычных йога дает непревзойденную ясность восприятия, мышления и чувство рафинированной радости, ни от чего не зависящей.

В последние годы ко мне часто обращаются люди среднего возраста и достаточно еще молодые с интересной проблемой: они полностью обеспечены в материальном отношении, как говорят – «упакованы от и до», есть все. Только жить нельзя. «Едет крыша» от экзистенциальной пустоты, их терзает скука, пресыщенность и ощущение бесцельности бытия. Я сразу предупреждаю: йога дает отличное здоровье и душевную гармонию только человеку социальному, у которого уже есть свое дело, свой интерес в этом мире, но она не может обеспечить смысла жизни - на этот счет не должно быть иллюзий! Йога является смыслом для профессионалов, но не обывателей, для них она только средство! Человек должен быть при деле, желательно оно должно ему нравиться, отсутствие такого дела (интереса) заканчивается скверно для души и разума. Еще Пуанкаре говорил: «Главное – не заработать деньги, а как бы при этом не заскучать». Проблема поиска смысла жизни находится вне рамок йоги, хотя изредка бывает так, что пришедший в себя и восстановившийся с ее помощью человек в горизонте своего нового мировосприятия находит свое призвание.

Если проблемы смысла не существует, то после разгрузки подсознания наступает стадия самтоши. Человек пребывает теперь в неизменно позитивном настрое, в состоянии немотивированного, беспричинного счастья, что свойственно нам только в детстве. Даже после неизбежных жизненных неудач и катастроф психоэмоциональное состояние автоматически, как Ванька-встанька возвращается к приемлемому уровню переживаний, нестерпимость быстро заканчивается.

Теперь о работе или бизнесе. Если, находясь в состоянии обычного психоэмоционального дисбаланса (свойственного 99% взрослого населения России) выкладываться до предела способностей и ресурсов, участвуя в различных событиях и процессах, и обеспечивая желательное для себя их развитие, то шансы разрешения ситуации в нужном ключе всегда меньше 100%. Тому же, кто полностью проработан йогой, достаточно делать минимум необходимого, однако результат всегда получается наилучшим из возможных. И это совсем другая жизнь, непохожая на все, что было раньше.

Теперь о затратах времени и возрастных рамках. Как правило, взрослый человек довольствуется семью часами сна, хотя индивидуальной разброс потребности в нем достаточно велик. Качественная йога сокращает отдых до пяти часов, ограничений на занятия по возрасту - нет. Детям йога рекомендуется после пяти лет, но с определенными нюансами. Тексты советуют вообще начинать практику либо в детстве, либо в зрелом возрасте, поскольку с двадцати до пятидесяти лет львиная доля энергии индивида расходуется на решение социальных задач. Однако, такое ограничение достаточно условно, и йога может быть успешно осваиваться в любом возрасте.

В «Хатхайогапрадипике» сказано: «Благодаря продолжительной практике старый йогин молодеет снова». Бельгийская королева начала занятия йогой в восемьдесят четыре года, Кришнамурти - в шестьдесят. Индра Деви выполняла асаны, когда ей было далеко за девяносто, гуру Кришнамачарья практиковал до ста лет (правда – свою собственную йогу), Б.К.С.Айенгар сохраняет практику, отметив девяностолетие.

Собственно, почему бы и не жить дольше среднего возраста тем, кто систематически блюдет здоровье и душевный покой? В хрониках Ост-Индской компании есть описание любопытного казуса. В середине семнадцатого века ее агенты сотрудничали в Индии с раджой одного из княжеств, сын и наследник его, Тапасвиджи, с юности практиковал йогу, родился он в середине восемнадцатого века, но умер во второй половине двадцатого!

Известно, что некий Цзинъюнь, личный врач китайского генерала Ян Сена Ли, занимаясь цигуном и традиционной китайской медициной, прожил около двухсот пятидесяти лет. Правда, абхазец Ширали Муслимов достиг возраста в сто шестьдесят семь лет не имея представления о цигуне и йоге, равно как и англичанин Томас Парр, который пережил шестнадцать королей и в свои сто пятьдесят пять умер от обжорства. Понятно что главную роль в долголетии играют наследственность, образ жизни и, конечно, случай, йога лишь полностью реализует заложенный природой потенциал.

Асаны и пранаямы действуют на тело как обжиг на сырую глину: огонь обеспечивает максимальную прочность изделия, но избыток огня равносилен отсутствию. У японцев есть загадка: какая часть традиционного деревянного дома самая долговечная? Ответ: брус порога, он мерзнет, мокнет, на него постоянно наступают, он находится в абсолютно некомфортных условиях, но сохраняется гораздо дольше остального. «Йога это ослиная работа, но результат - великолепный!» (афоризм Б.К.С.Айенгара).

В конце ХХ века в Калифорнии состоялся симпозиум по долгожительству, где выяснилось, что одной из причин старения и одновременно его признаком является критическое уменьшение массы мышц тела, противостоящих силе тяжести. Причина такого уменьшения - снижение продукции соматотропного гормона гипофиза (СТГ), отвечающего, в том числе, за преобладание мышечной массы над жировой. Большое количество экспериментов с введением синтетического СТГ показало его высокую эффективность в лечении и профилактике старения. Вероятно, Хатха-йога каким-то образом запускает естественный процесс синтеза СТГ гипофизом, и опосредовано - других гормонов, поскольку результаты ее практики явно коррелируют с нормализацией функции гормональной системы. Все это чётко укладывается в нейроэндокринную теорию старения, разработанную Дильманом. Хатха-йога поддерживает функционирование психосоматики на оптимальном уровне, как скорость – мотоциклиста на вертикальной стене. Если умело запустить плоский камень по водной глади, он скользит по ней «пунктиром», то касаясь поверхности, то пролетая по воздуху. Как только скорость камня уменьшается (практика йоги либо любая другая активная физическая деятельность прекращена) - он перестает держаться на грани двух миров и тонет.

Говорят, что хотя йог и живет в мире, но не принадлежит ему целиком (не подчиняется его законам, например - средней скорости старения). Тексты натхов утверждают: «Избавленный от всех болезней, йогин развивает тело гибкое и мягкое, как внутренняя часть стебля лотоса, и так наслаждается молодостью и долголетием».

«Ни один человек не относится так сознательно и внимательно к своему здоровью, как настоящий йогин, пребывающий в неразрывной связи с тончайшими физиологическими законами, служащий образцом совершенного, абсолютного и равновесного здоровья» («Личная гигиена йога», с. 17).

Но эталон - продукт исключительных условий, умный человек никогда не будет стремиться к полному совершенству, в противном случае неизбежна ситуация по Честертону:

«Конечно, они считают, что их вера лечит все болезни тела. А лечит ли она единственную болезнь духа? - серьезно и взволнованно спросил отец Браун.

- Что же это за болезнь, - улыбнулся Фламбо.

- Уверенность в собственном здоровье, - ответил священник».

Если что-то в жизни не так, после качественного занятия всегда становится легче. Это похоже на барона Мюнхгаузена, который вытаскивал себя за волосы из болота, но в случае с йогой - чистая правда. Она дает внутреннюю, скрытую в тебе самом точку опоры, ни от чего внешнего не зависящую. Вещи бездушны, люди мгновенны, все слишком ненадежно и быстротечно. Как сказал о Мастере сборщик податей Левий Матвей: «Он не заслужил света, он заслужил покой». Безусловно, покой - далеко не счастье, но безусловная его предтеча.

Йога, описанная в этой книге, не есть способ решения исключительно частных проблем, это нечто гораздо большее – элемент максимально эффективной поведенческой стратегии. Данную технологию может с успехом использовать кто угодно, в том числе и верующие (включая православных). Работа с телом и дыханием не содержит идей, она безлична, как скальпель хирурга, спасающего жизнь.

Говоря об экономически развитых странах, Юнг отметил: «Духовное развитие Запада шло совсем иными путями, чем на Востоке, а потому оно создало, пожалуй, самые неблагоприятные условия для применения йоги» («Йога и Запад», с. 38). С этим утверждением нельзя согласиться, поскольку никакие условия не препятствуют людям осваивать все более усложняющуюся бытовую технику, в том числе и компьютерную. Технология йоги не сложнее, другое дело, что существует острый дефицит тех, кто достоверно владеет ею.

Сказано в «Дхаммападе»: «Если что-либо должно быть сделано - делай, совершай с твердостью. Ибо расслабленный странник только больше поднимает пыли» («Дхаммапада», с. 112).


Глава 4

КОММУНИКАЦИЯ

Человек может идти в рост только в тишине.

Антуан де Сент-Экзюпери

 

Человек - это средних размеров всеядное млекопитающее, по странному капризу природы получившее способность к рефлексии (самоосознанности). Что такое жизнь? Это постоянное усилие оставаться живым. Главная цель жизни - сохранять и воспроизводить условия своего продолжения. Человек взаимодействует с окружающим, контактируя с ним, как считали древнеиндийские философы, мыслью, речью, телом. Термин «коммуникация» означает информационный обмен. «Любое знание можно передать знаково-логическими средствами, сконструировав и сообщив мысль в соответствующей языковой конструкции, предполагая, что любой человек в точке передаваемого знания может воссоздать предмет, к которому оно относится, и убедиться на опыте в смысле передаваемого знания» («Психологическая топология пути», с.170). То, что передается от субъекта к субъекту, изменяя состояние и расширяя возможности воспринявшего, есть информация. Р.Тагор трактовал истину как «Открытый диалог, идеал которого состоит не в достижении независимой реальности, а в достижении согласия между «универсальным человеческим разумом» и разумом «индивидуальным», выражающим ту или иную конкретную точку зрения» («Время, хаос, квант», с. 47). Вербальная коммуникация есть взаимодействие посредством речи, недаром древние греки считали что варвар - это человек без языка.

Обычно посредством диалога люди хотят понять друг друга, передавая собеседнику суть своих мыслей и намерений. Но в то же время посредством языка, как нарочно, так и неосознанно можно успешно скрывать истину («мысль изреченная есть ложь»), поэтому одновременно с речью возникла проблема информационной достоверности. Поскольку как истинное, так и ложное сообщения состоят из одних и тех же слов, ясно, что в самих словах смысл (истина) не содержится. У того, кто воспринимает информацию, должно быть некое свойство, позволяющее отделить суть от «сотен тонн словесной руды», например жизненный опыт (накопленная информация) либо знание законов.

Чтобы избежать фатальных ошибок человек, независимо от формы и языка сообщения, должен в большей степени понимать, чем не понимать сущность воспринимаемой информации, это задача, которую непрерывно приходится решать каждому. От степени эффективности коммуникации (общения) с внешним миром и принимаемых решений (а также от случая) зависит то, что называют судьбой.

Качество межличностных контактов определяют:

- эмоциональный тонус, отвечающий наилучшей обоюдной восприимчивости;

- многократная переформулировка объясняемого;

- минимум специальных терминов;

- максимум метафоричности.

Традиционная индийская йога это технология налаживания контакта Я со своим собственным телом и бессознательным, это практика, знание которой нельзя получить напрямую, оно не сообщаемо, слова - лишь эквивалент, наполняемый реальным смыслом в действии. Когда в процессе какой-либо деятельности предварительная информация подтверждается и уточняется, мы начинаем постигать полную истину (касаемо только этого рода деятельности). Истина всегда едина и неделима, но путь к ней уникален, поскольку получать и накапливать опыт человеку всегда приходится самостоятельно.

Массовость, которую в последнее время приобрел интерес к йоге, заставляет внимательно взглянуть на качество предлагаемых в этой сфере услуг. Посещение занятий требует затрат времени, сил и средств, но полезен, вреден либо нейтрален получаемый результат, понятно далеко не сразу. И даже если человек видит - что-то здесь не так, кто-то уже успел на нем заработать. Истинная, полезная информация уберегает от бессмысленных действий и ущерба, открывая законы и ограничения, заложенные в природе вещей, в то время как ложная подает необоснованные надежды.

Основой цивилизации стал иной, нежели у животных способ накапливания и хранения информации, а также вневременной доступ к ней. Часть психики, именуемая личностью, заведует сугубо человеческим способом коммуникации - речью.

С момента, когда человекообразное сказало о себе «Я», психика, как отметил Юнг, разделилась на сознание и бессознательное, сегодня качество взаимодействия между двумя этими частями единого психического пространства оставляет желать лучшего. Совокупный разум, скрытый в бессознательной части психики, не в силах «достучаться» до личности, втянутой в поток непрерывных действий, навязанных социумом и желаниями.

Сознание - структура жесткая, но жесткость, ограничивая степени свободы, в то же время сохраняет стабильность. Для обеспечения психосоматического баланса поведение сознательное должно по ситуации замещаться инстинктивным, очевидно именно эту функцию, реализуемую в прошлом мистериями и языческими обрядами, выполняют сегодня алкоголь и наркотики. Расстроенная психика либо генерирует иррациональность сама (аффективное поведение, психические болезни, пограничные состояния), либо черпает ее извне (сказки, фантастика, эзотерика).

Если тело - оболочка, скрывающая устройство жизнеобеспечения и его работу, то сознание это «поверхность» психики. Когда тело перегружено, оно сигнализирует об этом проявлениями, долго игнорировать которые нельзя. Бессознательное располагает абсолютной полнотой информации, но не имеет доступа к поведению, сознание распоряжается телом и его поведением, не обладая полнотой информации. Без оптимального контакта между ними отражение действительности субъектом не может быть адекватным. Чем больше мы втягиваемся в процесс бесконечного удовлетворения желаний, тем более разрушительны для нас и окружающих его последствия – фрагмент не способен понять и учесть интересы целого. Поведение Я заставляет вспомнить раковую опухоль, когда «взбесившаяся» клетка теряет структурную ориентировку и начинает неуправляемо делиться, погибая затем вместе с организмом. Чтобы жизнь субъекта обрела гармонию необходимо создать условия, при которых бессознательное может контактировать с сознанием наиболее продуктивно.

Перечислим основные виды коммуникации:

I. Субъект - природа.

Для сохранения здоровья и душевного благополучия человеку нужен постоянный контакт с природой, частью которой он является. Учителя младших классов в Японии весной отменяют уроки, чтобы дети могли любоваться цветущей сакурой. «…Деятельность, основанная на выработанных цивилизацией парадигмах, ведет к необратимой деградации биосферы и не способна гарантировать сохранение человека в ее составе. Вот почему род людской сможет выжить лишь при изменении основных принципов и начал цивилизации. А это возможно лишь в условиях жесточайшего самоограничения и коллективной дисциплины» («Судьба цивилизации», с. 24). Взаимодействие цивилизации с природой - печальная летопись непрерывного истребления последней, именуемая «переделкой в человеческих интересах». В ответ природа порождает разрушительные виды компенсации: «Если воспользоваться языком современной синергетики, то биосфера и общество вошли в режим процесса с обострением, после чего, как утверждает теория, следует катастрофа с непредсказуемым исходом» (там же). Любование природой ничего не меняет в том факте, что японец, трогательно ухаживая за личным садом, получает дивиденды от грязных производств, расположенных за пределами его страны. Он, как и сотни миллионов прочих, не желает знать, что все взаимосвязано в этом мире, а потому «Не спрашивай, по ком звонит колокол - он звонит по тебе» (Джон Донн).

II. Сознание – социум – коммуникация индивида с сородичами осуществляется посредством речи и текста.

III. Сознание - сознание (рефлексия, размышление).

Это взаимодействие личности со своим прошлым опытом - мысленное прокручивание ситуаций, анализ, оценки, выводы, планирование, прогностика, фантазия. Рефлексия может до какой-то степени сочетаться с физической активностью, но продуктивные размышления с ней не совместимы. Это частично обратная коммуникация – обращение к данным памяти.

IV. Сознание - тело

Тут есть несколько видов опыта.

1). Запечатленная в бессознательном информация об изменениях тела в процессе роста, при травмах и операциях. Целостность - главное условие выживания, поэтому физическая память абсолютна;

2) Восприятие своего организма в процессе удовлетворения естественных потребностей;

3) Опыт специфический - спорт, цирк, хореография, балет, медицинские исследования и операции;

4) Патологическая коммуникация сознания со скрытой обычно от восприятия внутренней «кухней» психосоматики (неврозы, пограничные состояния);

5) Хатха-йога, которая временно блокирует движения на трех уровнях:

- физическом – фиксация формы тела в асане;

- функциональном (пранаяма, значительно уменьшающая частоту дыхания);

- ментальном - торможение обычной активности ума.

Самадхи, которому сопутствует произвольное движение, нет. Погружение Я-сознания в глубину психики требует исключения на это время любой физической активности, а если и сочетается с ней, то лишь в начальной стадии сосредоточения. Например, восприятие беговых йогов (лун-гом-па) заторможено во всех аспектах, кроме выдержки направления и учета рельефа местности.

Для медитации пригодны лишь те асаны, в которых можно длительно сохранять физиологическую неподвижность (отсутствие тряски в теле, как говорят Сутры).

Стратегическая цель йоги - создание условий для спонтанного контакта бессознательного с сознанием, в процессе чего последнее приходит к состоянию системности - просветляется. Кроме того практика асан в молчании ума (без которого она превращается в обычную физкультуру) обеспечивает:

- восстановление здоровья тела и души;

- растворение ощущений, освобождающее каналы (порты) восприятия для свободного поступления информации из бессознательного в пространство сознания, при этом тело сохранено от травм;

- выгрузку из подсознания деструктивной энергии вытесненного психического «материала».

Освобождение от спонтанной ментальной активности и уход от явных физических ощущений - вот две главные проблемы, которые необходимо решить в практике асан. Условием спонтанной инфильтрации вытесненного из подсознания (а затем из более глубоких слоев психики) в ментальное пространство является молчание (пустота) последнего. «Только после того, как ум освободится от контакта с телом, он будет готов к медитации» (из интервью Б.К.С.Айенгара: «Психологическое обозрение», №1, 1998, с.113).

Обособленное в ущербном мирке своих представлений Я – это абсолютное оружие, ведущее тотальную войну против всех до тех пор, пока посредством йоги или как-то иначе не придет четкое осознание того, что ты - часть целого, которое невозможно ущемить, не причинив при этом вреда самому себе. Понимание такой реальности - начальная стадия просветления - индивид становится полезным элементом социума.

Йогический факиризм (см. «Шесть колонн», с. 317 - 320) это предельное развитие коммуникации «сознание-тело», когда субъект получает возможность без видимых негативных последствий произвольно вмешиваться в работу вегетативной автоматики.

V. Бессознательное - сознание (обратная связь, медитация).

Фаза А – сброс вытесненного, реализуемый с помощью различных методов:

1). НЛП – тут взаимодействие как бы отвечает требованию спонтанности, посредник лишь «нажимает на кнопки» модальностей. Однако он лично определяет темп и активность трансформации, что опасно, поскольку со стопроцентной гарантией методом владел только сам Милтон Эриксон.

2). Йога-нидра, здесь условия формируются голосом извне, однако он безличен и не определяет содержание контакта.

3). Практика асан и сопутствующая ей отработка какой-то доли сброса через тело.

4). Трансперсональные техники, обеспечивающие временную разрядку патологической «начинки» подсознания.

Фаза Б: коммуникация «забытое - сознание». После сброса вытесненного в сознание начинает поступать подпороговый материал, что обычно выглядит как возврат содержаний памяти.

Когда целостность психики восстановлена, дальнейший контакт Эго с глубинными ее слоями может быть продолжен в медитации, требующей предрасположенности, веры, компетентного руководства и огромных затрат времени. На этом этапе обратной коммуникации субъективный материал исчерпывается. Все, с чем далее Я приходится иметь дело, воспринято и зафиксировано не личностью, но системным разумом.

Классические опыты Дельгадо показали, что при стимуляции отдельных участков коры мозга субъект заново и один к одному переживает эпизоды давно минувшей реальности. Следовательно, энграммы (запись всей информации, прошедшей через органы восприятия) существуют. Вопрос первый: можно ли их «вытащить»? Вопрос второй: зачем? Весь поток воздействий извне подкорка фиксирует при весьма ограниченном участии сознания, этот процесс реализуют древнейшие структуры мозга. Не исключено, что этот массив зарегистрированной информации является связующим мостом между архетипическим и личным бессознательным, чем-то вроде эфира в космологии, сквозь эту среду из первобытной биологической тьмы «всплывают» импульсы инстинктов, побуждений, наследственно закрепленных реакций. По мере продвижения «снизу вверх», в каждом слое психики происходит их трансформация с окончательным последующим преломлением «на выходе» в высшие человеческие ценности и культурное поведение.

VI. Архетипическое – сознание (Единое - субъект).

В конце концов сознание может соприкоснуться с основой (матрицей) психики, которая вообще не воспринимаема индивидом – быть может это и есть просветление окончательное. «Способы обучения искусству бессмертных предполагают стремление к спокойствию и умиротворению, чистому и пресному, к очищению и избавлению от страстей, к внутреннему видению и обратному слушанию…» («Баопу-цзы», с. 38-39)

Мозг индивида – фрагмент вневременной материи рода, которая, с одной стороны, представлена неповторимым Я (неокортекс), с другой - подкоркой и ВНС, биологическими «устройствами». Быть может, именно в структурах мозга скрыт «чип» сети слабых взаимодействий, при активации которого возникают сиддхи. Такая активация случается при катастрофах тела и сознания, а также в самьяме, при торможении коры, потенциал бодрствования которой обычно «забивает» сигналы подкорки. Упомянутый «чип» продуцирует символический материал, предъявляемый сознанию в озарениях, снах, галлюцинациях, предчувствиях, интуиции. «По стали, мрамору и дереву рукой внимательной скользя, я проходил - и плоть не верила, что их глубин постичь нельзя. Я слышал ясно излучения - то спрятанней, то горячей - от страстной, как созданье гения, нагой поверхности вещей. Я знал: то было эхо смутное живых, кипящих мириад, чьих рук касание минутное предметы бережно хранят. Но вник я мудрым осязанием еще безмерно глубже: в тло, в пучины, чуждые названиям и рубрикам «добро» и «зло». Тот слой связует человечество с первичным лоном бытия; быть может, в древних храмах жречество о нем шептало, смысл тая. Но имя то газообразное как втисну в твердый хруст речей? Слова - затем, чтоб значить разное. Их нет для общей тьмы вещей» (Даниил Андреев).

Архетипические образы и представления, генерируемые бессознательным, образуют основу всех мировых религий, но каждая интерпретирует их по-своему.

Основная функция сознания – адекватный контакт с внешней средой (восприятие) и личным опытом (память), но не менее важно качественное взаимодействие субъекта со своим собственным бессознательным! В психике человека постоянно (а, быть может, и одновременно!) циркулируют два разнонаправленных информационных потока:

1. Часть информации, воспринятая извне органами чувств, осознается, уходит вглубь и «оседает» в различных видах (слоях) памяти. Остальную (а быть может, вообще всю, с дублированием) фиксирует в бессознательном системный разум.

2. Результаты внесознательной переработки этой информации, а также актуальные для субъективного благополучия сигналы от сомы всплывают в Я-сознании, суммируясь с его ментальным «продуктом». По мере «продвижения» системы к состоянию целостности (недвойственности) количество вытесненного уменьшается либо достигает оптимальной «величины», но это вовсе не означает упразднения данной части психического механизма.

«Пространственная конфигурация сложной эволюционной структуры информативна. Время в этой структуре как бы снимается. Это означает, что различные временные этапы эволюции присутствуют в ней в превращенном виде (одновременно преодолеваются и удерживаются): «впечатаны» в ее архитектуру» («Основания синергетики», с. 138).

Итак, с одной стороны человек ничтожно мал и мгновенен, с другой – располагает потенциальной возможностью контакта своего разума с вневременной и внепространственной сущностью (согласно Д.Бому – это свернутый, импликативный уровень) всего - Единым. Главный аспект этого контакта – ярчайшее, сокрушительное переживание банальной истины: каждое живое существо (как и неживая материя) является частью беспредельного единства. Весь видимый и воспринимаемый нами материальный мир – не более чем «волны» разной величины и степени иерархической вложенности, спонтанно возникающие на «поверхности» подосновы Вселенной. Характер взаимодействия с этой подосновой определяет величину и значимость его последствий для субъекта. Проявленная форма - каждый конкретный человек – сохраняет специфическую связь с «матрицей» (континуумом, Сетью, Единым), такая связь активизируется при особых условиях, которые могут возникать как случайно, так и создаваться намеренно (йога). Тем не менее, проявленное функционирует по своим законам, уровни реальности не пересекаются, уже Мейстер Экхарт знал, что благодать может быть пережита и понята, но она в физическом мире не действует. Тем не менее, все разделено и обособлено лишь на уровне видимом. На самом деле каждый из нас и все вокруг является лишь временными «вспышками» бытия в конкретной форме (конструкции). Любая такая форма - локальный объект живого либо неживого мира - через какое-то время распадается, вещество бесчисленного количества таких распадов стохастически смешивается. Затем подоснова сообщает этой «смеси» новый импульс, порождая новые формы. И процесс этот бесконечен. Между порождающими и порожденными формами одного вида, которые были в долгом непосредственном контакте, нелокальная взаимосвязь сохраняется на всю их жизнь. Иногда контакт Эго с мировой подосновой дает мощный толчок проявлению скрытых способностей, но в любом случае миропонимание и действия личности меняются по сравнению с тем, какими они были раньше, приобретая системный (экологичный) характер. Чего нельзя сказать о тех кто, помолясь своему карманному Богу, выбрасывают пластиковый мусор в океан или бьют по неугодным крылатыми ракетами.

Личность, пережившая контакт, но не обладающая творческим потенциалом, как правило, теряет интерес к миру и зацикливается на бесконечном повторении такого переживания. Такое поведение сродни реакции подопытных крыс, которым вживляют электроды в «центры удовольствия».

Быть может, Индия потому и не стала колыбелью технического прогресса, что йоги и риши постигали Единое исключительно в аспекте торможения гуны раджас, их прозрения не реализовались в действии. Нерушимый покой полного просветления - разновидность смерти, опередившей естественную. Недаром Веданта утверждает, что состояние дживанмукты (освобожденного при жизни, см. Cловарь терминов) достигается только после гибели тела. С другой стороны, если не обретет системного характера западная ментальность, то издержки развития цивилизации станут необратимыми.

Одна из ступеней на пути к нирване характерна прекращением переживания блаженства, вслед за которым исчезает и чувство страдания. Если миры первых уровней созерцания в йоге Хинаяны связаны с реальностью, то последующие - это хаотические флуктуации психики. Будда отверг эту фантасмагорию и ушел в нирвану с четвертого уровня мира форм. Он игнорировал игру фантомов из-за ее прикладного бесплодия, невзирая на то, что ей приписывался более высокий метафизический статус. Татхагата был прагматиком и, прежде всего, интересовался уравновешением и эмоциональной неуязвимостью, позволяющей человеку эффективно проживать сансару.

Будде были хорошо известны два тупиковых вида самьямы: растворение Я в психических фантомах и «заражение» Абсолютом. Экзистенциальное равнодушие просветленных часто ведет к утрате ими всех видов активности кроме одного - вовлечения окружающих на путь просветления.

В самом общем смысле самадхи трактуется как недвойственность, единство со всем сущим. Махасамадхи - полная остановка личного времени, физическая смерть, материальная оболочка утилизируется иными формами жизни, а тонкий субстрат сознания - Сетью. При жизни тела сознание индивида является элементом поля сильных взаимодействий.

VII. Религиозная вера - сознание, имитация контакта с Единым. Откуда мы узнаем о Боге, в которого нужно верить? Конечно же, от окружающих людей и предметов культуры. Вера - это убежденность в существовании недоказуемого. Корни ее достоверны, объект - иллюзорен. Образы, признанные божественными, являются не отражением реальности, но исключительно психической «продукцией». Чудеса, не уступающие факирским, демонстрируют нам истерия и маниакально-депрессивный психоз. Исследования показали, что в стадии обострения шизофреники обладают очень высоким уровнем прогностических способностей, который по мере выздоровления (если таковое происходит) снижается до обычного.

Итак, мы рассмотрели семь разновидностей коммуникации:

1) сознание - природа - прямая коммуникация с миром окружающей природы;

2) сознание - социум - то же с социумом и его артефактами;

3) сознание - сознание - рефлексия, сознание пользуется памятью и пребывает само в себе;

4) сознание – тело - коммуникация между сознанием и организмом;

5)обратная коммуникация - просачивание в пространство сознания информационных блоков из вытесненного;

6) контакт субъекта с Сетью – выброс в сознание архетипического материала;

7) идеальная - коммуникация сознания с фантомами, порожденными психикой при систематическом «подогревании» (программировании ожидаемого результата) верой.

Сегодня каждый имеет возможность получить момент истины, используя йогу для воссоединения личности с ее основой (душой) и сущностью мира.


Глава 5

ЭТИКА

Любит жизнь убивать да насиловать, но во всем заставляет винить

Тех, кто волен казнить или миловать - неизбежную казнь отменить.

Жаль разбойника бедного, кто ж его пожалеет, поймет и простит?

Убоявшийся имени Божьего как сухая трава шелестит.

Светлана Кекова

 

Вначале фрагменты из текстов.

«Первые две ступени йоги являются как бы подготовительными. Называются (они) «яма» и «нияма» - от одного корня. Эти слова-синонимы, различаются они в какой-то мере искусственно. Первому слову придается смысл «воздержание», второму - «соблюдение обетов» («Книга о побоище палицами», с. 197).

«Самоконтроль, соблюдение… предписаний, йогические позы, регуляция дыхания, отвлечение органов чувств, концентрация на объекте, созерцание и сосредоточение - таковы восемь средств осуществления йоги» («Йога-сутры Патанджали», с. 136)

«Самоконтроль - это ненасилие, правдивость, честность, воздержание и неприятие даров» (то же, с. 30, 137).

«Соблюдение религиозных предписаний - это чистота, удовлетворенность, подвижничество, самообучение и преданность Ишваре» (то же, с. 32, 138).

«Нет исключения для этих принципов, которые абсолютны по своему характеру. «Ямы» являются законом для всех, несмотря на различия касты и страны, возраста и условий. Они должны быть достигнуты всеми, хотя не все могут быть избраны для высшей жизни созерцания» («Индийская философия», т. 2, с . 311-312).

Между тем, «Майтри-упанишада» упоминает только пять последних анг (этапов, ступеней) системы, о яме, нияме и асане упоминаний вообще нет, поскольку процесс взаимопроникновения брахманизма и Сутр к тому времени еще не был завершен. О восьмичленной системе, включающей яму и нияму, говорит более поздний «Тирумантирам».

Сегодня не слышал о йоге либо не пробовал заниматься ею только ленивый. Обычно на Западе ее воспринимают (и не без оснований!) как универсальный метод оздоровления. Этика же системы известна слабо и выглядит слишком архаичной, чтобы серьезно относиться к ней. Некоторые вообще не усматривают связи между йогой и нравственными принципами, например «Дхьянабинду» и «Амритананда-упанишада» упоминают о шести ступенях йоги, яма и нияма в них не обозначена. Современники Патанджали и ранние комментаторы даже упрекали йогу за то, что ее цель - достижение личного освобождения - противоречит этике.

В Индии считают что человек приходит к йоге не случайно, но заслужив это в прежних воплощениях. Так это или нет, но происхождение нравственных ценностей в человеке не прослеживается. Известно, что в жизни повседневной нет резона быть добрыми, деликатными, даже просто вежливыми. Но мы выполняем эти обязательства, как будто принадлежащие иному миру, который основан на добре, совестливости, жертвенности, миру, который полностью отличен от нашего. Может быть, мы появляемся из этого высшего мира, рождаясь на земле, чтобы потом опять в него вернуться и жить под властью этих законов, которым здесь только иногда подчиняемся?

Что такое мораль? Существует ли она вообще, тем более предписанная? Нравственность, достойное поведение... Совесть… Этика... Странно звучат эти слова в то время, как техногенное общество охвачено бешеным стремлением к материальному благополучию. Чем на самом деле жив человек? Есть потребности первичные, без удовлетворения которых он существовать не может, а также интеллектуальные и духовные. Перечислим их согласно Маслоу («Мотивация и личность», 1999):

1). физиологические - еда, питье, сон, сексуальные отношения, инстинкт продолжения рода;

2). психологические - безопасность, стабильность, принадлежность к группе, любовь, уважение, самоуважение;

3). эстетические - красота, порядок (гармония), симметрия, завершенность (систематичность);

4). интеллектуальные - понимание текущих событий, познание;

5). свойственное данной личности эмоциональное и моторное самовыражение.

Первые две позиции вместе с пятой - это потребности выживания, третья и четвертая - развития. Удовлетворение первых (впрочем, как и любых других уровней мотивации, включая высшие) не обеспечивает нас автоматически системой ценностей и духовным развитием, что хорошо видно на примере развитых стран.

Удовлетворение базовых потребностей первого уровня бесконечно и циклично, будучи реализованными, они на какое-то время просто исчезают из виду, переставая «давить» на сознание. Потребности уровня два неизменны и постоянны, хотя в определенные моменты могут и не осознаваться. Потребностей третьего уровня может не быть вообще, многие прекрасно без них обходятся.

Уровень четвертый - вместе с третьим - это развитие души, подразумевающее личный поиск ответа на сакраментальный вопрос: зачем существует все это, включая меня самого? Здесь могут быть только частные ответы. Например – такой: «Если жизнь во всем подобна бреду, значит, смерть - итог ее и цель. Ночь идет, как гончая, по следу, свет сочится сквозь дверную щель. И пока свой путь бесчеловечный над землей вершит парад планет, сквозь меня просвечивает вечный, и меня не помнящий скелет».

Итак, яма-нияма. С одной стороны, этика - это некое учение о морали как форме общественного сознания, с другой - система норм общественного поведения отдельного человека или групп, объединенных по какому-либо признаку. Этика и мораль субъекта и группы могут не совпасть либо оказаться абсолютно противоположными.

Социум - арена вынужденного взаимодействия людей, а также их различных объединений, от семьи до государства. Потребности физиологические свойственны телу, они превалировали, пока не возник разум. По логике человек должен черпать из биосферы необходимые для поддержания своей жизни ингредиенты, и возмещать ущерб в количестве, потребном для восстановления. К сожалению, обыватель всегда норовит взять как можно больше, не отдавая, по возможности, вообще ничего. Чтобы ограничить аппетиты инстинктов с одной стороны, желаний - с другой, и не дать возможность жадным глупцам разрушить сообщество, в котором можно более или менее достойно жить, были созданы ограничения, именуемые законами и моралью. Формализованные правила поведения - систематизация дозволенного и запрещенного, это свод законов. Отступление от них карается, но в законодательстве обычно оговаривают как допустимую меру отклонения от предписаний, так и наказание за это.

Всецело регламентировать жизнь нельзя, именно поэтому наряду с законами формальными в любом сообществе есть этика, законы совести. В отличие от юридических они формулируются обычно в виде заповедей, где меры нарушения и наказания не указаны. Ряд заповедей имеет религиозное происхождение, и потому в обосновании не нуждается. Большинство людей не соблюдают их строго, да это и не нужно, хотя возникли они тысячи лет назад и играют важную роль в обществе, определяя базовый уровень этики. Если закон вообще переступать нельзя, то заповеди религиозные не следует нарушать без крайней необходимости. Кроме них в социуме существуют так называемые принципы, им нужны обоснования, которые дает наука. Жесткое столкновение идеологий привело сегодня к разрушительному релятивизму морали, особенно той ее части, которая касается аспекта личной неприкосновенности или, как принято говорить, прав человека. Как уравновесить главные проблемы современности, отношения «государство-личность» и «социум-природа»?

Ортодоксы говорят: нужно обходиться тем, что уже есть, поскольку Библия, буддийский Канон, Коран, Талмуд существуют тысячи лет. Но возможно ли достойно организовать современную жизнь в рамках представлений далекого прошлого? Это вряд ли. Чтоб не следовать заклинаниям, смысл которых утрачен, эти представления следует изменить с учетом текущих реалий. Кроме того, «Знание Божьей воли вовсе не гарантирует способности и готовности ее выполнять» («Почему Церковь не стоит на позициях пацифизма», с. 159).

Адаптировать этику прошлого к настоящему пытались А.Швейцер, Экзюпери, П.Флоренский, Тейяр де Шарден, М.Мамардашвили, Д.Андреев и многие другие. Кто-то из них не создал целостных систем, но реализовал этические принципы всей своей жизнью, например М.Волошин, матери Мария и Тереза, Лука Войно-Ясенецкий, патриарх Тихон, В.Хлебников и другие.

За попытку превращения реальной жизни в царство свободы, равенства и братства двадцатый век заплатил страшную цену. Стало ясно, что искоренить зло – значит, стереть с лица земли весь род людской, поскольку источником зла является животная сторона человеческой природы. Мудрые всегда знали, что добро и зло это правая и левая руки Бога, уничтожив зло, мы автоматически лишаемся всего, в том числе и добра. Православная Церковь отрицает априорное наличие зла в мире, но есть и другие мнения, например: «Сегодня мы уже можем с уверенностью утверждать, что многое из того, что мы называем злом, объясняется болезнью - болезнью тела или духа, невежеством, глупостью, незрелостью личности, несовершенством социальных условий и общественных институтов. Но мы не знаем пока, какую долю зла мы вправе объяснить этими причинами. Сегодня наши знания позволяют нам решительно отвергнуть заявления об изначальной, биологической, фундаментальной греховности, порочности, злобности или жестокости человеческой натуры» («Мотивация и личность», с. 179-180).

Конрад Лоренц и Дольник убедительно и давно показали биологическую обусловленность многих аспектов человеческого поведения. Многое из того, что Церковь квалифицирует как грехи, используя их в качестве средства пробуждения вины и давления (впрочем, легко отпуская эти самые «грехи» за определенную мзду), этология ясно показала как атавизмы животной природы человека, естественные программы поведения, полученные от предков.

Японцы считают, что нет поступков моральных и аморальных, есть уместные и неуместные, то, что верно в одних условиях, в иных может быть абсолютно неприемлемым, мораль по-японски – это поведение, идеально отвечающее ситуации. Но для этого субъект уже должен быть до мозга костей морален, в то время как «Поведение среднестатистического человека скорее конвенциональное (договорное), нежели по-настоящему этическое, оно не основывается на внутренних убеждениях и принципах, это не более чем бездумное следование общепринятым нормам» (там же, с. 230).

С одной стороны - «Никто не имеет права указывать личности, как ей надо жить. Даже если очень хочется. Согласны? Тогда зачем вы зовете милицию, когда видите, что по улице идет голый человек? Вы хотите научить его как надо «правильно» ходить по улицам? Почему вы считаете для себя возможным вмешиваться? Вам противен его вид? А если ему противен ваш? Он ведь не заставляет вас раздеваться догола, не покушается на ваши комплексы и стереотипы. Вы не считаете этого человека равным себе, а его мнение равным своему? Почему? Только потому, что так, как вы, думает и ведет себя большинство? А у него другая модель поведения, которая вас не касается. Вот если бы он насильно вас раздевал, тогда да - налицо непосредственное покушение на вашу свободу. Согласны? Конечно, такой свободы практически нет пока ни в одной стране, нигде еще так не ценят личность. Но я говорю о тенденции. Вы готовы возлюбить непохожего на вас ближнего? Или хотя бы уважать его?» («Литературная газета» №16.10. 1996, А.Никонов). Но с другой стороны - должны ведь быть какие-то ограничения?

Моральность усилием воли соблюсти нельзя, или она есть, или ее нет. Что толку вызубрить «от» и «до» моральный кодекс «строителя коммунизма» или библейские заповеди? Они существуют тысячелетиями, но люди, как и прежде, воруют, насилуют и убивают. Можно теоретически заучить всю мораль, но она станет присущей лишь в том случае, если проросла в тебе и действует, не исчезая при столкновении с реальностью. В.Г.Короленко гениально сказал: «Совесть - это когда никто не увидит и не узнает, а я не сделаю». Совесть - понятие этики, аналог юридического понятия «ответственность». Порой жизнь оборачивается так, что приходится бескомпромиссно выбирать, именно тогда в нас проявляются (или нет) совесть и ответственность, основанные на объективной, не зависящей от человека, утрате ситуационной устойчивости. Когда выбирающий взвешивает пользу или вред своих поступков для себя, окружения, общества в целом и природы - именно в этом случае проявляется этический статус человека, именуемый совестью.

Любая мораль – это ограничение. Люди аморальные, стремясь к деньгам и власти часто обладают скромными интеллектуальными ресурсами, но это компенсируется их объединением в криминальные группы и сообщества, высокой целеустремленностью и полным отсутствием каких-либо ограничений в действиях. Для тех, кто освободился от химеры, именуемой совестью, моральны только собственные желания, как заметил когда-то саркастически Марк Твен: «Была бы у меня собака, такая вредная, как совесть, я б ее отравил».

«Поведение - это попытка противостоять натиску потребности (или желания) при помощи взаимодействия с окружающей средой» (Маслоу). Все зависит от дорог, которые мы выбираем ежеминутно. Строгая ориентация на предписанную мораль опасна, это ведет к жесткому столкновению с реальностью и утрате адаптации. Каждый из нас сталкивался с ярыми борцами за правду, как правило, это постоянные клиенты психушек с диагнозом «непереносимость жизни».

Юнг утверждал: «Соблюдение морали любой ценой есть признак варварства». Маслоу пошел еще дальше: «Я готов заявить, что сама болезнь - это ни что иное, как утрата животного начала. Четкая идентификация со своей биологией, «животность» парадоксальным образом приближают человека к большей духовности, к большему здоровью, к большему благоразумию, к большей рациональности. Я думаю, что... все известные методы, кроме гипноза и поведенческой терапии, восстанавливают и укрепляют наши утраченные инстинктоидные потребности и тенденции, наше задавленное, задвинутое в дальний угол животное Я, нашу субъективную биологию» («Мотивация и личность», с. 136).

Откуда же получить мораль, где «взять» ее?

Каждый человек является продуктом среды, в которой он родился, вырос и созрел. Характер и внутренние установки личности, в том числе и ограничительные, формирует окружение - родители, соседи, друзья, школа, улица, книги, видеопродукция, а теперь еще и всемирная паутина. Безусловно, наследственность играет определенную роль в появлении моральных уродов, это факт научный, однако в подавляющем большинстве случаев ребенок неосознанно впитывает дух окружения и ведет себя аналогично, до поры не испытывая заметного влияния прописных правил и заповедей. Мы не имеем понятия о наличии в себе общечеловеческих ценностей, узнать это можно только в жестких ситуациях, именно тогда становится ясно, кто я есть, и что во мне заложено.

Известно три типа этики:

научная, выводящая нравственные принципы из биологии (К.Лоренц), она базируется на концепции выживания личности и общества при условии сохранения среды;

утилитарная, считающая возможным создание общества без конфликтов, что весьма проблематично (если только люди не унифицированы, подобно гайкам);

идеальная, видящая смысл жизни в служении не материальным, но исключительно религиозно-философским - «высшим» устремлениям.

Это коррелирует с древнеиндийскими представлениями о трех целях существования: желание - кама, выгода или утилитарная польза - артха, долг и соблюдение законов - дхарма. В Законах Ману утверждается, что все три этих аспекта имеют право на существование, но гармонию дает только их пропорциональное сочетание.

Если человек заявляет, что его нравственная ориентация определяется стремлением к истине, немедленно возникает вопрос: а что такое истина?

Древние мыслители полагали что мир, в котором мы живем, ложный, от него нужно спасаться, такое спасение или освобождение (самадхи, мокша, мукти) объявлялось главной целью и венцом бытия во всех шести системах брахманизма, включая йогу.

В качестве справки отметим, что древнеиндийское общество подразделялось на четыре варны (цвета). Это брахманы («дважды рожденные») - священнослужители и философы; кшатрии – князья, воины, ученые и люди искусства; вайшьи - торговцы и земледельцы; шудры - ремесленники (плебс). К варнам (см. словарь терминов) предъявлялись разные моральные требования, а их представители обладали специфическими правами и обязанностями, что в те времена было вполне оправданным. Жизненный путь брахманов условно делился на четыре этапа: детство, юношество, ученичество - брахмачарья; глава семьи и хозяин дома - грихастха; отшельник, живущий в лесу - варнапрастха; странник - саньяса. Тот, кто профессионально погружался в йогу, выходил, как правило, из всех общественных и личных связей.

Итак, название первого этапа йогической этики яма (йама), переводится терминами обуздание, воздержание, ограничение; второго - нияма (нийама) - как соблюдение правил, поведение.

Сутры перечисляют следующие принципы ямы:

- ахимса - ненасилие, не причинение вреда;

- сатья - правдивость;

- астейя - не присвоение чужого;

- брахмачарья - воздержание;

- апариграха - непринятие даров.

Принципы ниямы:

- шауча - внутреннее и наружное очищение;

- самтоша - довольство тем, что уже есть;

- тапас - самообуздание;

- свадхьяя - изучение священных текстов;

- ишварапранидхана - преданность Богу.

Подавляющее большинство комментаторов утверждает, что освоение йоги без этической подготовки невозможно, ибо только ее наличие обеспечивает успешную интеграцию субъекта в социум. На самом деле это не совсем так. С йогой несовместимы такие (ярко выраженные и преобладающие в поведении субъекта) качества как тупость, жадность, преобладание инстинктов, бешеное стремление к материальному благополучию, завистливость, злобность, крайний эгоцентризм.

Некоторым посетителям форума realyoga.ru бывает лень думать и они задают дурные вопросы, например: «Можно ли начинать практику хатха-йоги без строгого соблюдения правил ямы и ниямы?»

Сразу напрашивается ответ: - А что, до этого момента этические и моральные принципы вам были незнакомы? И не реализовались в жизни? И теперь вы собираетесь избавляться от прежних и зубрить новые? Все это чушь, в подавляющем большинстве люди приходят к йоге зрелые и сложившиеся, с личной, давно устоявшейся этикой и моралью, которой их научила жизнь, они уже адаптированы к социуму, пусть и в разной степени, но учить их этому не надо. Адаптироваться им нужно к йоге, грамотно встраивать ее в свой режим, это действительно важнейшая задача, от успешности решения которой зависит все. Древнеиндийская же этика человеку XXI века без надобности, поскольку не может быть руководством к действию. Но разобрать основные принципы ямы-ниямы применительно к реалиям сегодняшним и к самой практике будет весьма полезным.

Рассмотрим принцип ненасилия - ахимсу. Когда возникает конфликт то, как правило, на агрессию отвечают агрессией и маховик дисбаланса начинает неуправляемо раскручиваться, иногда вплоть до полного разрушения ситуации и гибели ее участников. Ганди на личном примере показал что в случае ненасильственной борьбы нужный результат может достигаться относительно «малой» кровью, хотя тех, чья именно кровь пролита, вряд ли это соображение утешит. Ненасильственное действие может иметь форму совета, просьбы, нажима, предложения, определенного поведения (противопоставленного поведению противной стороны), не содержащего принуждения, провокации, издевательства, оскорбления или подстрекательства.

Человек, владеющий методом ненасилия:

- действует не только в своих интересах, защищая даже своего оппонента ото лжи, неуважения и его собственного высокомерия;

- в первую очередь предъявляет требования к себе;

- не старается подавить или унизить противника, ищет достойные для всех пути выхода из конфликта;

- встретившись с грубым поведением, не отказывается от ненасильственных действий;

- уважает противника несмотря ни на что.

Понятно что это напоминает святость, но Ганди вел себя именно так. Для слабодушных ненасилие проблематично, поскольку обладает высокой степенью внутренней трудности. Часто ахимсу сопоставляют с заповедью Ветхого Завета «не убий», хотя неясно, как следовать ей, если намереваются убить тебя.

В вегетарианстве, которое часто прикрывается ахимсой, есть, на мой взгляд, скрытое ханжество: животные и рыба объявлены живыми, а растения - нет, но такое разделение аболютно произвольно, подлинные вегетарианцы должны питаться камнями! Болтовня о том, что йоги не употребляют мясо - ерунда, они избегают его лишь в тех случаях, когда могут обойтись чем-то другим, по поводу диеты в Сутрах конкретных указаний нет, а «Йога-упанишады» просто рекомендуют избегать тяжелой (тамасической) пищи.

Учитывая противоречивость «Законов Ману», с точки зрения ахимсы допускается:

- употреблять животную пищу там, где нет вегетарианской;

- есть мясо в том случае, если это продиктовано климатическими условиями - йоги Ладака, где среднегодовая температура равна нулю, едят все, а полный отказ от мяса на севере России, где им питались сотни поколений - насилие над организмом и верный путь к болезням;

- для охотника допустимо добывать мясо животных, с которыми он может справиться собственноручно (без БТРов и нарезного оружия);

- при необходимости нужно есть мясо, чтобы не причинить вреда собственному телу;

- допустимо употребление предложенной мясной пищи, чтобы не обидеть хозяина дома.

В работе «Что такое жизнь с точки зрения физики?» Э.Шредингер выдвинул гипотезу о том, что живое получает с пищей отрицательную энтропию. Известно, что по химическим свойствам правые и левые молекулы неразличимы, но еда может усваиваться лишь в том случае, если входящие в ее состав вещества обладают определенным типом молекулярной симметрии - молекулы аминокислот левосимметричны, сахара - правосимметричны и т.д. Отсюда ясно, что организм утилизирует не только потребляемое вещество, но и его структуру. Питаться материей, в которой молекулы правого и левого вида хаотически смешаны, человеку не дано, и до тех пор, пока не синтезируют белок, принцип «живое живет живым» обойти невозможно. Когда-то в Бурятском отделении Академии наук проводили исследования растений тибетской медицины с «горячими» и «холодными» свойствами, и оказалось, что за архаичными характеристиками часто скрыты объективные данные. Например - фантастическая степень корреляции «горячего» и «холодного» с лево- и правовращающимися изомерами, врачи древности умели определять эти свойства с удивительной точностью без электронного микроскопа и оптических поляризаторов.

В соблюдении ахимсы крайности, как и везде, бессмысленны, яркий тому пример - индийские джайны. Они отказались от земледелия дабы не навредить земляным червям, ходили так, чтобы не наступить на что-то живое и т.д. И сформировали в итоге касту ростовщиков, не зря говорится что благими намерениями вымощена дорога в ад.

«Самая большая проблема современности - это расхождение между тем, что человек готов сделать для общества, и что общество требует от него. Это очень тревожный признак, поскольку при всем желании не видно преимуществ, которые хоть один человек мог бы извлечь из обостренного чувства ответственности или добрых естественных наклонностей» («Оборотная сторона зеркала», с. 226).

Насилие вытекает из агрессии, но где ее корни? Непрерывная межвидовая борьба в живой природе - процесс естественный, при неизменных условиях в биоценозе равновесие численности видов поддерживается автоматически. Как только оно нарушается, начинают действовать спонтанные регуляторы, например эпидемии. Борьба между родственниками внутри вида это конкуренция. Природа предусмотрела вместе с агрессией способы ее блокировки, распространяющиеся только на сородичей. Чем опаснее хищник, тем жестче «встроен» в каждую особь этот запретный инстинкт. Когда, скажем, дерутся волки, побежденный подставляет победителю сонную артерию, и тот просто не может укусить. Не будь этого запрета, волки давно исчезли бы с лица земли. У горных горилл Африки, обладающих чудовищной силой, выяснением отношений являются гляделки, кто первый отводит взгляд - проиграл. Эффективность защитного инстинкта пропорциональна ущербу, который зверь может причинить сородичам.

Каждое животное контролирует пространство, пропорциональное своей реальной силе. Если на эту территорию не посягать, как правило, конфликт между представителями одного вида возникает редко. Чем безобидней животное, тем меньше выражена у него блокада внутривидовой агрессии, поэтому если посадить в клетку двух субтильнейших горлинок, то более сильная из них непременно заклюет другую, неумолимо и безжалостно.

Когда-то кроманьонец привязал камень к палке и в пылу ссоры огрел соседа по темени. С тех пор, к сожалению, оружие усовершенствовалось очень сильно. Человек подавил все формы жизни на планете (кроме насекомых и вирусов), и поскольку на этом межвидовое соперничество исчерпалось, он занялся своим социальным окружением. А так как природа хомо сапиенс не предусмотрела инстинкта, запрещающего убивать сородичей, мы имеем войны, тюрьмы, лагеря смерти, и т.д. Дико звучит фраза «повышение преступности среди львов по причине засухи в саванне», однако когда нечто подобное говорится о людях, это нас не шокирует. Курт Воннегут мрачно пошутил когда-то: «Что бы ученые ни делали, все равно у них получается оружие». Агрессия присуща животной природе человека, поэтому от нее вряд ли возможно избавиться. Ее сдерживанию служат культура и мораль, но лучший выход - переориентация агрессивного импульса.

В шестом веке до нашей эры Хилон из Лакадемона сказал: «Познай себя!». Тот, кто качественно практикует йогу, со временем начинает ощущать единство со всем миром, и его отношение к природе радикально меняется. Если вы просто так не сломаете зеленую ветку, не пнете от скуки котенка, не раздавите лягушку, то пожалеете и человека. Видимо, каждый обязан - в рамках здравого смысла - следовать принципу благоговения перед жизнью, сформулированному А.Швейцером.

Практика йоги очищает бессознательное, это понижает потенциал агрессии, кроме того, уменьшается чувствительность к внешним травмирующим факторам. Тот, кто разобрался в себе и получил душевный покой, не имеет претензий к другим. Сутры говорят: «В присутствии утвердившегося в не причинении другим зла прекращается всякая вражда». Ненасилие - большое дело, но дается оно непросто. Уклонение от сопротивления злу не является ахимсой. Ганди говорил, что она реальна лишь при наличии бесстрашия, только когда человек разовьет в себе силу, необходимую для эффективного сопротивления злу, ненасилие станет его добродетелью. Если кто-то не станет противодействовать, говоря про себя: «Пусть насильника покарает Бог» - это противоположность ахимсе. Ненасилие это состояние ума, законы Ману утверждают: «Причинением вреда человек приобретает болезненность, не причинением - здоровье. Пока зло не созрело, его можно остановить словом, если вовремя не сделать этого - придется применять силу».

Важнейший момент практики асан состоит в том, что насилие над своим телом - прямое нарушение ахимсы! Непричинение вреда (в том числе – боли, которая есть сигнал травмы) собственному телу - краеугольный принцип классической йоги, поэтому отвлеченные рассуждения о том, где и как применима йогическая этика – смешны. Йога начинается там, где тело исчезает из восприятия. Но способна ли она противостоять злу внешнему? Меня иногда спрашивают: - Столкнетесь вы ночной порой с парнями, хоть куда, у них крутые кулаки и в жилах не вода – что будет?

Подобный вопрос Кастанеда задавал своему учителю, там, правда, фигурировала винтовка с оптическим прицелом. Дон Хуан ответил просто: - В тех местах, где ошивается тип с винтовкой, я никогда не окажусь.

Второй принцип ямы - сатья, правдивость. Человек действует мыслью, речью, телом, любые несоответствия в этих трех компонентах истину уничтожают. Абстрактно все понимают, что лгать нехорошо, но для кого нехорошо? Для того, кто лжет, или кому лгут? В попытках культивирования правдивости можно постепенно прийти к такому состоянию, когда слово не расходится с делом, но чтобы уметь говорить правду, надо сначала научиться молчать. В «Араньякапарве» сказано, что ложь допустима только в двух случаях, когда речь идет о смерти и о браке.

Если же начинается выяснение отношений, то сам факт его означает: правота или неправота обоих сторон конфликта не может быть доказана либо опровергнута. И если у людей (коллективов, стран, народов) есть мозги, они будут выяснять не отношения, но искать варианты достойного и приемлемого для всех выхода из ситуации.

Истина вообще трудно достижима, но иллюзия обладания - ею вещь ужасная. Человек настолько ленив от природы, что в большинстве случаев вряд ли способен причинять зло нарочно, поэтому любые, даже самые жуткие вещи делаются, как правило, только при полной убежденности в своей правоте.

На самом деле, добро и зло - это лишь философские категории, притом весьма расплывчатые. Вот один из множества примеров. Однажды, еще при социализме физрук одной из школ Узбекистана на весенних каникулах устроил старшеклассникам поход в предгорья Памира. На третий день пути его укусила гюрза, и сразу выяснилось что сыворотку забыли. Физрук все сделал как надо: надрезал кожу, высосал кровь, прижег ранки, но рука отекала на глазах. В отчаянии он разослал ребят по окрестностям и вскоре примчался старый чабан, кочевавший неподалеку с отарой. После краткого осмотра он сказал что дело плохо и нужно спешить, поскольку ближайший медпункт не близок. К этому времени рука учителя превратилась буквально в бревно. Старик усадил его себе за спину и пустил коня в галоп. Однако, вскоре учитель стал терять сознание, и тогда чабан сказал: - Слезай, ты уже не можешь ехать, надо идти пешком. Парень, свалившись на землю, ответил что все кончено и с места он не двинется. Старик заставил его встать его и гнал несколько часов с криком и руганью, иногда стегая камчой. Когда, уже ночью, они добрались до медпункта в ауле, врач сказал что сыворотка теперь без надобности, от интенсивной физической работы яд в крови перегорел. Насилие по отношению к умирающему - это добро или зло? Конечно, можно было пожалеть парня, но тогда бы он, скорее всего, погиб. В данном случае старик безошибочно знал, что именно следует делать, а знание добывается умом и опытом.

Рассмотрим астейю и апариграху, эти категории обычно считают взаимодополняющими. Действительно, непринятие даров и не присвоение чужого отчасти совпадают, в русском языке есть для этого слово «нестяжательство». На конференции по йоге (1989) Айенгару задали вопрос: - Как вы относитесь к тому, что ученики платят вам деньги? Не противоречит ли это яме - нияме? Ответил он так: - Я профессионал, йога - моя жизнь. Поскольку, как и в любом деле, я расходую свою энергию и время, это должно быть компенсировано. Я ничего особого не требую, люди дают мне столько, сколько считают нужным, от бедняков принимаю только благодарность. Но получать плату с богатых - почему нет? Как бы я сумел, не имея средств, построить огромный центр в Пуне, который посещают тысячи людей? И как мог бы жить и учить йоге?

Понятие астейя соотносится с бескорыстием, в общем Айенгар, наверное, прав: человеку воздается за служение этому миру. Однако служение служению рознь, сегодня развелось великое множество «учителей духовности», которые как бы ненавязчиво вокруг души вьются, а в карман лезут.

Астейя это отказ от желания присвоить принадлежащее кому-то, собственность не порочна, порок - это замыкание на ней всех устремлений. Непривязанность схожа с недеянием, это свойство не особенно радоваться, когда деньги есть, и не слишком печалиться, если их нет. Патанджали говорит: «Упражнениями в не присвоении все богатства достигаются йогом» («Классическая йога», 2. 37).

Термин «брахмачарья» (последний компонент ямы) можно перевести как «благочестивая жизнь» или «воздержание». Уже Веды считают семя сосредоточием жизненной энергии. Тантра, будучи более поздней, нежели йога Патанджали, системой спасения, считала, что его надлежит сохранять, поскольку секс энергозатратен и препятствует духовному развитию. В Индии есть четыре типа брахмачаринов:

- савитри - после принятия священного шнура посвященный воздерживается три дня;

- праджапатья - воздержание длится год;

- собственно брахмачари – воздержание от момента посвящения до конца изучения Вед;

- найштхика - полное целомудрие.

Подавление сексуальных желаний не приветствуется, напротив - нужно создавать наилучшие условия для их сублимации, хотя Вивекананда трактовал брахмачарью как целомудрие в мыслях, слове и деле при любых условиях. Но дело в том, что воздержание не должно нарушать остальных принципов ямы, если человек мучительно борется с собой, ему не до йоги. Какой позитивный смысл в том, что протопоп Аввакум держал руку над огнем, а толстовский отец Сергий, избегая соблазна, рубил топором пальцы?

Наверное, отказываться от любви земной можно лишь во имя любви к Богу. Тексты рекомендуют йогам, идущим «по полной программе», воздерживаться от секса, а Будда наставлял монахов так: «Не разговаривай с женщиной, если придется разговаривать - не гляди на нее, если придется глядеть - держись настороже».

Тем не менее, в Индии широко известен Храм шестидесяти четырех йогинь, которые когда-то овладели учением вплоть до самадхи, хотя в индуистской традиции женский аскетизм не поощрялся.

Виктор (16. 07. 2003): «Для чего человек ест? Чтобы продлить жизнь и на какое-то время забыть о еде, чтоб потребность в ней исчезла, не давила на сознание, не мешала. То же и с сексом: в спектре жизненных проявлений он занимает конкретную ограниченную нишу. И раздувать значимость, ставя его во главу угла, как это сделал, например, Фрейд - бессмысленно и вредно. Традиционная йога дает человеку душевный покой, при этом секс, как и прочие природные проявления, занимает подобающее ему место и «не жмет»! А бесконечные обсуждения того, как понять, истолковать и делать это «правильно» и «духовно» - одна из форм зависимости! Когда есть гармония, все происходит так, как должно быть именно у данного человека, и болтать здесь особо не о чем. Это занимает в жизни ровно столько времени, сколько необходимо, и не более. Все остальное время, когда вы о сексе не вспоминаете - это и есть брахмачарья, она не может быть абсолютной, аналогично тому, как человек не может не есть. А если пытается - он, извините, глупец, поскольку ничего хорошего не выйдет. Когда же вы это без конца обсуждаете и пытаетесь «правильно» соблюсти, то этой самой брахмачарьи нет и в помине. ИМХО».

Нияма - культивирование привычек, помогающих йогину получить навыки интроспекции. Это воздействие на характер посредством самодисциплины, именно поэтому нияма более интимная вещь. Если для соблюдения требований ямы можно уйти в лес или пещеру (дабы избежать ситуаций соблазна), то предписания ниямы следует выполнять даже в полном одиночестве. Строго говоря, они не соотносятся с нравственными основами, скорее это формирование качеств характера, необходимых для успешного освоения йоги. Может показаться, что яма ведет человека к альтруизму, а нияма это «откат» в сторону эгоистичности, но на самом деле они уравновешивают друг друга, помогая избегать однобокости, когда воля вырождается в жестокость, а ненасилие в самоуничтожение. Бестактная правдивость может граничить с грубостью, нестяжательство с иждивенчеством, воздержание - быть предметом гордыни.

Первый пункт ниямы - шауча (означает «очищать» или «быть чистым») - устранение загрязнения во всех его аспектах. Большинство комментаторов трактует это как требование внешнего и внутреннего очищения. Внешнее - это санация тела (и окружающего пространства) с помощью различных приемов, поддержание его в чистоте омовениями, принятие соответствующей пищи, стирка. Вивекананда утверждал однозначно: «Неопрятный человек не может быть йогом».

«Йогин по вере своей - духовное существо, однако, это не мешает ему уделять необходимое внимание такому материальному аспекту жизни, как уход за своим телом. Каждый, кто по-настоящему занимается йогой, с самого начала должен четко и недвусмысленно понять, что хорошее физическое состояние человека - это единственно надежное средство достижения желаемого. Его первейшая обязанность - сохранение идеального здоровья...» («Личная гигиена йога», с. 17).

Для интереса можно вспомнить, что, например, в Тантре известно пять видов очищения:

- Деха или Шарира шуддхи - очищение тела (Шат карма и асана);

- Нади шуддхи - очищение каналов «нади», асана и пранаяма;

- Манас шуддхи - очищение ума (Аджапа-джапа, Антара моуна и т.д.);

- Чакра шуддхи - практика мудр и бандх;

- Бхута шуддхи или Панчадхарани-мудра.

Посредством этих процедур достигаются следующие цели:

- избавление от болезней;

- чистота тела;

- сохранение высокой физической готовности;

- укрепление иммунной системы;

- долголетие;

- нравственное и духовное просветление.

Внутреннее очищение (абхьянтара) достигается культивированием доброжелательности ко всему живому. Другая часть ниямы - самтоша - довольствование тем, что уже есть. На Западе постоянная неудовлетворенность считалась (до Ганса Селье) одним из факторов прогресса, на Востоке же ее всегда воспринимали как состояние отрицательное. Будучи обращена на себя, она может принимать патологический характер и приводить к болезням психики. Традиционное религиозное воспитание приводит к тому, что индусы в массе своей уравновешены, хотя, имея плотность населения Индии, любая европейская страна взорвалась бы, как бомба.

Довольствоваться обстоятельствами, какими бы они ни были - не для человека Запада, страх не добиться результата, получить не то, что ожидаешь, заставляет нас постоянно перенапрягаться, контролируя великое множество событий. Регулярная практика йоги спонтанно приводит к самтоше, это выражается в том, что вы довольны тем, что уже получено, и не слишком огорчаетесь, если что-то пока не идет. Другими словами, позитивная установка сохраняется всегда, что очень важно. Самтоша не имеет ничего общего с самодовольством, скорее это позитивная окраска мировосприятия, недаром оптимист из анекдота уверен, что мы живем в лучшем из миров, а пессимист опасается, что это так и есть.

Самтошу уравновешивает тапас, который не идентичен христианской аскезе, он отнюдь не всегда направлен на усмирение плоти и усмирение страстей. Нередко тапас - это самоистязание, предпринятое именно ради накопления силы, не принципиальный отказ от наслаждения, а нацеленность на то, чтобы достичь его максимума. Посредством тапаса легендарные персонажи принуждали к повиновению даже богов индийского пантеона, выполнявших любые их желания. Понятию тапаса в Упанишадах эквивалентен теджас (накал, блеск). Иногда тапас переводят как жар - подразумевается накопление энергии и сопутствующие этому ощущения в теле. Считается, что огонь тапаса уничтожает загрязнение ментальное, духовное и телесное.

Обычно комментаторы трактуют тапас как способность не воспринимать противоположности: жар и холод, голод и жажду, стояние и сидение, отсутствие речи и т.д. ССС перечисляет следующие виды тапаса:

- испытание жарой и холодом;

- пребывание у жаркого огня, чтобы тело стало худым и коричневым;

- пранаяма;

- голодание;

- сосредоточение ума на одной точке;

- молчание.

Считают, что подобной практикой из тела удаляются вредные вещества, оно становится крепким и выносливым, а ум - пригодным для созерцания. Посредством тапаса достигаются сиддхи, но он может также быть тамасическим, то есть бешеным и безрассудным, предпринятым себе во вред. С точки зрения психологии это добровольная и контролируемая фрустрация, в обыденности ведущая к неврозу. За счёт сознательного контроля, данный условно-патологический процесс направляется в желаемое русло, это своеобразный «контролируемый аутогенный невроз». Хотя, конечно, грань здесь очень зыбкая. Перечисленные выше средства имеют скорее отношение к методике тапасьи.

В индийской литературе встречается описание разных видов тапаса. Он может быть долговременным, исполняемым всю жизнь, скажем на стадиях брахмачарья, ванапрастха и саньяса, либо кратковременный, ради достижения конкретной цели. Тапас короткий – умеренно длительное стояние на одной ноге, неподвижное пребывание в воде, стояние между пятью огнями (четыре костра и солнце), созерцание кристалла, разные виды ограничения в поведении и еде – голодание, сидение на муравейнике и т.п. Долговременный – это брахмачарья, постоянные ограничения в еде и подвижности, долговременные обеты и т.д.

По аспектам выполнения тапас можно условно разделить на три уровня:

1. Физический – описанный выше.

2. Вербальный: наиболее часто используют обет молчания – моуна, либо произношение вслух отдельных мантр, а также джапы – беспрерывное проговаривание шепотом, при этом идеальной формой считается такая, где слова произносятся без видимого движения губ.

3. Ментальный – фиксирование ума на образе божества либо отдельном его символе. Это может быть любой атрибут бога: имя, эпитет, биджа-мантра, графический эквивалент – янтра, с длительным последующим фиксированием данного рисунка в сознании. В этом случае тапас фактически совпадает с некоторыми стадиями разных видов йоги.

В агамах, нигамах, Гите и Упанишадах главное внимание уделялось тому, что следует за исполнением тапаса и получением даров, которые разнились в зависимости от касты подвижника. Так брахман чаще всего получал от божества истинное знание, кшатрий – просил и получал силу и неуязвимость, вайшья – богатство, славу, долголетие, сыновей.

Во многих мифах ядром сюжета является рьяный подвижник-тапасин, от поведения которого страдают окружающие: вокруг него начинает гореть пространство либо закипает вода в реке, на берегу которой он творит тапас. Накопленной им силы начинают опасаться даже боги во главе с Индрой, который подсылает тапасину апсар («небесных» танцовщиц) для «размывания» концентрации. Если подвижник непреклонен, то боги начинают мешать ему в процессе тапаса.

Какие-либо взаимоотношения (коммуникация) с миром запредельного пагубны (а чаще всего – невозможны) для человека, не прошедшего определенный процесс очищения. Именно такую роль и выполняли различные виды тапасического подвижничества. Во время аскезы тапасин очищается от скверны мира здешнего и получает возможность реального контакта с миром небожителей.

Количество накопленной силы – разменная монета во взаимоотношениях между тапасином и богами: чем ее больше приобретено, тем более серьезные вещи может требовать у них подвижник. Обладание большим количеством силы могло поставить тапасина на уровень богов, а порой и выше. Мифы часто рассказывают о битвах девов с асурами, которые предавались тапасу с целью «захвата власти» во Вселенной и опрокидывания в ней «установленного порядка». Именно этот факт связан с тем, что тапасинов больше боятся не земные существа, а боги.

Но главное – это достижение тапасином определенной степени чистоты, необходимой для коммуникации с иными мирами. Чем суровее тапас – тем больше выражена способность к такому контакту.

Скорее всего, от тапаса произошла и Кундалини-йога, в ее процессе физическое тело адепта должно «перегореть» в огне психического напряжения и трансформироваться для свободного контакта с запредельным. Во время подвижничества тапасин избавляется от главного источника скверны – собственного тела, подавляя (минимизируя) его обычные функции и проявления. Это видит, например, в результате своего тапаса мудрец Манканака, когда из его уколотой руки вместо крови (которая, являясь одной из восьми нечистых субстанций тела, на их божественные эквиваленты осквернение не распространялось) начинает течь травяной сок. Итак, тапас – древнеиндийская практика, состоящая из физических, вербальных и ментальных действий, цель которой очищение и психическое укрепление тапасина, в результате чего он может контактировать с миром сверхъестественного.

Все вышесказанное звучит даже как-то патетически, но одно дело слышать рассказ об индуистском подвижнике, простоявшем двадцать лет на одной ноге с поднятой вверх рукой, другое дело – увидеть это в натуре, вот этого горячо не рекомендую. Как сказал бы герой знаменитой маргинальной повести «Москва – Петушки»: «Стошнит не стошнит, но сблюю точно».

В период адаптации к йоге новичкам следует неукоснительно избегать экстремальных ситуаций, в текстах об этом говорится так:

«5.26. Начинающий йогу должен избегать путешествий, женщин и жара огня. Он также должен избегать сливочного масла, скисшего молока, сахарного сока и сока сахарного тростника, спелых бананов, кокосовых орехов, гранатов, винограда и всего, в чём есть кислый сок.

5.29. …Пища йогина должна быть легко перевариваемой, не жгущей и подходящей, чтобы образовывать основные вещества тела.

5.30. Йогин должен избегать всего, что долго стояло, что с трудом переваривается и загнивает в кишечнике; а также того, что слишком горячо.

5.31. Также он не должен совершать по утрам холодные омовения, не должен голодать, подвергать тело страданиям, не должен есть только один раз в день или оставаться без еды более трех часов» («Гхеранда-самхита»).

В системе элементов ниямы смысл тапасу придают ишварапранидхана и свадхьяя, вместе с ним они образуют Крийя-йогу: «Подвижничество, самообучение, упование на Ишвару есть йога действия» («Классическая йога», 2.7).

Свадхьяя означает изучение Вед, либо изучение себя самого посредством их чтения. Основой такой практики является джапа, Свами Шивананда утверждал, что свадхьяя требует ежедневного чтения Бхагавадгиты, поскольку через священный текст мы получаем контакт с Богом.

Последнее требование ниямы - ишварапранидхана, преданность божеству. Религиозные индийские авторитеты трактуют этот аспект как «преданность, покорность, посвящение себя, поклонение и установление Бога мотивом всех человеческих действий», а также как ощущение его всеприсутствия.

Вопрос о связи йоги с идеей Бога весьма деликатен. С.Радхакришнан пишет следующее: «Бога Патанджали не легко описать. Личный бог философии йоги очень слабо связан с остальной системой. Преданность богу является только вспомогательным средством для достижения конечного освобождения. Бог представляет собой только особое «Я», а не творца и охранителя Вселенной. Ишвара облегчает достижение освобождения, но не дарит его непосредственно. Такое понимание Ишвары является, конечно, неудовлетворительным, и мы не можем не сказать, что философия йоги ввела понятие бога только для того, чтобы быть модной и привлекать умы людей» («Индийская философия», т. , 2, с. 326, 328).

«Понятие «Ишвара» введено в сутры Патанджали случайно, оно не присуще им органически, удаление этого понятия из системы не только не нарушает ее построения, но придает большую последовательность изложению. Йога-сутры, перечисляя способы достижения самадхи, наряду с другими упоминают и о преданности Ишваре, но не как о цели, не как о чем-то самодовлеющем, а лишь как об одном из способов работы над собой» («Книга о Бхишме», с.104).

«Сутры I, 23 – 26 приходится рассматривать или как позднейшую интерполяцию, или как уступку обществу, на которую Патанджали был вынужден пойти» (там же).

«Коренное и решающее отличие йоги Упанишад и Гиты от йоги Патанджали состоит в том, что первые ставят себе целью единение с Высшим, достижение единства с Атманом (ранние Упанишады) или с Пурушей (Гита, поздние Упанишады), а йога Патанджали ставит целью разобщение» (там же, с. 194).

Как система Лейбница ведет к атеизму, хотел ли того Лейбниц, или нет, так по существу ведет к атеизму и йога Патанджали. Как не старался Патанджали упомянуть Ишвару, он целиком опирался на Санкхья-карику, атеистическую по существу своему. Как неубедительны искусственно приделанная к «Монадологии» теория предустановленной гармонии и учение о «Верховной Монаде», так неубедительно и упоминание в Йога-сутрах Ишвары, с которым Патанджали по существу нечего делать.

В смысле атеистического понимания Сутр самой спорной, пожалуй, является сутра II, 45 (дополненное повторение I, 23): «Samadhi siddhir icvarapranidhanat» - «Самадхи бывает успешно через преданность Ишваре». Но сутра не говорит о слиянии с Ишварой, как о цели йоги, а просто указывает ряд технических приемов, рекомендуемых для достижения… самадхи» (там же).

«…Об Ишваре как о конечной цели йоги Патанджали не упоминает: его цель не йога «Тайттирийя-упанишады» или «Бхагавадгиты» (XVIII, с. 64 - 66), не единение, а разрыв, не собранность, а обособление (kaivalyam)» («Книга о Бхишме», с. 195).

Из всего сказанного выше следует однозначный вывод: йога – технология прикладная, она не пересекается с религиозными убеждениями, притом будучи весьма полезной для обеспечения качества жизни. Отдельные деятели РПЦ пытаются представить ее как ересь, противную духу православия, но это не соответствует действительности, оздоровление тела и души – дело, несомненно, Богоугодное. Виджнянабхикшу утверждал: «Из всех видов созерцания созерцание высшего Божества считается наиважнейшим», так считали и христианские подвижники.

Сущность религии состоит в утверждении связи каждого индивида с метафизическим фактором внеземного происхождения. Вопрос наличия либо отсутствия Бога будет всегда смущать разум, и необходимо научиться жить, не имея однозначного ответа на него. Либо находить свои варианты ответов, позволяющие сохранять душевное равновесие.

Что такое вера? Верить можно лишь в то, что недоказуемо логически: «И Сын Божий умер - это достойно веры, ибо абсурдно. И погребенный, он воскрес, это не подлежит сомнению, ибо это невозможно» (Тертуллиан).

Известный функционер и полпред РПЦ дьякон А.Кураев в своих высказываниях о йоге бывает весьма непоследователен: «Йогическое «тат твам аси» адекватно реальному опыту любого (значит, и христианского в том числе!) созерцательного подвижничества». Но в то же время внутренний свет, который видит созерцатель, есть «тварное свечение ума», а православие, утверждает Кураев, априори отличает неистинный свет от нетварного света Божества.

«И здесь - важнейшая грань, непроходимо разделяющая христианский опыт и опыт языческий. Человек не есть частица Божества, Бог не есть высшая структура человеческой души» («Сатанизм для интеллигенции», т. 2, с.140-150).

«Свет, который созерцают йоги и оккультисты, не есть Божественный» (там же, с. 259).

«Йогический путь антропологически, архетипически чужд нашей средиземноморской культуре» (там же, с. 205).

Итак, согласно Кураеву «тат твам аси» йоги адекватно опыту любого созерцательного подвижничества, следовательно, и христианского. «Свечение» наблюдается и в йогическом и в христианском опыте, но православие, в отличие от йоги, автоматически отличает свет Божества от духовного, но все же тварного свечения ума. Языческая мистика считает этот свет конечной инстанцией, тогда как православие - промежуточной.

Следовательно, мистик-христианин способен видеть свет как истинный, так и ложный, и обладает имманентной способностью отличить первый от второго. А мистик-йог если и видит свет, то исключительно ложный. Это уже попахивает даже не конфессиональным, а вульгарным расизмом, почему, спрашивается, христианин способен видеть подлинный духовный свет, а йог - нет? Уж не потому ли что постижение истины вообще присуще одним только православным? Удивляет и то, что Кураев упорно помещает на одну доску йогу и оккультизм, хотя, подробно препарируя «живую этику», он не может не видеть, что Рерихи имеют такое же отношение к традиционной йоге, как он сам - к Рерихам.

Вообще дьякон неравнодушен к йогинам, вот, например, его пассаж начала 1990-х: «Проститутке из «Метрополя» проще войти в Царство Христово, чем гималайскому отшельнику» («Облики неоязычества», М., МНПО, «Буква», с. 53). Как тут не вспомнить фразу: «Иисус возвещал царство Божие, а пришла Церковь» (Е.В.Барабанов «Новая политическая теология И.Б.Меца и Ю.Мольтмана», «Вопросы философии», № 9, 1990, с. 76-82).

Вот мнение К.Г.Юнга, человека глубоко религиозного: «Пока еще слишком рано говорить о том, какие могут быть последствия общего признания гибельной аналогии между государственной религией марксистов и государственной религией Церкви. Абсолютистская претензия на то, что Божье царство может быть представлено человеком, печально напоминает «божественность» государства, а нравственный вывод, сделанный Игнатием Лойолой, исходя из авторитета церкви («цель оправдывает средства»), служит чрезвычайно опасным оправданием лжи, как инструмента политики. И Церковь, и марксизм требуют безоговорочной веры, тем самым, ограничивая свободу человека. Одно ограничивает его свободу в отношениях с Богом, другое - с Государством, вырывая, таким образом, могилу индивидуальности» («Проблемы души нашего времени», с. 75-76).

«Церкви допускают важность индивида только тогда, когда он признает их догмы» (там же, с. 81).

В Севастополе некий отец Георгий, лучший друг местной мафии (что отнюдь не секрет для окружающих), в своих проповедях постоянно клеймит йогу, которая «от сатаны». А мантра «ом», как заявила настоятельница одного женского монастыря - «молитва для призыва лунного беса». Все это ложь, йога (в ее вменяемой форме) не покушается на прерогативы веры, но печется исключительно об исцелении и сохранении тела человеческого, дабы душа Господня сполна проживала в нем весь срок, ей отпущенный.

Кстати, известны деятели русского богословия, которые относились к йоге вполне конструктивно. Вот фрагмент книги стаpообpядческого епископа Михаила Семенова (1874 – 1916): «Йога, ее часть хатха-йога, есть учение о здоровом человеке. Йоги верят, что сущность человека не в теле. Они признают, что его бессмертное «я», которое всякое человеческое существо более или менее сознает, не есть его тело, которое оно только занимает и которым пользуется. Они признают, что тело только одежда, в которую облекается дух. Они знают, что такое тело, и не обманываются мыслью, что оно является сущностью человека. Но, зная это, они знают также, что тело есть инструмент, которым дух пользуется для своего проявления и работы. Они знают, что телесная оболочка необходима для проявления и роста человека в настоящей стадии его развития. Они знают, что тело является храмом духа. И соответственно этому они верят, что заботы о развитии тела заслуживают такого же внимания, как и развитие некоторых высших сторон человека, потому что, имея нездоровое и недостаточно развитое материальное тело, мысль не может функционировать, как следует, и весь этот инструмент не может быть наивыгоднейше использован его хозяином - духом.

Они верят, что дух - руководитель наш и в физической жизни, что он проявляется и через жизнь тела. В присутствии духа с духом можно и есть, и пить, и думать. Все может быть и должно быть духовно. И, не входя в обсуждение религиозных основ учения йогов, можно сказать, что их учение о теле носит черты истинно религиозного мировоззрения.

Йога в той части, которая называется «хатха-йога», предлагает целый курс технически-морального воспитания тела и этики питания и дыхания. Кто желает, может обратиться к их теориям, сомнительным в философской части, но не бесполезным практически. Может быть, и не лишние их советы о дыхании, может быть, в самом деле, можно научиться приказывать клеточкам тела, можно управлять кровообращением, давать отдых уставшим частям тела» («Избранные статьи», «Китеж», 1998).

Потому отмечая сегодня достойную сожаления предвзятость РПЦ по отношению к традиционной йоге и надеясь на победу здравого смысла, вспомним слова апостола «Все испытывай, лучшего придерживайся».


Глава 6

ТЕЛО

Дано мне тело - что мне делать с ним,

таким единым и таким моим?

Осип Мандельштам

 

В возрасте от тридцати пяти до сорока двух лет репродуктивная функция постепенно угасает, и субъект, как представитель вида, теряет свое значение для природы.

«Весть о том, что тело смертно, застает нас в раннем детстве, и всю последующую жизнь мы никак не можем смириться с этой очевидной истиной. Повзрослев, мы обнаруживаем, что у нас есть сердце, печень, суставы, почки, что все это может биться, гнуться, ломаться и всячески портиться. Мы начинаем вслушиваться в глубины своего тела, более далекого, чем космос. Мы не знаем точно, как там с духом, но тело дано нам только один раз. Иногда кажется, что вот когда-то наступит раннее утро, мы выбежим на поляну, вымоемся по пояс ледяной водой и начнем новую жизнь. Нет, ничего этого не происходит. Мы тянемся к различным стимуляторам, заменителям, возбудителям, угнетателям, и наше тело в ужасе пытается компенсировать эту дрянь, избавиться от нее. В конце концов, оно начинает протестовать, но мы даже не в состоянии понять эти истошные крики, снова заглушая их химикатами, варварской едой, бездеятельностью, бесконечным валянием и лежанием. Мы начинаем бояться своего тела, ожидая от него одних лишь неприятностей. Это глубокое непонимание, возникшее в результате спешки, лености, легкомыслия мы начинаем называть старением. Сначала в шутку, напрашиваясь на комплименты. Потом уже без всяких шуток, с тревогой. Поэтому только в зрелости человек начинает понимать, что одна из самых светлых радостей жизни - радость владения своим телом» (Ю.Визбор, «Сочинения», т. 2, с. 335)

«Переменчива и жалка участь человека; мгновение назад был я здоров - но вот я болен. Я дивлюсь внезапности перемены, что обратила все к худшему, не ведаю, чему ее приписать, как не ведаю имени для нее. Мы ревностно заботимся о нашем здоровье, тщательно обдумываем питание и питье, принимаем во внимание, каким воздухом мы дышим, предаемся упражнениям, что пойдут нам во благо: мы тщательно вытесываем и полируем каждый камень, который ляжет в стену этого здания; наше здоровье - плод долгих и регулярных усилий; но - мгновение ока - и пушечный залп все обращает в руины, разрушает и сравнивает с землей; болезнь неизбежна, несмотря на все наше тщание, нашу подозрительность и пытливость; более того, она незаслуженна, и если мы помыслим ее как приход врага, то она разом шлет нам ультиматум, покоряет нас, берет в полон и разрушает до основания. О, жалкая участь человека: не отмеченный печатью Господа нашего, который, будучи Сам бессмертен, вложил в нас искру, отсвет этого бессмертия, дабы могли мы раздуть его в яркое пламя, - а вместо того - погасили, дохнув на него первородным грехом; мы сами обрекли себя нищете, поддавшись обольщениям ложного богатства, обрекли себя безумию, прельстившись обольщениями ложного знания. И вот - мы не просто умираем, мы умираем на дыбе, умираем, мучимые болезнью; мало того, мы страдаем заранее, страдаем чрезмерно, изводя себя подозрениями, опасениями и всяческими мнительными измышлениями, связанными с недугом, - еще до того, как мы найдем ему имя; мы не уверены, что мы больны; вот рука тянется, чтобы замерить пульс, вот наш взор вопрошает нашу урину - здоровы ли мы? О, нищета многократно умноженная! Мы умираем и не можем возрадоваться смерти, ибо умираем в мучениях, причина которых - наш недуг; нас изводит болезнь, но разве можем мы спокойно ждать, покуда подступят муки: нас снедают предчувствия и подозрения, нас гнетут мрачные пророчества, предвещающие страдания, влекущие за собой смерть, — они мучат нас прежде, чем придут сами эти страдания; наш распад предопределен первыми же симптомами: так женщина ощущает во чреве движение плода, так, вынашивая болезнь, мы рождаемся в смерть, и смерть эта возвещает о сроках ее самыми первыми переменами в нашем состоянии. Тем ли возвеличен Человек как Микрокосм, что в нем самом явлены и землетрясения - судороги и конвульсии; и зарниц внезапные вспышки, что застят взор; и громы - приступы внезапного кашля; и затмения - внезапные помрачнения чувств; и огненные кометы - его палящее горячечное дыхание; и реки крови - проступающий кровавый пот? Потому ли только он — целый мир, что вместил многое, способное не только разрушить его и казнить, но также и провидеть саму эту казнь; многое, помогающее недугу, ускоряющее его течение и делающее болезнь неисцелимой, - а разве не такова роль мрачных предчувствий? - Ибо как заставляют пламя взметнутся в неистовстве, плеснув на угли водой, так облачают жгучую лихорадку холодной меланхолией, ибо одна лишь лихорадка, не будь этого вклада, не разрушила бы нас достаточно быстро, не справилась бы со своей работой (которая есть разрушение), не присовокупи мы искусственную болезнь - нашу меланхолию к нашей естественной - о нет, - неестественной — лихорадке. О, ставящий в тупик разлад, о загадочная смута, о жалкая участь человека!» (Джон Донн: «Медитация I - Insultus morbi primus»).

Если вовремя не найти общий язык с телом, оно превращается в камеру пыток. Возможность консенсуса предоставляет йога.

Вот притча: однажды некий раджа после долгой междоусобицы пленил соседа. Пока он изобретал способ казни, пленника заточили в высокую башню. От железной двери внизу до самого верха вела длинная винтовая лестница, а там, за другой такой же дверью, была маленькая каморка с окном, под которым уходила вниз отвесная стена. Окно выходило на одну сторону башни, а нижняя дверь - на другую, охраняли их день и ночь. И все же пленник сбежал. Его друзья пустили ночью вверх по стене большого жука с привязанной к нему тончайшей шелковой нитью. Когда жук дополз до окошка, раджа взял нитку, просигналив об этом. Тогда внизу к ней привязали другую нитку, чуть более толстую, пленник вытащил и ее. И так несколько раз, потом в ход пошел шнур, затем настала очередь веревки, по которой пленник и спустился вниз, пока стражники мирно храпели у запертых дверей.

Мораль: непоследовательное освоение йоги уподобляет человека жуку, который пытается тащить толстый канат. Кроме того, без предварительной подготовки тела всякие попытки духовного развития бесплодны.

Одна из моих задач здесь - обоснование неразрывной связи физического аспекта йоги с ее высшими этапами, ибо человек мыслит, используя не только мозг, но и тело.

«Требование к мастеру обладать здоровой физической конституцией вполне разумно, поскольку он действовал как посредством собственной сущности, так и был совершенно необходимой составляющей своего эксперимента» («Психология и алхимия», с. 291).

Тексты, например, «живой этики» нельзя признать достоверными уже на том основании, что Е.Рерих была больна эпилепсией, и практика йоги была совершенно для нее недоступна (жена С.Рериха рассказывала, что после смерти Е.И. в её комнате обнаружили чемодан лекарств). Не потому ли она заявляла: «Мы не знаем никого, достигшего путем Хатха-йоги» («Письма 1929-38», ПРАМЕБ, М.,1992, т.1, с.185).

Слабостью здоровья страдал и Кришнамурти, по его просьбе Кришнамачарья предоставил в качестве инструктора своего сына Десикачара. Шри Ауробиндо, хотя и не занимался «хатхой», но, по свидетельству Сатпрема, несколько часов в день ходил «для йоги» (очевидно, выполняя випассану на движении).

Встречаются индивиды, для которых духовный путь открыт изначально, но даже их возможности ограничены, например Вивекананда совершенно не следил за телом, которое разрушилось очень быстро. Не помогло даже то, что от природы он обладал замечательным здоровьем, добираясь в юности вплавь до Шри-Ланки и обратно (а это около 30 км, пусть даже со множеством отмелей). Та же участь постигла и Рамакришну, умершего от рака горла.

Мирра Ришар, сподвижница Ауробиндо, не очень внятно упоминала о расстройствах «…Являющихся результатом разницы в развитии высших уровней нашего сознания, и нашего физического сознания. Это ведет к нарушениям, которые могут вызвать болезни не из-за вторжения какого-то внешнего посредника - вируса или микроба - а в силу разрыва нормального соотношения внутренних частей нашего существа; болезнями такого рода могут быть аллергии, а также ментальные нарушения и нарушения нервной системы. Таким образом, речь идет о проблеме восприимчивости материей высших сфер сознания» («Шри Ауробиндо или путешествие сознания», с.113). Немецкий хирург Вирхоф ещё в начале ХХ века писал: «Реакция тканей зависит не только от внешних факторов, ответ организма скорее обусловлен состоянием внутренних его частей».

Итак, если тело не очищено Хатха-йогой духовная трансформация оказывается под большим вопросом. Если энергозатраты не сбалансированы, то, практикуя самьяму, болезней и физического распада не избежать, отсюда главная задача для йога - сохранение телесной безупречности.

Тело каждого человека - уникальная конструкция из многих триллионов взаимосвязанных клеток, представляющих примерно двести специализированных типов. Что говорит об отношении к нему Библия?

«Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои? Ибо вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога и в телах ваших, и в душах ваших, которые суть Божии» (1 Кор., 6, 19 и 20).

«Если тело есть храм Святого Духа, то, очевидно, чистота его и забота о нем есть одна из обязанностей христианина» (епископ Михаил Семенов).

Как относились к бренной оболочке христианские аскеты? «Немалым препятствием к деланию умной молитвы является у некоторых их телесная немощь. Если хорошо было быть расслабленными телом и лежать как бы мертвыми, то Бог таковыми бы нас и сотворил. Если же он не сотворил нас такими, то грешат те, кто прекрасное божье создание не сохраняет таким, какое оно создано» (Василий Великий).

Святой Исаак: «Если понудить слабое тело свыше силы его, двойное смущение наносишь душе. Тело призвано, вместе с душой, участвовать в неизреченных благах будущего века, и у тела есть опытное постижение вещей божественных».

Вообще же в исихазме считалось, что христианское вероучение не содержит отрицательного отношения к телу, что обосновано в малоизвестных, к сожалению, трудах Григория Паламы. Издревле знали подвижники, что во время «умного делания» «Приостанавливаются движения душевных сил и тела» («К феноменологии аскезы», с.121). Здесь мы видим полное совпадение молитвы Иисусовой с самьямой, которая ни в каком виде не сочетается с физической активностью, хотя незначительные движения не мешают начальной стадии сосредоточения (как в ци-гун).

В отличие от йогических представлений (например, в «Бхагавадгите») подвижники считали, что безболезненно шествующий не получит плода, кроме того «Всякому желающему проходить жизнь духовную, должно начинать от деятельной жизни, ибо без нее в умосозерцательную прийти невозможно» (Серафим Саровский).

«Умное делание требует и телесной крепости. Тело есть то, чем дух освобождается от разума» (Святой Исихий).

В Древнем Китае каждый был обязан содержать в порядке свою физическую «часть», особенно это выражено в «даосской йоге». Колдуны и шаманы особой заботы о теле никогда не проявляли, напротив, самоистязание было одним из способов достижения ими транса. Целью шаманов было не духовное совершенствование, но решение конкретных задач, экстаз шаманизма имеет характер сугубо прикладной.

Буддизм заявляет: «Мира, независимого от моего тела - нет!»

«12. Нет ни болезни, ни старости, ни смерти для того, кто обрел тело из пламени йоги.

13. Легкость, здоровье, невозмутимость, чистый цвет лица, благозвучный голос, приятный запах, незначительное количество мочи и кала – вот первые проявления йоги» («Шветашватара упанишада», часть 3).

Большое значение придает материи поздний буддизм, Хеваджра-тантра говорит, что без здорового тела блаженства достичь нельзя.

Поэты относились к «матчасти» по-своему:

«У человека тело одно, как одиночка, душе осточертела сплошная оболочка с ушами и глазами величиной в пятак и кожей - шрам на шраме - надетой на костяк. Душе грешно без тела, как телу без сорочки, ни помысла, ни дела, ни замысла, ни строчки. Загадка без разгадки: кто возвратится вспять, сплясав на той площадке, где некому плясать?» (А.Тарковский).

«На нас тела, как клочья песни спетой...» (А.Белый).

«Сквозь поколения нас породила древняя плоть. Есть её час. Её рок. Её силу не побороть» (Д. Андреев).

Лев Толстой называл тело «грязным мешком».

«Жало плоти впивается в душу...»; «Но тело, что огнем опалено, хранит молчанье, как сосуд вино, хранит, стеклом мерцая запыленным...» (С.Кекова).

«Только змеи сбрасывают кожи, чтоб душа старела и росла. Мы, увы, со змеями не схожи, мы меняем души, не тела. Память, ты рукою великанши жизнь ведешь, как под уздцы коня, ты расскажешь мне о тех, кто раньше в этом теле жили до меня» (Н.Гумилев).

«Вот и подходит пора расставанья с телом, а заодно со средой обитанья плоти. Как незаметно порой привыкаешь к стенам - словно лягушка, стареешь в своем болоте. Все ничего. Только сердце о чем-то ноет - страшно, наверно, привычки свои оставить. В общем, любить никого на земле не стоит. А разлюбить - невозможно себе представить» (Ю.Байтякин).

У.Уитмен называл тело кораблем души.

«Если бы кто-нибудь в битве тысячекратно победил тысячу людей, а другой победил бы себя одного, то именно этот другой - величайший победитель в битве» («Дхаммапада», 8,103).

«Последние стадии йоги требуют большой физической выносливости, и нет недостатка в случаях, когда напряженная духовная жизнь настолько переутомляет тело, что приводит к его разрушению, и поэтому тело - первое, что должно быть подчинено контролю» («Индийская философия», т. 2, с. 313).

«Асана или положение представляет собой физическую поддержку со стороны тела состоянию сосредоточенности» (там же, с. 312).

«...Тело - это отправная точка нашей эволюции» («Шри Ауробиндо или путешествие сознания», с.119).

«Мы должны работать в… индивидуальном теле... потому что оно является как раз тем местом, где сознание стыкуется с материей» (там же, с. 116).

«Патанджали настаивал на определенной практике, целью которой являлось освобождение тела от того, что беспокоит его и от грязных примесей» («Индийская философия», т. 2, с. 298).

«Нельзя управлять внешним, не умея управлять внутренним, ибо это одно и тоже» («Шри Ауробиндо или путешествие сознания», с. 138-139). Хотелось бы отметить, что это справедливо с точностью до наоборот.

«Тело - это оболочка духа, и потому оно - первое, что должно быть познано» (Шри Ауробиндо).

«Цель Раджа-йоги Патанджали - полное устранение движения сначала из сферы физического, затем - ментального» (Б.Л.Смирнов).

«У тела есть свои резоны, неведомые разуму» (Паскаль).

«Тело не что иное, как часть ума. Тело это то, чем дух освобождается от разума» (Ч.Трунгпа).

Профессор Гюнтер: «Тело не имеет собственной природы и открыто всем возможностям. Оно всегда может стать другим. Оно не воплощение, но то, что постоянно воплощается».

«Тело - подставка светлого зеркала. Светлое зеркало изначально чисто» (изречение Чань).

Отношение европейцев к телу менялось в зависимости от эпохи, например, гностики проповедовали либертанизм (вседозволенность), тело для них не имело ценности, с ним можно было делать все, что угодно, значение придавалось только душе.

У аскетов подход был чисто потребительским, они жертвовали своим телом, чтобы получить милость от Бога. В обрядовом христианстве тело – бренная оболочка, не имеющая особой ценности.

Путь буддизма - срединный: тело не обладает ценностью в силу каких-то индивидуальных свойств, оно само есть ценность, непосредственная и абсолютная.

В древней Индии для обозначения тела было три термина: деха (плоть, живая ткань), кайя (смысл аналогичен европейскому понятию тела) и шарира (остов, скелет, база, то, на чем держится все остальное).

Древние греки и римляне утверждали, что сосуд души божественен: «В здоровом теле здоровый дух» (10-я сатира Ювенала). В латинском оригинале это звучит так: «Нужно молиться, чтобы в здоровом теле был здоровый дух».

«Физический разум самый тупой из всех возможных» («Шри Ауробиндо или путешествие…»).

Шри Рамана называл тело «Это бревно...», а Тантра считает, что «Совершенство может быть реализовано только в «божественном теле». Оно не источник страдания, но наиболее надежный и эффективный инструмент, находящийся в распоряжении человека, и служащий ему для покорения смерти. И поскольку освобождение может быть достигнуто уже при жизни, тело необходимо сохранять как можно дольше, причем в отличном состоянии, чтобы оно было пригодным для медитации» («Йога. Бессмертие и свобода», с. 282).

«Парадоксальным образом непроницаемая стена между телесным и душевным существует лишь для нашего разума, но не для нашего чувства... Вопреки всем интеллектуальным рассуждениям, мы попросту не в состоянии усомниться в принципиальном единстве тела и души!» («Оборотная сторона зеркала», с. 394).

«Знай, что дух - это океан, а тело - его пена. Тело движется, благодаря духу, но ты не видишь его. Так познай дух по движению тела!» (Джалал-ад-Дин Руми «Бог и его творения»).

Более конкретно выражается Б.К.С.Айенгар: «Бог дал нам тело в качестве банка или первоначального капитала для всего остального. Заботьтесь об этом божественном капитале» (Психологическое обозрение №1, с.113).

Тело обладает инертностью, без которой трудно сохранять жизнь, но в то же время оно весьма пластично.

Мирра Алфасса (Мать) озвучила гениальную мысль: «Мне кажется, что в йоге ничего нельзя понять до конца, пока не поймешь телом». Любой, кто имеет личный опыт, безоговорочно согласится с данным утверждением, ибо это - аксиома.

«То, что в этих действиях (в «умной молитве») кажется странным, превышает смысл и ускользает от понимания человека, вникающего в них рассуждением, а не делом и практическим опытом» (Григорий Палама).

Йога - это в первую очередь практика, всегда практика, только практика, исключительно практика, подлинное понимание и прогресс вырастают на базе личного опыта, книги, разговоры, видеофильмы, откровения учителей – это только слова. Что бы субъект ни узнал о йоге, что бы ни понял - в лучшем случае это часть знания. Экзюпери говорил: «Чтобы знать, надо участвовать, а это тяжелая школа». Уже начальные стадии практики асан неразрывно связаны с трансформацией сознания, эти два аспекта прорастают друг в друга и образуют единое поле опыта.

За последнюю сотню тысяч лет тело человека изменилось мало, хотя конкретность и направленность осознающего разума являются качествами, которые человеческий вид обрел сравнительно недавно. Физические движения также остались неизменными, пусть мы живем теперь в домах, а не в пещерах, но все так же встаем, сидим, лежим, ходим, взаимодействуя с окружающим.

Если исключить удовлетворение естественных потребностей, гигиенические процедуры, состояние болезни и научно-медицинские исследования, станет очевидным, что подавляющая часть интересов человека лежит за пределами его тела.

Человек изучает дальний космос, а между тем «Из всех орудий (познания – В.Б.) тело является наименее понятным, и с ним хуже всего обращаются» («Шри Ауробиндо или путешествие сознания», с. 110).

Тело оснащено набором двигательных стереотипов, позволяющих освободить ум от излишнего контроля, возникающего в непривычных условиях либо при незнакомой деятельности. Как только трудность (сложность) выполняемого действия превышает определенный уровень либо выходит за пределы опыта, сознание мгновенно «прилипает» к телу, именно здесь для новичков йоги и заключен великий смысл - это первый этап отвлечения внимания от внешнего мира. Как только форма асан и растворение ощущений более-менее освоены и превратились в автоматизм, акцент в практике может быть перенесен с мышечной релаксации на ментальную.

Обычно наша двигательная активность реализуется в пределах стандартного диапазона суставно-связочной мобильности, однако, цель Хатха-йоги – систематический выход к этим границам. Для начала уясним, чем отличается обращение с телом в йоге от типовой физической активности.

Во-первых, практика асан – это деятельность, не представленная в опыте человека Запада.

Во-вторых, адресатом или областью приложения этой активности является не окружающий мир, но только собственное тело!

В третьих, асаны - это воспроизведение канонических форм, каждая из которых (традиционно их восемьдесят четыре) имеет название и легенду происхождения. Тело практикующего одновременно и субъект, и объект действия.

В четвертых, при выполнении асан сознанию (вниманию) незачем контактировать с окружающим миром, оно направляется только на тело. Внимание меняет направленность с внешней на внутреннюю, что значительно сужает его объем, а также количество и разнообразие воспринимаемой информации.

В пятых, поскольку вместо множества одновременно контролируемых объектов и/или процессов остается только тело, тонус сознания автоматически падает.

В шестых, при выполнении асан напрямую задействуется одна из системных констант - гибкость. По упорству в достижении целей люди подразделяются на сильный и слабый типы характера. Первый способен к долгим систематическим усилиям и самоограничению, он скрупулезно делает асаны «как в книжке» - если уж принял ее за основу. Но при освоении йоги люди подобного склада нередко заходит в тупик, упорно действуя на основе обыденного опыта, который в йоге неприменим.

Второй тип, слабый, практикует кое-как, только из соображений долга, машинально, не особо напрягаясь, думая о своем. Обращение с телом в данном случае правильное, но содержание сознания не отвечает существу деятельности. В первом случае верна настройка, но ошибочен подход. Во втором - подход близок к правильному, но внимание/сознание - вне тела. И то, и другое бесперспективно и ошибочно.

В-седьмых: воля, желание, старание – все это не влияет на скорость изменений психосоматики, их можно лишь наблюдать. Скорость эта зависит от основного обмена, его можно либо подстегнуть специальными средствами, либо притормозить, но это уже епархия не йоги, а китайской и тибетской медицины либо аюрведы, что требует обязательного наличия специалиста. И еще большой вопрос, будет ли такое подстегивание полезным, все-таки гораздо надежнее, когда психосоматика меняется с той скоростью, которую выберет сама.

Организм воспринимает асаны как еду: даже если она самая изысканная, полезно лишь определенное количество, все то, что сверх - вредное и лишнее.

Камнем преткновения для новичков всегда является релаксация, и если физический (мышечный) ее аспект более или менее ясен, то ментальный - тема малопонятная. Как только удается адаптироваться к практике и растворить ощущения (помехи со стороны тела) наступает физиологическая тишина и ум начинает более или менее автономно «жевать» впечатления и проблемы. Человек думает о чем угодно, кроме того, что делает в данный момент. В таких условиях асаны превращаются в физзарядку с довольно низким КПД (хотя даже этого хватает, чтобы терапевтический эффект йоги был намного выше различных систем ЛФК). Воздействие практики асан зависит от того, насколько сознание очищено от материала повседневности и от спонтанной умственной деятельности. Утрата связности мышления это начальная фаза релаксации ума, окончательная – его молчание.

Но уточним: темнота, уют и тишина в пространстве сознания характерна только для кинестетиков, ведущая репрезентативная система которых – тело. У тех, кто мыслит преимущественно образами или словами, молчание ума выглядит по-иному. Люди образного мышления будут по-прежнему видеть «кино», только оно отходит на задний план и теряет связность, превращаясь в сны, которые после выхода из релаксации невозможно вспомнить. Те, кто думает речью, будут по-прежнему слышать монолог либо диалог, но болтовня эта уходит куда-то на дно сознания и становится непонятной. Иными словами – возникает явная дистанция, ощутимый зазор между автономной продукцией мышления и Я-сознанием. Ты лежишь здесь, в Шавасане либо Нидре, а поток мыслей идет отдельно, сам по себе, не затрагивая и не втягивая тебя. Это и есть релаксация ума. Впоследствии, при наработке мастерства в ментальной релаксации автономная работа сознания в любом виде почти замирает, по крайней мере – вспоминается с трудом.

Йога есть «читта вритти ниродхо», если сознание в асанах сохранено в обычном тонусе и с типовым «наполнением», такая практика является чем угодно, только не йогой! «Горе вам из-за колеса, которое вращается в мыслях ваших!» (Книга Фомы Атлета).

Универсальными «гасителями» умственной активности в начале практики являются Пашимоттанасана, Вирасана, Джатара Паривартанасана, Сиддхасана – асаны, в которых можно пребывать долго. Сутры отмечают: «При длительной практике йогин становится чувствительным подобно глазному яблоку» (речь идет о начальных стадиях освоения). Если сначала в практику «тащатся» мысли из внешнего мира, и это мешает расслабиться, то через некоторое время ошибка меняет знак, и после глубокого расслабления какое-то время длится заторможенность, которая мешает собраться для нормального функционирования в повседневности. Если после Шавасаны постоянно выходить «в мир» в состоянии повышенной чувствительности восприятия, можно заработать невроз. Поэтому перед завершающей релаксацией нужно обозначить намерение: после выхода мое восприятие стало обычным.

Теперь обратимся к любопытнейшей теме, а именно: йога и творческий потенциал. Творчество всегда эмоционально, если йога успокаивает, не ведет ли это в итоге к отупению и утрате творческого начала?

Жизнь без стрессов невозможна, все дело в их величине, длительности и знаке. Гении в допингах практически не нуждаются, таланты иногда к ним склонны, но если творчество требует постоянного «подогрева», то что-то здесь не так.

Что такое эмоциональный оптимум? Из-за резкой смены среды обитания новорожденный большую часть времени пребывает в соматическом дискомфорте, когда младенцу хорошо, он просто спит. Затем периоды комфортности начинают удлиняться – включаются механизмы адаптации. Человеку присуща постоянная смена настроения, неясно почему может вдруг беспричинно накатить грусть либо веселье. При достижении определенного критического уровня «накала» эмоции подавляют продуктивное мышление, отбирая у сознания слишком много энергии. Как считает большинство психофизиологов формула Э = f [-П (Ин – Ис)] (где Э - эмоция, ее степень, качество и риск, П - сила и качество актуальной потребности, Ин - информация о средствах, прогностически необходимых для удовлетворения потребности, Ис - информация о средствах, которыми располагает субъект в данный момент, (Ин - Ис) - оценка вероятности удовлетворения потребности на основе врожденного и онтогенетического опыта. Низкая вероятность удовлетворения потребности ведет к возникновению отрицательных эмоций (Ин > Ис). При возрастании вероятности удовлетворения по сравнению с ранее имевшимся прогнозом (Ис > Ин) возникают положительные эмоции) в потребностно-информационной теории Симонова является общим законом человеческих эмоций. Из нее следует, что снижение эмоциональности достигается уменьшением потребностей (их мотивационной составляющей), а также неверной оценкой либо неограниченными возможностями удовлетворения желаний. В первом случае мы имеем деградацию мотивационной сферы, характерную для шизоидов с их низкой эмоциональностью, во втором - свойственную олигофренам глупость, в третьем - эмоциональную пресыщенность богемы. Единственный позитивный вариант это полное совпадение потребностей с надежной возможностью их реализации. Как писал А.Галич: «Быть бы мне поспокойней, не казаться, а быть

Сегодня оптимизация эмоциональной сферы человека Запада требует пристального внимания. Информационные перегрузки ведут к тому, что приспособительные возможности личности терпят крах, эмоции (прежде всего отрицательные) достигают такой интенсивности, что системный разум просто отключает их. Это спасает интеллектуальные функции личности от катастрофы, но в итоге количество бездушных прагматиков, равно как и маньяков, неумолимо растет.

По мере взросления субъект обретает свое природное место на условной шкале темпераментов - холерик, сангвиник, флегматик либо меланхолик, хотя после работ Павлова, Небылицына, Теплова и Мерлина темперамент выглядит как явление объективное, связанное с динамическими свойствами нервной системы. Если субъект адаптирован к жизни, он почти всегда пребывает в относительно комфортном эмоциональном состоянии, что позволяет наиболее полно реализовать свои задатки.

Однако многие (особенно люди с мрачным детством, хотя и не только) желают быть счастливыми постоянно, хотя чем сильнее эмоциональный накал, тем быстрей он проходит, наступает спад и это нормально, поскольку позитивные и негативные состояния являются взаимодополняющими. Естественную и постоянную их смену символизирует знак великого перехода - «тайцзи», в Древнем Китае понятие «ничто» характеризовалось постоянным и непрерывным преобладанием одного и того же, чем бы это ни было. Наркотики смертельно опасны именно потому, что нарушают естественный баланс угнетения и возбуждения. Весьма модный сегодня поиск острых ощущений, стремление к экстриму - это наркомания эмоциональная. Вспоминается обрывок разговора двух парней в летнем московском кафе:

- Помнишь, как было здорово, когда штурмовали девятый квартал Герата! Стрельба, жарища адова... А потом, когда все закончилось и ты живой... Ради этого я готов хоть завтра снова идти в Афган!

Профессиональный альпинист в ответ на вопрос: - А красиво, наверное, там, наверху? – только усмехнулся: - Какая, к черту, красота!? Вот когда все сошли с горы и живые - тогда можно об этом вспомнить…

Концепцию эмоционального горизонта сформулировал еще Н.А.Бернштейн, суть ее в том, что каждому присущ как свой эмоциональный оптимум, так и величина допустимых отклонений от него. Следствием грамотной практики Хатха-йоги является снижение интенсивности и длительности отрицательных состояний, позитивные же эмоции не ослабляются, но утрачивают элементы истерики и эйфории. Хорошо это для творчества или плохо? «Вдохновение есть расположение души к живейшему принятию впечатлений следственно к быстрому соображению понятий, что и способствует объяснению оных. Вдохновение нужно в поэзии, как и в геометрии. Критик смешивает вдохновение с восторгом. Нет, решительно нет: восторг исключает спокойствие, необходимое условие прекрасного. Восторг не предполагает силы ума располагающей части в их отношении к целому. Восторг непродолжителен, непостоянен следственно не в силе произвесть истинное великое совершенство» (А.Пушкин: «О статьях Кюхельбекера в альманахе «Мнемозина»).

«Когда строку диктует чувство, оно на сцену шлет раба» (Б.Пастернак).

«Тысячелетний опыт изучения творчества показывает, что необходима стадия релаксации на фоне интенсивной ментальной работы, переключение на иные формы активности или даже в режим сна. Поэтому бессмысленно торопить события. Пока не пройдена стадия… растекания по старым следам, оживления процессов в подсознании, созревания и вынашивания новых идей, не будет стадии… когда быстро вербализуется… что-то уже созревшее в подсознании. Пока не произошло погружения в замедленный мир подсознания, не будет активной и успешной работы сознания» («Основания синергетики», с. 233).

«…Эмоции обеспечиваются сравнительно небольшим количеством областей мозга, где именно и происходит сдвиг сверхмедленных процессов, меняющий свойства этих областей. В эмоционально несбалансированном мозге или в случае, если эмоциональный фактор очень интенсивный и действует длительно, сдвиг упомянутых процессов происходит на больших территориях мозга, и творчество у генетически наиболее способных к нему людей идет уже вопреки возникшей ситуации, а в целом… у большинства людей затрудняется» («Магия мозга», с.171).

Йога обеспечивает каждому, конечно не сразу, естественный, оптимальный и устойчивый уровень душевного комфорта.

«Эмоциональное состояние человека… сильно зависит от активности корковых областей, образующих… лимбическую систему. Эта часть мозга лежит под неокортексом (молодой корой) и окружает мозговой ствол, в филогенетическом отношении это примитивное образование» («Красота и мозг», с.188). Иначе говоря, эмоциональные проявления обеспечиваются древнейшими структурами мозга, именно поэтому они так неуправляемы и заразительны.

Потребности выживания, эмоции и чувства - это реальность внутренняя, а звуки, солнечный свет, цвет, прикосновение ветра к лицу и т. п. – внешняя. Когда я ушиб палец, то ощущаю боль в нем. Но на самом деле она «находится» не в пальце, а представляет собой нейрофизиологический процесс, протекающий в мозге. И неясно, как ему удается проводить различие между внутренним и внешним.

Головной мозг это часть ЦНС, заключенная в черепной коробке. Второй отдел ЦНС - спинной мозг. Нервные пути, связанные с ЦНС, но расположенные вне черепа и позвоночника, являются частью периферической (вегетативной) нервной системы (ВНС), которая функционирует более или менее автономно, обеспечивая слаженность работы всех внутренних органов и систем.

Сама же ВНС, обеспечивающая гомеостаз вместе с прочими нейрофизиологическими механизмами, состоит из двух основных блоков - симпатического и парасимпатического (впрочем, есть и третий, о котором редко вспоминают - диффузная система кишечника). Нейроны, управляющие мускулатурой внутренних органов, находятся за пределами ЦНС и обычно (за исключением тех, кто овладел йогой, АТ или биологической обратной связью - БОС) не подвластны волевому контролю, подчиняясь только вегетативной «автоматике».

Активация симпатического отдела ВНС приводит к расширению зрачков, учащению сердцебиения, увеличению кровотока печени, повышению концентрации глюкозы в крови, усиленному потреблению кислорода, разогреву тела при движении и ознобу при относительной неподвижности - все это характерно для преобладания эрготропного, затратного режима деятельности. Для экстренного его разгона в критических ситуациях есть специальный орган - мозговое вещество надпочечников, они выбрасывают адреналин и норадреналин прямо в кровь.

Активизация парасимпатической части ВНС вызывает восстановительное расслабление или состояние трофотропности. Функции обеих частей ВНС взаимодополняющие, оптимальный баланс возбуждения и торможения обеспечивает хорошее самочувствие, восприятие, мышление и работоспособность.

ЦНС лишь отчасти обеспечивает сознательное управление восприятием и скелетной мускулатурой, ВНС поддерживает постоянство внутренней среды, а эндокринная система дублирует функции ЦНС в отношении эмоций.

Если нервный контроль осуществляется через нейромедиаторы, то эндокринный - посредством гормонов, выделяемых в кровь железами, главная из них это головной мозг. Совокупность процессов, посредством которых он увязывает текущие потребности организма с параметрами окружающей среды, является главной нейроэндокринной функцией.

Что такое эмоциональное переживание? Теория Кэннона-Барда утверждает, что при восприятии событий, вызывающих эмоции, нервные импульсы проходят сначала через гипоталамус, активизируя ВНС. Затем импульс возбуждения расщепляется: одна его часть уходит в кору больших полушарий, вызывая субъективное эмоциональное переживание, а другая, опять-таки через гипоталамус параллельно задействует ВНС.

Иными словами, когда поток нервных импульсов от органов чувств направляется в кору мозга, он, расщепляясь, предварительно попадает в лимбические структуры, которые уже до осознания воспринятой информации определяют характер (знак) эмоционального ответа и формируют его со скоростью, опережающей ментальную! Когда смысл воспринятого понят, характер и величина эмоциональной реакции уже «встроены» в это понимание! Волевые усилия способны до какой-то степени скрывать эмоции от окружающих, но их механизмы гораздо древнее сознания и оно всегда в той или иной степени окрашено ими, именуясь настроением.

Восприятие и поведение человека могут быть в значительной мере бессознательными, например, спасаясь от наезжающего автомобиля, вы отпрыгиваете в сторону, не успевая ничего понять толком. Известен также феномен перцептуальной защиты, когда системный разум блокирует сознание от восприятия разрушительной информации.

Интуиция поставляет сознанию сведения, которых еще нет в текущем времени и пространстве. Кто и как сортирует воспринятую информацию в случаях вышеупомянутой защиты? Кто, откуда и каким образом доставляет сознанию интуитивный «материал»? Кто «распоряжается» эмоциональным состоянием личности и ее поступками? По-видимому, всем этим «заведует» системный разум, локализованный в бессознательной части психики, «отвечающий» также и за эмоции, которые всегда являются неотъемлемым, хотя и плохо осознаваемым элементом межличностных контактов. Не исключено, что все волевые решения человека лишь кажутся таковыми, а на самом деле принимаются на уровне бессознательном.

Хотя в аспекте полноты информации системный разум неизмеримо мощнее сознания, но и его можно обмануть. Специально обработанные сведения могут вводиться в бессознательное, минуя цензуру, и направлять действия личности так, что они пойдут ей во вред. Эти методы известны, например, фрагментация и программирование картинки в TV-передачах, диспарантное внушение, НЛП, а также пресловутый «двадцать пятый кадр». В 1957 член Американской ассоциации изучения рынка психолог Джеймс Вайкери провел в Нью-Джерси опыты по использованию этого эффекта. Он установил дополнительный проектор, через который одновременно с демонстрацией фильма на экран подавались фразы «Пейте кока-колу» и «Ешьте поп-корн». Они мелькали за 1/300 долю секунды, и сознание не могло их воспринять. Тем не менее, на сеансах, где работал этот проектор, продажа кока-колы в буфете кинотеатра увеличилась на 17%, а продажа поп-корна - на 50%. Оказалось, что «эффект 25-го кадра» - мощное средство внушения, при многократном повторе информация, поданная таким образом, поступает в подсознание под порогом восприятия, минуя цензуру ума. Сегодня разработан так называемый эффект Бехолдера - интеграция 25-го кадра в ТВ-тюнеры. Впрочем, немалая часть представителей науки считает все это шарлатанством.

Делая умозаключения мы никогда не знаем, какая доля воспринятой и переработанной сознанием информации воспринята с его участием, а какая - без, и чей вклад в ее восприятие и переработку является решающим. Фактически разум и свободная воля Эго «вертятся» на очень узком информационном «пятачке», все, с чем они имеют дело, уже предварительно отфильтровано системным разумом! Уже из этой выборки сознание имеет дело с тем, что актуально в данный момент. Отсутствие надлежащего по качеству взаимодействия личности и системного разума является главной причиной проколов в тактике и стратегии человеческих действий.

Безусловно, механизм вытеснения спасительно разгружает сознание, но при этом деформируется и вся внутрипсихическая структура. С другой стороны, нормальной утилизации эмоционального «топлива» препятствуют соображения морали, жесткий самоконтроль угнетает и расстраивает функционирование отдельных органов и психосоматики в целом.

Сильное и развитое сознание способно поставить себе на службу переживания любого знака (Р.Декарт, трактат «О страстях») но структуры мозга, «отвечающие» за негативные эмоции, гораздо мощней положительных, поскольку род человеческий эволюционировал среди бесчисленных опасностей. В странах «золотого миллиарда» позитивные естественные переживания переходят в разряд дефицита, а степень отчуждения растет. Надежда на то, что после полного устранения материальных проблем человек непременно захочет развиваться духовно, оказалась утопичной («топос» по-гречески - место, у - отрицание, «утопия» - «несуществующее место»). Не имея смысла жизни личность, как правило, деградирует. Бытовой комфорт лишил человека мышечной нагрузки, необходимой для утилизации эмоций. Получая не затратное удовольствие (наслаждение), человек попадает в Эдем, неизбежно оканчивающийся катастрофой.

В Хатха-йоге тело используется не для обретения акробатических способностей, но как инструмент освобождения сознания от ментальной суеты, а психики в целом - от вытесненного. Во время традиционной практики асан психосоматика восстанавливается, набирая релаксацию, недополученную за долгие годы перегрузок. Тому, кто достиг душевного покоя посредством йоги, эмоции вовсе не чужды! Напротив, они достигают небывалой силы, но без потери контроля и саморазрушения. «Равновесием именуется йога» («Бхагавадгита»), этим все сказано. «Твердое владение чувствами – это считают йогой» («Катха-упанишада», 3, 11).

Сегодня околоспортивный экстрим поразил цивилизацию, как чума, уже возникли международные организации суррогатной йоги, проводящие соревнования по так называемым «асанам». Мало того, что организации эти навязывают людям свое толкование йоги, они еще плодятся, как грибы, подминая под себя все, что так или иначе связано с интересом людей к предмету. Между пропагандируемым этой «йогой» «совершенством» и присущей индивиду завершенностью есть огромная, хотя и трудноуловимая для дилетантов разница. Как отмечалось выше, любое положение тела, по форме не отличимое от йоговской асаны, может, по состоянию сознания, вовсе асаной и не быть! Справедливо и обратное утверждение: любая форма тела, сохраняемая в молчании ума, возникшем как следствие пребывания в этой форме, есть асана.

Еще во времена СССР на одном из семинаров Фаеку Бириа был задан вопрос: - Реально ли заниматься по курсам, предлагаемым «Йога дипикой»? Он мгновенно ответил: - Никогда! Эта книга- горизонт, она написана для людей с такими же физическими данными, как у самого учителя, обычного человека это просто убьет.

Недаром в последнем бестселлере Б.К.С.Айенгара «Yoga. The path to holistic health» («Dorling Kindersley», London, 2001, 416 p.) приведено около шестидесяти поз, а все великолепие «Прояснения йоги», слепящее незрелые умы, упразднено за вредностью.

С тех пор как йога Айенгара распространилась по России, я не встречал среди ее апологетов ни одного, кто по уровню сложности сравнялся бы с основателем, кроме того, стремление к чужой гибкости – банальная ошибка, которая зачастую слишком дорого стоит.

«…Я скажу, что совершенство для человека не только недостижимо, но и немыслимо, однако я уверен, что в каждом скрываются несравненно большие возможности для совершенствования, нежели мы привыкли думать. Мечта о совершенном обществе так же несбыточна, как и мечта о совершенном человеке. Совершенствование даже одного индивидуума требует огромной работы, которая может длиться долгие годы и только приблизит к совершенствованию, даст ему возможность для дальнейшей работы над собой. Мы можем рассуждать об инсайте, о прозрении или пробуждении, но мы должны отдавать себе отчет в том, что мгновенная самоактуализация, стремительный переход из одного состояния в другое возможен, но настолько нетипичен, что на него не стоит особенно полагаться. К этой же мысли постепенно склоняются и наиболее вдумчивые, и серьезные организаторы групп психотерапии, встреч, личностного роста и эмоционального обучения, - все они пусть и нехотя, пусть через силу, но все же начинают признавать, что самоактуализация не выражается формулой: «Бац - и готово!» («Мотивация и личность», с. 339 - 340).

Завершенность - то, что свойственно каждому индивиду от природы, а не из представлений ума. Умозрительный путь к абстрактному, чужому совершенству всегда оборачивается насилием над реальностью и ее утратой. Сколько бестолковых фанатов йоги рвали связки, сухожилия, мышцы, выворачивали суставы, стремясь, во что бы то ни стало, согнуться «как на картинке»! Пусть даже удалось повторить и не сломаться - что из этого!? Ведь йога по определению – совсем иное, это читта вритти ниродхо, только в этом состоянии детерминированного хаоса активизируются процессы самосовершенствования! Молчание ума становится новым параметром порядка, радикально изменяющим поведение системы.

В своей автобиографии известный киноактер («Я, Джеки Чан», 1998) рассказывает, как однажды на тренировке учитель приказал встать на руки к стене и так остаться. Через полчаса из стойки выпали все, некоторых стошнило, остался стоять только один - щуплый парнишка-новичок, он заснул! Это лишь один из бесчисленного множества примеров того насколько различаются люди по физическим и умственным данным.

Когда-то Ян Иванович Колтунов, основатель легендарного клуба «Космос» - объединения московских поклонников йоги, перед выполнением асан заставлял людей предварительно разогреваться. На первый взгляд особой крамолы в этом как бы и нет: час неспешного бега трусцой, пропотеешь, и тело гнется наилучшим образом! Но если вдуматься, то что происходит? После сна организм по определению расслаблен. Хотя просыпание и связано с активацией симпато-адреналовой системы, но тело - до начала движения - пребывает в физиологическом покое. Процесс любого бега, в том числе и медленного «вздергивает» систему, перестраивая ее на энергозатратное состояние, которое, по идее, нужно устранить, чтобы практика асан состоялась в правильном ключе. Пусть разогретый организм лучше сгибается, но ведь «Асана это средство выработки и поддержания покоя и сосредоточенности». Но бег, пусть даже медленный, тонус сознания отнюдь не снижает. Поэтому традиционная йога и бег – несовместимы..

Занятия йогой желательно не переносить на вечер (когда симпатика активна, уровень гормонов оптимален, а глюкозы в крови мало), но грамотно выстраивать их именно утром. Например так, чтобы сначала шли асаны нагрузочные, расходные, а во второй половине - на гибкость, расслабление и растяжку.

В 1990 меня пригласили провести секцию йоги на семинаре по экстрасенсорике и ребефингу (Крым, Казантип). Кроме Сергея Всехсвятского с командой, был там некий Александр, горбун из Винницы, обладающий исключительными паранормальными способностями. Аборигены шли к нему косяком, и многим он действительно помогал. По вечерам семинаристы, жаждавшие экзотики, доставали чудотворца по полной программе, порой он до глубокой ночи оставался с ними на морском берегу. Однажды такую беседу решил послушать и я, но быстро устал от этого бреда и комаров, которые тем летом на Азове буквально остервенели. Наутро я не сдержался: - Саня, что б ты народу впаривал, если бы не знал про чакры, прану, кундалини? – И ты туда же? – огрызнулся он. - Да без понятия я, откуда эта напасть! После пятнадцати лет началось, подержу руку на том месте, где болит и все в порядке. Пристают без конца, достали уже… Вы хочете песен? Их есть у меня! Я еще и не такое им расскажу!

«Йога запрещает демонстрацию сверхъестественных способностей, но, тем не менее, многие псевдойогины даже сегодня продолжают показывать разнообразные «номера», проявляя огромную силу, выносливость и невосприимчивость к болевым воздействиям (или потрясающую гибкость - В.Б.). Подобные факты доказывают наличие у человека огромного потенциала, который может выявлять йогическая практика. В равной степени запрещается грубая и отвратительная показуха, поощряемая современными гимнастами, которые занимаются псевдойогой в Индии и за ее рубежами. Это делается потому, что при неглубоком понимании и коммерческой эксплуатации йога и подобные ей системы (у-шу, каратэ) теряют свои высокие идеалы» («Личная гигиена йога», с.17).

«В первые декады текущего века в Европе, да и в России поднялась огромная волна моды на йогу; книжные витрины пестрели яркими красными, зелеными, фиолетовыми обложками книжек, трактующих о йоге. «С легкостью мысли необычайной» разные американские и прочие бизнесмены под манящими псевдонимами «йогов», ухватив кое-что из переводов подлинных памятников и снабдив ухваченное доброй толикой собственной фантазии, создавали «руководства» по практике йоги без учета истинного смысла этой практики, без учета физиологических и психофизиологических закономерностей, хорошо известных мыслителям древней Индии... Получалось что-то очень жалкое и нездоровое.

Это явление в начале XX века описал О.Шмитц: «Бесконечное множество европейцев занимается йогой. Неисчислимые книги, написанные полуграмотными для полуграмотных (в наши дни – безграмотными для безграмотных абсолютно – В.Б.), пытаются ввести технику, но мы еще не встретили йогина-европейца или же встречали в таком головокружительно-гротесковом виде, что они вызывают у нас только улыбку» («Книга о Бхишме», с.196).

Каждому организму присущ свой собственный, природный уровень гибкости, отвечающий физической конституции, возрасту и состоянию здоровья. Безусловно, вследствие грамотной практики асан со временем достигается потолок данного уровня, но это никогда не было целью йоги! Можно попытаться принудить тело к выполнению сложных поз, но это лишь принесет вред здоровью и самочувствию. Когда речь идет о гибкости и звучит лозунг «Наша йога позволит вам сгибаться гораздо лучше», сразу возникает вопрос - лучше чего?

Кровяное давление у каждого свое, те, у кого норма 110/70 ничего не выиграют, получив 120/80. Если человек среднего возраста и здоровья начнет тренироваться в беге на спринтерские дистанции, он быстро достигнет своего потолка, но это будут явно не чемпионские результаты! Йоги-факиры издавна демонстрировали потрясающую гибкость и управление непроизвольными функциями (телесные сиддхи), их задачей было удивлять народ, именно по этой линии постоянно шел прирост количества асан. Мощная гипертермия в современной «динамической йоге» позволяет молодым людям развить горячую гибкость в короткий срок, однако это имеет высокую цену (сообщение на форуме realyoga.ru от 28. 7. 2002 «Экстремальная йога - это до 30 лет, а потом всю оставшуюся жизнь себя собирать»). Справедливости ради отметим что «динамическая йога» бывает иногда умеренно экстремальной, среди ее столпов встречаются люди, исповедующие относительно мягкий (опять же, смотря с чем сравнивать!) подход, это Десикачар, Фармер и Б.Н.САйенгар (не путать с Б.К.С.Айенгаром, это разные учителя йоги!). Но, так или иначе, ментальной релаксацией в любой, пусть самой «мягкой» йоге даже не пахнет.

«В канадском городе Квебек проживает самый эластичный мужчина на планете, поражающий своими способностями миллионы людей. В «Книгу рекордов Гиннеса» 35-летний Пьерри Беюшимин был записан как суперчеловек, умеющий связать самого себя в узел, выкрутить руки на триста шестьдесят градусов и вывернуть ступни и голени ног в обратную сторону. Благодаря вездесущей прессе слух об уникальной способности Пьерри разлетелся сначала по всей Канаде, а потом и далеко за ее пределами. На телевидении и в прессе ему дали прозвище «человек-змея». Родившись, Пьерри, казалось, не имел никаких особых патологий и ничем не отличался от обычных детей. Лишь по прошествии нескольких месяцев родители стали замечать «нездоровую» гибкость своего сына. Приговор врачей был ужасным: необычные отклонения в будущем могут привести к травмам, и не исключено, что к тридцати годам Пьерри может стать инвалидом. Но, несмотря на диагноз, родители все же не отчаялись и не опустили руки. После того, как мальчик немного подрос, они отдали его в спортивную школу, где Пьерри под присмотром опытных преподавателей и врачей занимался гимнастикой, которая укрепила суставы, но в то же время помогла сохранить уникальную пластичность. К счастью, прогнозы медиков не оправдались. Пьерри Беюшимину исполнилось тридцать пять лет, но он чувствует себя превосходно и находится в хорошей форме. Кроме того, этот человек обладает прекрасным чувством юмора и любит подшучивать как над самим собой, так и над другими. Например, выходя погулять в парк, он садится на лавочку и начинает читать книгу, но не так, как обычно, а ловко свернувшись, словно он из пластилина, и держа ее перед собой ногами, вывернутыми в обратную сторону. Ничего не подозревающие прохожие, увидав такое зрелище, сначала находятся несколько секунд в шоковом состоянии и только потом, немного придя в себя, кто со смехом, а кто с удивлением начинают рассматривать необычного читателя и пытаются заговорить с ним. Пьерри же всегда любезен, и не прочь совершенно бескорыстно продемонстрировать свои уникальные способности. А ведь мог бы устраивать представления и получать за это неплохие деньги. Хотя, как известно, не в деньгах счастье» (Е. Илюхина «Человек-змея», газета «Мир новостей», 22 - 29, 12.1997).

Нетрудно сообразить, что описанное отклонение от среднего уровня гибкости находится на грани патологии, и пытаться подражать ему – откровенная глупость.

Касательно развития гибкости в йоге, как и вообще личного ее освоения, полностью справедливы слова песни Высоцкого: «Эй, вы, задние, делай как я! Это значит - не надо за мной! Колея эта только моя, выбирайтесь своей колеей».

Есть параметры, которые свободно поддаются релаксационной «обработке» (усилие, скорость смены асан), а есть и более автономные, например дыхание, которое обычно «зажимается» от непривычной формы либо при излишнем нервном напряжении. Как только частота дыхания либо его интенсивность достигают какого-то предела, ВНС автоматически переводит систему в расходный, не йогический режим. Интенсивное потоотделение также является признаком симпатического преобладания и не присуще традиционной практике асан, хотя при большой выдержке на каких-то участках тела может появиться испарина.

Более полувека назад Н.А.Бернштейном была разработана актуальная и по сей день концепция построения движений, а также выявлены соответствующие структуры ЦНС и вегетативного аппарата («Биомеханика и физиология движений», 1996)

В упрощенном варианте выглядит это так:

Уровень «А» - древние регуляции (подвижные «механизмы» внутренностей, оснащенные гладкой мускулатурой), они управляются ВНС.

Уровень «В» - более поздний, ему подчинены поперечно-полосатые мышцы. Системы этого уровня организуют самодостаточные движения, не направленные вовне, они детерминированы самим устройством организма как биомеханической машины.

«С» - уровень пространственного поля, в его границах ЦНС организует активность для достижения внешних целей, действия эти обладают смыслом и конкретностью.

«D» - уровень конкретных действий, работа с материальными объектами.

Уровень «Е» - структуры высших двигательно-осознаваемых уровней, отвечающих за организацию речи, письма, и прочих видов коммуникации.

Управление движением тела в пространстве централизовано, каждый уровень «отвечает» за обеспечение своей части «вклада» в решение конкретной задачи. Когда возникает навык - действие (движение) автоматизируется - сознание передает основные функции управления какому-либо из низших уровней или их группе. В пределах нашей темы интерес представляет уровень «В».

Когда полное расслабление в асанах освоено, разрядка вытесненного частично происходит через тело, иногда выражаясь спонтанной активностью именно этого уровня. Если нервно-эмоциональные состояния до какой-то степени могут быть утилизированы движением, то есть и другая закономерность: мышечная нагрузка, накладывающаяся на нервно-эмоциональный «перегрев», способна его усиливать! Именно поэтому Айенгар подчеркнул когда-то в приватной беседе: «Любое движение йоги должно выполняться без возбуждения этим движением». Очень жаль, что среди его российских последователей данный постулат так и остался не востребованным.

Бернштейн дает гениальную формулировку: «Там, где есть развитие, каждое последующее исполнение лучше предыдущего, то есть не повторяет его. Правильно проводимое упражнение повторяет раз за разом не средство, используемое для решения данной двигательной задачи (асаны как таковые - В.Б.), а процесс решения (такое выполнение асан, которое ведет к ЧВН), от раза к разу улучшая средства» («Биомеханика и физиология движений», с. 230). На месте любого ученика йоги я бы написал эти слова на видном месте и на них медитировал! Регулярная практика асан (пранаям, медитации) - это повторение без повторения, и если человек говорит, что ему скучно делать одно и то же - не йогой он занимается!

Когда приходит совершенство в исполнении асан, наступает высший автоматизм, но «Граница между произвольными и непроизвольными движениями отнюдь не совпадает с границей между движениями сознательными и бессознательными» (там же, с. 242).

Б.К.С.Айенгар утверждает: «Сначала я знал технику, не зная основ (гипермобильность у него была природной). Техника и интеллект это две разные вещи, интеллект позволяет понять принципы практики поз. Принципы, которые определяют технику, понять сложнее, чем непосредственно ее саму» («Молодость духа» - интервью журналу «Йогасара», август, 1994).

Или: «Сегодня я отрабатываю искусство простоты, чтобы самые деликатные и сложные аспекты (йоги) можно было описать понятными для всех словами». И далее он, вышедший из той же «авторской школы», что и Паттабхи Джойс (акробатика которого отличается высокой интенсивностью нагрузки), говорит: «Термин «интенсивность» часто неправильно понимают. Это в гораздо большей степени ментальное, а не физическое действие, многие понимают это, как «заставлять потеть». Интересно, как прокомментируют это те, кто обливается потом во время исполнения киевских «сетов», либо серий Аштанга-виньясы?

Каким образом складывается линия жизни человека, откуда возникло понятие судьбы? Ницше когда-то сформулировал свой знаменитый парадокс так: «Истина есть заблуждение». Одна из интерпретаций такова: человек живет, в сущности, никогда до конца не понимая почему поступает так, а не иначе. Он выбирает цели и пути к ним, этот момент всегда в фокусе, но неясно, кому принадлежит определяющая роль в стратегии и тактике - сознанию или бессознательному. Кроме того, бытие подвержено случайностям. Оглядываясь назад в какой-то точке, человек видит: вот она дорога, оставшаяся позади. Но когда он начинает объяснять почему она имеет такую конфигурацию, пытается найти логическое обоснование причудливым изгибам – объяснение неминуемо оборачивается заблуждением, поскольку Эго известна лишь малая толикой факторов, определивших характер и размах жизненных зигзагов.

Философская модель античности двухцветная: есть черное и белое, «да» и «нет», ночь и день, ложь и правда и т.д. Древнеиндийские представления иные: нет ни черного, ни белого, есть лишь майя, иллюзия, творимая высшей реальностью. Китайская модель наиболее адекватна: черное будет белым, и наоборот – мир бесконечно изменяется через переходы пропорций и сочетаний, непрерывную игру полутонов, состояний, ощущений достоверна лишь краткость периодов стабильности.

В первую очередь Хатха-йога приводит в порядок тело, однако у людей с расстроенным здоровьем в начале практики неизбежно временное ухудшение самочувствия. В этом случае работа с телом строится в щадящем варианте, она минимальна либо от нее следует временно отказаться, сохранив только Йога-нидру (Шавасану). Основанием для восстановления занятий в полном объеме служит улучшение и стабилизация самочувствия.

Что касается тех, кто более или менее вник в технологию, изменение качества жизни у них может продолжаться достаточно долго, иногда сигналом очередной перестройки оказывается отчетливое ощущение полнейшего благополучия, после чего следует беспричинный спад и человека начинает «колбасить».

Эпизод: женщина среднего возраста, стаж практики около шести лет. Раз в год по какому-нибудь ничтожному поводу у нее поднимается температура и пропадает сон. Такое состояние держится несколько суток, причем чувствует себя дама прекрасно. Ночью, когда голова ясная, можно, по ее словам, эффективно заниматься умственной работой. Затем температура падает, и все приходит в норму, после чего общая гибкость в асанах резко увеличивается.

Бывают варианты острее, вот письмо от 26.04.2004: «Здравствуйте, Виктор Сергеевич! Извините, что беспокою… Неделю назад, как обычно я приступил к утренним занятиям. Состояние было в норме, кроме набольшего воспаления лицевого нерва. Примерно в середине практики, в Шавасане, неожиданно появился очень сильный озноб, и началась трясучка, как в лихорадке. Все тело подбрасывало на полу. Только минут через десять сумел позвать жену, она измерила температуру и давление. Температура была под сорок, а давление 180/120. Она вызвала «скорую». К ее приезду (через 2 часа) все пришло в норму, но появилась сильнейшая слабость и начала опухать вся левая сторона лица, по ходу лицевого нерва. На другой день врач открыл бюллетень с диагнозом «ангина», и я неделю успешно отдыхал. В пятницу прошла опухоль и, о радость, нос мой неожиданно задышал (до этого четыре месяца никакими каплями и промываниями не мог снять сильнейший отек слизистой). И не только задышал, я начал чувствовать запахи - впервые за одиннадцать лет! Правда, не в полную силу, но счастью моему нет предела. Хожу, все нюхаю и смакую пищу (до этого были простые вкусовые ощущения – сладко, кисло, солено). А сейчас прямо ассортимент. Вот такие у меня аффекты, похоже не получается спокойное размазывание их по времени. Еще раз прошу извинить за беспокойство но, быть может, в Вашей работе с людьми такое бывает не часто…».

Каждая асана воздействует на организм в целом, отдельные его участки, органы и системы, что позволяет восстановить здоровье на стадии функциональных расстройств. Можно успешно справляться и с некоторыми органическими поражениями, здесь уже дело не только в методе, но и в том, кто его применяет, в некоторых случаях сам йогатерапевт бывает решающим фактором влияния. Есть множество заболеваний и расстройств, при которых йога категорически противопоказана, и тот, кто утверждает обратное глупец, мошенник либо не владеет предметом.

Организм можно представить схематично как локальную сеть взаимосвязанных динамических процессов, параметры которых варьируют в границах допустимых значений, на время расстройств (заболеваний) эти границы нарушаются. Любая поза йоги создает специфический дисбаланс, поскольку меняет форму тела, топологию внутренних органов, кровообращение и т.д. Но, во-первых, как уже говорилось, такой «перекос» минимален и не затрагивает центральных звеньев гомеостаза, во-вторых - кратковременен и не является болезнью. Выполнили асану, напрягли функциональную «сеть» в одном месте – затем освободили. «Прижали» ряд вторичных параметров гомеостаза к предельным величинам значений - отпустили. Таким образом, деформированная часть сети функциональных параметров, «содержащая» расстройство, подвергается многократным перехлестам «линий влияния» асан. Но в любом случае суммарное полезное воздействие не должно превышать адаптационных возможностей организма.

Такие вещи, как аллергии и некоторые заболевания кожи не локализуются, они «растворены» во всем объеме организма и носят системный характер. Если этому сопутствует плохое качество зубов, то устранение подобных требует от пяти и более лет качественной практики.

В начале семидесятых годов прошлого века, будучи студентами, мы познакомились в Алуште с художницей, у которой был диагноз «органическое бесплодие». Во время командировки во Францию кто-то ей посоветовал попробовать йогу, которая, якобы, способна творить чудеса. Ко времени нашей встречи Ольга фанатично занималась асанами несколько лет и приобрела такую гибкость, что порой, ради интереса, выступала с номером «человек-змея» в варьете популярного тогда в Ялте кафе «Восток». И впоследствии они с мужем все-таки родили ребенка!

Пациентка с бесплодием была у меня позже в Москве - двусторонний травматический аднексит. Лечили ее медики долго и упорно, в итоге воспалительный процесс распространился на близлежащие органы. Два с половиной года практики, и диагноз был полностью снят, сейчас они занимаются йогой втроем, в своем подмосковном доме: она, муж и сын, оканчивающий школу.

С группой женщин с такой же проблемой довелось работать в 1993 (Кустанай, Казахстан). Я предложил им усредненный набор асан, крий, бандхи и глубокое расслабление. Через пару лет для большей части женщин этой группы деторождение перестало быть недостижимой мечтой.

В 1996 я пересекся в Крыму с «осколком» знаменитого Института медико-биологических проблем им. Газенко (ИМБП). Наряду с Институтом мозга, он всегда оставался одним из наиболее засекреченных учреждений страны, в состав его входила также Лаборатория экстремальных ситуаций, в прошлом возглавляемая кинопутешественником Ю.Сенкевичем.

Когда-то в ИМБП пытались подобраться к йоге, но не нашлось квалифицированных кадров. Поэтому в Москву был приглашен (1968) известный йогин Дхирендра Брахмачари с учениками, они показали поразительную степень волевого вмешательства в непроизвольные функции, например изолированное сокращение любой мышцы лица. Но поскольку КПСС категорически не желала признавать йогу, на этом все и закончилось.

После распада СССР филиал Лаборатории застрял в Севастополе, «самостийная» экономика заставила сотрудников плюнуть на секретность и заняться лечением людей. Сущность ноу-хау, как мне ее описали, такова: когда функция печени расстроена, у нее меняется характер сигналов обратной связи. Мозг «знает», что орган болен, кроме того, в игру вступает долговременная память, решающую роль которой в стабилизации патологических состояний установила Н.Бехтерева. Через мозг (главный координатор) с учетом измененного статуса больного органа перестраивается работа сопредельных систем. Она перестроилась бы и так, по факту, но мозг делает это централизованно, выжимая из ситуации весь возможный позитив. На основе определенной программы создается компьютерный банк данных с интегральной записью биотоков обратной связи, составленной из множества «профилей» здоровой печени. Чем их больше (у американцев - несколько сот или даже тысяч), тем эффективней лечебное воздействие.

Больного «сажают» под компьютер, «перехватывается» информационный обмен центра с больным органом и в соответствующие структуры мозга идет «пакет» биотоков здоровой печени. Мозг тут же начинает «выправлять» периферию - параметры функций перестраиваются согласно внезапному «выздоровлению» органа. Грубо говоря, давлением из центра печень «заставляют» выздороветь.

При этом потребное время компьютерных сеансов очень велико, выздоравливает орган примерно столько же времени, сколько «приходил в негодность». Иногда человек вынужден просиживать «под компьютером» несколько часов в день на протяжении года и более, при этом стоимость машинного времени невероятно удорожает лечение.

Что по сравнению с этим предлагает Хатха-йога? Столь же активное воздействие на периферию, на расстроенные органы и системы, но без посредников, с одновременной системной регенерацией. В завершение скажу: это удивительное чувство, когда ты, проснувшись рано утром, садишься на коврик и приступаешь к практике. Через какое-то время тело начинает ощущаться от и до, ты становишься с ним единым целым. Оно сгибается и само течет к границам формы, без сопротивления, с каким-то первобытным удовольствием. Мыслей нет – только состояние прозрачности и покоя. Ты и природа – одно целое. И после практики – зарядки аккумулятора – весь день не чувствуешь усталости, беспокойства, раздражения, ты счастлив просто так, без причины. Потому что живешь. Это и называется здоровьем, опираясь на которое каждый может построить все, на что способен.

Препятствия к выполнению асан, перечисленные ниже, взяты с «запасом», поскольку в России специалистов по йогатерапии фактически нет (другое дело, что практика в русле йоги Патанджали автоматически включает в себя стадию системного оздоровления и таком ключе работают все инструктора нашей Школы).

Противопоказания, не зависящие от времени:

- общая тяжесть состояния, любая физическая нагрузка невозможна, у организма нет ресурсов, в этом случае допустимо только глубокое расслабление;

- психические расстройства;

- пограничные состояния (в этом случае под жестким контролем специалиста допустимы только асаны);

- органические поражения сердца - некомпенсированные пороки, пароксизмальная тахикардия, мерцательная аритмия, аневризма аорты, дистрофия миокарда;

- интеллектуальная несостоятельность;

- заболевания крови;

- инфекционные поражения опорно-двигательного аппарата;

- тяжелые черепно-мозговые травмы, некомпенсированные повреждения позвоночника;

- нейроинфекции;

- грубые нарушения схемы тела;

- злокачественные новообразования.

Временные:

- длительный и одновременный прием большого количества лекарств;

- обострение хронических заболеваний;

- послеоперационный период;

- месячные у женщин;

- сильная физическая усталость;

- перегрев и переохлаждение;

- температура тела выше 37 и ниже 36,2 градуса;

- слишком жесткий режим;

- тяжелая физическая работа;

- профессиональные занятия спортом (с йогой совмещаются игры, легкий бег и плавание);

- полный желудок;

- некоторые личностные свойства (см. главу «Этика йоги»);

- курс глубокого массажа, иглорефлексотерапии;

- парная либо сауна допустимы не менее чем через пять часов после практики асан либо часа за три до нее.

Вот фрагмент из Бодлера, рисующий судьбу тех, кто пренебрегает телом:

«В тебе прокиснет кровь твоих отцов и дедов,

стать сильным, как они, тебе не суждено.

На жизнь, ее скорбей и страсти не изведав,

ты будешь, как больной, глядеть через окно.

И кожа ссохнется. И мысли ослабеют.

И скука въестся в плоть, желания губя,

и в черепе твоем мечты окостенеют,

и ужас из зеркал посмотрит на тебя».


Глава 7

АСАНА

Когда люди подымаются с ложа сна, они воображают, что оно развеяли сон, и не знают, что становятся жертвой своих чувств, что делаются добычей нового сна, более глубокого, чем тот, из которого они только что вышли.

ГуставМайринк

 

Прежде чем продолжить рассмотрение дальнейших этапов (ступеней) Раджа-йоги определим, каким образом возникает и развивается в асанах торможение сознания, представляющее собой начальную стадию читта вритти ниродхо (ЧВН).

Безусловно, практика начинается в состоянии бодрствования, но затем ментальная деятельность постепенно упрощается и почти угасает: «...В этой йоге должно упражняться решительно, с мыслью, отвратившейся от всего» («Бхагавадгита», VI, 23). Поскольку в данной главе будет постоянно всплывать тема ИСС (измененного состояния сознания), рассмотрим вначале технику глубокой релаксации, созданную Свами Сатьянандой Сарасвати.

Йога различает четыре базовых модификации сознания:

- бодрствование (джагратам);

- сон со сновидениями (свапна);

- сон без сновидений (сушупти);

- «четвертое» состояние (за пределами трех предыдущих) - турийя.

(«…Пять видов деятельности … истинное познание, заблуждение, ментальное конструирование, сон и память», позднее эти пять компонентов были сведены к перечисленным выше четырем», 99, I, 5, с. 89).

1). Бодрствование

Основными характеристиками его - по данным ЭЭГ - является «бета-ритм» с частотой 14-30 герц (при контакте внимания с окружающим), а также при:

- перемещении в горизонтальной и вертикальной плоскостях и взаимодействии (контакте) с объектами внешнего мира (сознание заполнено «материалом», находящимся вне тела);

- аналогичном перемещении, но без прямого контакта: спорт, танцы, прогулки (сознание вне тела);

- временном устранении физической активности: получение информации, обдумывание, отдых, созерцание природы, прослушивание музыки и т.д. (сознание - вне тела);

- процессах, связанных с удовлетворением естественных потребностей (сознание частично или полностью сконцентрировано на теле);

- цирковых тренировках и выступлениях (сознание контролирует тело, движущееся в пространстве);

- шаманизм, ритуальные танцы, у-шу, вертящиеся дервиши и т.д. (движение тела происходит без взаимодействия со внешним миром, сознание лишено привычной направленности, активности и обращено внутрь);

- полном отсутствии движения, сознание либо целиком сосредоточено на теле и его специфической деятельности (Хатха-йога), либо находится вне тела, но отключено от окружающего - Раджа-йога (допустимо движение тела при частичном торможении сознания - випассана, лун-гом-па).

Не так давно была обнаружена новая устойчивая частота 35 – 37 герц, исходит она из областей мозга, отвечающих за сознательное внимание, и обладает загадочными свойствами нелокальности.

2). Сон

«Чтоб проращивать сон, как зерно, отклонившись от избранной темы, мы настаивать будем вино на сухих лепестках хризантемы» (С.Кекова)

Это особое физиологическое состояние организма, сопровождающееся выключением сознания и относительной неподвижностью тела. Двигательная активность обусловлена только потребностями кровообращения и «утечкой» какой-то части нервных импульсов в двигательные структуры.

До сих пор наука не выработала единого мнения касательно природы сна и его функций. Есть данные, что сон без сновидений восстанавливает тканевый обмен и анаболические процессы, а также снимает информационные перегрузки. В 1974 Аршавский и Ротенберг предложили гипотезу компенсационной природы быстрого сна – в это время мозг проигрывает сценарии, которые не удалось реализовать в жизни.

К.Г.Юнг считал сон одним из каналов внутрипсихической коммуникации, через который системный разум в символической форме демонстрирует личности ее проблемы. Если принять такую точку зрения - а ее подтверждают факты - то из этого следует что:

- при выключенном сознании психика усваивает и распределяет в разных видах памяти информацию, воспринятую во время бодрствования; вытесненное активизирует автономные психокомплексы; подсознание в символической форме «демонстрирует» какие-то важные моменты памяти Эго и т. д.;

- если за время сна упорядочивание воспринятой извне информации происходит успешно, личность сохраняет адаптацию к окружающему.

По-видимому, душевный комфорт есть следствие информационного «паритета» между сознанием и бессознательным, со стороны же физиологии это динамическое равновесие тонуса двух основных частей ВНС.

«В стадии глубокого сна в активности… мозга обнаруживается детерминистический хаос с фрактальным аттрактором в пятимерном пространстве (характеризуемом пятью независимыми переменными - В.Б.)» («Порядок из хаоса», с. 89). Это знаменательно, если вспомнить что коммуникация мозга с миром осуществляется посредством зрения, слуха, обоняния, осязания и вкуса. По-видимому, именно во сне мозг и «тасует» этот пятимерный «пасьянс», трансформируя воспринятое в своих интересах, здесь нет случайностей, поскольку в церебральном пространстве действуют свои жесткие законы.

2. Сон со сновидениями

Фаза «быстрого сна». Если человека разбудить в ней, он почти всегда расскажет о сновидении. Быстрый или БДГ (от «быстрые движения глаз» - отличительный признак этой фазы) сон характерен преобладанием в энцефалограмме (ЭЭГ) тэта-ритма с частотой от трех до семи герц. Все время ночного сна состоит примерно из четырех-пяти циклов, каждый начинается с «медленной» фазы и завершается «быстрой». В сумме фаза БДГ составляет не менее двух часов. Люди, утверждающие, что не видят сновидений, просто не просыпаются в этой стадии, которая характерна активностью так называемого «голубого пятна», обеспечивающего физическую неподвижность.

3. Сон без сновидений называют «медленным», он подразделяется на ряд стадий. Последние две - это глубокий «дельта-сон», с частотой ЭЭГ от 0,5 до двух герц. Ночные кошмары возникают чаще всего в этой стадии. Есть гипотеза, что сны являются предохранительным клапаном для сброса подавленных инстинктов и побуждений. «Касание Единого, декларируемое в восточных учениях и связываемое со сном без сновидений, составляет трудноразрешимую… загадку. А синергетические модели позволяют несколько приоткрыть завесу над этой тайной. Согласно синергетическому пониманию, сну без сновидений соответствует HS-режим охлаждения, - режим бесконечного растекания от центра, режим неограниченно разбегающейся волны. В этом режиме процессы протекают так, как они будут протекать во всей структуре в абсолютном будущем (при времени, стремящемся к бесконечности). Находясь в этом состоянии, человек… идентифицируется с состоянием абсолютного будущего вселенской организации. Происходит некоторая гармонизация, сверка наличных процессов с целью, с будущим порядком» («Основания синергетики», с. 103).

4. Турийя (сверхсознание) достигается в самьяме, а также посредством одной из разновидностей глубокой релаксации - йоги психического сна (Йога-нидры).

«Тот, кто достиг Йога-нидра, непостижим для смерти» («Гхеранда-самхита», 4, 48). ССС создал эту технику глубокой релаксации на основе ньясы, описанной в «Маханирвана-тантре», упразднив ряд ритуальных элементов. Не исключено, что он использовал элементы европейских техник Шульца и Куэ, фракционного гипноза и гипносуггестии с добавкой индийского колорита в виде чакр, лингамов и прочей экзотики, легко реализуемой в ИСС. Иногда Нидру называют динамическим сном или методом самонаведения сновидений.

В подавляющей массе жители стран «золотого миллиарда» глубокой релаксацией (особенно ментальной!) не владеют, а обычный сон не обеспечивает полного снятия напряжений, накопленных за время бодрствования. Йога-нидра это пунктирные отключения сознания, не являющиеся сном! Во время них общее перенапряжение, а впоследствии и вытесненный патологический материал спонтанно покидают психосоматику.

Аналогично протекают события в гетерогенном аутотренинге, но там внимание на самом процессе не фиксируется. Неясно, как именно «испаряются» накопленные перегрузки и вытесненный «материал». Скорее всего, в фазовых переходах происходит диффузия психических деформаций из подсознания в сознание, опустошенное ментальной релаксацией. Каждый такой выброс сопровождается активацией сопутствующего ему рисунка мышечного напряжения. Затем сознание «включается» и, следуя голосу ведущего, продолжает свое движение по телу, до конца расслабляет мышцы, опять «стирая» проступившую контрактуру. Таким образом, энграммы теряют якорь. Сходная техника применяется в поведенческой терапии, в НЛП и в АТ - сенсибилизирующая терапия - с той лишь разницей, что здесь тема работы определяется самим пациентом или врачом, а в Нидре выбор происходит спонтанно, психосоматика осуществляет его без участия субъекта.

Нидра это колебание тонуса сознания между уровнями активности ЦНС, отвечающими сну и бодрствованию, в этом процессе субъект пребывает от 20 до 45 минут. Монотонное перемещение внимания по телу приводит к тому, что сознание то гаснет, «сворачиваясь» до грани, где «перестаешь быть» (полное исчезновение контроля), то появляется. «…Можно закрепить коммуникацию с подсознательным гораздо проще, чем в случае, когда обе части личности используют одно средство - речь» («Стратегия психотерапии», с. 252).

В процессе засыпания активность клеток коры мозга проходит определенные фазовые состояния, открытые еще И.П.Павловым:

1. бодрствующее сознание: тонус в норме, возбуждение пропорционально торможению;

2. уравнительная фаза: слабые и сильные раздражители вызывают одинаковые реакции;

3. парадоксальная или переходная фаза - слабые раздражители вызывают сильную реакцию и наоборот, либо на сильные вообще нет реакции;

4. ультрапарадоксальная - позитивные раздражители вообще не вызывают реакции, а отрицательные – дают реакцию положительную;

5. наркотическая: одинаково слабая реакция на все раздражения;

6. полное торможение: глубокий сон.

Многократно и ритмично, «пересекая» в различной последовательности весь спектр этих фазовых состояний при установке на сохранность сознания («Я не сплю, я бодрствую и слушаю практику Йога-нидры…»), субъект какое-то время пребывает «в окрестностях» парадоксальной фазы. Это дает возможность установленному ранее намерению с одной стороны - проникнуть в бессознательное, укорениться там и стать постоянным генератором неосознанных действий. С другой - сохраняется осознанность при фактическом отключении сознания. «…Любая мысль, которую ты удерживаешь в уме при состоянии внутреннего молчания, равносильна команде, поскольку там нет других мыслей, способных соперничать с ней» («Сказки о силе», книги I – IV, с. 454).

Нидра может (с крайней осторожностью!) использоваться для самопрограммирования, данный процесс здесь НЕ описан, поскольку опасен и требует большого опыта.

Опыты с участием Свами Рамы (фонд Меннингера, Канзас, 1977) показали, что бодрствующее сознание может сохраняться в переходных стадиях торможения. По характеру ЭЭГ было видно, что йог находится в состоянии глубокого сна, но при этом он воспринимал вопросы, обращенные к нему, и улавливал основные события окружающего. Будучи освоенной, Нидра позволяет получить четвертое состояние - сверхсознание. Владение Нидрой дает возможность управлять сновидениями. Способность «Я» наблюдать собственные сны это динамическая форма пратьяхары.

Йога-нидра восстанавливает нарушенные функциональные связи между левой передней и правой задней частями полушарий мозга, а также снимает перевозбуждение левого заднего и правого переднего их участков, формирующее депрессию.

В сущности, к «четвертому состоянию», так или иначе, ведут все медитативные техники, нужно лишь, чтобы они отвечали психическому складу конкретного человека.

Признак подлинно медитативного состояния - преобладание в ЭЭГ активности альфа-ритма, некоторое время он сохраняется даже при открытых глазах, чего не бывает в обычном бодрствовании.

Вернемся к теме главы. Итак – асана. Этот технический термин почти одновременно появляется в «Шветашватара» и «Кшурика» упанишадах, «Бхагавадгите» и «Буддхачарите» (Ашвагхоша, I век н. э.). По-видимому, физический аспект йоги имеет весьма древнее происхождение, поскольку об асанах смутно упоминают Веды. Однако понятия «асана» и «пранаяма» были ассимилированы арийской культурой не сразу, что отразилось в более поздних произведениях, например в «Тришикхабрахмана-упанишаде», где позы обсуждаются достаточно подробно.

Опираясь на темные места первоисточников и разночтения комментаторов, фальсификаторы йоги заявляют сегодня: «Книжная традиция Патанджали, возникшая, по некоторым оценкам, в сто пятидесятом году до нашей эры, является мертвой. Считается, что Вьяса, первый комментатор Патанджали, уже не имел связи с традицией - если таковая вообще существовала» («Динамические практики в классической йоге», с. 80).

Всемирно известные ученые Дасгупта и Щербатской не практиковали сами, но, обладая громадным объемом информации, в непрерывности йогической традиции почему-то не сомневались!

Тем не менее, Сьоман утверждает, что история йоги «...Основывается… на отдельных текстах, и ей не хватает единой основополагающей идеи» (там же, с. 84).

«Именно тело является тем инструментом, с помощью которого достигаются духовные цели. В этом вся Хатха-йога. Натхи непреклонно стоят на том, что Хатха-йога - это духовная дисциплина. Но сегодняшняя точка зрения очень отличается...» (там же, с. 93).

Что же представляет собой модная Аштанга-виньяса-йога, распространенная по миру учениками и последователями гуру Кришнамачарьи, и в чем ее отличие от традиционной Аштанга-йоги - она же Раджа-йога?

У Патанджали и его комментаторов о виньясах нет ни слова. В поздних (средневековых) тантрических текстах, таких, как «Хатхайогапрадипика» (где перечислены пятнадцать асан) и «Гхеранда-самхита» (тридцать две асаны), также не обнаруживается каких-либо следов виньяс!

Что говорит первоисточник, то есть Йога-сутры? Посмотрим переводы ряда авторов.

46. Асана есть неподвижная и удобная поза.

46. Асана [должна быть] устойчивой и удобной (П.Градинаров);

46. В результате практики асан достигается прекращение усилий и сосредоточение на бесконечном (Р.Мишра);

46. Асана должна позволять удерживать внимание и сохранять расслабленность (Т.Дешикачар);

46. Положение тела есть то, которое твердо и приятно (Вивекананда);

46. Асаны - это позы, сочетающие в себе устойчивость и удобство (А.Фальков);

46. Асана, поза, должна быть устойчивой и удобной (К.Свенссон);

46. «Слово «асана» используется для [обозначения] позы для медитации. Асана здесь не обозначает физические упражнения йоги. В основном слово асана берется для обозначения упражнений йоги, но здесь [в данном комментарии ССС на сутру 46 второй главы – В.Б.] оно обозначает только какую-либо позу, которая предназначена для медитации. Например, Свастикасана, Сиддхасана, Падмасана, Стхирасана и Сукхасана. Это – асаны, т.е. [позы], предназначенные для медитации. Тем не менее, нет препятствий, чтобы асанами называть и другие позы. Другие упражнения, такие, как Сиршасана и т. п., были включены ришами в число асан гораздо позже. Это не означает, что они необязательны только потому, что не включены в сутры Патанджали» («Йога-сутра Патанджали», Минск, с. 215).

47. При прекращении усилия /асана/ достигается... Совершенство асаны достигается при полном снятии напряжения, благодаря чему прекращаются все движения тела - так говорит Вьяса в своей «Бхашье» («Классическая йога», с. 143).

47. [Это постигается] при помощи расслабления усилий и медитации о бесконечном (П.Градинаров);

47 («Сердце йоги», с. 210 – сутра фактически не переведена);

47. Путем легкого усилия и размышлений о беспредельном, положение тела становится твердым и приятным (Вивекананда);

47. При легком усилии и размышлении о бесконечном… (А.Фальков);

47. Это достигается ослаблением усилий и размышлением о бесконечном (К.Свенссон);

«Тело надлежит приучать без неудобства и боли оставаться в неподвижном состоянии в течение долгого времени» («Надабинду упанишада», 3, 3, 1).

«Для очищения тела и достижения успеха в йоге совершенно необходима правильная поза» («Рудраямала-тантра», ч. 2, 24-38, 39).

«Важно то, что асаны делают тело устойчиво неподвижным и в то же время сводят физические усилия к минимуму» («Бессмертие и свобода», с.116).

«...Это асана, общее название широко известных йогических поз, которое в Йога-сутрах определяются как «стхира сукхам», т.е. «неподвижные и удобные» (там же).

«На уровне физического тела асана - это экаграта, концентрация на одной точке; тело «сжато», сконцентрировано в точечной позиции. Подобно тому, как экаграта кладет конец колебаниям... состояний сознания, так и асана, сводя бесконечное разнообразие возможных положений тела к одной архетипической... позе, прекращает телесную подвижность и неустойчивость» (там же, с.118).

Итак, определяя сущность понятия «асана», ни классические тексты йоги, ни Тантра не упоминают о каких-либо специальных или дополнительных движениях кроме тех, которые необходимы для входа в позу и выхода из нее! Эти необходимые движения подразумеваются само собой, но они имеют исключительно второстепенный, обслуживающий характер и никогда не подлежат обсуждению! Модель события, именуемого асаной, это триада: вход в форму (асану), ее фиксация (удержание в неподвижности), возвращение в исходное положение. К трем перечисленным компонентам добавили четвертый – виньясу, что в корне изменило смысл практики! Из череды длительных статичных поз, перемежаемых выходом из одной и входом в другую (эти движения также неспешны и саттвичны!) она превратилась в бесконечное движение. Виньясы (так называемые «связки») это выполняемые многократно и в достаточно быстром темпе элементы Сурья Намаскар. Чтитта вритти ниродхо (ЧВН) в такой практике получить невозможно! Но тогда возникает вопрос: если Аштанга-виньяса не нацелена на достижение ЧВН, то что она дает?

Динамическая серия позиций, именуемая Сурьей-намаскар (СН), известна с глубокой древности, разные школы отзываются о ней весьма уважительно, включая ССС. Истоки у нее явно борцовские, изначально школы борьбы и йоги находились под патронажем одних и тех же монашеских орденов, нередко в одном помещении и с тем же учителем.

Фрагменты СН, названные виньясами, были включены Кришнамачарьей в его личную практику как ноу-хау. И по сей день именно такую практику его апологеты преподносят ученикам как йогу.

Виньясы (либо нечто весьма похожее на них) описаны также в тибетских системах Янтра-йоги и кхор-ло, которые, вероятно, порождены климатическими особенностями высокогорья. Кришнамачарья утверждал, что виньясе и пранаяме он учился в Тибете, у Р.Брахмачари.

Согласно Сьоману, виньясы использовались в ритуалах Вед для придания мантрам максимальной эффективности: «Виньясами называются движения в промежутках между асанами» («Динамические практики в классической йоге», с. 97).

Итак, в «авторских стилях динамической йоги» кроме минимального по времени (3 – 5 секунд) пребывания в позах, внешне похожих на асаны, широко применяются неизвестные Патанджали и его древним комментаторам серии дополнительных движений.

До XIX века история йоги не знала прецедента, когда совершенно «левые» динамические вставки объявлялись центральным звеном практики помимо асан! СН, фрагменты которой Кришнамачарья сделал основой своей методы, ни Сутрами, ни комментаторами не упоминаются, и Сьоман подтверждает это. «...Логично предположить, что форма последовательности асан, которую мы находим у Паттабхи Джойса, была разработана в период учительства Кришнамачарьи. Она не являлась традиционной» («Динамические практики в классической йоге», с.100). Ладно бы одна только последовательность, Сьоман почему-то не замечает абсолютной инородности самих виньяс! Вот его примечание в книге «Динамические практики в классической йоге», сноска № 69: «…Библиография приведена здесь, поскольку показывает, какие источники Кришнамачарья считал авторитетными, и раскрывает его отношение к традициям. Она является раздутой… библиографией, в которой встречаются книги, не имеющие ничего общего с традицией которую он преподавал. Он включил в свой труд («Йога-макаранда») материал по йогическим практикам из этих… источников, не будучи знакомым с действительной традицией… Для примера можно привести… рекомендации по выполнению Ваджроли-мудры, где он призывает вводить в уретру стеклянную трубку на дюйм за один раз. Такие указания свидетельствуют, что он почти наверняка не пробовал это на себе» («Динамические практики в классической йоге», с. 121- 122).

Но если это не традиция, что же тогда «восприняли, развили, усовершенствовали» и распространяют сегодня по всему миру ученики и последователи Кришнамачарьи? Что от подлинной йоги содержит в себе Аштанга-виньяса-йога, кроме названия? Вредна она, полезна либо безразлична душе и телу? Есть ли у нее сколько-нибудь убедительное философское обоснование? Все эти вопросы остаются открытыми.

Б.Л.Смирнов отмечает: «К асанам иногда относят и некоторые динамические физкультурные приемы» (например - Сурья и Чандранамаскара – В.Б.), но «По существу всякое настоящее йогическое упражнение стремится подавить проявление гуны раджас (активность), а потому должно быть статичным, а не динамичным» («Книга о Бхишме», с. 201).

И далее: «Древняя йога понимает под «асанами» особые положения тела, сохраняемые более или менее длительное время. Асаны разделяются на две группы: физкультурные и медитационные. Цель «физкультурных» асан - укреплять тело, сделать его более выносливым, усилить те или иные токи действия, которые на санскрите именуются «пранами». Цель медитативных асан - создать устойчивое положение тела, не мешающее самоуглублению, обеспечивающее правильное кровоснабжение внутренних органов и правильное дыхание. Для обеих групп при выполнении данной асаны считается обязательным сохранение полной неподвижности. Это требование диктуется необходимостью успокоения гун, без которого... невозможно достичь цели йоги - уравновешенности».

Андре ван Лисбет, основатель и директор Института интегральной йоги в Брюсселе, утверждает: «Несмотря на многочисленность, асаны базируются на ограниченном количестве принципов: неподвижность, контроль дыхания (я понимаю здесь слово «контроль» как умышленное сохранение полной естественности и непринужденности дыхательного процесса вне зависимости от формы - В.Б.), отсутствие усилий, растягивание мускулатуры и умственная концентрация. Игнорируя или не понимая любой из этих факторов, мы понижаем эффективность поз».

«Асаны - это всего лишь система сложных положений тела, которые на первый взгляд кажутся факирскими однако при точном выполнении не являются ничем подобным, так как не вызывают ни болей, ни какого-либо насилия над телом. Они основаны на законе Арендта-Шульца: «Слабые раздражения поднимают жизненные силы, большие раздражения тормозят их, а самые сильные - разрушают». Во-вторых, воздействие асан базируется на принципе циркуляции, открытом Августом Виром: «Любое положение тела имеет целью вызвать приток крови к желаемому органу или части тела». В-третьих, речь идет о принципе доктора Ганемана, согласно которому (в связи с первыми двумя законами) «клин вышибают клином» - посредством оживляющих дозировок раздражения» (Б.Сахаров «Йога из первоисточников», сетевой перевод).

Итак, Аштанга-виньяса-йога - продукт волюнтаристского скрещивания обычной Хатха-йоги с Сурьей (и, возможно, Чандра) намаскарой, монотонные повторения их фрагментов («связок») составляют львиную долю данной практики, где собственно асаны являются лишь краткими (чтобы не сказать – случайными и второстепенными) эпизодами.

Сегодняшнюю ситуацию с йогой в России можно охарактеризовать словами Владимира Леви: «С тех пор как я написал свои книжки, умные стали умней, глупые - глупей, а миллионы прочих ни в чем не изменились».

Обратимся к одному из главных постулатов Сутр: «…Или сосредоточении [сознания] на бесконечном… асана достигается» («Классическая йога», с.143).

Как можно расслабить мышцы? Разумеется, мысленной командой, после чего возникают физические признаки, подтверждающие ее выполнение. Первый этап мышечной релаксации - специфическое ментальное усилие, которое сопровождается ощутимым (иногда) расходом нервно-психической энергии. В повседневности человек использует лишь несколько стандартных (архетипических, наименее энергозатратных) положений тела и их вариантов (сидит, лежит, стоит, идет).

Как правило, новичок, самостоятельно приступивший к освоению асан, будет пытаться выполнить их «как на картинке», ведь без труда не вынуть и рыбку из пруда. В данном случае старание - это привычка, самое время вернуться к началу главы и внимательно перечитать эпиграф. Любая незнакомая деятельность, в том числе и физическая, порождает усилие тела и ума (соображающего по ходу, как лучше ее реализовать), следовательно, в наличии имеются мышечная, ментальная и нервно-психическая составляющие данной деятельности. Хотя заявленная изначально цель практики – отвлечение ума от повседневных забот и мыслей, новичок добросовестно старается согнуться, чтобы возможно более точно повторить картинку. Со временем приходит понимание, что это мартышкин труд, тогда - если усердие не превозмогает разум – человек начинает вникать в данное Сутрами определение и расслабляться. При этом выясняется, что это вполне доступно, правда, надо бы релаксацию углубить, но что-то мешает этому.

Итак – важнейший принципиальный момент: как на самом деле надо выполнять асаны новичкам в аспекте физическом? Ответ банален: так, как они получаются – без какого-либо желания сделать как на картинке, стремления сделать лучше, бессмысленного старания, нетерпения, ожидания результата, усердия… Асаны нужно просто делать – и все (отметим, что такая простота дорого стоит, она аналогична, например, армейскому выражению «Понять службу» - В.Б.). Так, словно это делаешь вообще не ты, а кто-то посторонний выполняет их - равнодушно, не заинтересованно, неспешно. В полном «отпаде», как последний «сачок». Сразу напрашивается вопрос: - А откуда возьмется и каким будет эффект этих странных действий, если из их выполнения исключено не только привычное старание, но даже типовая добросовестность?

Дело в том, что настоящая йога – это статика, асаны статичны, то есть подолгу выдерживаются во времени. И тогда, при наличии этого временного коэффициента усиления начинает работать форма, причем – любая, даже самая элементарная! Пример: сидя на стуле вытянуть какую-то одну руку параллельно полу и так держать ее. Казалось бы – ну и что здесь такого? Ясное дело ничего, пока я не скажу: - А теперь останьтесь в таком положении на полчаса!

И вы сразу понимаете, чем это пахнет, да за эти эти полчаса рука отвалится,! Потому и сказано: асана есть неподвижная и удобная поза! Неподвижная – ясно. Но что такое – удобная? А это когда вы не чувствуете рабочей (нагруженной формой) области тела. И вообще во всем теле ничего особенного нет, словно сидишь себе спокойно и удобно на стуле. В йоге нет смысла стараться, делать что-то от себя, нагружая тело какой-то заковыристой формой. Во-первых для подавляющего большинства людей Запада (уже лет после двадцати) сложные асаны недоступны – уровень физической гибкости не позволяет их выполнить. Во-вторых, какой смысл насиловать организм (нарушая принцип ахимсы) если можно (а значит, и нужно!) пассивно нагружать его соответствующим временем выдержки и элементарной формой, пусть всего лишь грубым приближением к форме канонической! Как только удобство пребывания в позе начинает нарушаться – она перестает быть асаной! Как только работа по сохранению формы «проясняется», становится явной (в любом аспекте - прилив крови, ощущения, напряжение мышц и т.д.) это говорит о том, что оптимальное время выдержки закончилось, из позы следует выйти.

Чем удобнее поза (а для новичков – чем проще и доступнее), тем дольше в ней можно пробыть с относительным комфортом, то есть – не чувствуя (если, конечно, специально не «присматриваться») своего тела. Чем больше время выдержки – тем сильнее воздействие. Из загруженных непривычной формой (как приблизительно и карикатурно не изображена поза, все равно вы никогда в жизни не находитесь в таком положении, тем более – подолгу) областей тела (суставов, связок, мышц, ets.) в двигательные зоны мозга направляется мощный поток раздражителей. Если говорить по-научному, то эти входные (афферентные) импульсы поступают в кору снизу и под­нимаются к звездчатым и пирамидным клеткам III—V слоев коры. От звездчатых клеток IV слоя сигнал идет к пирамидным нейронам III слоя, а отсюда по ассоциативным волокнам — к другим полям, об­ластям коры большого мозга. Короче говоря, в коре образуются новые доминантные очаги специфического возбуждения, которые тормозят, деактивируют либо «стирают» очаги уже имеющиеся. И как результат этого процесса состояние сознания меняется - затихает ментальная суета. Уходят навязчивые мысли, исчезает внутренняя тревожность, уменьшается мышечный гипертонус – человек успокаивается. Налицо начальная стадия полной релаксации. И добиваемся мы этого выполнением самых простых асан в их приблизительной, упрощенной и потому доступной форме! Без надрыва, боли, пота и глаз на лбу, всего лишь грамотным обращением с формой и временем экспозиции! Только такой подход и есть классическая йога. А в том «марлезонском балете», который циркулирует по миру в образе Аштанга-виньяса-йоги, системы Б.К.С.Айенгара и прочих «авторских стилей» если и присутствует йога как таковая, то лишь в названиях.

В главе «Начинающим» приведены два комплекса асан, с подробным описанием. На самом деле это описание будет полезным (применимым) только для тех людей, природная гибкость которых позволяет выполнить все приведенные там позы относительно свободно. Тем же, кто способен воспроизвести форму асан лишь примерно, читать эти описания в начальной фазе освоения йоги даже не стоит. Какой в этом смысл, если тело способно согнуться лишь в отдаленное подобие того что изображено на картинке? По мере того, как новичок будет осваивать технологию гибкость начнет прирастать сама по себе, постепенно очертания выполняемых асан начнут приближаться к тем, которое видны на иллюстрациях – тогда только следует обратиться к текстам по технике, используя их как руководство к действию. А до того можно вполне обойтись одними только иллюстрациями, как наглядным пособием.

Пришло время обратиться к сознанию: что происходит с ним (в нем), когда мы пытаемся освоить асану? Для того чтобы расслабить мышцы вначале приходится курсировать вниманием по телу, но Сутры говорят именно о сосредоточении на бесконечном! Как это понимать?

Что происходит со взором, если рассматривать близкий объект? Взор фокусируется. Если «смотреть» очень далеко, как бы в никуда, оси глазных яблок выходят в параллель. То же и с сознанием, сосредоточить его на бесконечности - значит просто отпустить, ни о чем не думая!

Внимание – это часть сознания, поддающаяся произвольному управлению, маневрируя им, мы избирательно нацеливаем восприятие. Внимание автоматически «сжимается» либо «расширяется» вместе с полем зрения. Оно, как и взор, постоянно блуждает, и хотя можно на какое-то время остановить это движение, сознание при этом сразу начинает напрягаться.

Итак, согласно Сутрам, внимание в асанах нужно перенести на бесконечность, но как? Во-первых (если это не влияет на выполнение позы), следует закрыть глаза, поскольку внешний мир на время практики нам не нужен. Тем самым мы лишаем внимание привязки ко внешним объектам, и ничто больше не мешает сосредоточиться на восприятии ощущений. Фиксированные неподвижные позы используются именно затем чтобы освободить сознание от привычного «содержимого», а затем и собственной автономной деятельности, что возможно только после того, как будет освоено растворение ощущений (см. главу «Ощущения»). Когда это достигнуто, и данный вопрос решен, внимание просто держится в теле, при этом не возникает логических цепочек, умозаключений, не принимаются решения. ССС отмечает, что волевая борьба с мыслями недопустима, установка должна быть такой: «Отойди, мысль, после занятий я тебя додумаю». Следует отрешенно созерцать то, что творится на экране ума. Можно привязать внимание к движению воздуха в ноздрях, а если это сбивает дыхательный ритм - наблюдать за движением области солнечного сплетения, грудной клетки либо непрерывно отпускать глаза.

Редко, но бывает, что направление внимания на тело открывает бездну странных ощущений, в них можно утонуть, это обусловлено особенностями репрезентации, тогда на первых порах следует использовать внешние зацепки: тиканье настенных часов, метронома, шум прибоя и т. д.

Когда качественная практика асан освоена, тонус сознания падает и ментальное пространство ощутимо «разрежается», пропорционально степени этой пустотности тело начинает спонтанно оседать в форме, «стекая» к абсолютному (на сегодняшний день) ее пределу.

На самом деле асану не надо делать, в ней нужно просто быть! Но истинное понимание этого момента и его реализация стоит очень дорого.

Опишем примерное развитие событий в асанах на гибкость и растяжку. Итак, доступная форма позы принята, глаза закрыты. Вначале приходится сканировать тело лучом внимания и в фокусе этого луча расслаблять мышцы усилием воли - условно назовем эту стадию первым вниманием. Пока не наработан автоматизм, сканирование приходится постоянно повторять. Это не разовый акт, но процесс: как только луч внимания сместился, мышцы в оставленной им области норовят напрячься заново.

Когда поза стала привычной, ощущения растворены и наступила физиологическая тишина, внимание начнет «расплываться» вместе с сознанием, превращаясь в своеобразный экран, на котором как бы «высвечивается» все тело целиком. Сознание (осознание) тела становится телом сознания – назовем это условно вторым вниманием или начальной стадией ЧВН. Если при этом «всплывают» ощущения от внутренних органов, значит, с ними есть проблемы, суть которых лучше выяснить незамедлительно. Когда тишина в теле и сознании начинает нарушаться – все равно где и чем – значит, время выдержки позы истекло.

Во всех асанах следует полностью отпускать мышцы лица, при этом сама собой возникает слабая тень улыбки, которая задействует только семнадцать мышц, когда лицо «твердое» их работает более сорока. Любое нарушение пустоты (молчания) ума мгновенно отзывается мышечной контрактурой в теле, и становится понятно, насколько сильна их взаимосвязь. Углубление начального ЧВН, достигнутого в асанах, имеет место в самьяме, это третье внимание, натхи характеризуют его так: «Йога – это быть мертвым, оставаясь живым» (конечно лишь на время практики). Можно сравнить это с метафорой христианских мистиков, памятование о страстях, которые больше «не включаются», аскеты назвали «животворящей мертвостью».

В любой асане на растяжку и гибкость есть три стадии изменения формы, которые, исчерпавшись, завершаются полной неподвижностью. Сначала поза выполняется приблизительно, это первая стадия - движение произвольное, я принимаю форму. Ей сопутствует первый этап релаксации - луч внимания скользит по телу, снимая мышечные зажимы. Когда мышцы в целом расслабленны и началась релаксация ментальная, тело начинает спонтанно оседать - это вторая стадия движения в форме - непроизвольное. Когда она иссякает, первое внимание сменяется вторым. При этом в любой «сидячей» либо «лежачей» асане сохранен минимальный тонус мышц, удерживающих форму и положение тела в пространстве. Минимизация количества задействованных в позе мышц является одним из признаков мастерства. В итоге остается обесточенное сознание (начальная стадия ЧВН) и полная физическая неподвижность, сквозь которую едва «просвечивает» работа дыхания и сердца. Это момент истины: тело зависает на границе формы, дальше которой оно сегодня не может согнуться, либо на ее мышечном «каркасе» (в силовых позах). Со временем возникает и третья стадия – начинает двигаться сама упомянутая граница, идет гомеопатический прирост общей гибкости вплоть до пределов, свойственных данному организму. Это не чья-то чужая, но собственная, природная гибкость, которая является такой же константой, как давление крови.

«Невзирая на преклонный возраст, тело Бхарагвы было столь молодо и гибко, что он часами без напряжения пребывал в самых невероятных позах» («Будда Шакьямуни», с. 73).

«Многие асаны деформируют полости тела, в частности, грудную и брюшную, что ведет к изменению давления, и, соответственно, объема» («Физиологические аспекты йоги», с. 23).

«Позы йоги отличны от прочих тем, что в них имеют место экстремальные отклонения суставов и растяжения мышц, и тело фиксируется в таких позициях, которые в обычных условиях не встречаются» (там же, с. 53).

Важными для новичков являются вопросы времени выдержки и регулировки нагрузок в асанах. Касательно регулировки приведу метафору участника конференции realyoga.ru СМАРти: «Известен опыт: взяли брус льда, поставили его краями на опоры, посередине расположили петлю из струны, на которой был подвешен груз. Через неделю под весом груза струна прошла сквозь лед, не оставив следов, и упала на пол, брус при этом остался целым! Приращение гибкости в асанах аналогично описанному выше процессу, но с одной оговоркой: тело восстанавливается. Если не практиковать регулярно, струну будет снова и снова выталкивать на поверхность. Надо найти такой вес (уровень нагрузки), чтобы не разломить кусок льда (не повредить тело), тогда проволока пройдет насквозь с оптимальной скоростью. Причем, чем будет более приближаться вес к пределу, тем быстрее (в разы) цель будет достигнута. Если масса меньше нужной (оптимальной) - не добьетесь ничего, что соответствовало бы йоге, максимум - результат обычной аэробики. Нужный режим настолько «тонок», что в обычном состоянии сознания вы никогда не сможете правильно определить степень нагрузки - а фишка в том, чтобы выдерживать его максимально четко. Для нужной чувствительности надо придерживаться схемы йогической настройки - там действительно шорох листа кажется громом, ну и сигналы тела различимы. Еще аналогия – асфальт и корни деревьев. Кусок дерева сломается, если попытаться пробить им асфальт, однако давление растущих корней проламывает покрытие немалой толщины, что мы наблюдаем в парках и на заброшенных улицах».

Из интервью Б.К.С.Айенгара журналу «Йогасара» (август, 1994): «Нужно уметь ждать. Я сам встретил множество препятствий, но никогда не прекращал своей практики, в то время как другие отступались, хотя мои физические данные изначально были слабыми, и среда, в которой я жил, неблагоприятной. Если я смог продолжать (заниматься йогой – В.Б.), вы сможете тоже. Именно в этом смысле надо понимать усилие. Не нужно воображать, как делают некоторые, что для максимального результата нужно минимальное усилие. Это верно для меня, но не для вас. В отличие от вас, я могу выполнить Уттанасану (стр. 84, иллюстрация №48 русского издания «Прояснения йоги») или Саламба Сиршасану (там же, №184, стр. 174) без какого-либо напряжения. Я не только достигаю максимального результата, но мои усилия по сравнению с вашими - минимальны. Но когда я начинал, мне действительно требовалось побеждать себя, чтобы направить все усилия на практику. Усилия стали естественными, и в этом состоянии природного существования развивается спокойная сила, которая представляет собой мир полного расслабления. Не забывайте, что расслабление не имеет ничего общего с обрушиванием...»

Утверждение «...Если я смог, вы сможете тоже» не выдерживает критики. Генетические исследования показали что население Индостана делится на две основных группы, в генокоде одной из них есть участок, обеспечивающий аномальную (по европейским меркам) мобильность опорно-двигательного аппарата. То, что дано природой, не достигнуть никакими тренировками. Когда гибкость потенциально заложена, развить ее – не такая уж и проблема. И те многочисленные травмы, которые получал юный Айенгар в процессе занятий йогой Кришнамачарьи говорит либо о плохом присмотре со стороны гуру, либо о чрезмерной спешке при освоении сложных асан. Что же касается здоровья, то степень гипермобильности тела с ним никак не связана, я встречал исключительно гибких людей с очень плохим здоровьем, иногда сама гибкость является болезнью.

Итак, выполнить асану грамотно - значит просто сделать ее так, как она сегодня получается - и только, без желаний, старания и каких-либо ухищрений. На базовые свойства психосоматики и процессы жизнеобеспечения воля человека не влияет. Если в отношении собственного тела есть умозрительные варианты измениться быстро - все они ошибочны. Это знали уже в древнем Китае, эпоха Сун оставила притчу о нетерпеливом крестьянине, недовольный медлительностью роста злаков, он тянул их за стебли до тех пор, пока не выдернул из грядки («Общество и наука на Востоке и Западе», с. 155).

Полная релаксация это непременное условие успеха не только в Хатха-йоге, но и в самьяме. «Во время практики асан вы полностью забываете внешний мир, вы отрезаны» (из интервью Б.К.С.Айенгара журналу «Здесь и сейчас», 1999, с. 8). Данное условие - стопроцентная смена содержимого сознания - является решающим!

Сегодня на первой странице сайта московского Центра Айенгар-йоги вывешено изречение Гуруджи: «Релаксация начинается с внешней оболочки тела и проникает в самую глубину нашего существования». Замечательно правильные слова, но что мы имеем в реальности?

«Прояснение йоги» переиздавалось в Европе и США десятки раз, но описание техники асан, приведенное в ней, равно, как и то, что дают инструктора Айенгар-йоги в России является аналогом дурной бесконечности в математике. При традиционном подходе тело само вливается в доступную и естественную форму, совершенно ни к чему заучивать и затем пытаться соблюсти бесконечные нюансы постановки коленей, ступней, лодыжек, пальцев рук и т.д. Все это не оставляет никаких шансов на достижение ЧВН, еще больше загружая ум в дополнение к уже имеющимся факторам бытия вместо того, чтобы дать ему возможность очиститься. Центральный момент практики – достижение молчания ума, в Айенгар-йоге не то что не решен, но даже и не поставлен. Понимание необходимости самого элементарного в йоге - расслабления физического доходит через боль и пот, как в армии: ноги в «стоячих» асанах напрячь, напрячь, и еще раз напрячь до предела! В результате добросовестного старания новичок вскоре начинает умирать, поскольку болит все. Но жить-то хочется... И он начинает непроизвольно филонить, то есть расслабляться. Такой подход позволяет «обучать» асанам любое количество людей одновременно, и выгоден тем что, умотавшись до предела, они не задают никаких вопросов. Если бы айенгаровцы не морочили людям головы абсолютно не актуальными и бесконечными деталями «техники», им было бы просто нечего сказать. Готовят преподавателей (и подтверждают они свою квалификацию) этой йоги на международных интенсивах, основной принцип которых - сверхнагрузка. День за днем люди крутят асаны с утра до вечера, выдерживая их столько, сколько требует гуру, с какого-то момента переставая ощущать боль и усталость. У тех, кто не сломался наступает анестезия, которую обеспечивает экстремальный выброс эндорфинов. С одной стороны, они влияют как обезболивающее, с другой - как наркотик (на конференции сайта как-то прозвучала мысль о том, что «йога Айенгара это эндогенная наркомания»). В дальнейшем такая практика становится зависимостью, организм систематически требует привычного уровня нагрузки, без которой идет вразнос, с другой стороны эта же нагрузка со временем разрушает его. Сертифицированные учителя Айенгар-йоги - люди физически вышколенные, но в них не видно простой радости бытия, не говоря уже о просветлении. Удовольствие появляется только на пике усилий - «приходе», как говорят наркоманы. Идеально отформованные детали транснационального механизма извлечения прибыли, полностью утилизированные системой, они безвозвратно погрязли в исполнительских нюансах и давно забыли (а, скорее всего, и не знали) о том, что йога «правильной формой асан» не исчерпывается. И даже не начинается с нее. Ходили слухи, что особо одаренным Гуруджи лично дает некие продвинутые техники, но никто и никогда этих людей не видел.

Высокопоставленные представители Айенгар-йоги упорно солидаризируются (на словах) с традицией: «…Давайте определимся в том, что мы понимаем под расслаблением... Если лежание на полу и дрему или сон, то, конечно, школа Айенгара не предусматривает релаксацию такого типа. Мы понимаем релаксацию, как способ позволить своему разуму хоть несколько мгновений побыть наедине с самим собой, в состоянии простоты и ясности... И этого состояния невозможно достичь, если вы недостаточно тренированы в выполнении асан и пранаям» (из интервью Ф.Бириа журналу «Здесь и сейчас», 1999, вып. 3-4, с.70).

Далее он говорит совершенно правильно, что истинная релаксация характеризуется преобладанием альфа-ритма, но беда в том, что между массовой практикой Айенгар-йоги в России и правильными словами Бириа нет никакой видимой связи. Летом 1999 Шандор Ремет поведал участникам московского семинара что, добросовестно занимаясь по системе Айенгара, он к сорока годам почти полностью потерял здоровье, пришлось заново переосмысливать и полностью менять практику.

За много лет я не встретил в России людей, которые сумели бы без разрушительных для здоровья последствий (текущих либо отложенных) освоить полный курс, предлагаемый в книге «Прояснение йоги». Абсолютное большинство энтузиастов, среди которых в начале пути был и я, неопределенно долго (пока хватает терпения либо до хронических травм) буксует в пределах первых тридцати недель, для пополнения же инструкторских кадров отбирают людей молодых и физически одаренных. При безусловной лояльности к существующей внутренней политике они сертифицируются, даже отдаленно не владея тем спектром асан, которые выполнял в их возрасте Айенгар.

Пару лет назад ко мне обратился давний знакомый, мы встретились с ним в 1989 на занятиях, которые вел Гуруджи в спорткомплексе второго Московского мединститута. С тех пор отставной летчик практиковал только в русле этой школы. Имея железное здоровье, за восемь лет занятий «по Айенгару» он заработал тахикардию и проблемы с мозговым кровообращением, частично ему удалось восстановиться только радикальным уменьшением количества выполняемых за одну тренировку поз и глубокой релаксацией.

Работы Бихарской школы (до 1983), неизменно подчеркивают: основа йоги – глубокое расслабление, неизвестное европейцам, именно ему следует обучать в первую очередь. На мой взгляд, ССС тем и велик что, представляя тантрическую ветвь йоги, он, в отличие от прочих, поставил глубокое расслабление во главу угла любых психотехник, не говоря уже об асанах.

Рассмотрим исполнительский алгоритм Пашимоттанасаны, применимый также ко многим позам на растяжку, гибкость, и скручивание. Итак, я уселся на коврик, вытянул вперед прямые в коленях ноги, закрыл глаза, взялся руками за ступни (если это возможно, если нет – зацепил их кольцом из ремня), полностью расслабил тело и начал медленно, почти самопроизвольно, подавать туловище вперед и вниз, сохраняя спину (без специальных стараний) относительно прямой. Вскоре где-то, неважно где - в пояснице, спине, подколенных сухожилиях, суставах бедер - появляется локальное ощущение, это обозначился рубеж, на котором произвольное сгибание надо прекратить. В неподвижности и с минимальными, проступившими на подходе к этому рубежу ощущениями (близкими к фоновым), я продолжаю «отпускать» сознание и тело, и если все нормально, ощущения растворяются без остатка, а самопроизвольное оседание туловища дальше, к прямым ногам продолжается. Затем ощущение может возникнуть снова, либо в прежнем месте, либо где-нибудь еще, значит снова остановка, ожидание, растворение – и тело «стекает» до нового предела. И такое ступенчатое изменение формы продолжается до тех пор, пока не исчерпается весь, имеющийся на сегодня, потенциальный резерв гибкости. В окончательном положении можно пробыть не более половины суммарного времени сгибания, либо выйти раньше по каким-то возникшим признакам.

Можно ли выполнять асаны с болью? «Боль - психофизиологическая реакция человека на повреждающий раздражитель, вызывающий в организме органические и функциональные нарушения. Важнейший компонент боли - субъективные ощущения, носящие характер страдания» (БЭС, с. 77).

Боль это сигнал микротравмы на суставной сумке, мышечном волокне, сухожилии. После разового болевого проявления на его месте остается материальный след - микрошрам. Если систематически делать асаны с болью (через боль), возникает область, пораженная следами болевой «коррозии». Когда их количество достигнет критического уровня, возможны два сценария: либо вся упомянутая область воспаляется, и я получаю вялотекущую хронику и двигательные ограничения, либо возникает острая травма.

Бывают и смешные случаи: выполняя однажды Паршва Пиндасану (№ 270 «Прояснения йоги»), я непроизвольно дернулся от телефонного звонка, получив при этом растяжение межлопаточных связок и суточный болевой шок с температурой под сорок.

С травмой, полученной в неверной практике, следует вести себя грамотно. Даже когда она полностью перестала ощущаться (как бы зажила и скрылась из вида), это еще не значит, что можно давать себе полную нагрузку, напротив, с выполнением позы, в которой вы травмировались, следует повременить еще столько же времени, сколько прошло от начала возникновения травмы до полного исчезновения болевого синдрома. Если этот принцип не соблюдать, велика вероятность рецидива, поскольку полное исчезновение боли и двигательных ограничений это вовсе не признак окончательного восстановления.

«Ни сидение в позе лотоса, ни стояние на голове, ни скашивание глаз на кончик носа не является йогой» («Гхеранда-самхита»).

Отечественные фанаты йоги, а я повидал их немало, всегда стремятся к убойной сложности асан, понятно, что без травм тут не обойтись. В печально известном и закрытом до сих пор городке НПО «Маяк» обитает любопытный тип по кличке Гуру. В юности, эпатируя окружение, парень ел стаканы, а потом, отслужив армию, фундаментально ударился в йогу. Он стоял на голове часами и прекратил маразм только после микроинсульта, отделавшись легким заиканием. Все бы ничего, как говорят, мое повидло, хочу - ем, хочу - на асфальт мажу, если бы Гуру не подался в «учителя». И однажды, когда по его приглашению я проводил на «Маяке» семинар, одна из учениц задала вопрос на консультации: - Скажите, а что делать, если в результате практики появился варикоз? Когда я изумленно спросил: - Что это за такая практика?! - последовал ответ: - Да иногда Сергей Владимирович держит нас в какой-нибудь «стоячей» позе минут по двадцать...

Как заявляет Госдеп США - без комментариев! Однажды Гуру порвал одну из боковых связок колена и, находясь в состоянии острой травмы гениально решил проблему выполнения Падмасаны. С адской медлительностью он приводил ногу в нужное положение, затем разгибал в том же темпе, на весь процесс уходило минут сорок. – Слушай, - поразился я, - а если невзначай дернешься, что будет? – Да было такое пару раз, - равнодушно сказал Гуру, - провалялся, помню, в обмороке минут десять, и все дела…

Забавное совпадение, но в начале ХХ века изумленная Европа лицезрела факира по имени То-Рама. Во время Первой мировой войны человек этот, будучи юношей, получил тяжелое осколочное ранение и, как тысячи братьев по несчастью, должен был погибнуть от шока, с которым тогда справляться не умели. Однако он как-то смог подавить боль и выжил. Впоследствии человек этот много лет выступал в цирке, коронным номером его было прокалывание тела шпагой, наконечник которой имел форму иглы шприца, при равномерном давлении на рукоять клинок проходил сквозь туловище факира примерно за полчаса. Все это время зрители, затаив дыхание, наблюдали, как металл медленно погружается в живот, и затем выходит из спины. Скорость и время, а также форма наконечника - вот в чем состоял секрет, но, прежде всего, конечно, в психологических особенностях То-Рамы. Игла клинка при определенной дозировке давления расслаивает ткани, раздвигает капилляры, мелкие и крупные сосуды, отодвигает органы, если повреждения и есть - они физиологически минимальны, боль вообще не возникает, главное это преодолеть собственный страх.

Я сам проводил аналогичные эксперименты (не со шпагой, конечно, прокалывал большой иглой шприца мягкую часть руки чуть ниже локтевого сгиба) и могу засвидетельствовать: То-Рама не фокусничал. Главное препятствие - кожа, она необыкновенно прочная, когда игла минует ее, то дальше особых затруднений нет. Надо просто сохранять релаксацию и покой, неприятные ощущения минимальны, крови нет вообще, а после извлечения иглы из ранки выступает лимфа.

На самом деле все это не имеет отношения к йоге, боль ни в каком виде не совместима с ней кроме случаев хронических заболеваний опорно-двигательного аппарата и сброса накопленных в бессознательном деформаций.

В позах с преобладающим силовым компонентом состояние опорно-двигательного аппарата несколько иное. Обычно в повседневности более всего задействованы мышцы, обеспечивающие вертикальное положение тела, все прочее автоматически расслаблено, отвечая принципу минимизации, открытому Н.Бехтеревой.

Вспомним: «Любое движение йоги должно выполняться без возбуждения этим движением» (Айенгар). Что это значит? В состав любой физической работы всегда входит волевая поддержка, ее наличие особенно заметно при сильной усталости: когда у спортсмена или бойца иссякают ресурсы, он держится на воле, как говорят – «на зубах».

Но физические усилия в асанах, какими бы интенсивными они не были, не должны нарушать преобладания парасимпатики, вот одно из парадоксальных требований Хатха-йоги. Когда полная релаксация освоена то, говоря языком физиологии, происходит «...Надспинальное торможение рефлекторной дуги, обрыв так называемой гамма-петли. Сознательное (и глубочайшее) расслабление действует как вышестоящая инстанция по отношению к периферийным спинальным центрам управления и отключает их» («Физиологические аспекты йоги», с. 54).

Иными словами, мышцы в силовых асанах растягиваются (или сжимаются) до предела, а ответной сократительной реакции нет, поскольку глубокая релаксация тормозит, а затем и прерывает полностью обратную связь. Работа есть, и мощная, но сигналы с периферии не проходят, ЦНС временно отрезана от опорно-двигательного аппарата. Когда такое состояние становится реальностью, работа в нагрузочных асанах перестает «вздергивать» ЦНС. Тело становится автономным - поразительное ощущение! Об этом говорят мастера каратэ и у-шу, упоминая о «центре», который находится где-то в животе и остается неподвижным, какие бы сложные вольты в пространстве не выполнял адепт.

Расширение адаптивных возможностей синергично, свойства, приобретенные в каком-либо виде деятельности, проявляются всюду. Скажем, в пранаяме мы тренируем организм к повышению уровня углекислоты и, как следствие, в этом же процессе более качественно усваивается кислород. Когда мышечная работа «отцеплена» от нервной поддержки, становится ясно, какое громадное количество энергии человек растрачивает понапрасну во время бодрствования.

В состоянии покоя весь объем крови совершает полный «оборот» по телу примерно за три минуты, это время и является кратным для выдержки «лежачих» и «сидячих» асан (кроме базовых). Длительная же экспозиция должна сопровождаться высоким качеством релаксации, в противном случае можно незаметно перегрузиться.

Чем полней расслаблена не задействованная в сохранении позы мышечная «периферия», тем более избирательно и полно задействуется то, что работает, со временем это дает огромную физическую силу. Один из секретов Хатха-йоги заключен в точечной фокусировке усилий и способности долго сохранять ее без утраты общей релаксации. Асаны либо их блоки (несколько поз, выполненных с минимальным интервалом в минуту либо две) следует разделять более длинными паузами, например трехминутной Шавасаной, за это время «стирается» силовой рисунок предыдущей формы и возникает молчание ума. Есть комбинированные позы такие, как Падмасана в Сарванганасане, Сиршасане и т. д., при их выполнении одновременно соблюдается все, описанное выше.

Одним из следствий регулярных практики асан является устранение разницы между правым и левым, отсюда требование симметричного выполнения. Если симметрия нарушена изначально, следует выполнить позу в проблемную сторону, затем в удобную, и опять в проблемную.

И последнее: для наиболее эффективной настройки лучше всего начинать ежедневную практику с базовых поз: Пашимоттанасаны, Сиддхасаны, Вирасаны либо Сиршасаны. Вечерние занятия вообще целесообразно открывать циклом «перевернутых».

Когда-то с легкой руки Б.Сахарова я начал (и продолжаю по сей день) в качестве универсального ключа использовать Пашимоттанасану, выполняя ее от одного до трех раз в начале практики, это позволяет отстроиться от влияния текущих геомагнитных возмущений, которые отражены в теле. Во время занятий йогой рекомендуется положение лицом на восток, хотя это и не принципиально.

Начальная гибкость варьирует в зависимости от времени суток: в шесть утра она может быть одной, в половине седьмого другой, еще через час - третьей, поэтому оптимальное время для асан следует определить эмпирически.

Каждую позу допустимо повторять от трех до пяти раз - по необходимости. После начального и при каждом последующем подходе форма (в асанах на гибкость и растяжку) должна спонтанно улучшаться, если этого нет - повторы нецелесообразны.

Итак, когда полная релаксация освоена возникает ряд следствий.

Первое - спонтанный прирост гибкости (никогда не являющийся целью, но сопутствующий грамотной практике). Все известные системы физического развития (от Древней Греции до современного бодибилдинга) воздействуют на мышечный корсет посредством активного движения, с отягощением или без оного. Единственным исключением был знаменитый силач Александр Засс (Железный Самсон), он применял изометрию известным лишь ему способом, что позволяло делать трюки, повторить которые так никто больше и не смог. Йога – та же изометрия, но реализуемая не за счет предельных физических усилий, а посредством регулирования времени выдержки определенных форм (положений) тела.

Второе - торможение сознания: посредством привязки внимания к телу и в результате качественного выполнения асан восприятие вначале освобождается от контакта с внешним миром, а затем и от ощущений. Когда удается отделить восприятие от самопроизвольной ментальной суеты, возникает молчание ума - начальная стадия ЧВН. Если есть предрасположенность, то в процессе освоения йоги субъект получает возможность управления непроизвольными функциями организма - это факиризм.

После того, как адепт научился избавляться от ощущений (следовательно, освоил дозировку нагрузки в асанах), главная его задача – получить произвольный доступ к молчанию ума (оно же – ЧВН). С помощью наставника или самостоятельно адепт должен найти «ключ» (или ряд «ключей») такого доступа исходя из особенностей репрезентации. И когда доступ получен, начинается подлинная практика йоги – процесс очистки и восстановления системы (психосоматики). Каждый раз, в асанах либо паузах между ними (а затем и «сплошняком»), дистанцируясь от спонтанных ментальных процессов, йогин входит в ЧВН. Именно в моменты такого выпадения начинается сброс вытесненного материала. По мере ежедневной реализации этого процесса жизнь и судьба человека изменяются полностью. Такой эффект йоги всегда почитался волшебством, ибо его невозможно получить в рамках какой-либо системы самосовершенствования, использующей осознанную активность ума и тела. При обычном состоянии сознания в любом виде деятельности можно получать только обычные результаты.

Из материалов конференции 30.03.2004, Федор: «Виктор, я давно хотел спросить. Вероятно, вы знакомы с теорией функциональных систем П.К.Анохина. Интересно, насколько вписалась означенная теория в ваше понимание практики йоги?»

Своему пониманию я обязан, кроме всего прочего, и теории функциональных систем. По Анохину системообразующий фактор - это полезный конечный результат. Именно руководствуясь им, система каждый раз заново выстраивает конфигурацию своих действий и отчасти – свою собственную структуру. Когда мы бодрствуем, пространство сознания забито ментальной работой и бесконечным целеполаганием, ведь все что человек делает, делается им для чего-то. Когда же привычное кипение ума сходит на нет сознание становится пустым и целеполагание прекращается. Система «видит» это чудное явление и, если оно повторяется систематически, постепенно к нему привыкает. Затем, в периоды ментального затишья она начинает действовать (поскольку ничто ей не мешает) в своих собственных интересах, сама ставит цель и сама же реализует ее. А цель у системы всегда одна и та же («одна, но пламенная страсть») – это текущий «ремонт», восстановление психофизиологических кондиций и выход к состоянию устойчивого гомеостаза, к его ультрастабильности. Таким образом, в процессе классической практики асан начинается и протекает до своего полного завершения общее оздоровление психосоматики - этакий «мелкий» побочный эффект! Который является бесценным для миллионов людей и недостижим сегодня в таких масштабах и с таким качеством чем-либо еще кроме классической йоги Патанджали.


Глава 8

НАЧИНАЮЩИМ

Есть плохие люди, нет плохого поля

Китайская пословица

 

Предлагаемые к освоению ниже асаны ориентированы на средний уровень физического развития, их может выполнить любой относительно здоровый человек. Прочесть данную главу нужно всем, кто начинает осваивать классическую йогу, но руководствоваться описанием выполнения поз следует лишь тем, чей уровень гибкости позволяет свободно воспроизвести форму, показанную на иллюстрациях. Как выполнять их тем, у кого такой гибкости нет – расписано ниже.

Фотографии помещены в этой главе с любезного разрешения исполнителя асан - инструктора нашей Школы Александра Сергеева.

Итак, день первый:

1. Пашимоттанасана - три подхода;

2. Врикшасана;

3. Уттхита Триконасана;

4. Паривритта Триконасана;

5. Уттхита Парсваконасана;

6. Паривритта Парсваконасана;

7. Вирабхадрасана I;

8. Вирабхадрасана II;

9. Шавасана;

10. Ардха Чандрасана;

11. Парсвоттанасана;

12. Паригхасана;

13. Уткатасана;

9. Шавасана;

14. Вирасана;

15. Джатхара Паривартанасана;

9. Шавасана - 15 мин.

Не следует пытаться выполнить каждый комплекс «от» и «до», напротив – новичок должен выбрать из перечня то, что доступно ему по силам, возрасту и состоянию здоровья. Тем, кто никогда не занимался спортом перевернутые позы целесообразно (и безопасно) вводить только на втором году занятий, и то лишь в том случае, если нет проблем с позвоночником, кровяным давлением либо избыточным весом.

Для того чтобы пребывание в позе было удобным, можно вначале опираться о собственное тело, мебель, стену, использовать любые подставки и т.д. Либо применять специальные приспособления, в системе Б.К.С.Айенгара именуемые пропсами. Идеологи, инструктора и адепты этой школы не в состоянии внятно объяснить, что дает эта йога, как делать асаны, чтобы не травмироваться, и почему вредна боль. Поэтому ею разработано бешеное количество различных подставок, специальных стульев, подушек, матов, кривых поверхностей и т.д. Цель этого цирка – так окружить начинающих подпорками и ограничителями, чтобы они сумели хотя бы какое-то время сохранять не травмирующую форму и как-то в ней расслабиться. Обращение с пропсами – целая наука, умело «пристегнутая» к школе Айенгар-йоги. Ясно, что для успеха в практике все эти приспособления ученикам рекомендуют купить – бизнес ширится. Сегодня это целая индустрия - масса ковриков для йоги, приспособлений и ремней, йоговская одежда с серебряной нитью, специальное йоговское питание и так далее. Непонятно, правда, где среди всего этого изобилия искать саму йогу.

Следуя примеру йогинов древности, у которых не было ничего, кроме собственного тела, мы советуем новичкам применять только два артефакта – «кирпичи» и ремни, и то, в случае исключительной тугоподвижности позвоночника и суставов.

Итак – позы, выполняемые стоя («стоячие» асаны) целесообразно осваивать у вертикальной плоскости и с опорой на нее, в идеале при прямых и обратных позах (со скручиванием верхнего пояса на сто восемьдесят градусов) обе лопатки (в результате овладения асаной) должны сохранять с этой плоскостью контакт. Ноги напряжены умеренно, однако коленные чашечки всегда подтянуты кверху. Это сохраняет ноги (либо одну, когда другая находится в выпаде) прямыми, как струна. Есть тонкий момент: если с этим усилием перестараться, то напряжение прихватывает все «остальное» тело. Не напрячь мышцы ног до нужной кондиции - асана окажется расхлябанной. Если удается попасть в оптимальный сектор величины мышечного усилия, то ноги будут твердыми и прямыми, но не перенапряженными, при этом туловище крутится в пояснице расслабленно и свободно. «Стоячие» позы особенно показаны при астении, гипотонусе и мышечной слабости. Что до простоты, то человек, освоивший «стоячие» асаны знает, что она - кажущаяся.

Находясь в физическом покое, мы, если специально не прислушиваться, не «видим» и не «слышим» свое дыхание. Полностью расслабиться в асане значит, в том числе, снять возникшее при входе в нее непроизвольное нарушение естественности дыхательного рисунка. Каждой позе соответствует определенный такой рисунок, частота и глубина дыхания в разных асанах совершенно различна. Но, несмотря на это, оно всегда должно сохраняться таким же естественным и свободным, как если бы вы удобно сидели на диване, читая книгу! Когда сохранность дыхательного покоя достигнута (расслаблением мышц туловища и живота), дыхание в позе, во-первых - исчезает из восприятия (перестает быть заметным), во-вторых - после выхода тут же восстанавливается исходный его рисунок. Нет ни сбоев, ни какой-либо одышки, для «стоячих» (и вообще силовых) поз это момент первостепенной важности!

Всегда и везде, в любой асане кроме тех, где нагружаются именно мышцы брюшного пресса – они, эти мышцы, должны быть расслаблены! Недаром инструктора Бихарской школы йоги (ашрам «Ганга-даршан») во время утренней практики ходят между рядами занимающихся с монотонной присказкой: «Расслабить живот… Расслабить живот…»

«Стоячие» позы характерны тем, что подошвы обеих ступней в них плотно, без перекоса, прилегают к полу, вначале это сложно, однако регулярная практика ставит все на свои места.

Полезно заниматься перед зеркалом - лучше видны ошибки. Делать «стоячие» желательно босиком (лучше – на деревянной поверхности), но чтобы ноги не остывали и не мерзли. Если это происходит, нужно периодически отогревать их под горячей водой, протирая затем насухо и надевая носки. Допустимо делать «стоячие» в мягкой обуви на резиновой подошве, поскольку ноги не должны скользить и разъезжаться. Оптимальная температура для занятий асанами - 22 - 24° С, в противном случае нужно обязательно утепляться. Сквозняки исключены, тело ощутимо остывать не должно.

На время месячных женщинам запрещены к исполнению силовые и «стоячие» позы, интенсивное скручивание и прогибы назад. Как известно, переносимость этого процесса весьма субъективна, от «Ничего такого, могу позволить себе любую нагрузку» до «Это конец света, невозможно подняться с постели».

Поскольку перерывы в практике нежелательны, каждая дама может подобрать себе асаны из приведенного ниже списка для выполнения во время критических дней. Если, конечно, вообще есть смысл говорить о занятиях, при откровенно плохом самочувствии следует ограничиться Вирасаной, Сиддхасаной и Падмасаной (если они доступны) либо не практиковать вообще. Надо подобрать такие позы, и выполнять их таким образом, чтобы это никак не влияло на обычный характер цикла, его интенсивность и длительность. Пусть останется минимум асан, но, повторив каждую из них два-три раза, вы сохраните позитивную настройку и хорошее физическое состояние.

Итак, на выбор:

Вирасана, номер 14 по комплексу второго дня (фото №89 в «Прояснении йоги»).

Сиддхасана №16 (фото №84 – там же);

Джатхара Паривартанасана, №15 (фото №274 – там же);

Ардха Бхуджангасана, №17 (в «Прояснении…» не представлена, см. ниже, в описании техники асан);

Баддха Конасана (фото № 101 – там же);

Упавиштха Конасана (№ 148, 149);

Вариант Вирасаны (№ 92).

21. Ардха Матсиендрасана (№21 - по комплексу второго дня);

Падмасана (№ 104 «Прояснения…»)

1. Пашимоттанасана (№1 по комплексам первого и второго дней).

Время следует выдерживать по ощущениям, но не более минуты. Для тех, кому данные асаны легки, можно увеличивать время экспозиции до 2 - 3 минут и добавить Джану Сиршасана (№ 126 – 127 «Прояснения…»). Повторюсь еще раз: я рекомендую использовать не саму книгу Б.К.С.Айенгара как руководство к действию (это бессмысленно и опасно), но лишь ее иллюстративную (и то выборочно) часть, поскольку, начиная с 1993 года книга эта наиболее растиражирована в России.

Вернемся к основному перечню поз и представим день второй:

1. Пашимоттанасана;

14. Вирасана – дважды;

16. Сиддхасана;

15. Джатхара Паривартанасана;

17. Ардха Бхуджангасана – три подхода;

18. Бхуджангасана, начальная фаза - ноги на ширине плеч;

19. то же, нога на ногу, основная фаза;

20. Трианга Мукхаикапада Пашимоттанасана;

21. Ардха Матсиендрасана, сидя на ноге;

22. то же - сидя на полу;

23. Маричьясана;

24. Парипурна Навасана - 3 подхода;

25. Ардха Навасана - 3 раза;

26. Пурвоттанасана;

27. Урдхва Прасарита Падасана;

28. Сиршасана - по возможности, но не более 10 мин.

29. Сарвангасана - до 3 -5 мин.

30. Халасана - до 5 мин.

15. Джатхара Паривартанасана;

9. Шавасана - 15 мин.

Следует выполнять оба этих комплекса, чередуя их ежедневно. Если в течение дня возникает вялость, нужно увеличить паузы между асанами, сократить время экспозиции, либо выполнять комплексы не до конца, а по воскресеньям с чувством исполненного долга не заниматься вообще. Суета и усердие в йоге ни к чему хорошему не приводят, тем, кто желает заниматься больше одного раза в день, полезно помнить японскую пословицу: «Кто не был на Фудзи ни разу - тот дурак, но кто взобрался туда дважды - тот дважды дурак». Я бы вообще рекомендовал начинающим в первый год занятий обязательно устраивать себе отдых от практики, то есть заниматься не более шести раз в неделю. Допустимо и пять. Четыре – это минимум.

Итак, йога это молчание ума. Путь к нему начинается с отвлечения внимания от внешнего мира и привязки его к телу в физической практике. По определению асана есть неподвижная и удобная поза. Удобство означает, прежде всего, комфорт. Следовательно, пребывание в асанах должно быть комфортным. При каких условиях неизвестная жизненному опыту форма тела может быть воспроизведена и сохранена с комфортом? Только если я делаю позу так, как она получается без каких-либо физических ощущений, в том числе и прежде всего – неприятных. Тем самым в практике соблюдается принцип ненасилия – ахимса.

Если у вас неважная исходная гибкость (а такова она у подавляющего большинства людей старше двадцати пяти лет), то вы не сумеете и близко выполнить позу к тому, как она изображена на фото, либо показана инструктором. Как не старайся, согнуться сильнее, чем это сегодня возможно, тело не позволит. Кроме того, какое может быть старание, если в любой позе йоги мышцы, сохраняющие ее силовой рисунок, должны быть загружены минимально, а прочие – полностью расслаблены? Мастерство выполнения асаны характеризуется минимизацией работы в ней, а мышечная релаксация не совместима с любыми волевыми проявлениями. Следовательно, поза в грамотном исполнении будет правильной - независимо от формы – тогда и только тогда, когда при входе в нее, выходе и сохранении в теле не возникнет явных усилий и неприятных ощущений! А лучше и надежнее - если не возникнет вообще ничего.

Конечно, пока организм не привык к этой новой работе, какие-то минимальные сигналы все же остаются: где-то что-то слегка потягивает и поламывает. Это нормально, главное чтобы эти ощущения, сопровождающие вход в асану и выход из нее, не были выраженными и исчезали, когда вы неподвижно застываете в форме. Пока длится комфорт, и в теле ничего нет, поза сохраняется в относительной неподвижности.

Итак, то, что вы видите на картинке либо фотографии – не пример для подражания, правильная поза такая, при сохранении которой тело не напоминает о себе. Как только где-либо начинает появляться (проступать) ощущение либо напряжение – поза завершена, из нее нужно выйти. Если вы удерживаете её дальше, при нарастающих ощущениях (напряжении, усилии), она перестает быть асаной и становится способом причинения вреда организму. Не следует пытаться улучшить форму, согнулись до границы появления ощущений и всё. Правильней будет остановиться, не доходя до этой границы, едва ее касаясь.

Вообще практиковать йогу следует равнодушно, словно это делаете не вы. Нужно помнить что все эти позы – только средство, осваивают их для того чтобы устранить в этом процессе привычную суету ума. То, что при этом оздоровляется тело – побочный, неоценимый эффект!

Старание, добросовестность, желание сделать лучше, правильнее, ускорить дело – все это только мешает. Озабочен ли дождь тем, чтобы идти лучше? Он просто идет так, как идет. И позы йоги нужно просто делать так, как сегодня они получаются. Но без ощущений. И трижды наплевать на форму!

Новички удивляются: - Но если асаны не стараться сделать правильно, если нет никаких ощущений, усилий, пота, то где полезное воздействие?

Ответ простой: его реализуете не лично вы, но сама форма и время ее экспозиции. В повседневной жизни мы выполняем множество самых разных дел, не ощущая при этом свое тело, почему в йоге должно быть по-другому? Техника безопасности (не повреждения) с раннего детства встроена в наши повседневные действия, игнорировать ее нельзя. Если все в порядке – тело здорово и работа суставно-связочного аппарата осуществляется без перегрузки - мы ничего не чувствуем. Когда мотор автомобиля исправен, он в рабочем режиме не прослушивается.

Каков механизм воздействия поз йоги? Даже самые простые из них вы никогда не делаете в жизни, тем более – подолгу в них не находитесь. Чем комфортней асана, тем дольше она выдерживается. Тем более интенсивный поток непривычных раздражителей поступает от суставов, связок и мышц в двигательные структуры мозга, расположенные в подкорке, где постепенно формируется новый очаг возбуждения. По закону сохранения при этом падает тонус доминантных зон (очагов возбуждения) коры – человек успокаивается. Иными словами грамотная работа в асанах с одной стороны оздоровляет тело, с другой – осуществляет начальное успокоение ума, которое углубляется по мере адаптации к практике йоги.

Конкретное время выдержки каждой позы в двухдневном комплексе мною убрано, опыт последних лет работы Школы показал: какую бы длительность асаны не назначить – всегда кому-то она будет недостаточной, а кому-то слишком большой. Потому надежнее применять универсальный и безопасный принцип выдержки позы до первого признака потери комфорта, пусть это будет всего лишь несколько секунд. Как только начинают появляться ощущения в мышцах, сухожилиях, связках, обозначается нарастание усилия, тряска, прилив крови к лицу, учащение дыхания и сердца – из позы нужно выходить немедленно. Время выдержки асан (без ощущений) будет постепенно увеличиваться как в результате привыкания к ним тела, так и освоения молчания ума – ментальной релаксации.

Если подавляющее большинство новичков не могут выполнить позы так, как это показано на иллюстрациях двухдневного комплекса, какой смысл тогда в их подробном описании?

Скажем так: оно полезно, во-первых, для тех, кто обладает изначально высоким уровнем гибкости, позволяющим выполнить все эти асаны с ходу и без ощущений. Во-вторых, по ходу практики гибкость прирастает и когда тело «вольется» в форму, показанную на иллюстрации, то описание техники исполнения станет по большей части актуальным. Да и в процессе приближения к канонической форме асан некоторые технические детали будут весьма полезны.

Итак, при освоении асан йоги человек вначале разбирается с ощущениями физическими, сознание его (ум) занято исключительно этим, тело просто адаптируется к новой систематической нагрузке.

Обратимся теперь к паузам между позами. Вопрос, собственно, заключается в следующем: чем следует занять ум в при выполнении асан, чтобы его не засорял просачивающийся исподволь ментальный поток обыденности?

Допустим, сегодня по графику «стоячий» комплекс. Выполнив Уттхита Триконасану влево, вы вышли из позы и встали прямо, что дальше? А дальше следует закрыть глаза и расслабить их, чтобы глазные яблоки не дрожали – если это возможно! У некоторых попытка как-то отпустить глаза (чтобы они сами нашли удобное положение и перестали ощущаться) вызывает еще большее напряжение, в таком случае связываться с этим нерентабельно. Нужно поискать такое место в теле, где внимание цепляется свободно и «залипает». Это может быть, скажем, переносица. Если прикоснуться к ней пальцем, а потом убрать его, на коже остается пятно ощущения. Если перевести туда внимание (лучше при закрытых глазах), то в этом пятне начинаются некие процессы, возникает покалывание, давление, какая-то неясная активность. Потом - тяжесть, горячие мурашки, тепло, которое может остаться на месте либо перейти на кончик носа, распространиться на щеки... Обычно пациенты говорят об этом так: - «Зажглась» переносица, потом ладони, и мысли больше не лезут… Ладони – также удобное место сенсибилизации, внимание легко держит их, и они греются.

Можно держать вниманием все тело сразу, ничего не выделяя в нем и не пытаясь отыскать. В этом случае внимание/сознание диффузно растворяется в теле и становится неподвижным.

Есть процесс, за который внимание цепляется относительно легко – это дыхание. Находясь в паузе между асанами, после того как «растают» ощущения от предыдущей позы можно направить внимание на следующие аспекты этого процесса:

- движение воздуха в носу (ощущение соприкосновения потока воздуха с кожей ноздрей на вдохе либо выдохе);

- движение брюшной стенки при вдохе и выдохе;

- аналогичное движение грудной клетки.

При этом имеет место только привязка внимания но, ни в коем случае не контроль дыхательного процесса. Йога – тотальное (хотя и временное) избавление от любого сознательного контроля. Привязка внимания к дыханию никак не должна сказываться на его естественности, ритме, глубине и т.д. Это отчасти напоминает випассану на дыхании, выполняемую на малом временном промежутке.

Если между зеркальными позами (а отдых должен быть не меньше продолжительности самой позы, либо вполовину больше) не удается надежно укрепить внимание в теле, вас захлестывают и уносят ментальные сюжеты, нужно снова и снова, с ледяным упорством, неуклонно, раз за разом возвращать внимание к телу. Причем, не стараясь удерживать его там до скрежета зубовного, поскольку это не расслабит, а напряжет ум еще сильнее. Со временем внимание (а, следовательно, и сознание) станут управляемыми, определятся наиболее удобные для его закрепления точки, места и области организма, где оно будет пребывать в покое и тишине.

Кстати, в паузах между исполнением симметричных (вправо и влево) асан вовсе не обязательно стоять, можно сесть, например, на стул, прислонившись с прямой спиной к его спинке. Либо устроиться на полу, спиной к стене, с ногами, сложенными в Сукхасану, Сиддхасану либо свободно выпрямленными вперед.

Итак, с короткими паузами ясно, обратимся к назначению пауз длинных. Акцентировать внимание на таких паузах следует людям, которые пришли в йогу с проблемами психоэмоциональной сферы. Для таких пациентах главное вообще не асаны, но состояние, достигаемое в промежутках между ними.

Выполнив тот же «прямой треугольник» в обе стороны, следует лечь в Шавасану. И вот тут-то и начинается основная работа, не имея представления о которой люди несведущие удивляются: - Как же так? Что это за йога такая, как не посмотришь – лежат себе и лежат, спят, что ли? На самом деле именно в длинных паузах нащупываются подходы к молчанию ума - «читта вритти ниродхо» (ЧВН) - или ментальной релаксации.

Устроившись в длинную (от трех до семи минут) Шавасану, вы направляете теперь внимание внутрь, на само ментальное пространство. По мере привыкания к интроспекции и в зависимости от типа ведущей репрезентации там обнаруживается видеоряд, монолог, диалог, смесь видеоряда с болтовней либо, как это бывает у кинестетиков, темнота, тепло, мерцающее звездное небо, геометрия статичная, мобильная либо непонятно что, не поддающееся вербализации.

Из чего вообще состоит сознание? В его составе можно условно выделить такие компоненты:

- мыслящий - тот, кто думает;

- мыслимое - то, о чем думает этот кто-то;

- эмоции, автоматически «встроенные» в поток сознания;

- то, что «думается само» - автономная, непроизвольная ментальная активность;

- динамика сознания – сам процесс движения мыслей;

- наконец, наблюдатель, который обнаруживается в последнюю очередь. Этот субъект, который осознает сам себя в результате грамотно выполненного ментального торможения (устранения контекста) и есть абсолютное Я (абсолютный субъект), лишенное привычной активности. Изменение статуса данного Я, временное превращение его из неотъемлемого участника экзистенции в статичного наблюдателя – этот акт ментальной разгрузки или ограниченного бодрствования, реализуемый систематически уже является мощнейшей психотерапией!

Строго говоря, когда речь идет о молчании ума, то в некотором роде это метафора. После того, как отпали эмоции и произвольное мышление, упомянутый абсолютный наблюдатель дистанцируется от автономной активности сознания и его осознанность становится статической. Те, кто мыслит образами продолжают видеть сюжеты, как в песне Андрея Макаревича «но как-то не взаправду и очень издалека». Когда человек приходит в себя, то говорит, что видел сны, о чем – не вспомнить. Аудиалы рассказывают об умственной болтовне, сущность которой не улавливается. Кинестетики отмечают, что в какой-то момент времени просто выпадаешь из потока мышления, осуществляемого непонятно как, оказываясь где-то на отшибе. Вспомним формулу Веданты: «Ом шакшин ахам» - «Я – свидетель», причем такой, который временами не помнит даже сам о себе.

Итак, в длительных паузах между асанами трансформация сознания будет развиваться в целом по описанному выше пути. Но, конечно, далеко не так сразу и не так гладко. Навыки самонаблюдения нарабатываются чрезвычайно медленно, аналогично формированию предметного зрения у слепых от рождения людей, которым во взрослом возрасте сняли катаракту. Им приходится учиться видеть заново, примерно, то же самое происходит при овладении интроспекцией.

Первоначальная задача новичка йоги – прекратить целенаправленное мышление, её добиваются многократным возвращением внимания в тело. В какой-то момент вниманию/сознанию надоедает циркулировать между содержанием ума и телом, оно фиксируется на теле и становится однонаправленным, при этом тонус его резко падает. Субъективно это переживается как потеря «резкости», сознание (осознанность) начинает ощутимо расплываться, терять фокусировку. Тотчас же возникает ответное движение формы – тело начинает оседать в ней, «стекая» (без ощущений!) к абсолютному на сегодня ее пределу, добраться до которого даже экстраординарными личными усилиями и старанием – невозможно.

Именно эта прогрессирующая затем утрата четкости самовосприятия и есть начальная стадия ЧВН. Она не статичная, войдя в нее, начинаешь двигаться по направлению ко сну - это погружение. В какой-то его момент отделяется и начинает осознавать себя абсолютное Я – твоя субъективная основа, ты сам. Следует пребывать в этом состоянии, с трудом понимая, что ты не спишь, но и не бодрствуешь, ощущая свое дыхание, подергивание конечностей и разных частей тела, мелькание смутных мыслей. Как только наблюдатель начинает окончательно гаснуть, нужно, чтобы не сорваться в сон, прийти в себя и приступить к следующей серии асан, долгая пауза окончена.

По мере адаптации и упрочения навыка время от начала этой паузы до «расплывания» сознания сокращается, ментальная релаксация наступает значительно быстрее. За счет сокращения суммарного времени больших и малых пауз количество асан, выполненных в разовой практике увеличивается. Более того, вы приобретаете ценнейшую способность «отъезжать» стоя, сидя и в любом удобном положении даже вне занятий йогой. Некоторые мои пациенты приходят к такому режиму: падают в Шавасану либо садятся не после блока асан, но после каждой позы и отъезжают почти мгновенно, через пару минут автоматически приходя в себя.

На следующем этапе развития событий сознание гаснет прямо в асанах, при этом время их выдержки в полном комфорте значительно возрастает. Тогда, как правило, толчком к завершению позы служит уже не появление ощущений, но прояснение сознания.

Затем садхака уходит в себя уже в самом начале занятия, а «выныривает» только после окончательной Шавасаны, такая практика будет медитативной. Если вы начинаете, отключаясь, терять время (фаза бессознательного сосредоточения) и практика от этого сильно растягивается, обязательно нужно ограничивать длину пауз.

Суммируем все, сказанное выше, как алгоритм:

- поза выдерживается в полном комфорте, в теле ощущений нет;

- как только где-то в нем начало возникать первое ощущение, напряжение, тряска, прилив крови, учащение сердца и/или дыхания – асана окончена, из неё надо немедленно выйти;

- в медитативной практике сигналом к завершению позы будет спонтанное прояснение сознания;

- малая пауза между асанами – оперативная, потребна для растворения физического «эха» от предыдущей позы. Когда ничего от неё в теле не осталось – нужно еще с минуту побыть в этом сенсорном «нуле», и перейти к следующей асане;

- время малой паузы должно быть не меньше времени выдержки асаны и не менее полутора минут;

- паузы большие, стратегические, предназначены для трансформации сознания. Если человек пришел в йогу с психоэмоциональными проблемами, то длинным паузам следует уделить особое внимание. Их можно применять после серии асан, скажем – после каждых четырех либо двух. Предельное время пребывания в такой промежуточной Шавасане – пять-семь минут. Чтобы не заснуть или не «выключиться» слишком сильно (что не редкость при нервном переутомлении и срывах адаптации), нужно обзавестись таймером, чтобы после завершения нужного времени он помог очнуться. В течение двухчасового занятия допустимо выполнить до четырех таких длинных пауз, не считая завершающего расслабления.

- по мере адаптации к йоге и общего улучшения состояния длинные паузы начинают спонтанно сокращаться. Потом может сама по себе отпасть и потребность в них – сознание научится качественно «отъезжать» и в паузах коротких и в самих позах, о чем уже говорилось выше.

- в дальнейшем, по мере регенерации психосоматики разовая тренировка в йоге начнет «монтироваться» интуитивно, после достижения определенного уровня гибкости окажется востребованной описанная ниже техника выполнения асан.

1.Пашимоттанасана - один из вариантов перевода - «растягивание ягодиц». Б.Л.Смирнов трактует П. как «положение с растяжением тыла», поскольку «пашима» означает заднюю (западную) поверхность тела (в Индии, как правило, занимаются йогой и возносят молитвы лицом на восток).

Иногда пишется Пасчимоттанасана. В «Хатха-йога прадипике» находим:

1pash

28. Вытяните обе ноги и захватите руками большие пальцы ног, затем надо положить голову на колени. Это будет Пашимоттасана.

29. Являясь лучшей… Пашимоттасана пропускает поток дыхания через Сушумну, воспламеняет жар желудка, убирает лишние отложения в пояснице и устраняет все болезни.

«Гхеранда-Самхита»: («Путь Шивы», с. 18)

2. 22. Вытяни ноги на полу, как палки. Положи руки на обе ноги и тщательно держи руками концы ступней. Это - Пашимоттанасана.

Свами Йогешварананд в «First steps to higher yoga» приводит 12 вариантов П., Д.Брахмачари в «Йогасана виджняна» - напротив, дает П. предельно кратко и с минимальными комментариями.

В «Прояснении…» Б.К.С.А. П. и ее модификации занимают важное место, она предлагается для устранения множества неприятностей, включая облитерирующий эндартериит, но нужный сосудистый эффект возникает только при максимальном провороте таза в суставах бедер.

П. можно перевести и как «растягивание ягодиц». Цель позы - сложиться в пояснице подобно листу бумаги, туловище при этом укладывается на прямые ноги. Каноническую форму можно увидеть в фоторяде «Прояснения йоги» (№160).

В завершенном варианте П. спина представляет собой более или менее плоскую дугу. Лицо ложится на ноги за коленями, при этом угол поясницы с полом составляет не более сорока пяти градусов, чем он острее - тем совершенней поза. Впрочем, индивидуальная конфигурация П. зависит исключительно от строения и формы грудной клетки, при ее бочкообразности угол наклона поверхности поясницы к полу растет, при уплощенности - уменьшается.

В некачественных иллюстрациях колени и стопы в П. развалены в стороны, отчего ноги приобретают вид своеобразного вытянутого ромба, сильно отходя от пола в подколенной области. Безусловно, такая позиция неверна.

Ступни ног в П. должны быть:

a). плотно сдвинуты вместе;

б). не следует тянуть носок, как это делают гимнасты, уменьшая тем самым растяжение задней поверхности, пальцы нужно подавать на себя, а пятки вперед, чтобы подошвы ступней были более или менее перпендикулярны полу, при этом задняя поверхность бедер максимально прилегает к нему.

в). подошвы ступней образуют единую плоскость, а не разворачиваются друг к другу, подобно ладоням сложенных рук. Напротив, при грамотном исполнении позы внутренние края подошв немного как бы «выталкиваются» вперед, а внешние слегка отгибаются назад и наружу.

Когда негибкий человек садится на пол с туловищем, перпендикулярным полу, то его ноги уже напряжены. Работа начинается с того, что вы, сидя прямо, отпускаете их внутри, особенно мышцы бедер, одновременно расслабляя сознание. Ноги должны оставаться на полу в «отстегнутом» состоянии, как бы автономно от тела. И если релаксация возникла, туловище само начнет стекать вперед и вниз. Если П. делать правильно, ноги лежат на полу, прямые, как палки, им просто не «хочется» сгибаться в коленях. Такое ощущение, что кости буквально упираются в тазобедренные суставы, а спина вытягивается. В третьем подходе туловище укладывается на ноги, а ощущения так и не возникают, находиться в конечной форме даже удобнее, нежели входить в нее.

Положение головы. Тексты требуют, чтобы во всех позах, не связанных со специальным сгибанием позвоночника, он сохранялся прямым насколько возможно. Поэтому в любой стадии П. голову свешивать не нужно.

Спина. Если она слишком сильно сгорблена, то, как утверждает Тантра, практикующий получает «прокол» в районе Манипура чакры и теряет энергию. Не могу подтвердить либо опровергнуть данное утверждение, но работа дыхания и сердца при согнутой колесом спине, безусловно, затруднена.

Глаза. Их следует по возможности закрывать (во всех позах, где это возможно), впрочем, кому-то релаксация, в том числе и ментальная, дается легче именно с открытыми глазами, но это индивидуальная особенность. Возможно и третье, промежуточное положение глаз - полузакрыты.

Если начальный уровень гибкости не позволяет достать руками стопы, нужно перебросить через них ремешок, шарф - что угодно, чтобы можно было, взявшись за него, сидеть относительно свободно. Если туловище составляет с ногами тупой угол, то попытки П. нецелесообразны, ее следует заменить Уттанасаной (№47, «Прояснения йоги»). Чтобы уходить от ощущений, можно опираться руками не в пол, а скажем - в стопку книг.

Терапевтическому воздействию П. поддаются патологические поясничные лордозы, в комплексе со скручиваниями и прогибами назад эта поза устраняет прострелы, радикулиты, способствует предотвращению выкидышей у женщин (функции органов репродуктивной сферы зависят от состояния поясничного отдела позвоночника).

Исчезает скованность в спине, растягивается задняя поверхность ног, тело становится гибким. Пашимоттанасана стимулирует работу кишечника, желудка и абдоминальных органов.

Противопоказания: излишний вес, жировой пласт на животе, беременность свыше трех месяцев, грыжа межпозвоночная и паховая.

2. Врикшасана - поза «дерева». Стоя на одной ноге взять ступню второй, согнутой в колене, и поместить ее на внутреннюю поверхность бедра ноги опорной, пальцами вниз - пяткой вверх. Пятка должна располагаться вплотную к лобковой кости, а сама ступня и поверхность голеностопа - составлять единую плоскость с передней поверхностью бедра опорной ноги, мышцы которой следует напрячь до такой степени, чтобы ступня в них не «тонула», но опиралась на твердую поверхность. Опорная нога в колене прямая, коленная чашечка подтянута кверху. Колено согнутой ноги не отклоняется вперед, она полностью развернута вбок, в плоскость туловища. Руки вытянуты вверх, полностью выпрямлены в локтях, так, что внутренняя поверхность предплечий прикасается к ушам. Ладони рук соединены вместе. Тело струной вытянуто вверх, но без ощутимого напряжения и прогиба в пояснице. Внимание следует обратить на неподвижность (тишину) в опорной ступне. Когда она станет полной, можно закрыть глаза, но это будет не скоро, а на первых порах можно фиксировать В., уцепившись взором за любую точку в интерьере. Если живот полностью расслаблен, то дыхание выстраивается особенным образом, наступает комфортность, стоять настолько удобно, что не хочется выходить из позы. Она становится столь же удобной, что и поза столба в цигуне.

2vrik

Как и все «стоячие» В. способствует устранению плоскостопия, исправляется осанка, уходит скованность плечевых суставов. Противопоказаний практически нет.

3. Уттхита Триконасана - «прямой треугольник». Исходное положение в этой позе необходимо детализировать. Дело в том, что пропорции тела и длина конечностей у людей различны, так же как рост и комплекция. Сразу возникает вопрос: какова ширина постановки ног в УТ при каждом конкретном случае? Определяется она так: при наклоне вбок рука, опущенная перпендикулярно вниз, должна располагаться посередине одноименной ноги, на ее отрезке от колена до голеностопа. Или так: рука касается пола по центру горизонтальной проекции упомянутого отрезка.

Я не рекомендую прыжком, как требуют в школе Айенгара, принимать исходное положение в «стоячих», равно как и выходить из них. Резкие движения возбуждают, а наша задача – успокоение, поэтому вход в асану и выход из нее должны быть неспешными, расслабленными и мягкими.

3utt

Положение стоп. Во всех «стоячих» ступни всегда ориентированы таким образом, чтобы стопа, к которой идет наклон (или в сторону которой делается выпад), располагалась в плоскости ног и туловища, была направлена вбок, параллельно стене, когда вы располагаетесь к ней спиной. Другая стопа всегда образует с первой угол от сорока пяти до примерно семидесяти градусов. Во время выполнения любой «стоячей» позы подошвы обеих ступней должны плотно прилегать к полу.

Ноги в УТ должны быть прямыми в коленях, коленные чашечки подтянуты вверх. Туловище же, опустившись вбок, располагается строго в вертикальной плоскости, что на первых порах следует фиксировать, касаясь стены обеими лопатками.

Итак, выполняя УТ, следует встать таким образом, чтобы ступня ноги, к которой нужно наклониться, находилась на расстоянии 10-15 см от стены и была ей параллельна. Тогда пятка противоположной ноги - при развороте до необходимого угла - будет этой плоскости касаться. Установив ноги на нужную ширину, я начинаю с выдохом опускать туловище вбок, скажем - вправо. При этом лопатки, особенно верхняя, не теряют контакта со стеной. Так следует опускаться до тех пор, пока не появится сопротивление в боках или в ноге. Как только оно возникло и ощущения - неважно где! - стали явными, я должен, упираясь правой рукой в правую же ногу (с прижатыми к стене лопатками) распределить на нее часть веса туловища и остаться в этом положении. Ноги прямые в коленях и натянуты (без лишнего напряжения!), туловище расслаблено! Верхняя рука поднята в зенит, нижняя – опущена в надир. То есть, хотя она и упирается в ногу либо пол, но остается перпендикулярной ему. Одновременно я разворачиваю голову влево так, чтобы без особого напряжения в шее глядеть (а при закрытых глазах просто сохранять поворот головы) на большой палец левой руки, находящейся вверху.

По мере привыкания следует отходить от стены, для контроля можно лишь чуть касаться ее лопатками, впоследствии асаны выполняются без опоры.

В УТ следует входить на выдохе, далее дышать свободно и со вдохом подниматься в исходное положение так, чтобы скорость сгибания-разгибания не нарушала дыхание. Выдох на сгибании, вдох - и дыхание спокойное и расслабленное, но я уже нахожусь в позе. При этом рисунок дыхания и его параметры (объем, глубина вдоха-выдоха, их соотношение, частота и т.д.) изменились одновременно с конфигурацией тела, стали иными, присущими форме именно этой позы. Но, с другой стороны, дыхательный процесс остался таким же естественным и свободным!

Если соблюдать такой подход, то мышцы живота и диафрагма в асанах полностью расслабляются, что обеспечивает легкость и комфорт в «потрохах» - важный признак, говорящий о том, что внутрибрюшное и внутригрудное давление не растет.

Вот фрагмент книги «Годы и дни Мадраса»):

«В гимнастике йоги, - объясняет Амбу, - огромную роль, если не главную, играет дыхание и кровообращение. Теперь я могу контролировать и то и другое. Я знаю, как циркулирует кровь, какие сосуды наполняются, и могу чувствовать движение крови в них.

Он легко поднимается с циновки, подходит к окну и закрывает его.

- Я хочу вам показать кое-что. А движение воздуха мне будет мешать. Поэтому я закрыл окно. Элементарные упражнения йоги вам, наверное, известны.

Я утвердительно киваю.

- Я вам покажу, что можно сделать на их основе.

(затем идет текст, приведенный в главе «Почему именно это?») и далее: «Его гибкое тело с гладкой эластичной кожей было совершенно сухим. Я не заметила ни капли пота.

Теперь мне нужно полчаса на то, чтобы восстановить ритм дыхания, - сказал он.

- Но вы даже не задохнулись, - заметила я.

- Нарушение ритма дыхания незаметно для неопытного человека».

Таким образом, демонстрируя каскад неправдоподобных поз, Амбу (снявшийся, кстати, в известном документальном фильме «Индийские йоги: кто они?») вообще НЕ вспотел, и каких-либо нарушений дыхания у него не было заметно! Отсюда вывод: контроль дыхания и кровообращения, о котором он говорит, это ни что иное, как сохранение их естественности и покоя!

Чтобы грамотно выйти из УТ необходимо, делая очередной выдох, плавно, не напрягаясь, подняться в исходное положение на немного растянутом вдохе, затем - произвольный выдох, вдох - и я снова вернулся к прежнему дыхательному рисунку, словно ничего и не было!

Если же дыхание сбилось либо стало затрудненным, значит по отдельности либо в разных сочетаниях допущены следующие ошибки:

- слишком быстрый вход в асану либо выход из нее;

- превышено необходимое время выдержки;

- излишне напряжены мышцы;

- форма чересчур сложна.

Самое трудное для новичков - выполнять асаны без «примеси» себя. Должно быть так: тело действует, а Я отстраненно наблюдает. Выполнить позу качественно, значит сделать ее ровно настолько, насколько она сегодня получается, без какого-либо старания, желания, нетерпения. Йога, как и политика, это искусство возможного.

Противопоказания к УТ немногочисленны: месячные у женщин, обострение расстройств или заболеваний внутренних органов.

4. Паривритта Триконасана - поза «перевернутого треугольника». Ее также выгоднее осваивать у стены, встав к ней лицом. Затем с выдохом наклониться, скручивая верхний пояс на сто восемьдесят градусов, и в итоге коснувшись стены обеими лопатками. Затем поставить ладонь левой руки на пол у наружной стороны правой стопы так, чтобы кончики пальцев ноги и руки находились на одном уровне. Если до пола достать нельзя, следует опереться левой рукой на правую ногу, стопку подложенных книг либо специальный пропс в виде «кирпича». При этом лопатки и плечи по возможности прижаты к стене, правая рука уходит вдоль нее в зенит. Вначале нужно стоять так, как получается, с не полностью докрученным верхним поясом, прижимаясь к опоре левым плечом.

Войти в ПТ следует как обычно, не спеша и с выдохом. Затем проследить, чтобы усилие, возникшее от скручивания и при опоре на руку, не нарушало дыхания. Живот скручен, абсолютно расслаблен и соприкасается с внутренней поверхностью бедра правой ноги. В идеале он прижат к ней так, чтобы не было промежутка. Лицо развернуто вверх, как и в УТ, взгляд фиксирует большой палец правой руки. Впрочем, повторю, глаза в асанах по возможности следует закрывать.

При выполнении «стоячих» асан можно применять так называемый половинный принцип. Суть его в следующем: войдя в позу, вы половину времени проводите в черновой, предварительной форме, отпуская дыхание и расслабляясь. Когда же тело «потекло», стало пластичным, следует просто выбирать «слабину» формы.

4pariv

Положение ступней ног в обеих Т. идентично, немного больше нагружена нога, в сторону которой идет наклон, но работа суставов бедра в «прямой» и «обратной» Т. различна.

Эффект освоения «треугольников»: они полезны при сколиозах и артритах нижней части спины, плечевых суставов, слабом смещении позвонков, ишиасе, плоскостопии всех видов, повышенной кислотности. Эти позы успешно применяются для устранения последствий полиомиелита и в некоторых случаях помогают в ДЦП, но лишь при умеренно выраженных остаточных явлениях и под руководством опытного специалиста.

5. Уттхита Парсваконасана - «прямой боковой угол». Эта поза принадлежит к разновидности «стоячих» асан с выпадом, когда одна нога остается прямой, а другая сгибается в колене под прямым углом. При этом верхняя часть ее бедра строго параллельна полу, а участок от колена до голеностопа - перпендикулярен. Положение ступней стандартное. Туловище наклоняется в сторону выпада, укладываясь боком на параллельную полу поверхность бедра. Обе лопатки касаются стены, то есть грудная клетка развернута в плоскость ног. Нижняя рука, установленная снаружи, за ногой, опирается о пол ладонью, пальцами или кулаком. Насколько бок ложится на бедро согнутой ноги, вплотную либо до касания - зависит от длины рук.

5utth

Выпад сохраняется усилием мышц бедра согнутой ноги. Те, кто обладает хорошей гибкостью суставов, иногда слишком проседают вниз, тогда в колене образуется острый угол. Мышцы согнутой ноги при этом выключаются, вес тела полностью приходит на коленный сустав - это ошибка. «Стоячие» позы предназначены не для того, чтобы избежать полезной мышечной работы, а напротив - чтобы сконцентрировать ее там, где это необходимо. В асанах с выпадом есть одна маленькая, но дельная хитрость, о которой рассказал когда-то Фаек Бириа: чтобы нагрузка, испытываемая мышцами ног, не особо «лезла» в сознание, при выпадах можно соблюдать так называемый «хинч». Что это такое?

Если поглядеть на стопу стоящей свободно ноги, то там, где находится подъем, больше к внутренней стороне, заметно выступает сухожилие, уходящее вверх по берцовой кости. Хинч (инч – в переводе «дюйм», 2,5 сантиметра) - это участок данного сухожилия от верха подъема стопы до того места, где нога становиться вертикальной, примерно три сантиметра (около дюйма) его длины. И если мы с небольшим усилием в стопе поднимаем от пола пальцы ноги, то хинч проступает, становится видимым и «железным». Работа мышц бедра согнутой ноги почти перестает ощущаться, что позволяет держать асану свободно. Но это не значит, что усилия нет вообще! Если, пользуясь «хинчем», передержать асану с выпадом, даже не получив ощущений, то дыхание собьется уже после завершения позы, поэтому пользоваться упомянутым приемом надо разумно.

Рука, расположенная сверху, вытянута и также касается стены вместе с лопаткой, являясь как бы продолжением линии верхнего бока. Следует, повернув голову, из-под руки смотреть вверх. Когда я говорю «смотреть вверх» - не обязательно делать это выворачивая глаза и шею, нужно просто повернуть голову насколько это возможно без напряжения и неприятности.

Противопоказаний к позе нет, кроме общих, изложенных в главе «Асана». Эффект тот же, что и от «треугольников». Обратный вариант УП доставляет новичкам незабываемые ощущения и называется

6. Паривритта Парсваконасана - «поза скрученного бокового угла».

По трудности выполнения Айенгар присвоил Падмасане коэффициент «четыре», а ПП - «восемь», уже одно это говорит о том, что поза не простая. Лучше начинать ее, встав на колено, допустим, правое, и выполнив стандартный выпад левой ногой. Затем с выдохом повернуть туловище и заложить правую руку за левую ногу, находящуюся в выпаде, с наружной ее стороны так, чтобы рука была параллельна части ноги от колена до голеностопа. Эта рука упирается в пол ладонью или пальцами - насколько позволяют пропорции и отложения на прессе.

6pari

Затем необходимо, расслабляясь, но без особого усилия (если требуется особое, значит делать его просто не нужно) докрутить плечевой пояс так, чтобы левое плечо уходило дальше, наверх. Когда оно пройдет верхнюю точку своей «траектории» в этом положении, то фактически после разворота больше ста восьмидесяти градусов оно уже будет двигаться вниз и назад. Левую руку следует заложить за спину. Соблюдая свободу дыхания и релаксацию оставаться так половину времени выдержки. Затем оторвать правое колено, выпрямить ногу и поставить ее на пол всей ступней. Одновременно вынуть левую руку из-за спины и вытянуть вперед и вверх так, чтобы она продолжила линию бока. Дышать свободно, хотя объем дыхания будет весьма ограничен. Живот расслаблен абсолютно. Тело скручено в поясе, но усилие от сохранения формы не ударяет жаром в лицо и напряжением под ложечку. Дыхание и живот, насколько это возможно, надо сохранять расслабленными все время выдержки. Когда она закончилась, нужно, со вдохом, опуститься на правое колено и медленно раскрутить тело в исходное положение.

Для начинающих ПП является, как правило, реально трудной, на первых порах лучше выполнять ее с опорой, не вытягивая вперед руку, находящуюся вверху, но опираясь ею о любые близлежащие предметы. Если выпрямленная в колене нога не становится на полную ступню - можно вначале опирать ее на носок. Основная проблема состоит в том, чтобы сохранить выпад в виде прямого угла (а не тупого либо острого), не слишком перекошенного из плоскости, а также удерживать руку за коленом противоположной ноги.

Хотя для негибких людей ПП достаточно сложна, в результате регулярной практики она становится - как и все «стоячие» - любимой позой.

Противопоказания: проблемы с поясницей, острые состояния внутренних органов, невроз кишечника, паховая грыжа. Поза весьма полезна при несварении и плохом состоянии абдоминальных органов. Кстати, регулярная практика «стоячих» полностью устраняет запоры.

7. Вирабхадрасана I - «поза героя Виры». Я бы рекомендовал начинающим освоить сначала предварительную ее стадию (№13 «Прояснения…»), поскольку даже она бывает проблемной из-за плохой подвижности поясницы и суставов бедра. Поза крайне проста, хотя есть «но»: таз в ней надо развернуть перпендикулярно плоскости ног. Или так: прямая, условно проведенная через головки обеих бедренных суставов, а также грудная клетка после разворота должны быть перпендикулярны плоскости, которую образуют ноги.

7vir

При этом та из них, которая находится сзади, должна быть прямой в колене и плотно, всей подошвой прилегать к полу. Спина в пояснице прогнута умеренно. После освоения данной позиции можно пробовать окончательную форму В. Не следует фиксировать ее долго, поскольку нагрузка на сердце достаточно велика. Особых противопоказаний нет, для тех, у кого проблемы с радикулитом либо прострелом, следует выполнять асану медленно и опираться одноименной рукой о колено ноги, находящейся в выпаде – чтобы разгрузить поясницу. При острых состояниях спины поза запрещена. В результате практики этой позы грудная клетка приобретает эластичность и становится, как говорят в Хатха-йоге, раскрытой.

8. Вирабхадрасана II - вариант все той же «позы героя». По форме асана элементарна, нужно лишь сделать стандартный выпад, соблюсти «хинч» и релаксировать живот, сохраняя естественность дыхания. Туловище развернуто в плоскость ног, позвоночник перпендикулярен полу. Активно работают мышцы бедра ноги, находящейся в выпаде. Что способна дать такая, казалось бы, простейшая поза? Человеку в повседневности часто приходится вставать и садиться, поэтому ноги постоянно проходят через аналогичную форму, но длится это доли секунды. Если же ее превратить в асану, нагрузка на мышцы, связки и суставы многократно усиливается. Этот временной коэффициент усиления, кстати, обуславливает сильнейшее воздействие всех поз йоги (и «стоячих» в частности) на тело, ЦНС и ВНС.

8virab

Однажды ко мне обратилась дама, которая когда-то и где-то прочла, что цель Хатха-йоги - развитие гибкости. Посвятив ему долгие годы, гнулась она замечательно, однако заработала устойчивую астению с пониженным кровяным давлением, утомляемость, повышенную возбудимость и бессонницу. Всего лишь через три месяца регулярной практики «стоячих» лицо ее порозовело, и передвижения по Москве перестали быть подвигом.

Каждый человек обладает индивидуальным спектром психофизических возможностей, у кого-то преобладает активность, сила, энергия, движение, но недостает гибкости, для таких людей качественный отдых почти недоступен. Они великолепные работники, но плохо расслабляются, что ведет к преждевременному системному износу, в этом случае практику асан следует ориентировать больше на релаксацию и развитие гибкости, силовые позы должны обеспечивать только сохранение необходимого мышечного тонуса.

Людям с пониженной энергетикой (чаще это относится к женщинам) полезно преобладание именно силовых поз, что позволяет получить необходимое качество мышечного корсета. Отвечающая исходному состоянию и грамотно построенная практика дает каждому в физическом аспекте именно то, чего не достает.

9. Шавасана - «поза мертвого тела» - требует детального разъяснения, так как ее правильное выполнение обеспечивает порой большую часть эффекта занятий, а неверное (как и полное отсутствие Ш.) способно нанести ущерб.

Если технология соблюдена, то тело, казалось бы, особо и не устает, зачем тогда нужна Ш.?

В восьмидесятых годах прошлого века мне довелось обучать йоге мастера спорта по акробатике. Разогревшись, он выполнял очень сложные позы, но не мог их фиксировать! Согнуться-разогнуться - это ладно, но когда я просил его сохранить предельную форму, он отказывался, говоря: - Такое впечатление, что голова лопнет, ее как будто распирает изнутри...

9shivas

В главе седьмой сказано: «…В коре образуются новые доминантные очаги специфического возбуждения, которые тормозят, деактивируют либо «стирают» очаги уже имеющиеся». Смысл Ш. в том, чтобы снять это необычное возбуждение, оставив систему восстановленной и очищенной.

По мере адаптации время Ш. уменьшится, она станет качественно иной, но выполнять ее после занятий необходимо всегда. Если начинающие игнорируют Ш. после практики, то могут получить противное самочувствие, невротизацию, бессонницу и прочие прелести.

Что же должно происходить в Ш.? Если вы честно лежите пятнадцать минут, с полностью расслабленным телом, но прозрачным, как стеклышко, сознанием, непроизвольно «жующим» мысли, с тоской ожидая, когда окончатся проклятые четверть часа это не Шавасана, но, как говаривал Веничка Ерофеев, душеубийство и сокрушение сердца.

Вот одна из последовательностей Ш. (вообще-то их может быть множество). Соблюдая необходимые условия (тишина, тепло, закрытые глаза и т.д.) нужно расслабить последовательно: шею, горло, нижнюю челюсть... Щеки, скулы, губы... Подчелюстную мышцу, подбородок, верхнюю губу... Уголки рта, язык, нижнюю губу, нос... Ощутить, что кожа носа при этом как бы расправляется, в ней появляется какое-то скрытое движение, покалывание, ощущение давления, тяжести тепла, которое перетекает в глубину... Отпустить глаза внутри... Расслабить веки, брови... В коже бровей появляется тяжесть, тепло, они как бы стекают к вискам.... Расслабить лоб... Ощутить кожу лба... Почувствовать в ней давление, покалывание, тепло, словно кто-то положил на лоб горячую ладонь... Расслабить виски... Ощутить кожу всей головы и приятную легкую тяжесть в ней, охватывающее тепло... Расслабить затылок, шею, горло.... (таким образом, замкнулся круг «голова-лицо-шея», теперь переходим к туловищу).

Расслабить кисти рук, ощутить тепло и тяжесть в кистях... Руки - тяжелеют... Ощутить кожу ладоней, вслушаться в ощущения в них... Как только вы обратили внимание на ладони, сразу же в их центре возникает смутное движение... Покалывание... Тяжесть... Горячие мурашки появляются в коже ладоней, приятное, давящее тепло... Ладоням жарко... Тепло разливается по ним и начинает стекать к запястьям... Расслабить запястья... Локти... Предплечья... Отпустить плечи, лопатки, ключицы... Расслабить спину, бока... Живот, поясницу... Ягодицы, бедра... Отпустить колени, икры... Голеностопы, ступни ног... Ощутить кожу подошв ступней... Как и в ладонях, в них появляется давление, покалывание, тепло... Уравнять подошвы ступней по теплу с ладонями ...

Эту последовательность можно записать на аудиокассету и прослушивать после практики. Желательно, чтоб голос был не собственный. Это обусловлено тем, что он лишь частично знаком субъекту, поскольку никогда не воспринимался со стороны. При проведении Нидры либо Ш. собственным голосом включается процесс идентификации (узнавания), который не позволяет сознанию расслабиться должным образом.

Выполняя инструкции, не следует дублировать их мысленно, промежуточные звенья между лучом внимания, осветившим какой-то участок тела, и возникшим в теле откликом - ощущением тяжести, тепла, распирания и т. д. - не нужны. Релаксируясь, мы перемещаем внимание по телу, но незачем делать это так, словно ворочаешь камни.

Одновременно с мышечной релаксацией возникает тепло и тяжесть, тело постепенно уходит из восприятия, одновременно начинает «таять» и само сознание. К тому времени, когда релаксация полностью «затопила» организм, от сознания остается один только сторожевой участок. Заметьте, речь не идет о засыпании, его-то как раз и не должно быть! В начале главы «Асана» подробно говорилось о стадиях торможения, Шавасана - это фактически сильно упрощенный вариант Нидры: посредством мышечной вызывается ментальная релаксация, а измененное сознание мигрирует между сном и бодрствованием. Если Ш. проходит в обычном состоянии ума, значит, она просто не удалась.

Человеку Запада освоить расслабление не просто, но порой одно только это решает большинство проблем. Те, у кого Ш. «не идет», имеют, как правило, некую точку скрытой от восприятия контрактуры в лице или теле, именно она удерживает сознание в привычном тонусе. Этой точкой может быть что угодно, если удается выявить ее и отпустить, релаксация обеспечена.

В области головы и лица есть мышцы, которые, не участвуя в асанах, тем не менее, сильно влияют на общий мышечный тонус и в любом случае должны быть расслаблены сознательно. Это две связки, идущие от затылка вниз по задней поверхности шеи, мышцы подчелюстная и лобная. И еще глаза, если они не «отпустились» - сознание не расслабить. Большинство людей не подозревают, что их внутреннее напряжение отражено в состоянии глаз: если во время практики асан при сомкнутых веках глазные яблоки безостановочно двигаются, это говорит об устойчивом внутреннем беспокойстве.

При частичном угасании сознания в Ш. могут проявляться феномены, хорошо известные из аутогенной тренировки: чувство парения, полета, разрастания отдельных частей тела, подергивание конечностей, иллюзия изменения формы и т. д., все это допустимо и не должно озадачивать. Глубина релаксации всегда переменна, она имеет волнообразный, колебательный характер, сознание то уходит, то возвращается, это нормально. Видящих образы не должна озадачивать их хаотичность, если перед внутренним взором мелькает непонятно что, значит, ментальная релаксация пошла.

Если в попытках выполнить Нидру всякий раз появляется ощущение опрокидывания назад, головокружение либо тошнота это свидетельствует о церебральных проблемах, нужно немедленно сделать томографию либо ЭЭГ.

Когда последовательность Ш. запомнилась, можно делать ее самостоятельно, не проговаривая про себя, но просто двигая внимание по телу.

Требования к выполнению Ш.: поза - лежа на спине, ноги на ширине плеч. Руки отведены от тела так, чтобы не прикасаться к бокам, подмышки раскрыты. Кисти развернуть ладонями вверх - насколько это возможно и удобно. Чтобы не мешал свет, при выполнении Ш. днем на глаза следует положить что-нибудь. Одежда свободная, лучше не синтетика. Часы, очки, кольца, броши, ожерелья, цепочки, металл, пластик, стекло - все это на время расслабления и самой практики нужно снять. Допустимы лишь деревянные украшения, но они не должны мешать. Необходима тишина, отсутствие резких звуков и запахов.

Чисто российская проблема – наличие оптимальной температуры воздуха в помещении для занятий йогой. Выполнение асан при температуре ниже +20°С мешает мышечной релаксации и для новичков неприемлемо. Если нельзя нагреть воздух, в Ш. надо укрыться теплым пледом, надеть носки и т.д. Нельзя лежать на холодной или прогибающейся поверхности, спина должна быть прямой.

Индивидуальное время Ш. формируется постепенно, у гипотоников после ее завершения может возникнуть озноб, в этом случае следует энергично подвигаться.

10. Ардха Чандрасана - «поза половины луны», особых противопоказаний нет. Выполнять ее следует медленно, опорная нога, как и та, что располагается на весу параллельно полу, должна быть вытянутой и прямой. Туловище и таз развернуты (насколько это возможно) параллельно стене, как и ступня опорной ноги. При желании позу можно выдерживать по минуте в каждую сторону или больше, если это комфортно.

10ar

Кстати о комфорте. Некоторые (например, бывшие наркоманы) надеются что кайф от йоги может заменить таковой от наркотиков. Как известно, организм вырабатывает эндогенный этанол (хотя и в очень малом количестве), а при мощной физической перегрузке еще и эндорфины, действующие подобно наркотикам. Мне встретился однажды человек, вычитавший в каких-то мутных перепечатках, что асаны должны приносить удовольствие. И он поймал это удовольствие! С помощью каких-то своих приемов он впадал в экстаз и в таком состоянии мог, не помня себя, «гнать» асаны по четыре, шесть, восемь часов подряд. Основными достижениями было то, что он не совсем искалечил тело и не сошел с ума. Крепкий организм дала природа этому парню, но к моменту нашей встречи от его здоровья - а ловцу кайфа не было еще и пятидесяти - мало, что осталось. Он многократно травмировал суставы и связки, не ощущая боли, и, кроме того, деградировал как личность от бесконечной эйфории. Тем не менее, сиддхи, возникшие в процессе его «садханы», оказывали сильнейшее дестабилизирующее влияние на невротиков, которые с ним общались.

11. Парсвоттанасана - поза «голова-колено».

Кроме повышенного кровяного давления и отслоения сетчатки противопоказаний нет. Стопы ног располагаются стандартно. Развернувшись в какую-либо сторону (скажем, левая нога - впереди), с выдохом медленно наклоняться вперед и вниз, «нацеливаясь» на ногу не боком, но срединой грудной клетки. Туловище не должно перекашиваться, оставаясь перпендикулярным плоскости ног. Нужно свободно свисать вниз, наблюдая за дыханием в ноздрях и релаксируя живот. Если под коленом ноги, в сторону которой выполняется наклон, возникает неприятность, следует опереться о пол одной либо обеими руками. Суть в том, чтобы, аналогично Пашимоттанасане, вытянуть туловище вдоль ноги, лечь на нее грудной клеткой, животом и расслабиться. Выходить из позы можно на вдохе. В итоге туловище «расстилается» по ноге и подбородок касается ее намного ниже колена. П., как и все «стоячие», выполняется в обе стороны.

11par

12. Паригхасана - «поза бруса для запирания ворот». Противопоказания - паховая грыжа и межреберная невралгия. Исходное положение: колено одной ноги стоит на полу. При этом ее бедро вместе с туловищем находятся в вертикальном положении. Противоположная нога отставлена вбок, оставаясь прямой в колене, ступня ее наискось опирается на пол. Опустить одноименную руку на прямую в колене ногу, вторую поднять вверх. Сохраняя туловище в плоскости ног, с минимальным перекосом таза опускать его в сторону прямой ноги. Одноименная рука скользит по этой ноге, к ее ступне. Другая рука из верхнего положения опускается на ту же, прямую в колене ногу и руку, по ней скользящую. В результате тело приобретает странную форму, которая, тем не менее, задействует мышцы и связки низа спины и тазовых сочленений так, как никогда и нигде. Полную релаксацию тела и дыхания на входе, выходе и во время выдержки позы нужно соблюдать неукоснительно.

12parig

13. Уткатасана - «поза удержания энергии», кроме проблем с поясницей противопоказаний для нее нет. В этой позе мы как бы садимся на невидимый стул с учетом того что: 1). ступни сдвинуты вместе и плотно стоят на полу; 2). вытянутые и соединенные ладонями, прямые в локтях руки составляют со спиной прямую линию.

13utka

Сделать это не так легко, особенно тем, у кого закрепощены плечи. Поза максимально нагружает лодыжки, ягодицы, голеностоп, мышцы бедер и спины. Дыхание непрерывное, живот расслаблен.

14. Вирасана - «поза героя». Основным противопоказанием для В. является варикозное расширение вен, в этом случае максимальное время выдержки - не более минуты, допустимо два-три повтора.

14vira

Спина должна быть прямая, как на участке от крестца до начала ребер, так и в шейно-лопаточном отделе, грудная клетка расправлена. Справка: когда заходит речь о подчеркнутом во всех текстах йоги требовании прямой спины (конечно, за исключением прогибов назад), это не значит, что ее нужно полностью выпрямлять в буквальном смысле! В норме позвоночник имеет легкую S-образную форму, верхний изгиб, скругляющий спину – кифоз, прогиб вперед в пояснице – лордоз. Это естественные изгибы, прямой, как палка, позвоночник – патология. Когда говорится о том, что в асанах спина должна быть прямая, это значит нужно выпрямить ее настолько, чтобы устранить лишнюю, избыточную величину кифоза и/или лордоза, возникшую в данной позе - Вирасане, Сиддхасане, Падмасане, Ардха Матсиендрасане и т.д.

Если нет ощущений, и удалось расслабиться, минут через пять Вирасана буквально переходит в Шавасану. Если осанка неверна, то к исходу примерно десятой минуты появляется, как правило, одышка и сердцебиение. При тугоподвижных изначально голеностопах следует просто сидеть на пятках до появления ощущений. Когда стопы адаптируются, следует, разведя их на требуемую для В. ширину, подложить под «пятую точку» пару-тройку книг или не слишком мягкую подушку. Как бы не удалось устроиться - на пятках или на полу между раздвинутыми стопами, следует внимательно разобраться с ощущениями. Если они не уходят, но и не усиливаются, можно сохранять позу до тех пор, пока интенсивность их не начнет расти либо приобретать неприятный оттенок. Ход событий стандартен: обеспечить допустимую на сегодня форму В. с минимальными ощущениями и растворить их с помощью релаксации. Если это невозможно, форму следует упростить.

«Пятая точка» и подъемы ног должны, когда поза освоена, твердо лежать на полу, стопы ориентированы строго пятками вверх, не разворачиваясь плоскостью ни внутрь, ни наружу, каждая стопа вертикальна, как ладонь, поставленная на ребро.

Если пробыть в В. достаточно долго, тело продолжает каким-то образом «оседать», возникает некое гомеопатическое движение в суставах, хотя, кажется, двигаться уже некуда. Тем, кто не в состоянии вообще сесть на пятки, можно выполнять вначале Ардха Вирасану - половинный вариант, с одной прямой ногой, вытянутой вперед.

Выдержка В. до получаса (без каких-либо явных ощущений) в большинстве случаев устраняет кластерные (пучковые) головные боли и мигрень, от которой не избавляют никакие лекарства. Механизм воздействия В. неясен, но позитивный результат налицо.

Тем, кому мешают принять В. мышцы икр, следует отвернуть их наружу и в стороны, а уже потом опускать на пол «пятую точку».

Вирасана дает великолепную растяжку голеностопам, устраняя (в совокупности со «стоячими») тенденцию к хроническим подвывихам, а также их последствия.

Громадным усилителем эффекта асан является время, последствия утраты его контроля неоднозначны. Вот примеры: однажды мой ученик ощутил симптомы предгриппозного состояния и огорчился, поскольку при температуре выше 37° практика асан запрещена. Тогда он решил хотя бы посидеть в Вирасане и вскоре, расслабившись, выключился. Придя в себя минут через сорок, он с удивлением обнаружил, что субфебрильная температура и остальные признаки гриппа напрочь исчезли - маленький хэппи энд.

Однако другой человек, при нормальном самочувствии заснувший в Падмасане, через час пробудился с сердечной аритмией, которая не отпускала его потом целый месяц.

Время значимо даже для факиров. В начале 1990-х мой друг Роман Амелин посетил Бихарскую школу йоги. В Мадрасе ему довелось наблюдать какой-то индуистский праздник. Среди народного гуляния в одном из парков, наряду с дрессированными слонами, представлениями мифов и прочих удивительных вещей, Роман увидел на циновке под навесом из пальмовых листьев позолоченную скульптуру человека в немыслимой позе. Подивившись, он отправился дальше, и уже на обратном пути, решив еще раз глянуть на статую, вдруг понял, присмотревшись внимательней, что это живой человек! – Сколько он может быть в таком положении? – спросил он у сидевшего рядом подростка. Тот прищелкнул пальцами и, получив пару рупий, ответил: - Шесть часов…

15. Джатхара Паривартанасана. Эта скручивающая поза имеет две модификации - ноги свободно лежат на полу, либо удерживаются на весу вблизи от пола силой мышц. Рассмотрим первый вариант, который является безопасным и полезен для людей излишне полных и не очень гибких.

Лечь на спину. Поднять прямые ноги под углом девяносто градусов, руки расположены крестом. С выдохом, упираясь ими в пол, опустить прямые ноги вбок под таким углом к туловищу, чтобы, когда они лягут на опорную поверхность, можно было взяться рукой той стороны, в которую происходит скручивание, за большие пальцы стоп. Если недостает растяжки, следует надеть на ступни кольцо необходимого диаметра из ремня, и взяться за него рукой. Таким образом, получается лежачий вариант скручивания. Данная поза, обладая самостоятельной ценностью, может применяться в том случае, если по каким-то причинам недоступны скручивающие позы сидя. Более того, если поясница подвержена радикулитам либо прострелам, лучше медленно класть вбок не прямые в коленях, а согнутые ноги, уже на полу их можно выпрямить.

15jat

В конечной фазе следует свободно лежать на спине, расслабив шею и горло, лицо с закрытыми глазами обращено вверх. Плечо, противоположное ногам, вначале будет висеть в воздухе, его не следует силой уводить вниз, со временем оно опустится само. Живот полностью расслаблен.

Когда на пол лягут оба плеча, следует обратить внимание на то, что ступни ног находятся не на одном уровне, верхняя как бы ближе, нижняя дальше - таз перекошен. Тогда можно, расслабившись, постепенно довернуть таз до такого положения, когда верхняя ступня встанет заподлицо с нижней, и подошвы составят единую плоскость. При этом противоположное плечо снова оторвется от пола, но со временем ляжет на него так же, как и в первом случае. Выполняется поза не более трех минут в каждую сторону, главное в этом положении - полностью расслабить тело и отпустить дыхание. Если поясничный отдел позвоночника проблемный, ноги не следует возвращать в исходное положение прямыми, лучше сначала согнуть их в коленях, затем поднять, раскрутив тело, и лечь в Шавасану.

На этом список первого дня исчерпан, опишем позы, дня второго (не дублируя те, что включены в него из первого).

16. Сиддхасана - «совершенная поза» (или поза сиддхов - «совершенных») – используется, в том числе, для медитации. Несмотря на кажущуюся простоту, пройдет много времени, прежде чем голеностопы в ней развернутся пятками вверх. При долгой и упорной практике С. мощно воздействует на колени и бедра. Не стоит пытаться сразу воспроизвести «картинку», лучше делать, как получается, по возможности укладывая одну ногу сверху другой, это будет нечто среднее между Сукхасаной (облегченной позой) и Падмасаной - «позой лотоса». Складывать ноги в подобие С. следует так, чтобы дискомфорт был минимален, не говоря уже о боли или явном неудобстве. Если колени позволяют, но туловище отклоняется назад из-за жесткости поясницы либо суставов бедер, можно прислониться к стене, чтоб освободить тело от лишней работы. Для выполнения пранаям и психотехник необходимо свободно пребывать в С. от получаса и более. Чтобы изменение качества шло быстрее, можно сидеть со скрещенными ногами в повседневности, например во время чтения, перед телевизором, компьютером, музыкальным инструментом либо за письменным столом.

16sidd

Усердие, однако, чревато перегрузкой, отсюда закон: какие бы асаны не выполнялись накануне, сегодня в теле не должно быть новых и непривычных ощущений, а о боли или неприятности даже речи нет! (см. «Ощущения»).

«Для умеренного в еде и воздержании, умеренного в деятельности и делах, умеренного во сне и бодрствовании бывает йога, уносящая горе» («Бхагавадгита», VI, 17).

Иными словами, на период привыкания новичкам следует устранить из повседневности все экстремальные моменты, это принципиально. Пример: у субъекта проблемы с поясницей, полгода практики - и она перестала напоминать о себе. С началом дачного сезона человек бодро ринулся на дачный участок, ощущая себя здоровым и нацеленным на трудовые подвиги. Недели через три он появляется с вопросом: - Как так, спина снова начала болеть, и йога не помогает...

- Давайте разбираться, - говорю я. - Сколько лет она у вас болела? Десять? Понятно. Как долго вы приводите ее в порядок с помощью йоги? Ага, седьмой месяц. Когда она еще была здоровой, сколько надо было работать на участке, пока поясница начинала отваливаться? Часа три, ну ладно, и сколько вы работаете сейчас? В среднем пять. Ну что же, за полгода вряд ли возможно полностью исправить то, что сделали со своим позвоночником за десять лет, при этом, нагружая его теперь так, что и здоровая спина не обрадовалась бы. А между тем восстановление происходит, вы это знаете, чувствуете и были заранее предупреждены, что перегрузок следует избегать. Как говорил товарищ Сухов: - Вопросы есть? Вопросов нет...

17. Ардха Бхуджангасана или «половинная поза кобры». Айенгар в своей работе не приводит эту весьма ценную асану, но ее можно найти в книгах его болгарских учеников, в частности Миланова и Борисовой («Вправи йогiв», 1972).

Итак, АБ. Лечь на живот, на коврик, как на пляже, упершись локтями в пол: руки от кистей до локтей сведены вместе и вертикальны, подбородок устроить на кулаках либо ладонях. Из этого приятного положения, пробыв в нем некоторое время, расслабив спину опустить кисти рук, несколько выдвинув их вперед, и положить так, чтобы они легли на пол ладонями вниз и всей поверхностью - от локтей до кончиков пальцев. При этом руки параллельны друг другу, кисти и локти - на ширине плеч. Верхняя часть туловища приподнята, лицо насколько возможно обращено вверх, живот и боковые края реберной дуги не отрываются от пола. Задняя поверхность предплечий, где расположены трицепсы, составляют с полом угол градусов в семьдесят. В таком виде спереди и сбоку человек напоминает сфинкса, это и будет положение АБ.

17ar

Следует не утапливать шею в плечах, но вытащить ее оттуда, опуская плечи вниз. При этом руками надо сделать гомеопатическое по величине усилие, как бы пытаясь «вдвинуть» под себя опорную плоскость. Таким образом, на разгибание активно работает кифоз позвоночника, чего в повседневности не бывает, в этом и состоит особая ценность АБ. Регулярная ее практика устраняет сутулость, улучшая работу верхних долей легких, диафрагмы и сердца. Веселин Лучанский, снявшийся в фильме «Индийские йоги: кто они?» довел исполнение этой асаны до абсолютного предела, когда средняя часть живота лежит на полу, а участок спины от начала ребер до самого верха - включая шею - полностью перпендикулярен полу.

Противопоказаний, кроме пупочной и диафрагмальной грыж, а также сильных деформаций позвоночника, нет, АБ. обладает многосторонним полезным воздействием.

18. Бхуджангасана - полная «поза кобры». Она относится к асанам базовым, и, являясь одной из важнейших, допускает значительное развитие формы, вот короткий цикл Б. Начальная фаза: установить ладони на полу, так что когда туловище поднято, удерживающие его вес руки расположены на ширине плеч и перпендикулярны полу. Теперь нужно расслабить туловище насколько это возможно, позвоночник в упоре на руках вывешивается, как шнурок. Время выдержки - минута или полторы, в зависимости от ощущений. В идеале лобковая кость должна касаться пола, но вначале надо не обращать на этот момент внимания, пусть будет как есть, можно опираться на верхнюю или даже среднюю часть бедер.

Главное - не должно быть ярких ощущений, тем паче – боли в пояснице. Боль (неприятность) может возникать при попытке полного расслабления поясницы, в таком случае Б. какое-то время нужно выполнять, не расслабляя спину, когда позвоночник разработается, поясница провиснет без ощущений.

18bur

Опустив на пол верхнюю часть туловища, после короткой паузы следует положить ногу на ногу (ступню на ступню), скрестив ноги, и снова подняться в Бхуджангасану. Это основной вариант, руки составляют с полом угол примерно градусов семьдесят. Частичное перекрещивание ног придаёт позвоночнику осевую подкрутку, поэтому при сколиозе обязательно проявится разница в ощущениях, порой сильная, в зависимости от того, какая нога сверху – правая или левая. Позвоночник в Б. не перпендикулярен полу, при хорошей гибкости плечи уходят назад за девяносто градусов, и вместе с головой приближаются к пяткам. Эта фаза выполняется по одной минуте, в два подхода со сменой ног, вначале одна ступня сверху, затем – другая. Мышцы спины полностью расслаблены - в отличие от Сарпасаны, позы «змеи», где туловище поднимают именно они, а руки лишь касаются пола.

Следующий этап цикла: лежа на животе поднять туловище вверх без рук, мышцами спины (время выдержки до двадцати секунд) и далее - вынести рук вперед, не опускаясь поставить их на пол и выполнить №19, ноги на ширине плеч, выдержка - до минуты. Все это время дыхание остается свободным и непрерывным.

Выполняя эту фазу Б. можно одновременно сделать в ней еще и АБ. Это любопытный момент: в одной позе мы выполняем другую, по сути, почти не меняя положение туловища и рук, добавляя лишь толику физического усилия. Делается это так: выдержав Б. около половины предписанного времени, надо слегка надавить прямыми руками на пол, принуждая верхнюю часть позвоночника к разгибанию, это и будет АБ в Бхуджангасане.

Веселин Лучанский довел исполнение Б. до анатомических пределов. Если у Айенгара в конечной фазе линия спины составляет острый угол с полом уже за пройденным в прогибе прямым углом, то в исполнении Лучанского тело принимает форму параболы. Верх грудной клетки параллелен потолку, лицо полностью обращено назад, макушка головы, направленная строго вниз, практически касается задней поверхности бедер, верх спины от лопаток и до начала шеи параллелен полу. Опора только на руки, которые работают достаточно сильно, располагаясь, примерно, под углом в сорок пять градусов к опорной поверхности.

Воздействие Б. и всех ее вариантов на внутренние органы, особенно почки, неоценимо, а степень гибкости позвоночника является показателем физиологического возраста. Перечислить все эффекты Б. ввиду их многочисленности не представляется возможным, можно лишь отметить, что от состояния поясничного отдела позвоночника зависит потенция у мужчин и тонус мышц матки у женщин.

Противопоказания: ущемление и грыжи межпозвоночных дисков, смещение позвонков, патологический лордоз, грыжа паховая, острые стадии радикулитов, прострелов, месячные, беременность свыше восьми недель, острые состояния органов абдоминальной области.

20. Трианга Мунхаикапада Пашимоттанасана - «трехчастная поза сгибания вперед». Противопоказаний нет, это своеобразная смесь Пашимоттанасаны с Вирасаной, или Ардха Вирасаной при сгибании вперед.

Сесть на пол, одна нога в положении Вирасаны, вторая вытянута вперед.

Затем с выдохом, используя технику выполнения Пашимоттансаны, медленно «стекать» туловищем вперед и вниз (средней линией живота и грудной клетки) на прямую ногу, складываясь в пояснице пополам. Цель - вытянуться вдоль этой ноги и полностью лечь на нее. Положение рук вторично, их можно сцепить за ступней прямой ноги или просто положить на пол по сторонам.

20tr

Колени обеих ног удерживаются вместе. Если предварительно освоена Вирасана и Пашимоттанасана, ТМП идет достаточно легко, если нет - трудность обеих поз суммируется. Если при сгибании туловище клонится набок, следует упереться противоположной (по отношению к согнутой ноге) рукой в пол.

Эффект: комбинированное воздействие на связки, позвоночник и особенно суставы бедер.

21. Ардха Матсиендрасана - «половинная поза Матсиендры», легендарного автора Хатха-Видьи. Противопоказания: острые состояния кишечника, внутренних органов и поясницы. Поза дает спине осевое скручивание, которого в повседневности не бывает. При систематическом сгибании вперед, назад, и осевом скручивании соединительная ткань межпозвоночных дисков, так называемые хрящевые «линзы», начинают разбухать, кровоснабжение их улучшается, дистрофические проявления угасают, и позвоночник постепенно приходит в норму.

21ar

Выполнение позы вправо. Согнуть левую ногу в колене. Удобно сесть на боковую поверхность голеностопного сустава этой ноги, плоско лежащего на полу (либо на подстилке, подкладке - как угодно, чтобы не было больно). Не следует по балетному тянуть носок, напротив, стопу нужно согнуть так, как если бы она стояла на полу, и уже в таком ее виде садиться на нее сверху, прямо на место, именуемое «косточкой». Такое положение стопы позволяет регулировать равновесие. Перенести правую ногу за наружную сторону лежащего на полу левого колена и поставить ступней на пол. Получилось следующее: согнутая в колене левая нога лежит на полу, я сижу прямо на ней (на голеностопе, а не рядом!), правая, точно так же согнута в колене, но стоит на полу вертикально, за левым бедром, снаружи его, полной ступней. Правое колено располагается перед животом и грудью.

Развернуть туловище дальше вправо, занести левую руку за стоящую вертикально правую ногу (как бы отгибая ее рукой влево) и взяться кистью левой руки за колено лежащей на полу левой же ноги. В итоге левая рука по всей длине прилегает к наружной стороне согнутой в колене и стоящей вертикально правой ноги, которая целиком соприкасается с левым боком, а ее колено находится за левой подмышкой со стороны спины. Таким образом, туловище оказалось скрученным в правую сторону.

Правую руку можно либо заложить за спину, либо упереться ею в пол (если трудно удерживать туловище без опоры, либо при закрытых глазах плохой баланс). По мере углубления релаксации и возникновения текучести следует (выбирая «люфт» формы) подать правое плечо еще больше вправо, но не сутулиться, памятуя о том, что позвоночник должен быть прямым. Промежутка между правой ногой и левым боком быть практически не должно. Голова развернута в сторону скручивания, то есть вправо, дыхание свободное, живот расслаблен. Одновременно с учетом люфта формы можно как бы «вытащить» его вправо из-за правой же ноги. Глаза по возможности закрыты.

Кроме поясничного отдела позвоночника АМ сильнейшим образом воздействует на абдоминальные органы, являясь (в комплексе с прочими асанами) именно тем универсальным средством, которое устраняет хронические холециститы с их последствиями, восстанавливает функции почек, поджелудочной железы и т.д.

Противопоказание - патологическая нестабильность позвонков. Если один из них находится в шейном отделе, второй - в грудном, а третий - в поясничном, выполнять АМ запрещено.

22. Ардха Матсиендрасана (вариант второй)

Поза идентична предыдущей, но позвоночник работает по-иному, поскольку здесь мы сидим не на ноге, а на полу рядом с ней. При этом гораздо сильней работает сустав бедра левой ноги. Данный вариант скручивания показан при таких пропорциях, когда колено правой ноги как бы «проскакивает» под левой подмышкой, оказываясь ниже ее и, чтобы удержать позу приходится сильно сутулить спину.

22ar

23. Маричьясана

Противопоказания и эффекты те же, что и для АМ, с той лишь разницей, что работа позвоночника имеет здесь иной характер, она проще, но одновременно и более жесткая.

23mar

Скручивание вправо. Сесть на пол, вытянуть левую ногу вперед, правую согнуть в колене так, чтобы икра и задняя поверхность бедра плотно соприкасались, нога буквально сложена вдвое, пятка ее касается одноименной ягодицы. Затем развернуться вправо и занести левую руку за согнутую в колене и стоящую вертикально правую ногу. Причем ее стопа стоит на полу рядом с прямой левой ногой, а не за нею, как это обычно делают, памятуя первые два варианта скручивания. Прямая в локте левая рука слегка отжимает - опять-таки влево - согнутую правую ногу, и кисть этой руки берется за прямую левую ногу с наружной стороны примерно чуть ниже ее колена. При этом согнутая правая нога более или менее вертикальна, не заваливаясь влево, иначе поза теряет смысл. Противопоказания идентичны АМ.

24, 25. Парипурна и Ардха Навасаны. В повседневности руки и ноги (а порой даже голова) работают более или менее активно, но пресс, как правило, остается «черной дырой». После сорока у подавляющей части прекрасной половины населения (да и мужчины немногим лучше) мышцы этой куртуазной области почти атрофированы, поэтому даже минимальная их проработка очень эффективна для внутренних органов, общего тонуса и самочувствия, не говоря уже о возникновении давно забытой талии.

24-25p

Приводя в порядок пресс, мы гармонизируем его с периферией, «подтягивая» состояние этой области мышечного корсета до качества «остального» тела. Кроме того, за брюшной стенкой (между позвоночником и желудком) находится самая большая (после головного и спинного мозга) масса нервного вещества - «солнечное сплетение», на которое эти позы влияют наряду с Наули и Уддиана бандхой.

Итак, Парипурна Навасана или «поза лодки». Сесть на пол, ноги вытянуты вперед. Поднять их вверх от пола прямыми в коленях, одновременно откинув назад туловище, и балансировать, опираясь на копчик, при этом угол между полом и ногами 45°; между ногами и спиной - 90°, между спиной и полом - 45°. Сбоку тело выглядит как прямой угол, поставленный на грань.

При наличии патологического лордоза с данными позами следует обращаться крайне аккуратно. Обычно доктора советуют «закачивать» пресс и спину, но когда нормальная схема позвоночника нарушена, это невозможно сделать безопасным образом. Попытки в ПН, поднимание прямых ног на перекладине либо шведской стенке - бесполезны, вес ног действует как рычаг и еще больше травмирует поясницу.

25ar

Грамотным будет следующее: свободно повиснуть на перекладине, затем согнуть ноги в коленях, подтягивая бедра к животу, сворачиваясь клубком, чтобы спина оставалась круглой. Выполняться это должно без трясучки и экстраординарных усилий, именно таким образом можно безопасно «закачать» лордоз.

ПН и АН различаются точкой опоры: в Парипурне это копчик, в АН - крестец. Если в АН трудно удерживать руки за головой, то надо вытянуть их вперед, параллельно полу. Спина в ПН по возможности прямая, в АН – максимально круглая. Если в Парипурне руки следует держать параллельно полу (или опираться на него, если недостает равновесия), то после освоения АН руки закладываются за голову. В Парипурне больше нагружена прямая парная мышца пресса, в Ардхе - в основном косые мышцы.

При слабом прессе практику этих поз нужно начинать с минимальной выдержки и ни в коем случае не форсировать. Пресс - дело тонкое, если его перегрузить, то наградой могут стать не опасные, но весьма противные ощущения.

ПН и АН запрещены при повышенном внутричерепном и глазном давлении; поясничном лордозе, сильных нарушениях геометрии тела, некомпенсированных травмах позвоночника, паховой грыже, месячных у женщин, острых состояниях внутренних органов, в послеоперационный период, после полостных и торакальных (на грудной полости) операций, выраженной гипертонии, заболеваниях крови, органических поражениях сердца, грыже диафрагмы, общей слабости.

Оптимальное время экспозиции ПН и АН определяют элементарно: держим каждую из них, что называется, «до упора», а затем полученное фактически время нужно разделить на пять, это и будет самая продуктивная длительность - двадцать процентов от максимально возможной.

Цель данных асан - укрепить и развить брюшные мышцы, следовательно, мы заинтересованы в том, чтобы нагружались именно они. Как только выдержка превысит оптимальную, пресс отключается, сохранение формы берет на себя периферия, не имеющая отношения к прессу, например - передняя поверхность бедер, спина и т.д., при этом тело начинает трясти. Иными словами, если держать позу дольше оптимального, не будет ничего хорошего кроме трясучки, глупой усталости и вероятности перегрузиться.

В пределах же наилучшего времени (20% от max) можно задействовать грамотно (за счет сознательного расслабления периферии) те и только те мышцы, которые нас интересуют. Самой распространенной ошибкой новичков при выполнении данных асан является вовлеченность в них множества «лишних» мышц.

26. Пурвоттанасана. «Пурва» в терминологии йоги означает «запад» или «передняя сторона тела». Поза не имеет противопоказаний и крайне проста, она укрепляет руки, растягивает плечи и служит компенсацией после асан на пресс.

26pur

Единственной трудностью может быть закрепощение плечевых суставов, что мешает выгнуть тело дугой вверх, с постановкой стоп на пол (чему может препятствовать плохая мобильность голеностопа). Но при регулярной практике все трудности уходят.

27. Урдхва Прасарита Падасана также предназначена для развития пресса, особых противопоказаний нет - кроме поясничного лордоза и общей мышечной слабости. Если имеет место последнее, то на первых порах следует поднимать вверх ноги, согнутые в коленях. Если пресс посредственный, техника исполнения будет такая: лечь на спину, прямые в локтях руки вытянуть вверх и положить их на пол за головой, параллельно друг другу. Ноги держать вместе, слегка напрячь и вытянуть так, чтобы они оставались прямыми в коленях.

Поза выполняется в три этапа: с выдохом поднять вверх ноги, примерно градусов на пятнадцать от пола и держать их так при свободном (пусть стиснутом, но не остановленном) дыхании около десяти секунд. Затем поднять их выше, примерно до угла в сорок пять градусов, и зафиксировать секунд на десять и, наконец, подняв их до прямого угла остаться так еще на полминуты.

27-127-227-3

Со стороны это выглядит очень просто, но есть одна тонкость. Дело в том, что, поднимая ноги необходимо - вне зависимости от угла их наклона - держать поясницу плотно прижатой к полу! Это обеспечивает максимальную загрузку мышц пресса и одновременно является техникой безопасности для поясничного отдела позвоночника. Как мы помним, в Парипурна и в АН выгибать поясницу вперед запрещено. То же самое требование справедливо и для УПП, включая и тех, у кого с поясницей нет особых проблем.

28, 29, 30. Перевернутые позы - Сиршасана, Сарвангасана и Халасана - запрещены тем, у кого есть проблемы с шеей, а также людям физически слабым. Женщинам после сорока можно приступать к перевернутым только после полутора лет систематической практики асан, в том числе обязательно «стоячих».

Для предварительного укрепления мышц шеи есть простой способ, кроме прочего устраняющий патологическую нестабильность позвонков, нередко встречающуюся у детей и реже у взрослых, она весьма мучительна и не поддается ЛФК. Травматологи чистосердечно советуют укреплять мышцы, но есть проблема: чтобы нагрузить шею, необходимо движение, а когда позвонки выскакивают запросто, любые манипуляции головой приводят к очередной травме, получается замкнутый круг.

28per

Но если неприменимо движение, можно использовать вес головы, и делается это так: лечь на живот, лицом вниз, положив лоб на кисти рук. Затем поднять голову буквально на сантиметр, чтобы она повисла в воздухе. Сохранять это положение вплоть до того, когда в мышцах шеи почувствуется усталость. Это упражнение первое. Второе: лечь навзничь и чуть поднять от пола затылок, лицо при этом обращено строго вверх, положение сохраняется до неприятного ощущения в передней стороне шеи и мышцах горла. Третья позиция: лечь на правый бок, поднять голову в параллель полу и так оставаться, чтобы работали мышцы левой стороны шеи. Четвертая: лежа на левом боку выполнить действие, аналогичное предыдущему. По мере привыкания каждое упражнение повторять до пяти раз. Этими простейшими приемами мышцы шеи укрепляются в статике, у детей можно добиться стабилизации позвонков за два-три месяца. Этот же метод пригоден для подготовки к перевернутым позам.

Во время их выполнения должно неукоснительно соблюдаться следующее:

- полная релаксация тела и сознания (особенно в стойке на голове);

- минимум мышечных усилий;

- свободное грудное дыхание (а не только животом!);

- прямой позвоночник (в Сиршасане - полностью, в Сарванганасане - кроме шейного отдела, в Халасане - по возможности прямым должен быть средний отдел, хотя существуют варианты и с максимальным его округлением - спина «колесом»).

«Перевернутые» характерны тем, что тело полностью меняет положение относительно вектора силы тяжести. Маневрируя временем экспозиции можно регулировать нагрузку на левый желудочек сердца (увеличивается скорость диастолического расслабления - данные Р.Минвалеева, 1999, СПб) и митральный клапан. Попутно эти позы оказывают транквилизирующее и седативное воздействие на психику. В силу значимости, а также опасных последствий, которые влечет за собой неверная практика, опишем выполнение этих асан детально.

Сиршасану (стойку на голове) № 28, не рекомендуется осваивать без учителя при заболеваниях сердца, сильных деформациях позвоночника, отслоении сетчатки, глаукоме, после тяжелых черепно-мозговых травм, при эпилепсии, повышенном кровяном давлении, с заболеваниями психики, крови и с плохой физической формой. Сколько бы вы не простояли в первой попытке - несколько секунд или минут - после этого не должно быть остаточных ощущений в шее, позвонки которой подвергаются непривычной компрессии. При установке рук на полу перед выполнением С. локти образуют угол не более девяноста градусов (часто бывает так: до входа в позу угол нормален, но в момент отталкивания от пола руки разъезжаются – этого следует избегать). Средина той области головы, на которой нужно стоять, традиционно располагается на четыре пальца выше границы волос на лбу (если они растут как обычно). Либо на два пальца ниже (по направлению к лицу) от самой высокой точки головы, когда лицо обращено прямо вперед. Постановку же головы, показанную Дхирендрой Брахмачари в его книге «Йогасана виджняна» (стр. 210), я считаю неверной и опасной!

На первых порах можно вставать на голову, отталкиваясь от пола обеими ногами либо с помощью не сильного маха одной (вторая предварительно поднята вверх). Впоследствии, когда спина и руки начнут «вытягивать» вес нижней части тела, необходимость в махе отпадает. Наиболее грамотно и безопасно осваивать С. в углу комнаты, становясь по диагонали так, чтобы можно было при необходимости опираться стопами на стены. Никогда не следует приваливаться к стене! - разве что в самом начале освоения С., иначе вы никогда не научитесь стоять без опоры! Как только баланс более или менее освоен, нужно вставать в С. возле стены, но, не касаясь ее. Если, стоя посреди комнаты, вы вдруг потеряли равновесие, и начинаете падать на спину, следует сгруппироваться как в кувырке вперед, который, собственно, при этом и получится. Если вовремя расцепить переплетенные в «замок» пальцы, то кувырок будет элементарным.

Допустим, я научился вставать в С. и балансировать у стены. Вначале, касаясь ее согнутыми в коленях ногами (туловище и бедра составляют одну линию), надо просто привыкнуть к новому положению, причем дыхание должно оставаться абсолютно свободным. Затем, слегка опираясь о стену пальцами согнутых в коленях ног (расстояние от головы до стены равно длине участка руки от кончиков пальцев до локтя, становиться вплотную ни в коем случае не следует) и, выйдя одной ногой в вертикаль, потом так же выпрямить и согнутую, отведя ее от стены.

Признаком того, что тело поймало ось (перпендикуляр к полу) является легкость в теле, вес как бы исчезает, что свидетельствует о правильности позы.

Если поясница излишне прогнута, и вы стоите дугой (таз и ноги завалены назад) либо тело не до конца выпрямлено (ноги завалены вперед), сразу возникают ощутимые усилия в спине и руках. Когда вертикаль будет устанавливаться автоматом, время выдержки Сиршасаны начнет спонтанно увеличиваться. Вмешиваться в этот процесс ни в коем случае нельзя. Как только комфорт нарушается, и тело начинает терять устойчивость - следует тут же выйти из позы. Начинающим эту позу не следует держать долго и, тем более, силой. Предписанное кем-то «наилучшее» время - бред, стоять нужно только до тех пор, пока сохраняется легкость, неподвижность и комфорт. Оптимальный эффект С. дает при выдержке от десяти до (максимум!) двадцати минут, стоять больше просто не имеет смысла.

В данной позе (когда она освоена) должны быть:

- полная релаксация и комфорт;

- неподвижность (на стабилограмме видна только работа сердца и дыхания);

- отсутствие явных физических усилий;

- закрытые глаза;

- отсутствие перекосов - симметрия;

- ощущение полной потери веса;

- абсолютно спокойное и незаметное дыхание;

- состояние сознания, близкое к Шавасане.

Когда все это есть, стойка на голове освоена. Обычно после входа в С. ощущается прилив крови к лицу, в нем возникает давление, слегка глохнут уши. Если все в порядке, то через две-три минуты все это рассасывается. Если нет, следует выйти из позы, лечь на спину, расслабиться и тщательно проанализировать свое состояние. Конечно, когда вначале вы стоите лишь несколько секунд, давление просто не успевает выровняться.

Минут через десять в С. может возникнуть ощущение отлива крови от ступней - не надо ждать, когда оно станет неприятным.

Во всех перевернутых дышать следует только носом, как только возникает малейший признак одышки либо сердцебиения - немедленно выходить из позы.

Если через какое-то время в шее ощущается перекос, нельзя исправлять его непосредственно в позе, это может закончиться печально. Нужно либо выйти и затем встать снова, либо приподняться на руках так, чтобы голова оторвалась от поверхности - только тогда можно изменить постановку головы.

После выхода из С. нужно тут же лечь в Шавасану и оставаться в ней не менее половины времени от продолжительности позы.

К Сарванганасане (№29), стойке на плечах, противопоказания аналогичные. Однако, при наличии неясных изменений щитовидной железы либо ее гиперфункции, С. должна выполняться только в таком варианте, когда не сдавливается горло! Надо исключить обычно сопутствующую этой позе Джаландхара бандху (упор подбородка в грудную кость или яремную ямку).

29s

Всего известно четыре бандхи: Мула, Джаландхара, Уддиана и Маха (Трайя-бандха) - одновременное удержание первых трех. МБ - изолированное сокращение мышц тазового дна, а Уддиана - втягивание живота на полном выдохе. Бандхи выполняются только с прямой спиной. Последовательность же Маха бандхи такова: Уддиана, Джаландхара, Мула.

Как устранить ДБ из Сарвангасаны? Для этого нужно выполнять данную позу, устроив плечи и локти на площадке, сделанной из одеял, циновок либо чего угодно. Суть в том, чтобы руки и плечи находились на этой мини-платформе, а шея - точно на ступеньке, образованной перепадом высот, затылок расположен на полу. В таком варианте С. тело вертикальное, но горло не зажато! Перепад высот между площадкой и полом подбирается исходя их тугости шеи, ее длины и состояния щитовидки.

Этот прием Айенгар рекомендует применять каждому, кто начинает осваивать позы «свечи» и «плуга».

- Дело в том – говорил он в 1989 - что ретивые последователи, глядя на иллюстрации, видят меня, выполняющего эти асаны на твердой поверхности, и делают то же самое. В результате на верхней части их позвоночника образуется настоящая мозоль, по которой узнают друг друга «правоверные» йоги. И все это лишь потому, что когда-то один глупый человек (он указал на себя) для демонстрации С. использовал ровный пол. У йога таких мозолей быть не может, запомните это!

Если взглянуть на № 234 в «Прояснении йоги», то видно, что грудной отдел позвоночника у Айенгара перпендикулярен полу. Следовательно, верхние доли легких в этом положении не блокируются, что важно! У девяноста девяти процентов новичков форма грудного отдела позвоночника в С. некорректна, как и у самого Айенгара - № 236. Для сохранения дыхания полноценным, а позвоночника прямым (не говоря уже о проблемах со щитовидкой) осваивать «свечу» и «плуг» нужно только с подкладкой. По мере возрастания гибкости шейного отдела высота (толщина) этой искусственной площадки постепенно уменьшается до тех пор, пока потребность в ней не исчезнет. К тому времени позвоночник будет прямым, дыхание целостным, и стоять вы будете в С. свободно и на любой поверхности.

Еще одна причина, по которой позвоночник в С. и Х. должен быть прямым, это необходимость расслабить область солнечного сплетения. Из-за специфической работы шейного отдела (откуда выходит пара симпатических нервов, активизирующих диафрагму), в «позе свечи» релаксироваться сложнее, чем в стойке на голове.

Чтобы руки, которыми подпирается поясница, в С. не разъезжались можно применить «пропс» - кольцо из широкого ремня. Если сложить его вдвое, длина должна быть равной расстоянию от костяшек пальцев сжатого кулака до локтя. Когда вы поднялись в позу «свечи», необходимо надеть это ременное кольцо на руки так, чтобы оно оказалось за локтями, тогда они теряют тенденцию к расползанию и держать С. значительно проще.

Во всех трех перевернутых позах есть два признака, говорящих о том, что полезное время выдержки подошло к концу: нарушение естественности дыхания и потеря физической неподвижности, к этому могут присоединиться неприятные ощущения, связанные с кровотоком, скажем холод и тянущая боль в ступнях.

30. Халасана, поза «плуга». Осваивается также с подкладкой. Противопоказания те же, что и к прочим перевернутым, кроме того, на выполнение этой позы сильно влияет общее состояние спины. Если плохо получается Пашимоттанасана, то всегда будут проблемы и с Х., в которой значительно сильнее, нежели в двух предыдущих позах, загружается шейный отдел.

Для начинающих техника та же, что и для входа в Сарвангасану. Приняв доступную форму Х., следует оценить степень напряжения в спине, шее и пояснице. Вначале можно опускать к полу ноги согнутые в коленях - если так проще. Главное, чтобы можно было расслабиться и свободно дышать, будучи пусть в несовершенной форме, но зато с минимумом ощущений. Как только они усиливаются, из позы следует выйти, опираясь о пол руками, чтобы резко не упасть на спину.

Если позвоночник «деревянный», лучше вообще не пытаться поставить ноги на пол за голову, но положить, например, на сиденье стула. По мере того как поясница и спина адаптируются, ноги начнут опускаться ниже, и высоту опоры можно будет уменьшить. В какой-то момент пальцы ног достанут до пола, и тогда опора не нужна. Со временем ноги выпрямятся в коленях, и асана приобретет классические очертания. После этого спина может растягиваться и дальше, ноги можно будет отодвигать за голову до тех пор, пока угол наклона спины к полу не превысит девяносто градусов, а затем станет и тупым.

30hal

Затем можно ставить колени на пол (Карнапидасана), и отодвигать их по полу от головы до тех пор, пока грудная клетка буквально ляжет на лицо. Иными словами, Х. имеет большой диапазон развития. Характерна поза еще и тем, что мышцы спины здесь всегда полностью расслаблены. Если после выполнения Халасаны в шее появились незнакомые ощущения (даже не боль!), следует немедленно оставить практику, поскольку перегрузка шейного отдела сулит большие неприятности. Если в обыденной жизни что-то тянется и спорадически простреливает в шее либо спине – вы уже травмированы.

При неверном выполнении перевернутых поз травмы иногда проявляются внезапно, как на ровном месте, без всякой болевой «пристрелки». Несколько дней малопонятного слабого фона в шее либо между лопаток, и при каком-то совершенно рутинном маневре среди бела дня боль ножом втыкается в спину. Особенно скверно ведут себя межлопаточные связки, стоит их однажды «стронуть» - и это надолго.

Кроме того, новички допускают стандартную ошибку: как только боль от травмы ушла (а чаще, и не дожидаясь ее полного исчезновения), энтузиаст тут же возобновляет практику перевернутых (или любых других) поз. И, конечно, травма возвращается снова, причем в усиленном варианте. Отсутствие острой боли отнюдь не показатель окончательного выздоровления, например, сломанная рука, срастаясь, с какого-то момента не болит, но кому придет в голову обращаться с ней как со здоровой?

Прежде чем заново приступить к практике позы, неграмотным исполнением которой вы травмировались, нужно дождаться, пока симптомы неблагополучия полностью исчезнут. Все это время можно и нужно делать остальные асаны, не затрагивающие травмированные места. «Трогать» болевое ощущение - то же самое что сдирать поджившую болячку.

В Хатха-йоге есть закон: если травма повторилась, то с момента полного прекращения боли до начала практики данной асаны должно пройти столько же дней, сколько их прошло с момента проявления травмы до полного исчезновения боли и ограничений, ею вызванных.

Приведу историю, рассказанную мне еще в эпоху СССР завлабом функциональной диагностики Всесоюзного (теперь - Всероссийского) Центра вегетативной патологии (Москва, ул. Россолимо). Однажды, когда речь зашла о стойке на голове, он сказал: - А ты помнишь некого Воронина, он еще поместил целую подборку статей по йоге в «Науке и жизни», в начале 1980-х? Как ему удалось протолкнуть ее - уму непостижимо. Но суть не в этом. Мой друг, ведущий нейрохирург города Кишинева, теперь знает наперечет всех местных йогов. Шутка, однако, но в травмопункты ежедневно на самом деле привозят по несколько человек. Ну, какая физическая форма у женщин, да еще поле сорока?! Взгромоздилась кое-как на голову, и пытается стоять, да еще страховка по боку... А потом подвывих шейных позвонков. И параличи бывали, а иногда шею вообще ломали насмерть, чего только не насмотрелся, мама дорогая! Я бы лично этому Воронину отвернул за дезинформацию его деревянную голову! - Ну, как это называется: «Через две недели после начала занятий можно приступать к Ширшасане…»

Как это называется, было понятно и тогда, теперь - тем более, а я напомню еще раз, что с гиперфункцией щитовидки при выполнении Сарвангасаны и Халасаны область горла затрагивать нельзя.

Последовательность выполнения перевернутых поз всегда стандартная:, Сарвангасана, Халасана. Если они делаются подряд, Шавасана в промежутках - обязательна. Если время стойки на голове составляет от десяти до пятнадцати минут, то отдых перед С. должен быть не менее трех. Если «свеча» 10 минут - перед Халасаной надо отдыхать столько же. Пять минут «поза плуга» - две минуты Шавасаны, затем обязательно нужно сделать Джатхара Паривартанасану по три минуты в каждую сторону.

Если (по каким-то соображениям) нужно делать «стойку на голове» после «свечи» и «плуга», то промежуток между ними (заполненный другими асанами) должен составлять не менее десяти минут.

Новички часто задают смешной вопрос: что в йоге труднее всего? Айенгар ответил так: «Самое трудное это расстелить коврик и сесть». Все то, что продлевает жизнь циклично – употребление воды, еда, дыхание, сон. Целью этих действий является создание (сохранение) условий для их повторения. Мы отдыхаем для того, чтобы потом работать, работаем, чтобы получить возможность отдохнуть. Продолжает существование лишь то, что постоянно возобновляется. Почему женщины в среднем живут дольше мужчин? При прочих равных условиях их организм обладает дополнительным ритмом – месячными. Если делать йогу ежедневно, как дыхание, то она становится фактором, продлевающим молодость.


Глава 9

ОЩУЩЕНИЯ

 

Выделить истинное ощущение, не спутать его с тем, что полагается чувствовать, или с тем, что тебе внушено.

Эрнест Хемингуэй

 

Общаясь много лет с поклонниками йоги, я до сих пор поражаюсь удивительной черте российской саньясы: ее неизменно сносит к лозунгу: «За мир мы будем бороться так, что камня на камне не останется».

Пребывание только в состоянии «за» либо «против» и насилие, как его непременный атрибут, вошли в плоть и кровь народа, отсюда представление об изменениях - в том числе и в себе самом – неразрывно связано с неизбежностью, необходимостью и даже пользой страдания.

Действительно, поэт Алексей Эйснер заметил когда-то: «Человек начинается с горя…», но это лишь метафора, говорящая о том, что без душевной смуты нет, как правило, импульса к развитию.

Тезис о том, что люди физически немощные несостоятельны и в плане духовном, не выдерживает критики. Напротив, известно множество случаев, когда тяжелые внешние условия либо плохое здоровье вызывали мощную интеллектуальную компенсацию, как это было, например, у Николая Морозова, Даниила Андреева, Милтона Эриксона и Стивена Хокинга. Понятно, что это исключения, потенциал этих людей оказался таким, что помешать его реализации не смогли никакие обстоятельства. Но в абсолютном большинстве случаев серьезные нарушения здоровья заставляют человека тратить на выживание всю наличную энергию. Известно что высшие этапы йоги требуют безупречности физического состояния, это является неотъемлемой частью духовного прогресса и его основой. Тем не менее, практику нельзя превращать в ежедневный подвиг, она должна строиться так, чтобы темп естественной трансформации не осложнял жизнь.

«Искусство мягкого самоуправления… Главная проблема в том, как управлять не управляя, как малым резонансным воздействием подтолкнуть систему на один из собственных и благоприятных для субъекта путей развития. Фактически эти синергетические представления согласуются с известными на Востоке правилами поведения, прежде всего с принципом ненасилия. «Хорош тот правитель, который управляет как можно меньше» - утверждали даосы» («Основания синергетики», с. 304)

Чтобы процесс очищения и самонастройки запустился и был оптимален, мы должны грамотно ориентироваться в сигналах, продуцируемых организмом (в аспекте коммуникации «тело-сознание»). Российский обыватель на собственной шкуре ощутил издержки быстрой смены социально-экономического уклада и теперь горячо ратует за постепенность реформ, отвергая революционную ломку. Но почему подход должен быть иным в отношении к себе самому? Полезные изменения всегда естественны, постепенны и происходят без скрежета зубовного, поэтому между традиционной практикой асан и страданием нет и быть не может взаимосвязи. Человек всегда старается избежать физической боли, что вполне оправдано, поскольку боль это сигнал опасности. С глубокого детства методом проб и ошибок каждый учится строить свои действия так, чтобы не повреждалось тело - это закон.

Когда новичок приступает к практике, возникает масса вопросов: сильными или слабыми должны быть ощущения, большими или малыми усилия? Что более допустимо - ощущения слабые, отчетливые, либо неприятные, вплоть до боли?

Взаимодействуя, мы обмениваемся информацией и на этой основе строим свои действия так, чтобы их результаты отвечали обоюдным интересам участников обмена. Общение - всегда диалог двух заинтересованных сторон, каждая из которых формулирует резоны свои и партнера с максимальной четкостью.

Тело и сознание - неразрывный тандем, нечто вроде кентавра, плохо или хорошо может быть только обоим. Обычно человек наплевательски распоряжается телом, используя его как инструмент реализации желаний, до какого-то предела (возраста) оно безмолвно подчиняется. Но в невысказанном договоре о дружбе и сотрудничестве между «матчастью» и Эго есть два «железных» пункта, которые всегда соблюдаются:

- тело можно эксплуатировать как угодно, но его целостность не должна нарушаться;

- оно должно располагать условиями, временем и ресурсами для восстановления.

Рассмотрим применительно к асанам важнейший принцип йогической этики - ненасилие (ахимсу). Будучи универсальным, он очерчивает пределы интенсивности как физической, так и духовной работы. Более того, если аскетизм ненасилие по отношению к самому себе полностью игнорирует, то йога на нем основана. Ее первые этапы предназначены для очищения тела, а не для причинения ему вреда, хотя некоторые «учителя» вообще не принимают ахимсу в расчет, например, тот же Паттабхи Джойс любит повторять: «No pain - no yoga» («Нет боли – нет йоги»).

Б.К.С.Айенгар, второй известнейший ученик Кришнамачарьи, идет еще дальше – вот выдержка из его последней книги «Light On Life»:

«Боль в йоге, это ваш гуру. Вы не должны убегать от боли, но должны пройти насквозь и оказаться за её пределами. Мы не ищем боль специально, но мы и не убегаем от неизбежной боли, которая всегда сопровождает рост и преобразования. Другими словами, усилия и неизбежная боль - это необходимые составляющие асаны. Вначале боль может быть очень сильной, потому что тело сопротивляется. Поддаваясь ей, мы расслабляем тело и постепенно она уходит. Но если мы уже имеем какой-то опыт в йоге, и вдруг неожиданно боль появляется там, где её не должно было быть, имеет смысл выйти из асаны и подумать, что могло пойти не так. Боль возникает лишь в том случае, когда тело не понимает, как нужно выполнять асану, и вначале это нормально. В правильной позе боль не должна появляться. Но чтобы прийти к правильному исполнению, вы должны встретиться с болью. Другого пути нет» (Перевод выполнен участником форума realyoga.ru (Rinugun), и выставлен по адресу: http://www.realyoga.ru/phpBB2/viewtopic.php?p=49719&sid=326c0b636d578b56b9f7d2693cd9b39 - 15.04.2007)

Как мы видим, даже небольшой фрагмент текста крайне противоречив. С одной стороны, в правильной позе боли быть не должно, с другой - усилия и неизбежная боль - необходимые компоненты асаны.

Вот материал сайта по ссылке

http://www.realyoga.ru/phpBB2/viewtopic.php?t=5249&sid=829a3c5c51ea3ad477ec53057c720044:

Джонс (10.04.2007): Айенгар сам насквозь пробит травмами, и то, что его такой подход к практике не убил, в этом и уникальность. А попытка экстраполировать свой уникальный опыт, это, ИМХО, его заблуждение.

Rinugun (20.04.2007): Но ведь Айенгар же преподаёт йогу другим уже кучу лет. Целая жизнь заблуждения?

Майкл (21.04.2007): Айенгару сейчас почти девяносто, и он все еще практикует. Вы себе представляете, как это возможно быть насквозь травмированным и практиковать в девяносто лет при средней продолжительности жизни шестьдесят пять?

Виктор (21.04.2007): Майкл, еще в 1990 Фаек Бириа говорил на втором московском семинаре, и я слышал это: «Гуруджи получил на одном из предельных прогибов серьезную травму, но не обращался к врачам и сам себя вылечил». У меня еще тогда мелькнула мысль: - Что вылечил - честь и хвала, но травмироваться-то было зачем? То, что он насквозь травмирован - не знаю... Но я помню, что делал он асаны с бешеной резкостью, это наводит на мысль, что травмы могли быть вполне.

Джонс (21.04.2007): Совершенно верно. У меня есть видео его семинара в достаточно преклонном возрасте (с его демонстрацией практики асан). Крайне резкие входы, короткое время выдержки, сильное напряжение, это из того, что очевидно. Понятно, что ЧВНа и релакса там и рядом нет.

 

Майкл (21.04.2007): Я не утверждал, что он не травмировался, в данном случае это не важно.
Речь шла о двух моментах:

 

- если бы его травмы были болезненны и регулярны, он бы прекратил свои занятия лет 30-40 назад, т.е. когда он начал стариться, и запас его прочности начал подходить к концу;

- я не знаю, сколько в его практике «ЧВНа и релакса», но применительно к девяностолетнему практикующему йогу такие аргументы выглядят как минимум наивно – видимо вполне правильная практика, если он еще жив и полон сил.

Джонс, я понимаю, что вам еще не столько лет, но посмотрите на любых других людей в таком возрасте, если сможете найти - им не то, что делать асаны, шнурки завязать сложно, с кровати встать сложно. Понятно, что все эти моменты не делают его хорошим учителем. О качествах Айенгара, как учителя, мы сможем судить, если появятся его последователи такого же возраста, практикующие йогу. Если же не появятся, значит, его метод активного и бодрого долголетия применим только к нему, и он не смог его сделать универсальным.

Мастер (21.04.2007): Информация к размышлению (даже разочарование):

Журнал «Йога» №1 (2005 стр. 11)- интервью Виктора Ван Кутена, преподавателя йоги: «...Многое изменилось, когда Айенгар, пытаясь раскрыть верхний отдел спины, сломал мне позвоночник, что привело к параличу тремя днями позже... После этого я больше не мог следовать учению Айенгара…» Виктор потом вылечился. Преподаёт более мягким стилем. Вот так!

Джонс (21.04.2007): Хорошо, Майкл, будем последовательны. Я подобрал отрывки из биографии Айенгара, начиная с юности и заканчивая 2001 годом, судите сами.

«…Кришнамачарья научил Айенгара всем сложным прогибам в течение трех дней, он был тогда еще молод и достаточно крепок, чтобы силой заставлять юношу делать прогибы на своих поднятых ногах, которые служили опорой...

 

…Юноша (Айенгар) понимал, что, если он сделает что-то не так, пострадает репутация его Учителя. Во время демонстрации он старался изо всех сил и даже еще больше,от боли на глаза наворачивались слезы... (далее) Это событие навсегда связало жизнь Айенгара с йогой, однако, цена, которую он заплатил за это, была немалой — боли во всем теле мучили его еще долгие месяцы...

…Возможно, Айенгар был единственным, кто был в состоянии вынести столь суровое обращение, но чрезмерные физические нагрузки не прошли бесследно: в конце учебного года он не сдал экзамены в школе и таким образом потерял стипендию, которую получал как сирота. На этом образование Айенгара закончилось, и теперь ему не оставалось ничего кроме как заниматься йогой...

…Кришнамачарья объяснил, что нужно вытянуть одну ногу вперед, а другую назад и сесть прямо (Хануманасана фактически является продольным шпагатом). Чтобы избежать выполнения столь трудной позы, юноша сослался на слишком узкие чадди (нижнее белье). Чадди действительно очень плотно прилегали к телу, между кожей и тканью нельзя было просунуть даже палец, белье врезалось в тело, оставляя на нем следы словно корсет. Однако даже это обстоятельство не спасло молодого человека. Кришнамачарья немедленно попросил одного из своих учеников принести ножницы и разрезать чадди. Таким образом, Айенгар был вынужден сделать асану. В результате ее выполнения он повредил подколенные сухожилия, которые зажили только через несколько лет. Такая ситуация не была ничем исключительным, по словам Айенгара, большинство трудных поз, включая стойку на руках, он осваивал не в процессе регулярных и длительных занятий, а во время демонстраций, когда асанунеобходимо было выполнить безукоризненно с первого раза, а все объяснения сводились к двум-трем лаконичным указаниям…

 

 

…Против него было все: пережитые в детстве болезни, плохо развитая грудная клетка, слабый позвоночник - следствие чересчур интенсивной и жесткой практики прогибов в юности...

…Он кардинальным образом изменил свою практику асан, перестав избегать поз, которые былиособенно болезненными, и придавая особое значение наклонам вперед…

 

…Вплоть до 1958 одна проблема непрерывно сменяла другую: когда асаны заметно улучшились, и наметился определенный прогресс в пранаяме, Айенгар начал терять сознание в позах. Многие советовали ему не воспринимать йогу столь серьезно и не уделять ей так много внимания - ведь он уже был семейным человеком зрелого возраста. Но Айенгар продолжал заниматься, и его упорство в очередной раз было вознаграждено. Последующие двадцать лет стали поистине золотым веком его практики. Затем в 1978, вскоре после празднования шестидесятилетия. Кришнамачарья посоветовал Айенгару уменьшить физическую нагрузку и посвящать больше времени медитации. Спустя всего три месяца тело Гуруджи утратило эластичность. Он снова начал практиковать по четыре-пять часов в день, но так и не смог вернуть былую форму. Ему помешала авария, в которую он попал в январе 1979, повредив левое плечо, позвоночник и колени. Гуруджи не мог делать наклоны вперед, балансы и скручивания, он практически вернулся к тому, с чего начинал сорок лет назад. А всего через три месяца с ним случился еще один несчастный случай, в результате которого он повредил правое плечо и правое колено. Следующие десять лет ушли на то, чтобы научиться выполнять 75% асан, которые Гуруджи был в состоянии сделать в 1977. Незадолго до своего восьмидесятилетия он еще раз повредил ногу, а в конце 2001 - плечо...»

 

Вывод: каким он был, таким остался. Стереотипы работы с телом, которые были заложены в юности, не изменились. Как видно, травмировался он регулярно на протяжении многих лет.

Вы, Майкл, говорите, что, видимо, у Айенгара вполне правильная практика, если он еще жив и полон сил. Я не согласен. Одно дело его уникальность, способность восстанавливаться, переносить боль, воля и прочее, другое дело покой в практике. Не будем путать. Что касается методики Айенгара, возьмите «Прояснение йоги» и честно отработайте по неделям указанную программу хотя бы годика три. Велика вероятность будет увидеть Вас, Майкл, или в больнице, или (если хватит дури) на кладбище. Удачи в практике!»

 

Прав Айенгар или нет – вопрос сложный. Человек волен делать что угодно с собой, но не с другими. Ясно одно: боль появляется только в том случае, когда нарушены принципы ахимсы и нацеленность практики на ЧВН.

«Матчасть» предъявляет нам резоны в виде голода, жажды, утомления, усталости, боли. Проявления эти бывают позитивными – ощущается потребность в чем-то, либо негативными, говорящими об опасности, которую следует убрать или уменьшить – жара, холод, боль и т.д. Как утверждали древние греки: «Боль – цепной пес нашего здоровья», он может предупреждать об опасности, но если предупреждению не внять, то способен взбеситься и загрызть.

Соблюдение ахимсы - ключевой момент в практике традиционной йоги, тем более, когда речь идет о новичках. У каждого человека с младенчества вырабатывается личный алгоритм (техника безопасности - ТБ) контактов с живыми существами, предметами и явлениями этого мира. В специальной деятельности (цирк, спорт, космос) формируются специальные дополнительные навыки. Следовательно, и во время освоения йоги к прежним стереотипам ТБ должны быть добавлены новые! Если этого нет, люди часто попадают в ситуацию опасного абсурда.

В пособиях ширпотребовской «йоги» описывается исключительно внешнее выполнение асан, многие из них с виду так просты, что не возникает и мысли о каких-то подводных камнях. Но эта простота кажущаяся, она обманчива, у новичка нет телесного опыта такой деятельности! Никто из известных мне авторов - учителей йоги не поясняет детально в своих книгах, каким должно быть состояние ума в асанах, и как его достичь! Поскольку йога есть по определению ЧВН, то уже физическая часть ее должна трансформировать сознание в направлении самьямы. Кроме того, йога обеспечивает преобладание гуны саттва, именно поэтому Патанджали определяет асану как неподвижную и удобную позу. Покой тела – физическая неподвижность, покой ума - устранение из восприятия ощущений от формы и усилия, а также очистка ментального пространства от произвольной и спонтанной активности.

Когда в асанах возникают незнакомые (неприятные) ощущения, а я этого не замечаю либо игнорирую, включается типовой сценарий развития событий, который выглядит примерно так: сначала в какой-то позе и в определенном месте тела возникает не то чтобы боль, но некое смутное неудобство. Если оставить его без внимания, оно закрепляется и приобретает отчетливость, это верный признак того, что проблема находится в начальной стадии формирования.

Если игнорировать это, аналогичное ощущение проявится вскоре в том же самом месте, но уже в других асанах - это второй звонок: перегрузка накоплена, локализовалась и распространяется на сопредельный объем мышечной массы (суставной сумки, сухожилия). Если я по-прежнему не внимаю сигналу бедствия, неприятные ощущения в том же самом месте проступают в повседневности. Пока еще не боль, но локализованная неприятность ощущается постоянно, это звонок третий, сигнал начала воспалительного процесса - будущей травмы.

Маленькое отступление. Чувствуем ли мы внутреннюю работу мышц, сухожилий, связок, органов и систем организма, гуляя, скажем, по бульвару? Однозначно нет - если с телом все в порядке. Хотя в процессе ходьбы и задействован весь суставно-связочный аппарат, но это типовая нагрузка, восприятие к ней адаптировано и потому она в нем не представлена, ощущений нет - если не прислушиваться специально.

Если сознание начнет воспринимать хотя бы часть работы мышц или внутренних органов, человек сойдет с ума либо утратит возможность воспринимать окружающее.

Когда субъект здоров, и тело к типовой физической деятельности адаптировано, никаких явных (а тем более негативных) ощущений нет ни во время работы, ни после – это закон. Если они возникают, то всегда носят предупреждающий характер. О боли вообще нет разговора, физическую работу через боль человек в здравом уме без очень веских причин выполнять не станет.

Но тогда «лишних» ощущений (не говоря уже о боли!) не должно быть и в асанах, которые выполняет это же тело! А если такой негатив возникает, то первейшей задачей является его устранение - это одно из условий стабилизации ума и сохранности «матчасти»! Я могу сколько угодно делать сегодня асаны, но с одним условием: назавтра организм не должен напоминать об этом ощущениями!

Итак, мы остановились на том, что при безответственном подходе к выполнению поз йоги «лишние» ощущения «просочились» в повседневность. Если проигнорировать и это, тогда в той самой точке, откуда все началось, в асанах появится явная и неприкрытая боль. Далее события будут развиваться в том же русле: сначала она локализуется в одном месте и в одной позе, затем в том же самом месте, но в разных позах, позже она «проступит» в движениях повседневности, и уже потом станет постоянной. Одновременно падает гибкость не только наработанная практикой, но и повседневная. Затем большинство поз становятся вообще недоступными, да и обычные бытовые движения осложняются. Самое время вспомнить песенку про Охотный ряд: «Слезайте, граждане, приехали, конец...»

Описанный садомазохистский процесс порой весьма затягивается (в зависимости от крепости здоровья и степени тупого упрямства), но когда дело идет к развязке (травме), пропадает сон, возникает раздражительность и внутренняя паника, и затем следует срыв - острая травма, либо обострение переходит в хронику.

Справка из патофизиологии: типовым признаком воспаления на уровне микроциркуляции является переполнение капилляров кровью или гиперемия, которая может иметь два компонента: артериальный и венозный. То есть наблюдается как расширение мелких артерий и увеличение притока крови в очаг воспаления, так и сужение мелких вен, что уменьшает отток и способствует переполнению капилляров. При остром состоянии такая ситуация оправдана, поскольку создает условия для наращивания в очаге воспаления лейкоцитов и биологически активных веществ. Хроническое же воспаление органа либо звена опорно-двигательного аппарата приводит к застою крови. А это, в свою очередь, к постоянной гипоксии тканей, местному ацидозу, повреждению клеточных структур и активной пролиферации соединительной ткани, которая постепенно замещает функциональную, «родную» ткань органа, суставной сумки или связки, поэтому при длительной практике асан с болью и наблюдается стойкое падение гибкости.

Такое (в той или иной степени) развитие событий характерно не только для воспаления, но возникает при любом нарушении венозного оттока на местном уровне, будь то хронически пережатые петли вялого кишечника или хрящевая ткань межпозвоночных дисков, годами находящихся в однообразно сдавленном положении. В запутанной теории происхождения остеохондроза нарушениям микроциркуляции отводится одна из главных ролей, в результате же грамотно построенного комплекса асан прорабатывается весь объем костно-хрящевого и связочного аппарата позвоночного столба.

Помню случай, когда группу йоги севастопольского Матросского клуба (занятия там ведет бывший офицер-подводник Юрий Гурьянов, его судьба заслуживает отдельного рассказа) посетил некий джентльмен, изъявивший желание примкнуть. В ответ на недоумение весьма зрелого (от семидесяти и выше) контингента он пояснил, что занимается самостоятельно и добрался уже до средины четвертого года программы «Йога-дипики» Айенгара. Парень был молод и отменно здоров, а когда начал общаться с людьми, уровень практики которых был для него нулевым, как-то даже повеселел. Но вскоре слег на полгода от непонятной хвори, которую врачи так и не смогли диагностировать, а когда с трудом выкарабкался, то бросил йогу навсегда.

Порой новичок упорно пытается освоить асаны несмотря ни на какие издержки, это тот самый печальный случай, когда стереотип самосохранения не сработал, и отношение к телу приобрело стабильно разрушительный характер, как при анорексии.

«...Люди обречены желать то, чего у них нет, и при этом у них не возникает чувства, что их усилия, направленные на достижение желанной цели бессмысленны» («Мотивация и личность», с. 121).

Вспомним эксперименты Скиннера, когда в искусственный лабиринт запускали голодную крысу, и после долгих поисков она находила там спрятанную еду. Затем приманку убирали, крыса проходила лабиринт дважды и, не найдя ничего, категорически отказывалась от дальнейших попыток. То же повторялось с любой другой особью: твердо уяснив, что еды нет, животное даже под угрозой голодной смерти не обращало больше внимания на лабиринт, предпринимая какие-то иные действия.

Когда аналогичные условия создали для людей (в сложной анфиладе комнат студенты искали стодолларовую купюру) то, в отличие от «глупых» крыс, сапиенсы раз за разом - десять, тридцать, пятьдесят попыток! - обшаривали лабиринт в поисках денег, которых там не было. Люди надеялись найти их!

Сколько же раз человек разумный должен переживать неприятность или боль, чтобы понять: этого делать не надо?! На что можно надеяться, без устали повторяя действия, не приносящие успеха? До каких пор можно впустую расходовать силы и время, не отдавая себе отчета в банальной истине: подлинная йога должна влиять на любые атрибуты бытия (в том числе и на тело) только позитивно! Надежда, не подкрепленная знанием и адекватными действиями - злейший враг человека. Социализм три четверти века держался на постоянно внушаемой вере в грядущий результат (светлое будущее - коммунизм) при сохранности маргинального поведения в социуме.

Сколько раз надо травмировать колени, силой заворачивая ноги в Падмасану чтобы догадаться, наконец: это неверный способ выполнения «позы лотоса»! Зачем систематически, одним и тем же способом, вредить своему здоровью вместо того, чтобы получить полезный эффект как-нибудь иначе?

Я видел «энтузиастов», годами живущих с болью, которую обеспечивает им упорная «практика» асан, несмотря ни на что они продолжают ее! Более того, эти люди искренне убеждены, что занимаются йогой, превратившись на самом деле в роботов, настроенных на самоуничтожение, не способных к нормальному контакту с миром и самим собой - это своего рода безумие.

«Есть люди, которые изнурили тело свое подвижничеством, и, однако, удалились от Бога, потому что не имели рассудительности» (Святой Антоний). Единственно верный ход событий - не делать с телом то, на что оно реагирует неприятными ощущениями или болью.

Напомню еще раз, поскольку это важно, градацию физической нагрузки по влиянию ее на функциональное состояние:

- слабая – не оказывает заметного воздействия;

- умеренная - стимулирует работу органов и систем (в синергетике это называют слабыми влияниями);

- сильная - угнетает жизнеобеспечение;

- очень сильная - разрушает организм, который не может к ней приспособиться.

Данной градации отвечает четыре типа ощущений в опорно-двигательном аппарате:

- фоновые, осознаваемые лишь в пристальном самонаблюдении и никак не отражающиеся на состоянии и самочувствии;

- нейтральные - достаточно заметные, но минимальные, они не нарушают ментальную релаксацию, если таковая состоялась;

- неприятные, они напрягают сознание и нервную систему;

- боль, состояние не совместимое с релаксацией и покоем, сигнал травмы.

Все вышеперечисленное коррелирует с диапазонами движений:

- в типовом диапазоне ощущений нет либо они подпороговые, не проникающие в сознание;

- ощущения явные, но умеренной интенсивности, растворяемые посредством релаксации;

- при произвольном выходе на предел гибкости и попытках «надавить» на нее, ощущения становятся неприятными;

- если пребывание в этом положении затягивается, либо, стараясь выполнить асану, человек напрямую применяет силу, возникает боль.

«Боль - неприятное сенсорное и эмоциональное переживание, связанное с истинным или потенциальным повреждением ткани или описываемое в терминах такого повреждения» («Физиология человека», т.1, с. 222). Это переживание является сигнальной функцией. Ощущение, возникающее при неграмотном обращении с телом, именуют обычно глубокой соматической болью с тенденцией к переходу в хронику.

Один из «секретов» традиционной Хатха-йоги таков: вход в позу, ее удержание, а также выход не должны содержать дискомфорт! Ощущения малой интенсивности, возникающие в асане, устраняются посредством расслабления тела и ума, при этом воздействия на тело сохраняют типовую размерность и не могут вызывать травмы! Так же, как не вызывает их прогулка по улице, уборка квартиры, работа на компьютере и многое другое. Полезная работа есть, она налицо, но неприятности и, тем более, повреждений в ее процессе не возникает.

Даже если поза выдерживается на пределе формы легко и без ощущений, явное мышечное напряжение в рабочей области нежелательно. Например, в Бхуджангасане ощутимо работают руки, но основное воздействие от формы приходится на позвоночник. В предельных вариантах Шалабхасаны, после прохождения «мертвой точки», когда осуществляется опора только на горло и руки, мышцы спины должны быть выключены, позвоночник нагружен только собственным весом тела, любые лишние (произвольные) движения либо усилия чреваты большими неприятностями.

В Ардха Матсиендрасане загружена по существу лишь кисть руки, удерживающая колено (либо стопу), но скручиванием задействуется весь позвоночник. В Пашимоттанасане фактически нет произвольной работы, форма «дрейфует» под весом туловища.

В «стоячих» позах (как и во всех прочих, где силовой компонент преобладает) нужно быть особенно внимательным, поскольку приходится одновременно иметь дело и с ощущениями, и с усилиями. Самая распространенная ошибка новичков - соблазн пытаться изобразить телом то, что «мастера» показывают сами либо на красивых картинках.

Встречаются изредка такие субъекты как Гудини или То-Рама, способные преодолевать боль без травм и разрушения здоровья, но подобный ход вещей - исключение и в расчет приниматься не может.

Вот фрагмент интервью Айенгара (журнал «Йогасара», 1994). Вопрос: «Как можно распознать боль от неправильной практики и благоприятную боль?»

Ответ: «Если боль остается после практики, это значит, что вы делаете что-то неправильно. Если вы чувствуете ее во время, но она исчезает после сеанса занятий, это здоровая боль. С другой стороны, иногда бывает что, когда вы вытягиваетесь, то чувствуете успокаивающую боль, которая может в то же время показаться ужасной. Вы должны научиться различать успокаивающую боль, которая является здоровой, и боль разрушительную, которая не предвещает ничего хорошего, усиленно твердит, что что-то не в порядке, что вы не можете этого выдержать».

Здесь сам вопрос поставлен некорректно, а ответ вообще неясен, поскольку у каждого человека переносимость боли индивидуальна, равно как и ее повреждающий эффект. Боль, которая одному сойдет за «здоровую», у другого - сигнал состоявшейся травмы. Есть люди, вообще не чувствующие боль, одна из причин этого - аномально высокий уровень эндогенных опиатов в крови. Если на какое-то время его понизить специальными препаратами, человек может получить шок - разом возвращаются все болевые ощущения, не пережитые своевременно. Кстати, подобным субъектам свойственна исключительная способность к тканевой регенерации, повреждения заживают с бешеной скоростью, не исключено что некоторые асы «динамической йоги» обладают именно этим свойством.

Итак, в практике йоги ощущения возникают в местах вызванного формой (которую вы придали организму) контакта с сознанием, на виртуальной границе, разделяющей относительно мобильную и не затрагиваемую изменением формы области тела. В силовых позах усилие (как и ощущение в асанах на гибкость и растяжку), должно быть убрано под порог восприятия посредством все того же расслабления, из темы стать подтекстом, но для этого нужна полная физическая неподвижность. Усилие (напряжение мышц) не должно вызывать ощущений и смешиваться с ними.

В типовых двигательных диапазонах, при слабых и умеренных нагрузках мышечная работа и ее нервное «обеспечение» остаются вне восприятия, скажем, прогуливаясь, я не ощущаю вес туловища, зато во время выполнения Чатуранга Дандасаны он ощутим очень явно, поскольку передается на руки, к нему не адаптированные.

Асаны йоги – это зафиксированные на некоторое время формы (положения) тела, сохраняемые в неподвижности и без ощутимого дискомфорта!

Энтузиазм новичков всегда нарушает эти условия, что сопровождается:

1). автоматическим повышением тонуса внимания и сознания;

2). сопротивлением тела при выходе на пределы диапазонов гибкости и непроизвольными усилиями в мышцах;

3). избыточной нервной поддержкой незнакомой деятельности.

Сутры указывают необходимость снятия в асане всех усилий, для этого мышцы нужно расслабить, когда это более или менее удается, на первый план выступают ощущения. «Ощущение есть первая ступень познавательной деятельности человека. Ощущение – качественное отражение внешней среды и собственно организма. На основе ощущений формируется процесс восприятия. Есть три основных класса ощущений:

- экстероцептивные (дистантные и контактные, вызываемые на расстоянии и при непосредственном контакте с внешним миром);

- проприоцептивные или кинестезические (в том числе мышечное чувство, которое Сеченов назвал «темным» за непонимание его сознанием);

- интероцептивные или органические, продуцирующие сигналы от внутренних органов и соединительной ткани («Толковый словарь психиатрических терминов», с. 368).

В контексте Хатха-йоги нас интересуют ощущения, возникающие в опорно-двигательном аппарате (кинестетические) и от внутренних органов (органические или висцеральные). Повторим, что в жизни и грамотной практике асан сигналы от органов, мышц и суставов остаются подпороговыми, не воспринимаемыми сознанием - если у субъекта нет функциональных расстройств, синестезии, либо органических поражений.

Появление ощущений в поле восприятия говорит о том, что из асаны пора выходить, поскольку дальнейшая ее выдержка будет бесполезна и вредна. Если же ощущения возникают сразу, тело либо не готово к данной форме и ее надо упростить, либо что-то с ним не так, скажем, проявилась бывшая травма либо скрытый патологический процесс (например, отложение солей).

Итак, до какого-то момента удержания позы (формы позы, положения тела) нет явных ощущений в суставах, связках, сухожилиях и мышцах - это закон. Его незнание либо не соблюдение влечет за собой самую распространенную и фундаментальную ошибку: будучи не в состоянии выполнить асану как «на картинке», то есть - не достигнув желаемого (по его представлениям) полезного результата, новичок принимает за этот результат ощущения, которые возникают только от некачественной практики! Когда асаны либо вообще выполнены с нарушением принципа ахимсы, либо они передерживаются по времени.

Дойоговский жизненный опыт не позволяет признать полезным эффектом не наличие, но полное отсутствие чего-либо! Поэтому новичок старается непроизвольно, выполняя асаны с ощущениями или даже легкой болью, что, как ему кажется, свидетельствует о полезной работе! Умом он как бы понимает, что неприятность или боль – это неверно, но все равно делает именно так, поскольку стереотипом поведения «заведует» часть психики, не относящаяся к сознанию, бессознательное оказывается мощнее.

Итак, главный критерий правильности выполнения поз йоги - отсутствие явных ощущений в теле, именно оно является результатом, который должен быть получен! В асанах полезна только та работа, что остается вне восприятия. Их следует просто делать, как факт, словно вы идете по улице или дышите - не нужно стараться сделать это лучше! Или правильней. Правильно так, как получается без ощущений! И все. Асаны – транспортное средство, вводящее нас в измененное состояние сознания, хотя, конечно, их выполнение имеет неоспоримую ценность и для тела.

В крайнем случае ощущения, возникшие в процессе входа в позу должны подвергнуться релаксационной «обработке» и уйти из восприятия. Подобно тому, как Лайя-йога - растворение сознания, традиционное выполнение асан подразумевает, как вариант, растворение физических ощущений, возникающих при вхождении в форму асаны. Но лучше (надежнее) с ощущениями не связываться вообще, поскольку их «растворение» удается далеко не всегда и не всем.

Конференция realyoga.ru (от 3.3.2003), АЮТ: «Ощущения являются центральным звеном между жизнью тела и жизнью ума (духа). Все мысли, если приглядеться, сопровождаются ощущениями. Все эмоции - это яснее ясного - сопровождаются ощущениями. Все события, происходящие с телом, сопровождаются ощущениями. В то же время сами по себе ощущения являются достаточно мировоззренчески нейтральными, и внимательное их наблюдение не сопровождается возникновением новых заморочек и усилением старых. Но наблюдение за ощущениями (непредвзятое, с интересом, регистрирующее) может привести к прослеживанию цепочек связей тело-ощущения-эмоции-ум-мотивации. И «снизу-вверх», и «сверху-вниз». То есть регистрирующее наблюдение за ощущениями создает благоприятную среду для возникновения озарений как на «низменные» темы жизни тела, так и на «возвышенные» - жизни духа. Вплоть до того, что некий интеллектуал кладет рядом с тренировочным ковриком блокнот с авторучкой - для записывания нередко возникающих в асанах мудрых мыслей. Випассана может осуществляться не только на базе ощущений, но ощущения - хорошая база для випассаны.

Кстати, бирманский учитель випассаны Гоенка регулярно хвалит «новаторов», соединяющих практику йогических поз с регистрирующим вниманием к ощущениям на фоне общего расслабления. Но ввести асаны в «официальную» практику ему, видимо, боязно - нет в традиции Тхеравады канонизированной физкультуры».

Итак, наличие ощущений в асанах зависит от следующих моментов:

1) скорости входа;

2) скорости возврата в исходное положение;

3) уровня физического и нервного усилия, вложенного в то, чтобы выполнить данную позу и в ней остаться, а уже затем:

4) от самой формы;

5) от времени ее выдержки;

6) от степени мышечной релаксации в ней.

Если явное физическое усилие сопровождается еще и ощущениями, это двойной перебор, отсутствие же в восприятии и усилий и ощущений - это грамотно.

При попытке выполнить Пашимоттанасану у неподготовленного и негибкого человека обычно возникает контрактура в пояснице и/или задней поверхности ног. Поэтому в такой ситуации правильным будет сесть, свободно наклониться вперед и полностью «отпустить» ноги внутри, расслабить их и ощутить это расслабление (на что может уйти две-три минуты). Если это получится, туловище само по себе начинает уходить вперед и вниз, таз проворачивается в суставах бедра. Как только из пустоты восприятия где-то (неважно где) «высунулась» первая точка ощущения, значит, тело говорит: «Стоп!» Если ощущения явные, но спонтанное изменение формы продолжается, процесс следует остановить и вернуться назад, к такому углу наклона, когда останется лишь легкое касание к ощущению. И в этой точке следует «зависнуть», углубляя физическую и ментальную релаксацию.

Я не пытаюсь «вдвинуться» в ощущение, где бы оно ни локализовалось, «держусь» перед ним, слегка прикасаясь, как бы осязая его «границу». Когда будет достигнут хотя бы относительный ментальный покой, ощущение растворяется и телу можно позволить «падать» дальше, до появления нового ощущения в прежнем месте либо где-то еще, тогда процедуру «растворения» нужно повторить. Длится она до тех пор, пока вы не упретесь в ощущение «нерастворимое». Это и будет абсолютный на сегодня предел формы (сгибания тела), до которого невозможно добраться силой.

Таким образом - а Пашимоттанасану можно выдерживать достаточно долгое время - в какой-то момент тело сложится пополам, как перочинный нож - живот и грудная клетка улягутся на прямые ноги. И в этой форме вы оказываетесь также без ощущений, как если бы это была Шавасана. Есть, конечно, там, внутри, едва уловимые отзвуки подвижек в опорно-двигательном аппарате, но они не втыкаются в сознание, не нарушают его однородности. В восприятии могут проскакивать отдельные «искры» ярких ощущений, но они сразу и бесследно исчезают.

Ощущения, не снимаемые релаксацией относятся к разряду сильных, с ними в йоге не работают, нужно упростить форму и таким образом «перевести» их в класс умеренных, подвластных «растворению».

Повторюсь: есть более рискованный вариант - не зависать на точке касания, но частично войти в ощущение, а уже затем, расслабляясь, «растворить» его и выбрать возникшую «слабину» формы. Держаться перед ощущением - способ более «чистый» и безопасный.

Обратимся к силовым позам. В русском языке усилие больше ассоциируется с движением, а напряжение скорее с неподвижностью. Уровень мышечной работы в асанах должен быть таким, чтобы:

1). нервный импульс не «проламывался» в двигательные структуры ЦНС;

2). не возникали ощущения, интенсивность которых нарушает общую релаксацию.

С «букетом» сигналов от тела необходимо детально разбираться в каждой позе, таким образом, коммуникация «тело-сознание» осваивается и приобретает искомое качество.

В любой асане всегда присутствует три этапа релаксации: мышечная, организуемая волевым импульсом, ментальная, и дорасслабление, ей сопутствующее.

Далеко не все в нашей жизни можно организовать произвольно, последовательными шагами. Во многих процессах и событиях нет непрерывности, свойственной логическим построениям (об этом, кстати, напоминает смерть). Нет у меня, скажем, навыков получения самадхи, я не предшествую этому опыту, а прежний непригоден. Нет мостика таких осознанных действий, которые привели бы меня туда. Я могу лишь опираться на естественные процессы, которые, будучи правильно организованы, постепенно приведут к нужному результату. Процессы такого ранга могут разворачиваться только автономно, вмешиваться в них нельзя! Они природные и не бывают лучше или хуже, поскольку подчиняются объективным законам, а не человеческим желаниям, поэтому протекают только так, как им свойственно. Только так - или никак. Воля человеческая не может их преобразовать либо ускорить, а любое вмешательство губит. Чтобы поле (Единое, Сеть) «отозвалось», прореагировало на субъекта, размерность (тонус и активность) воспринимающего сознания должны быть сведены почти к нулю. Именно такая минимизация - ЧВН - вызывает в итоге резонансную волну, именуемую просветлением (самадхи).

Древние греки знали что стадия, необходимая для кристаллизации истинного понимания, требует полной остановки внешней активности, отказа от действий. Они называли это амеханией (эквивалент термина «недеяние»), и считали свидетельством интеллектуальной зрелости.

Не следует путать амеханию - пусковую фазу недеяния, связывание воедино условий, потребных для спонтанного развития событий - с ленью или элементарным бездельем.

«Действия не приведут к успеху, когда и поскольку они не согласованы с внутренними тенденциями развития (либо сохранения гомеостаза – В.Б.) сложной системы. Если эти действия не являются надлежащими, резонансными, они наверняка будут напрасны. Управляющее воздействие должно быть не энергетическим (энергозатратным, возбуждающим симпатику – В.Б.) но топологически правильно организованным. Важна конфигурация воздействия, а не его интенсивность. Резонансное влияние – это определенный укол среды в надлежащих местах и в определенное время» («Основания синергетики», с. 304).

В каждой асане (как и в промежутках между ними) мы тормозим личную активность, делегируя системе полномочия на изменение хода событий и управление ими, все остальное, как-то: улучшение самочувствия, прирост гибкости, сброс вытесненного и т.д. возникает и разворачивается само по себе.

Известен реальный эпизод, когда Генри Форд Старший собрал своих управляющих и пьянствовал с ними во Флориде целый месяц, не отпуская от себя ни на шаг. А тем временем аудиторы на местах оценивали, как факт отсутствия начальства сказывается на состоянии предприятия. И тех, в чье отсутствие показатели ухудшились Форд уволил без выходного пособия, поскольку знал: у грамотного руководителя механизм отлажен так, что при неизменных условиях он будет работать автономно.

Я создал условия - воспроизвел доступную форму, растворил ощущения (или не стал связываться, оставшись на границе их возникновения), но все дальнейшее происходит само! Я ничего не хочу, не жду, не пытаюсь выйти за пределы алгоритма, нужные изменения система производит сама, это и есть самосовершенствование! Я выполняю только потребный минимум действий, оставаясь зрителем.

Адепт йоги применяет ее технологию для переключения психосоматики в эвристический режим функционирования, а не как инструмент достижения каких-то, спланированных заранее, результатов.

Обратимся ко времени выдержки позы: по идее оно начинается после того, как полностью завершилось всякое изменение формы. Однако промежуток этот (от начала входа в асану до полного обездвиживания) может быть достаточно долгим, тогда именно он считается временем экспозиции. Следует отличать позы с неизменной формой (скажем, стойка на голове, Вирасана, Чатуранга Дандасана) от тех, где есть тенденция к ее развитию - Бхуджангасана, Матсиендрасана и т.д.

Усредненное, подходящее любому время выдержки назвать нельзя, такая постановка вопроса абсурдна, для каждого это время индивидуально, однако есть признаки, при появлении которых асану следует завершать.

Основной это нарушение комфорта и однородности восприятия тела: где-то из его однородной пустоты высовывается первый «гвоздь» ощущения, сигнал, говорящий о том что полезное время выдержки позы пришло к концу, при ее дальнейшей выдержке ощущение будет усиливаться и проступать в других местах, приобретая неприятный характер либо превращаясь в боль. О внутренностях и говорить нечего, когда явными ощущениями реагируют они, позу следует прекращать немедленно. Если же ощущения вызваны хроническим расстройством (например, холециститом), то выполнение асан с ними допускается, однако интенсивность их и величина не должны отличаться от привычного дискомфорта повседневности. Тот же подход имеет место при любой непрерывной боли (болевом синдроме), которую дают артриты и любая иная «хроника» суставно-связочного аппарата.

Это тот случай, когда без боли не обойтись, впрочем, она достаточно быстро отступает, постепенно деградируя - во время практики - до неприятных ощущений, а затем и до умеренных, с которыми уже можно работать по классическому варианту.

Иногда физическая боль (особенно при долгой выдержке) порождается сбросом вытесненного, имеет психогенный характер, ее необходимо отличать от боли, вызванной неверным исполнением. Иногда, чтобы миновать неприятность, можно входить в позу по одной «траектории», но выходить по другой. Иногда в начальном периоде освоения асан происходит обострение имеющейся «хроники», тогда практику следует на время прекратить.

Позы на растяжку и гибкость можно повторять до трех раз. Если все нормально, то тело свободно сгибается до уровня, достигнутого в предыдущем подходе, и продолжает «стекать» дальше, до нового промежуточного предела. Если при повторении асаны тело гнется хуже чем в первый раз, то либо вы неверно делаете ее, неосознанно добавляя в процесс исполнения что-то от себя, либо предел формы достигнут.

Второй сигнал к выходу из позы подает кровеносная система: в каких-то участках тела появляется жар, жжение, распирание, тяжесть, тянущий холод (в стопах ног при стойке на голове), пульсация. Если последняя возникает в одних и тех же местах, но в разных асанах, то либо практика травмирует сосуды, либо проблемы с кровеносной системой существуют изначально.

В зависимости от множества неосознаваемых факторов, например геомагнитных возмущений, диапазоны основной гибкости ежедневно меняются, дрейфуют, и следует, не удивляясь этому факту, работать с тем что есть на текущий момент.

Теперь рассмотрим наиболее противный вариант перегрузки - отложенную реакцию. Суть в том, что она проявляется не во время практики, когда все идет, как положено, а через какое-то время, скажем, назавтра. Такая ситуация не позволяет отследить и понять, где именно и каким образом произошел «перебор». В таком случае нужно внимательней прислушиваться к организму либо применить метод исключения. Нарвавшись на сегодняшнюю неприятность, не соотносимую с выполненными вчера асанами, нужно исключить из практики все, где эта неприятность затрагивается, а также вдвое уменьшить время выдержки оставшихся поз. Затем, изымая из комплекса по одной асане в неделю, можно выяснить, в какой именно из них возникает перегрузка, и предпринять необходимые меры.

Бывают случаи когда, практикуя так называемую «динамическую йогу», молодые и гибкие люди со слабым типом нервной системы получают доступ к парадоксальному состоянию: чем сильнее эмоциональная взвинченность, тем меньше сопротивление материи, физическая гибкость растет вместе с общим возбуждением. Если при неграмотной практике человек получает, как правило, неприятности физические, то в данном случае перенапрягается нервная система. Именно так появляются супергибкие невротичные «учителя», процветающие до тех пор, пока позволяют молодость и здоровье.

Выходить из асаны следует плавно, удерживая релаксацию (молчание ума) и отсутствие ощущений. Правильным будет отпустить тело, давая ему возможность самостоятельно распрямиться, подобно сжатой в комок и отпущенной мягкой резиновой игрушке. Если после выхода ощущения остаются, следует обязательно выдержать паузу, чтобы они растворились в ноль до выполнения следующей позы.

Итак, при грамотном выполнении силовых асан мышечное напряжение, равно как и ощущения в позах релаксационных, становится незаметным. Пусть я выполняю Чатуранга Дандасану. Прежде всего, в ней норовит непроизвольно напрячься живот, который должен быть отпущен и буквально свисать к полу, обеспечивая свободу дыхания. Область солнечного сплетения и межреберные мышцы также следует отпустить, обычно общее напряжение «прихватывает» их вместе с брюшной стенкой.

Сейчас я скажу странную фразу: любую силовую асану можно держать как напряжением, так и расслаблением, и в каждом из этих вариантов ход событий будет различен. Длительность полезной выдержки асан напрямую зависит от того, есть молчание ума, или нет. Если да – экспозиция увеличивается примерно на треть, а парасимпатическое преобладание остается неизменным! Нагрузка, которая раньше «вздрючивала» психосоматику, больше ею не замечается! Каковы следствия этого? Во-первых, можно увеличить темп выполнения асан. Во-вторых - удлиняется время выдержки всех поз, что приводит к росту физической силы (вспомним учителя Шарангупту из «Лезвия бритвы»). И, в-третьих, становится возможным «чистое» выполнение комбинированных поз.

В девятнадцатом веке был разработан способ развития силы без движения, изометрический культуризм, но он потерпел фиаско, так и не разобравшись с возникающей перегрузкой. В истории российского атлетизма сочетать развитие громадной силы с высокой гибкостью сумел только Александр Засс.

Итак, посредством релаксации можно произвольно менять интенсивность и фокусировку напряжения (усилия). Асана может отслеживаться по любому из семи параметров, выведенных в восприятие, это релаксация мышечная, ментальная, ощущения, дыхание, напряжение (усилие), ЧСС, давление крови. Рассмотрим их последовательно.

Первые три параметра разобраны выше. Дыхание всегда сохраняется свободным, несмотря ни на какую сложность формы, нервная поддержка мышечного усилия также не должна отражаться на дыхании. Как правило, перегрузка начинает проступать в восприятии одновременно с легким, но ощутимым приливом тепла к лицу и (или) давлением в голове (глазах). Не стоит ждать, пока кровь буквально ударит в лицо, нужно немедленно выходить из позы. Тряска в теле говорит о мышечной слабости.

Когда релаксация станет глубокой по-настоящему, в Шавасане может проявиться мелкая мышечная дрожь, подобная бегущей по воде ряби, у правшей она начинается обычно с левой стороны лица. Затем переходит на правую половину тела и может превратиться в спонтанную пляску мышц. Пугаться этого явления и реагировать на него не следует, это один из вариантов сброса вытесненного материала через эфферентные звенья нервных цепей.

Частота сердечных сокращений даже в «стоячих» и любых иных силовых позах в том случае, если в них удается сохранить молчание ума, остается либо в пределах нормы покоя (для данного субъекта), либо не превышает девяноста в минуту – при самых экстремальных нагрузках.

Кровяное давление остается стабильным.

Если все описанное в данной главе принято, понято и учтено, травмироваться невозможно.

В медицине есть понятие подпороговой боли (например, при артрите), которая растет так медленно, что сознание ее не замечает. Такая скрытая боль, о которой человек не знает, изматывает нервную систему и может вызвать проблемы.

Резюме: растворение ощущений - необходимый начальный этап коммуникации Я с собственным телом, существенная часть йогической технологии.

Б.Л.Смирнов писал: «Древние риши были исключительно тонкими наблюдателями, с высоко развитой способностью к кинестезическим восприятиям и могли не только оценить эти восприятия, но и приспособить их для своих целей» («Побоище палицами», с. 200).

Коммуникация «тело-сознание» - первый шаг психической интеграции - дает возможность восстановить и сохранять то, что во все времена называлось душой.

«Что пользы, братия мои, если кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет? Может ли эта вера спасти его?» (Из «Послания апостола Иакова», гл. 2, 14)


Глава 10

ПРАКТИКА В РУСЛЕ СУТР ПАТАНДЖАЛИ


Пляшут стрелки, качается маятник, зеленеет небес бирюза, а в душе твоей грешник и праведник
смотрят пристально Богу в глаза.

Светлана Кекова

 

Последние годы популярность йоги в России и мире растет, как на дрожжах. Огромный спрос рождает неограниченное предложение. Без тени сомнения к названию любого вида физической активности слово «йога» пристегивается в качестве великолепного бесхозного брэнда.

Как никогда актуально сегодня звучит фраза, оброненная несколько лет назад в России главой Парижского центра Айенгар-йоги Фаеком Бириа: «Если бы Патанджали сегодня был жив, он никогда не узнал бы йогу в том, чем мы занимаемся...».

Поскольку накопились и начали, наконец, проясняться реальные последствия увлечений так называемой «йогической динамикой» и «авторскими стилями», люди начинают более здраво относиться к этому цирку, что, безусловно, радует. В данной же главе речь пойдет об «устаревшей» [как модно сейчас заявлять] традиционной йоге, на изучение которой мною потрачена масса сил и времени. Несмотря на три опубликованных ранее книги [последняя относительно удачна], постоянно ощущается потребность сформулировать главные моменты технологии как можно компактнее и с максимальной доходчивостью.

Цель текста данной главы – опираясь всего лишь на одну из Сутр [46,II], путем последовательных умозаключений, основанных на личном опыте, показать, что именно стоит за текстом Патанджали, и какие могут быть получены результаты от практики йоги в ключе рекомендаций первоисточника.

Итак, вот два варианта перевода этой Сутры и один комментарий:

- «При прекращении усилия или сосредоточении на бесконечном асана достигается» [«Классическая йога», 1992, с. 143].

- «В асане должно быть совершенное расслабление [это, во-первых]. Во-вторых, ум должен быть сконцентрирован на Ананте. Слово Ананта означает бесконечность» [«Йога-сутра Патнаджали», Минск, 2006, с. 216].

- «…Человек, практикующий в соответствии с наставлением эту специфическую позу, должен сделать усилие, суть которого – в снятии естественного напряжения» [«Таттва вайшаради», II, 47, с. 113].

- Ясно, что снятие такого напряжения может привести только к расслаблению, и ни к чему другому. Что в данном случае подразумевается под «усилием», и каким оно может быть? Очевидно, здесь идет речь об отказе в асанах от обычных стереотипов поведения, в частности - от старания сделать позу лучше. Это бессмысленно, поскольку тело не заставить согнуться больше, чем это возможно в данный момент времени. Поэтому исполнитель любой асаны должен пребывать в полной [насколько позволяет форма] мышечной релаксации.

У Д.Эберта находим: «Обучение асане представляет собой совершенствование сенсомоторной регуляции, так что снижение мышечной активности будет отражением роста мастерства…» или «Основное требование для всех асан сформулировано в «Йога-сутре»: неподвижность и удобство. Это означает, что каждая поза должна поддерживаться с минимальной затратой сил…» [«Физиологические аспекты йоги», с. 42, 47].

- Если со снятием напряжения ясно, то что такое сосредоточение на бесконечном? Распределить внимание на бесконечном количестве [поле] чего-либо – это значит полностью рассредоточить его, рассеять, при этом сознательная ментальная деятельность прекращается, спонтанная – угасает либо дистанцируется от Я-сознания. Возникает молчание ума, временное [на период тренировки] отсутствие мыслей [процесса мышления].

- «Асана есть неподвижная и удобная поза» [ЙС, II, 46].

- «По существу, всякое настоящее йогическое упражнение стремится подавить проявление гуны раджас, а потому должно быть статичным, а не динамичным» [«Книга о Бхишме», 1963, с. 201].

- Исходя из вышесказанного, выполнение асан йоги в ее классическом варианте сводится к принятию телом определенной, доступной ему формы, но при этом:

- создаются условия для максимальной мышечной релаксации;

- а также для прекращения обычного мыслительного процесса [типовой ментальной активности];

Соблюдение данных установок на практике означает следующее:

- асаны выполняются с такой интенсивностью физической нагрузки, которая не воспринимается сознанием [если специально не «прислушиваться» к телу]. Только если напряжение [усилие] и/или форма никак не напоминают о себе, ум может стать пустым. Ощущения [напряжения] от формы или противодействия силе тяжести остаются латентными [скрытыми от восприятия] на протяжении полезного времени выдержки. Как только оно заканчивается, ощущение либо усилие проступают в восприятии, сигнализируя о том, что пора выходить из позы.

- если удерживать позу после возникновения ощущений в теле, начинает нарастать негативный и травмоопасный эффект ее воздействия;

- разнообразие асан имеет значение только для проработки мышц и суставно-связочного аппарата в условиях гиподинамии, оно дает возможность акуммулировать позитивное влияние практики йоги на органы и системы организма;

- разнообразие это полезно для наработки устойчивого молчания ума несмотря на различные положения тела;

- Когда в результате грамотной [традиционной, статической] практики асан мышление утрачивает обычную активность и тонус, то:

- асана выполняется без обдумывания, анализа, коррекции – безлично [равнодушно, бесстрастно, не заинтересованно и.д.], просто насколько позволяет текущая физическая готовность;

- а также без заметных [ярких] ощущений, которые неизбежно нарушают ментальный покой;

- отсутствие ощущений показывает, что возможности тела по принятию и сохранению данной позы не превышены [ежедневно мы выполняем большое количество полезной работы, и тело при этом никак не напоминает о себе];

- отсутствие ощущений показывает, что практика идет в режиме соблюдения ахимсы, это отвечает требованию ямы и гарантирует травмобезопасность;

- отсутствие ощущений говорит о том, что на время выдержки [до их появления] принятая телом форма является оптимальной, а воздействие ее – полезным;

- мастерство освоения асаны показывает минимизация не только количества мышц, задействованных в ней, но и степени [величины] их работы;

- следовательно, полезное время выдержки длится от начала замирания в неподвижности, до появления каких-либо ощущений [все равно – где], что говорит о необходимости выхода из позы;

- если при выполнении позы хотя бы как-то задействовано произвольное мышление – она не является асаной! Все новички в йоге на первых порах занимаются физкультурой.

- если в процессе занятий мышление [сознание] перестает функционировать в обычном режиме, такая практика является йогой [в ее первозданном смысле, описанном Сутрами];

- запомнив вид позы на картинке либо в исполнении инструктора, я выполняю ее настолько близко к эталону, насколько позволяет тело, ни к чему сознательно не стремясь! Обычно в поведенческий стереотип взрослого человека жестко встроено наличие цели любого осознанного физического действия. В йоге не так: асана не имеет цели и адреса во внешнем мире, она выполняется так, как позволяет тело – и все;

- и я остаюсь в ней до тех пор, пока сохраняется относительное физическое удобство, неподвижность и тишина в теле [отсутствие ощущений, дрожи, тепла и т.д.].

- таким образом, главный результат, который я должен получить непосредственно в практике асан – это отсутствие какого-либо заметного результата - в обычном его понимании. Нет усталости, боли, пота, каких-либо новых/непривычных ощущений. Йога – это процесс неспешной смены положений [форм] тела, которые оно никогда не принимает в повседневности [и, тем более, в них не находится], вызывающий определенное состояние ума. Именно в эти отрезки времени происходит полезное воздействие асан, столь же неощутимое, как пищеварение либо ток крови в теле.

- следовательно, волевое, целенаправленное и быстрое чередование каких-либо положений [форм] тела остается обычной физической деятельностью и не может называться йогой;

- для каждого человека асана – это форма [положение, поза], доступная свободному воспроизведению именно его телом! Пусть мы видим на картинке (фото, видео и т. д.) красивую йогическую позу, но является ли она асаной? Не факт, поскольку неизвестно, в каком состоянии сознания на момент съемки пребывал исполнитель, и какие ощущения были при этом в его теле.

- в традиционной йоге работает не столько форма [и, тем более, ее сложность], как время выдержки. Даже если поза выглядит абсолютно простой, это вовсе не означает отсутствия в ней работы (нагрузки)! Попробуйте встать прямо, поднять прямую в локте руку, вытянув ее вперед, на уровне плеча и так остаться. Очень скоро придет понимание того, как работает время и какую нагрузку можно получить даже от совершенно элементарной формы.

- высокая сложность асан оправдана лишь в том случае, когда исполнителю их это не составляет труда и позволяет сохранить полную [прежде всего - ментальную] релаксацию;

- сложные позы целесообразно осваивать и выполнять только гипермобильным от природы людям. Тем, у кого уровень гибкости средний, сложность противопоказана, а стремление к ней – разрушительно для здоровья и бесперспективно в плане успешной адаптации.

- чем проще форма асаны, тем дольше ее можно выдержать в состоянии комфорта, тем более выраженное воздействие производится ею на организм;

- йога – это фиксация определенных форм [положений] во времени, пассивная работа с весом тела и его частей, векторами захватов, замковое (Падмасана, Гарудасана, и т.д.) переплетение конечностей и варьирование положения туловища относительно вектора силы тяжести;

- собственную активность [инициативу] в йоге заменяет выдержка позы во времени и грамотное обращение с ее формой [отсутствие ощущений]!

- действует не сам человек [лично выполняя цепочку операций, ведущих к запланированному результату], но сумма созданных, сведенных воедино и сохраняемых определенное время условий;

- только исполнение, отвечающее перечисленным выше критериям, вызывает полную мышечную и ментальную релаксацию, ими же сопровождаясь;

- после того, как новичок прошел первый этап физической адаптации к асанам, ему становится понятным, что:

- во время практики нужно не думать, а чувствовать! Анализировать свое выполнение асан и/или пранаям следует либо до, либо после занятий;

- Определение: йога – это искусство косвенного управления параметрами [произвольных и непроизвольных] функций путем создания в теле и сознании определенных условий;

- прямым [волевым, произвольным] усилием согнуть тело так, как на картинке, отключить голову либо изменить дыхательный рисунок – невозможно. В противном случае у людей не было бы проблем;

- Пример: чтобы жить – нужно есть. Я зарабатываю деньги, покупаю еду, приношу ее домой, готовлю, накрываю стол, усаживаюсь, соответствующим столовым прибором беру пищу, кладу ее в рот и подвергаю первичной обработке - пережевываю и проглатываю. Все это – мои действия. Но что лично я сам могу сделать с этой едой дальше? Ничего, мои возможности [полномочия] исчерпаны. Дальше организм распорядится пищей самостоятельно, без моей воли. Обработка еды продолжится, однако она уже будет не произвольной, но автоматической.

Многие процессы в этой жизни, которые инициирует, организует и в которых [до определенного момента, этапа, точки] принимает участие человек состоят из двух этапов: первый реализует он лично, [его прямое участие], вторую – естественный ход вещей [продолжение и развитие без его прямого участия]. Если б не было первой части, не состоялась бы и вторая. Потому в Древнем Китае события такого плана именовали действие не действием, у-вэй. Если я попытаюсь произвольно вмешаться во второй этап – процесс пищеварения, ничего хорошего не выйдет. Природные процессы характерны [при отсутствии функциональных расстройств] именно своим абсолютным совершенством и автономностью от людской воли, поскольку являются плодами эволюции;

- На принципе у-вэй основана и традиционная йога. Я принимаю позу, выдерживая ее оптимальное время, а что и как происходит при этом в теле, его органах и системах – не моя печаль. При появлении первых же симптомов окончания полезного времени выдержки я выхожу из позы, и все. В йоге, как и с едой: если она качественно исполнена в потребном данному индивиду количестве, то и результат замечательный, индивид бодр и весел с удовольствием живет дальше. Но живет не просто, а гораздо лучше, чем когда йоги в его жизни не было.

- если же все от начала до конца выполнять в йоге лично, тогда никакая это не йога, а странные физические упражнения, напоминающие изометрию – это если субъект выдерживает позы в неподвижности хотя бы какое-то время. Если же нет, как в Аштанга-виньясе, это полная бессмыслица.

- В процессе привыкания к практике йоги новичок осваивает первое устойчивое переключение внимания – на тело. Наиболее доступным местом привязки внимания, как правило, бывают глаза. В асанах по возможности их следует закрывать, поскольку по зрительному каналу в мозг поступает большая часть информации извне, что препятствует процессу угасания ментальной деятельности. Когда мы смыкаем веки, в большинстве случаев глазные яблоки непроизвольно дрожат или двигаются. После некоторой тренировки их удается отпустить [первоначально делать это проще в Шавасане], и это спонтанное движение замирает. Глазные яблоки сами по себе подворачиваются вверх либо вниз, находят удобное положение и уходят из восприятия. В глазных орбитах появляется тяжесть, иногда – тепло, и внимание удобно держится на этой области. Как только в сознании мелькнет какая-то мысль [образ, фраза, понятие] – глаза норовят вернуться в привычное для бодрствования положение, напрягаются, вздрагивают. Если какое-то время удается сохранять их расслабленными [отпущенными] – процесс мышления начинает тормозиться. Конечно не у всех, порой стоит человеку только обратить внимание на закрытые глаза и попытаться что-то с ними сделать – возникает и усиливается неприятное нервное напряжение. Для людей такого склада нужно искать иной способ воздействия на ментальные процессы, пробуя привязку внимания к разным участкам тела. Рано или поздно отыщется место, на котором внимание «залипает» удобно, но произойти это может далеко не сразу.

Таким удобным местом бывает переносица, точка между бровями (бхрумадхья), кожа лба, ладони, отдельные участки лица. Если у невротиков тело «отрезано» от восприятия [либо, напротив - восприятие забито хаотичными импульсами от разбалансированной вегетатики], можно привязать внимание к ритмичным дыхательным движениям живота или грудной клетки, либо к току воздуха в ноздрях [при этом получается нечто вроде випассаны]. Нередко начинающий находит собственные уникальные точки закрепления внимания в теле. Никогда не следует привязывать внимание к сердечному ритму, это чревато большими неприятностями

- когда ум [восприятие, внимание] занят только телом – нет места для посторонних практике мыслей;

- постепенно усиливается сенсибилизация – утончается восприятие тела и его отдельных участков, четче становится отслеживание возникающих ощущений;

- но в них нельзя погружаться вниманием слишком глубоко и детально, это также уводит от искомого молчания ума;

- когда мышечная релаксация в асанах освоена и адепт научился не связываться с ощущениями [вольно или невольно «нажимая» на форму], тело не делает лишнего, поэтому вероятность травматизации исчезает окончательно;

- когда в каждом очередном занятии ощущений нет [во время выдержки позы и в паузах между позами наступает физиологический покой – тишина в теле], восприятие [внимание] переключается вторично – оно начинает воспринимать автономную продукцию сознания;

- тогда становится ясно, чем именно заполнен ум и в каком виде;

- человек узнает особенности своей главной репрезентативной системы – форму организации ее ментальных процессов, а также привычный способ описания мира, который отчетливо виден в словах [предикатах], используемых при общении, в мимике и жестах. Конечно, люди слышат и понимают друг друга вне зависимости от предикатов, но общение в терминах ведущей репрезентации собеседника будет для него гораздо более понятным, эмоциональным и значимым.

- Чтобы достичь молчания ума (ЧВН) нужно затормозить общую ментальную активность – процессы произвольного и автономного мышления;

- чтобы избавиться от произвольного, нужно:

1. не трогать воспоминаний;

2. не выстраивать логические цепочки;

3. не делать умозаключений;

4. отпустить мысли на самотек;

- все перечисленное излишне, если удается закрепить внимание на теле;

Сегодня известны два базовых типа мышления - аналоговое и дигитальное. Аналоговое [согласно Г.Бэйтсону] более древний способ функционирования ЦНС. Оно мифологично, интуитивно, связано с бессознательным, инстинктами, вегетативными проявлениями и оперирует целостной картиной происходящего, хотя и размытой. Дигитальное же мышление гораздо более абстрактно и основано на принципах формальной логики. Эти механизмы [виды] деятельности ума [интеллекта] находятся в оппозиции и преобладание одного из них делает поведение человека нежизнеспособным, но эта тема выходит за рамки обсуждаемой.

При обоих типах мышления воспринятая информация поступает в мозг по всем пяти портам [если они сохранны], и уже затем, будучи отсортирована системным разумом, осознается каждым человеком в определенном, присущем именно ему виде:

1. Картинки - человек мыслит исключительно образами, ведущая репрезентация визуальная, как правило, люди такого склада – представители аналогового мышления;

2. Картинки – ментальное пространство заполнено либо «ожившим» текстом, либо абстрактными геометрическими [графическими] флуктуациями - это мышление дигитальное.

3. Внутренний монолог либо диалог [аудиальная репрезентация] – мышление скорее аналоговое.

4. Музыка – мышление дигитальное либо аналоговое, репрезентация аудиальная.

5. Нет ни картинок, ни разговора – кинестетическая репрезентация [нередко люди такого склада - дигиталы, весьма успешные в точных науках].

6. Репрезентация смешанная, именно она и встречается в подавляющем большинстве случаев. Человек говорит при этом, что иногда думает картинками, а порой и проговаривает что-то про себя. Но бывают ситуации, когда речь и картинки представлены в мышлении одновременно.

7. Раздвоенное мышление – как правило, встречается редко. При этом в одной половине ментального «потока» садхака занимается йогой, в другой – с кем-то параллельно общается, что-то решает и т.д. В этом случае репрезентация может быть переменной вообще, но одинаковой в обеих «частях» потока сознания. Если же она разная, это указывает на неполадки в психике.

Порой репрезентация весьма вариабельна, например, у пациентки Л. процесс входа в ментальную тишину был таким: в начале практики она «видела» на экране ума бегущую строку, содержанием ее были рабочие ситуации дня. Затем, по мере нарастания релаксации, строка исчезала и в уме начиналась болтовня, которая, в свою очередь, потом утихала, перед внутренним взором появлялись картинки, и сознание начинало «плыть». Все это занимало около получаса.

- При любом виде ведущей репрезентации молчанию ума предшествует стадия ментального хаоса. Поток образов становится сноподобным и бессвязным, содержание его после выхода из асаны [либо паузы между позами] невозможно вспомнить. Внутренний диалог/монолог вырождается в непонятную болтовню. У кинестетиков могут возникнуть подергивания конечностей, непроизвольные движения туловища и/или мышц лица, в восприятии проступает «гул» работы отдельных мышц либо их групп, звучание движения крови в теле.

- Полное [достоверное и однозначное] молчание ума возникает далеко не сразу. И отнюдь не у каждого адепта йоги, а только у части кинестетиков и дигиталов. Если садхака «видит» и/или «слышит» свои мысли, то полной и окончательной тишины в сознании может и не наступить [хотя и не факт]. Как правило, спонтанная деятельность [«продукция»] ума отодвигается на задний план и как бы выцветает. Появляется не очень ясная, но четкая дистанция: ты – здесь – занимаешься йогой, отслеживая отсутствие ощущений в теле, улавливая сигналы к выходу из позы. А там, на «дне» сознания, как на экране работающего TV что-то мелькает, говорит, вертится… Часть Я, практикующая йогу, наблюдает за этими фокусами отрешенно и безучастно, не втягиваясь и не пытаясь понять происходящее. Либо просто перестает их замечать;

- вообще молчание ума [ЧВН в его разных стадиях] не может наработаться быстро, его качество зависит от массы не прослеживаемых и неосознаваемых факторов, и не сводится к общему знаменателю. У кого-то это действительно тишина и мрак, у других – звездное небо, фосфены, игра цветов, «к